Окончание гегемонии Теотиуакана

Дида С., Стюфляев М. ::: Теотиуакан. Город богов

Насколько можно судить, большую часть V века в низменностях майя сохранялась политическая стабильность и никто не ставил под сомнение господство кукульских владык. Во всяком случае, мы не имеем свидетельств о войнах между царствами Петена на протяжении этого длительного времени. Первый тревожный звоночек прозвучал вскоре после смерти К’ан-Китама. В 486 году его преемник Чак-Ток-Ич’аахк III (485-508) воевал против Маасаля. На стеле 10 из Тикаля сказано, что в день 9.2.11.7.8, 4 Ламат 6 Йашк’ин (13 августа 486 года) полководец Бахлам-Мам опустошил Маасаль и семью днями позднее привёл захваченного маасальского царя пред глаза кукульского владыки. На лицевой стороне монумента Чак-Ток-Ич’аахк III изображён триумфатором, растаптывающим пленника. Как мы уже знаем, на рубеже IV-V веков маасальские владыки признавали верховенство Хац’о’м-Куйя, то есть входили в «Новый порядок». Теперь они, видимо, попытались обрести независимость, что и послужило причиной войны. Возможно, к 486 году первые признаки ослабления Теотиуакана уже давали о себе знать, и созданная под эгидой «западных императоров» система сюзеренно-вассальных отношений начала распадаться.

В первых годах VI века важные процессы происходили в регионе Верхней Усумасинты. Там уже не одно десятилетие продолжалась война между двумя сильными противниками: коалицией царей Йокиб-К’ина’[1] (Пьедрас-Неграс) и Ак’е’ (местонахождение столицы неизвестно)[2] с одной стороны и «Священными Па’чанскими Владыками» (правителями Йашчилана) – с другой. К сожалению, воссоздать объективную картину течения конфликта крайне трудно, так как мы знаем о нём, прежде всего, благодаря пропагандистским победным реляциям из Йашчилана – перечням пленников, захваченных па’чанскими царями.[3] Как бы там ни было, где-то перед 508 годом девятый по счёту «Священный Па’чанский Владыка» Хой-Бахлам І достиг значительных успехов: пленил военачальника правителя Ак’е’ Йат-…на и полководца йокибского царя Йат-Ахка І. Чак-Ток-Ич’аахк III пристально следил за событиями, разворачивавшимися далеко на запад от его столицы, и в конце концов вмешался в войну, но это повлекло за собой трагические последствия. На монументе 160 из Тонины сказано, что кукульский царь скончался в день 9.3.13.12.5, 13 Чикчан 13 Шуль (26 июля 508 года). Лишь четырнадцатью днями позднее его полководец Ах-Бахлам стал очередным пленником Хой-Бахлама І. Едва ли мы в данном случае имеем дело с обычным стечением обстоятельств, скорее Чак-Ток-Ич’аахк III пришёл с войском на Усумасинту как союзник владык Йокиб-К’ина’ и Ак’е’, но потерпел поражение и погиб в ходе одной из битв.

Неудача кукульского царя, очевидно, создала угрозу для позиций Теотиуакана в регионе, подтолкнув тогдашнего западного гегемона к активным действиям и поддержке вассалов. Как сообщается на панели 2 из Пьедрас-Неграса, в день 9.3.16.0.5, 8 Чикчан 3 Кех (13 ноября 510 года) Йат-Ахк І взял мексиканский мозаичный шлем ко’хав пред глазами «западного калоомте’» Тахоом-Ук’аб-Тууна. Изготовленные из обработанных раковин мозаичные головные уборы, часто дополненные изображениями «Змея войны», хорошо известны в искусстве Теотиуакана, а на монументах майя появляются в качестве одного из элементов мексиканского облачения. В Пьедрас-Неграсе археологи обнаружили пластинки такого шлема, состоявшего из 209 фрагментов раковин Спондилуса. Остатки мозаичных уборов известны и в других городах майя, в частности Копане и Каминальхуйу, а также собственно в Теотиуакане. Помимо панели 2 взятие ко’хава Йат-Ахком І упомянуто на деревянном ящике, найденном в одной из пещер современного мексиканского штата Табаско. К большому сожалению, ключевые части этого второго текста утрачены, но в нём Тахоом-Ук’аб-Туун назван «владыкой Виинте’нааха», а рядом с именем Йат-Ахка І стоит интервальное число в 155 дней (при помощи таких интервалов майя соединяли даты в своих надписях и последовательно излагали события). Логично предположить, что точно так, как прежде К’инич-Йаш-К’ук’-Мо’, царь Йокиб-К’ина’ совершил долгое 155-дневное путешествие в Теотиуакан, где получил важный символ власти. Он взял не скипетр, а шлем, поскольку в данном случае речь шла не о коронации, а о подготовке к военному походу. Мы не знаем, в чём именно заключалась помощь Тахоом-Ук’аб-Тууна Йат-Ахку І, предоставил ли он отряды мексиканцев или ограничился привлечением своих майяских вассалов, но вмешательство Теотиуакана совершенно изменило ход противостояния. Уже вскоре владыка Йокиб-К’ина’ одержал большую победу. На панели 12 из Пьедрас-Неграса изображены четыре связанных пленника. Трое из них стоят на коленях перед «вассалом западного калоомте’» и обратили к нему свои лица. Из подписей к фигурам следует, что это владыка Па’чана Хой-Бахлам І, а также цари Санта-Елены и, вероятно, Лакамтууна (Эль-Пальма). Ещё один пленник виден за спиной царя-триумфатора. Таким образом, Йат-Ахк І или его преемник сполна отомстил противникам за унижения предыдущих лет.[4] Точная дата новой успешной войны неизвестна. Панель 12 создали в 518 году, однако ретроспективный текст её начинается с изложения событий за 514 год, следовательно, битва могла иметь место примерно в этом временном промежутке. Стоит добавить, что Хой-Бахлам І, видимо, оставался «Священным Па’чанским Владыкой» и после 518 года, то есть он сохранил трон в обмен на признание политического верховенства Йокиб-К’ина’ и Теотиуакана.[5] Так или иначе, сцена панели 12 ярко демонстрирует превосходство Йат-Ахка І над соседями. Опираясь на поддержку могущественного «западного калоомте’» Тахоом-Ук’аб-Тууна, царь Йокиб-К’ина’ превратился в регионального гегемона и какое-то время доминировал на Усумасинте.

