«Эль Кастильо» — «Храм Кукулькана»

Макарова Алла Юльевна ::: Путешествие в страну майя

На расстоянии полутораста метров к югу от спортивной пло­щадки возвышается храм, посвященный Кукулькану, одному из главных божеств пантеона майя в эпоху Нового царства. Ис­панцы назвали его «Эль Кастильо» — «Замок». Это здание бро­силось в глаза Стефенсу раньше всех других памятников Чичен-Ицы — самое большое и величественное, оно возвышалось над равниной и было видно отовсюду. «Замок» выстроен в стиле древней архитектуры майя — высокая пирамида, и на усеченной ее вершине небольшой храм. Одна пирамида выстроена поверх другой так, что покрывает ее со всех сторон, согласно обычаю майя обновлять здания храмов. Ученые предполагают, что внут­ренний храм был выстроен в 900 году нашей эры; естественно, что храм, который покрывает его, выстроен позже. Мотивы орна­мента — оперенная змея, символ бога Кукулькана.

Кастильо царивший над всеми зданиями Чичен-Ицы.
"Кастильо" царивший над всеми зданиями Чичен-Ицы.

Стефенс оставил нам живые строки, передающие его впечатления:

«Каждое воскресенье на развалины приходят для прогулки жители соседней деревни, и ничто не может сравниться по кра­соте с этой живописной картиной, когда женщины в белом, с красной шалью на плечах, поднимаются на высокую пирамиду и гуляют на площадке, входят и выходят из дверей».

Длина пирамиды у основания, с южной и северной стороны,— шестьдесят пять метров, с восточной и западной стороны — шестьдесят семь. Высота ее — двадцать пять метров. Склоны пирамиды обращены к четырем сторонам света. На каждом склоне — лестница пятнадцатиметровой ширины, и на ней де­вяносто одна ступенька.

У подножия северной лестницы посетителя подстерегает пугающее зрелище: по обе стороны ее лежат на земле огромные каменные головы змей с открытой пастью.

«Нет сомнений,— записывает Стефенс,— что эти змеи были религиозным символом и внушали благоговение людям с пылким воображением, которые приходили сюда, чтобы подняться на вершину этой высокой пирамиды».

Кастильо после реставрации.
"Кастильо" после реставрации.

Верхняя площадка «Эль Кастильо»— двадцать метров длиной в направлении с севера на юг, и двадцать один метр с востока на запад. Размеры собственно храма, воздвигнутого на вершине пирамиды, если измерять в том же направлении, четырнадцать на шестнадцать метров. С каждой стороны по одной двери; они обращены на восток, на запад, на юг и на север. Притолоки сделаны из массивного ствола саподилового дерева, искусно ук­рашены резным орнаментом, а на косяках — в технике горельефа по дереву — изображена фигура вождя. Скульптура довольно сильно пострадала от времени, но головной убор из перьев и местами богатая одежда еще отчетливо видны. Хорошо сохра­нилось гордое лицо вождя. Видны серьги в ушах, отверстие для кольца в носу — обычай настолько распространенный среди индейцев Юкатана, что испанцы издали закон, запрещающий его. Все косяки других дверей украшены в том же стиле.

Дверь, которая обращена на север, шире других; у входа две массивные колонны, украшенные затейливым скульптурным орнаментом. Через эту дверь посетитель входит в галерею тридцати­метровой длины. В задней стене галереи дверь с косяками, укра­шенными деревянной скульптурой, и притолокой из твердого дерева с резным барельефом. Эта дверь ведет посетителя в по­мещение, представленное на следующем рисунке.

Две четырехгранные колонны подпирают балку из дерева сапоте, украшенную резным орнаментом, сильно пострадавшим от времени. На обеих колоннах со всех четырех сторон находятся портреты, исполненные резцом.

Комната, обращенная на север. Кастильо, Чичен-Ица. Рис. Казервуда.
Комната, обращенная на север. "Кастильо", Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Освещение в этой комнате было плохое — только через дверь; исследователи долго бились, чтобы рассмотреть и разгадать узоры.