Таким образом, по состоянию на 510-е годы Теотиуакан оставался ещё достаточно сильным, чтобы вмешиваться в столкновения между царствами майя и оказывать поддержку своим вассалам. Подъём Йокиб-К’ина’ исследователи интерпретируют по-разному. Согласно версии С. Гюнтера, Кукуль к тому времени уже обрел независимость от Теотиуакана, поэтому Йат-Ахк І стал новым защитником интересов «западных калоомте’» в низменностях майя. Такая реконструкция представляется нам сомнительной. Судя по источникам, правители Кукуля и Йокиб-К’ина’ действовали как союзники в борьбе против общих врагов, прежде всего па’чанского царя Хой-Бахлама І. На наш взгляд, это означает, что возглавляемая Кукулем коалиция майяских царств, признававших верховенство Теотиуакана, к началу VI века ещё существовала. Поскольку Чак-Ток-Ич’аахк III погиб во время похода на Усумасинту и кукульский трон перешёл к его малолетней дочери, калоомте’ Тахоом-Ук’аб-Туун сделал ставку на Йат-Ахка І и помог последнему одержать победу. Со своей стороны благодарный царь Йокиб-К’ина’ на триумфальной панели 12 несколько раз подчеркнул, что является вассалом западного императора. Влияние Теотиуакана в Пьедрас-Неграсе проявилось в частности в строительстве уникального с точки зрения архитектуры городища «Сооружения R-2», имеющего явные мексиканские черты.

Казалось бы, стабильность «Нового порядка» удалось сохранить, однако надписи из Пьедрас-Неграса – это пока последний известный нам пример непосредственного участия Теотиуакана в политической жизни майя. После 518 года западные гегемоны внезапно исчезают со сцены. В соответствии с археологическими данными, около 550 года неизвестный враг сжёг храмы на пирамидах в центральной части Теотиуакана – крупнейший город Доколумбовой Америки так никогда полностью и не оправился от этого удара. Весьма правдоподобно, что именно роковые перемены в Центральной Мексике, усиленные чередой из нескольких экологических катаклизмов, послужили катализатором, расшатавшим основы политической системы майя. Уход правителей Теотиуакана из этого региона неизбежно ударял по позициям их союзников, прежде всего «Священных Кукульских Владык». После смерти Чак-Ток-Ич’аахка III Кукуль на три десятилетия был ввергнут в тёмную переходную эпоху, связанную, вероятно, с внутренней нестабильностью и борьбой за власть между представителями различных ветвей династии. Одновременно далеко на севере укреплялись его будущие заклятые враги, «Священные Канульские Владыки», резиденция которых тогда располагалась, скорее всего, на месте современного городища Цибанче. После 520 года, параллельно с углублением кризиса в Кукуле, они развернули масштабную экспансию в Петене. Ключевые игроки «Нового порядка», еще недавно кукульские союзники или вассалы (Вака’, Са’аль, Хушвица’), один за другим перешли под покровительство канульских царей. В конечном итоге, в 562 году «Священный Кукульский Владыка» Вак-Чан-К’авииль потерпел сокрушительное поражение в войне против Кануля. После этого кукульские цари окончательно утратили свое ведущее положение, а их столицу, видимо, завоевали либо опустошили, во всяком случае, на протяжении последующих 130 лет в Тикале не был установлен ни один известный монумент. Пьедрас-Неграс также переживал тогда трудные времена: мы практически ничего не знаем об истории династии Йокиб-К’ина’ во второй половине VI века, археологические раскопки показывают, что около 550 года дворец и другие сооружения в городе были опустошены и сожжены. Недавние исследования текстов из Копана дают основания сделать вывод, что VI век стал периодом глубокого кризиса и для шукуупских царей. Выдающийся археолог Г. Уилли видел причину трудностей этой эпохи, которую он даже называл «репетицией» коллапса цивилизации классического периода, в упадке Теотиуакана. По его мнению, именно прерывание прямых торговых контактов Тикаля с Теотиуаканом разрушило прежнюю систему отношений и позволило городам на периферии области майя обрести независимость от гегемона. В дальнейшем эпиграфисты несколько скептически относились к данной гипотезе, а кризис середины VI века рассматривали исключительно как внутренний конфликт между царствами майя. Тем не менее, кажется, сегодня имеется уже достаточно оснований, чтобы вернуться к проблеме на новом уровне и задаться вопросом: не стало ли ослабление ориентированных на Теотиуакан династий прямым следствием упадка метрополии? К сожалению, письменные источники пока не дают нам ясного ответа, но можно, по меньшей мере, констатировать распад «Нового порядка» и утрату правителями Теотиуакана своего положения гегемонов в низменностях майя.[6]



[1] С правителями Пьедрас-Неграса в надписях связаны сразу два «эмблемных иероглифа»: «Священный Йокибский Владыка» и «владыка К’ина’». Разграничить их непросто, поскольку первый титул чаще встречается на монументах из Пьедрас-Неграса, но редко фиксируется во внешних упоминаниях. Дабы избежать путаницы, мы будем условно называть представителей династии владыками Йокиб-К’ина’.

[2] П. Мэтьюз в свое время отождествлял столицу «Священных Владык Ак’е’» с Бонампаком, однако слабое место его гипотезы заключается в том, что в иероглифических текстах из этого городища упоминаются либо шукальнаахские цари, либо носители двойного титула «Священный Владыка Шукальнааха, Священный Владыка Ак’е’». Все известные надписи правителей Ак’е’ не имеют чёткой археологической привязки – они были найдены грабителями и в настоящее время разбросаны по частным коллекциям и музеям. По этой причине в последние годы всё большую популярность приобретает реконструкция Д. Беляева и А. Сафронова, согласно которой город Усиихвиц (Бонампак) являлся столицей «Священных Владык Шукальнааха», а резиденция царей Ак’е’ ещё не идентифицирована.

[3] На четырёх притолоках из Йашчилана названы поименно «Священные Па’чанские Владыки» от первого до десятого и в связи с каждым из них упомянуты правители или полководцы из соседних царств. Тексты толкуются исследователями по-разному. Л. Шиле и П. Мэтьюз полагали, что речь идёт о визитёрах, посетивших па’чанский двор. Данная интерпретация недавно вновь обрела популярность, по мнению её сторонников, авторы надписей назвали гостей, присутствовавших на церемониях, неким образом связанных с царской коронацией. Если так, то отношения Па’чана с соседями имели дружественный и даже союзнический характер. Мы, однако, разделяем вывод С. Мартина и Н. Грюбе, что знатные представители других царств на притолоках из Йашчилана – это пленники, захваченные тем или иным местным правителем. Показательно, что среди них упоминаются в частности йахавте’ владык Йокиб-К’ина’ и Ак’е’. Как доказал А. Лакадена, титул йахавте’ обозначал подчинённых «священным владыкам» полководцев. Крайне маловероятно, что на коронационной церемонии союзное царство представлял бы военачальник. Кроме того, владыки Йокиб-К’ина’ и Па’чана враждовали и боролись за господство в регионе на протяжении нескольких столетий, вплоть до коллапса цивилизации майя классического периода. Промежутки мирного сосуществования между ними были весьма короткими.

[4] Текст панели 12 из Пьедрас-Неграса местами плохо сохранился, поэтому нет полной ясности относительно того, какой именно царь одержал победу над врагами. По мнению С. Мартина и Н. Грюбе, после даты Долгого счёта, соответствующей 514 году, в надписи следует сообщение о коронации нового владыки Йокиб-К’ина’, однако эта интерпретация вызывает обоснованные возражения у других эпиграфистов. Гораздо вероятнее, что на момент создания монумента Йат-Ахк І все ещё занимал трон, следовательно, именно он показан как герой-триумфатор.

[5] Д. Стюарт высказывал предположение, что сцена на панели 12 из Пьедрас-Неграса имеет символический характер, то есть её следует воспринимать не как свидетельство реального факта пленения враждебных царей, а лишь в качестве демонстрации превосходства над соседями. На наш взгляд, однако, убедительные аргументы в пользу такого толкования отсутствуют. Сохранение жизни и даже трона за побеждёнными в бою противниками – это обычная для древних майя практика.

[6] Подробный обзор перипетий политической борьбы в середине VI века осуществлён одним из авторов этой книги в специальном материале для сайта «Мир индейцев»: Стюфляев М. И. Царства майя на переломе: новые данные о событиях середины VI века. URL: https://www.indiansworld.org/Articles/carstva-mayya-na-perelome-novye-da...