«Впечатление, которое мы получили, входя в эту высокую комнату,— записывает Стефенс, —непохожую ни на что виденное нами ранее, было, вероятно, наиболее сильным из всего того, что мы пережили здесь. Мы провели в ней целый день, только время от времени выходили на верхнюю площадку и смотрели вниз на разрушенные здания древнего города, который рассти­лался вокруг на большое расстояние. Посетить Чичен-Ицу мы мечтали давно, мы многого ждали от встречи с ней, и наши ожи­дания вполне оправдались».

Чичен-Ица была одним из наиболее круп­ных городов Юкатана в X—XIII веке н.э. Она являлась важным культурным, религиоз­ным и политическим центром майя.

Согласно сохранившимся историческим записям майя, Чичен-Ица трижды строилась заново. В 432 году пле­мя ицев обнаружило поселение вблизи сенота, или колодца. Они начали здесь строить свой новый город, кото­рый позже стали назы­вать Чичен-Ица, это означало: «У источника племени ицев». Через двести лет ицы покинули этот город, а в конце X века снова вернулись. Они пришли вместе с тольтеками — согласно легенде, во главе с тольтекским вождем Кецалькоатлем, переименованным в Кукулькана, символом которого была змея в птичьем оперении. Смешанное потомство ицев и тольтеков создало в Чичен-Ице столицу нового государства, носящего следы влияния тольтекской культуры. Два других участника похода Кукулькана в Северный Юка­тан — Коком и Шив, или Тутуль-Шив,— создают затем два самостоятельных города-государства. Коком основал Майяпан, а Тутуль-Шив — прекрасный Ушмаль. Чичен-Ица, Майяпан, Ушмаль быстро растут и набирают силу.

Но чем великолепнее становились эти города, тем больше увеличивалась зависть и взаимная вражда в сердцах их прави­телей.

В 1194 году происходит открытое столкновение. Майяпанский правитель Хунак Кеель, из рода Кавич, при поддержке семи военных вождей и с наемными тольтекскими отрядами, нападает на Чичен-Ицу и захватывает ее. Хунак Кеель отдает прекрасный город своим союзникам, а халач-виника — правителя Чичен-Ицы — уводит к себе в Майяпан как заложника. В XIII веке к власти в Майяпане приходит могущественная династия Кокомов, которая становится неограниченным властителем Северного Юка­тана.

Барельеф с изображением воина. Кастильо, Чичен-Ица. Рис. Казервуда.
Барельеф с изображением воина. "Кастильо", Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Владычество майяпанских Кокомов над остальными землями юкатанских майя продолжалось 250 лет. Но потом вспыхнуло общее восстание, которое положило конец господству Кокомов.

Этим восстанием руководил правитель Ушмаля Тутуль-Шив. 6 1441 —1461 годах победи­тели уничтожили Майяпан — центр самовла­стия. Объединению народа майя помешала взаимная вражда и зависть халач-виников, которых называли, однако, «великими людь­ми».

И майя — народ, установивший единый точный календарь по всей стране, более точ­ный, чем григорианский, которым пользуются в Европе, майя, создавшие великолепную ар­хитектуру, которой до сих пор удивляется мир,— не смогли за всю историю объединить­ся в самостоятельное государство и собрать свои силы.

* * *

Незадолго до прихода испанцев осталось всего лишь восемнадцать независимых горо­дов-государств народа майя.

Вскоре после разрушения Майяпана насе­ление покидает свою бывшую столицу и осно­вывает новый центр в Текохе. Ицы снова покидают Чичен-Ицу и переселяются на юг — в Петен, где на острове, среди большого озе­ра, строят новую столицу — Та-Ица, теперь известную под именем Тайясаль. Здесь они оказывают героическое сопротивление испан­ским конкистадорам, сохраняя свою нацио­нальную независимость на протяжении 155 лет после начала за­воевания Юкатана. Переселяются и победители — ушмальская династия Шивов (их потомство до сих пор живет на Юкатане). Они основывают новую резиденцию — город Мани. Мы уже знаем смысл этого названия — «Все потеряно», и трагедию, кото­рая разыгралась здесь с приходом испанцев. На кострах инкви­зиции были сожжены сотни и сотни книг и рукописей майя. И никто никогда не узнает, что записал в них иероглифами этот удивительный и талантливый индейский народ — майя. Древний период его истории останется неразгаданным, пока не будут полностью расшифрованы и прочтены тексты на памятниках — стелах, алтарях, каменных плитах во дворцах и храмах.