Международные отношения и межрегиональные взаимодействия

Теотиуакан

Разрастаясь, Теотиуакан одновременно распространял своё влияние по всей Месоамерике. Это достигалось в основном посредством обменной сети, ориентированной вокруг ритуальных предметов, многие из которых использовались для создания иконографии и ритуальной активности, связывающей с новой теотиуаканской идеологией. Теотиуаканскую обменную сеть можно охарактеризовать как сеть из престижных предметов, в которой государственный контроль определённых ресурсов и предметов усиливал позицию Теотиуакана в Месоамерике. Сотни, а возможно тысячи городищ принимали участие в этой системе, охватившей территорию с востока на запад и с севера на юг с радиусом свыше 2000 километров. Теотиуаканское государство начало свою экспансию за пределы своей внутренней территории во второй половине фазы Тламимилольпа (300 г.) или даже ранее. Точная природа контактов пока ещё неясна, однако известно, что Теотиуакан приобретал продукты из дальних территорий, в т.ч. соль из Белиза, раковины из Копана, какао и копал из Каминальхуйу (Гватемала).

Теотиуакан и сапотекское государство

Теотиуакан и сапотекское государство

Как мы уже отмечали, Теотиуакан был многоэтничным городом, в котором находились анклавы разных регионов Месоамерики. Баррио торговцев был связан с побережьем Мексиканского залива или даже с регионом майя. Другим регионом, с которым взаимодействовал мегаполис, была Оахака, который имел свой анклав в Теотиуакане, где проживали этнические сапотеки. Здесь был раскопан оахакский двухкомнатный храм, построенный при помощи теотиуаканских строительных приёмов. На западной периферии города находился баррио, связанный с Западной Мексикой (Мичоаканом) и Оахакой.

Реорганизованное поселение в южном Керетаро и фрески в городище Эль-Розарио предполагают прямую связь Теотиуакана с этими местами ок. 400 г. Торговые интересы Теотиуакана отмечены и в регионе Куицео (Мичоакан).

С востоком и южными странами мегаполис связывал Тлашкальский коридор – естественный проход к расположенному рядом региону Пуэбла-Тлашкала (это обеспечивало самый удобный путь к ресурсам побережья Мексиканского залива). Часть территории долины Толуки также подпала под прямое влияние Теотиуакана. Регион Тулы тоже привлёк внимание теотиуаканцев. В Морелосе теотиуаканцев интересовало выращивание хлопка. Примечательно, что южная часть Пуэблы и город Чолула с мастерскими по изготовлению тонкой оранжевой керамики не подпали под прямой контроль мегаполиса, хотя мигранты из этого района также стали частью общества Теотиуакана.

Отношения Теотиуакана с майя – это довольно сложная проблема, которая привлекает внимание уже не первого поколения исследователей. Влияние теотиуаканского стиля заметно в архитектуре, скульптуре, керамике на заселенной майя территории от полуострова Юкатан до Тихоокеанского побережья Гватемалы, поэтому наличие тесных связей Теотиуакана с городами майя в горной Гватемале и Петене (Каминальхуйу, Тикаль, Вашактун и другие) не вызывает сомнений. Тем не менее, ученые на протяжении десятилетий ведут споры о том, имело ли место прямое военное завоевание области майя армией из Центральной Мексики, или же присутствие чужеземного стиля в искусстве майя – это результат присвоения местными династиями престижной теотиуаканской символики в целях повышения собственного статуса. Постепенно исследователи пытаются отходить от жестких моделей и поиска простых ответов. Очевидно, что отношения майя с Теотиуаканом невозможно сводить только к завоеванию или идеологическим заимствованиям. Эти контакты не были однородными, в них можно выделить и торгово-экономический, и политический, и идеологический аспекты. Однако письменные источники свидетельствуют о том, что с конца IV по начало VI веков Теотиуакан оказывал непосредственное влияние на политическую систему майя, господствовал над местными царствами. В текстах майя есть упоминание о вторжении чужеземцев с запада в 378 году, которое совпало с гибелью тикальского царя. Причём теотиуаканцы, судя по последним данным, провели масштабную военную кампанию по захвату Тикаля – есть предположение, что на город шло два войска: основная часть теотиуаканской армии под командованием полководца Сихйах-К'ахк'а шла к Тикалю через Эль-Перу с запада, а ещё одно войско двигалось с севера через Наачтун. Результатом похода стало восхождение на трон в Тикале Йаш-Нуун-Ахиина I, малолетнего сына от брака правителя Теотиуакана с местной царевной. Что же касается Сихйах-К'ахк'а, то он, видимо, стал кем-то вроде верховного наместника и представителя Теотиуакана в области майя Петен, многочисленные майяские цари, в том числе Йаш-Нуун-Ахиин I, считались его вассалами. Эту систему отношений принято условно называть «Новым порядком».

Дальнейший ход событий нам пока еще не вполне понятен, но, так или иначе, Сихйах-К'ахк'у не удалось основать собственную династию, поэтому в V веке ведущая роль перешла к царям Тикаля, связанным с правителями Теотиуакана родственными узами. Происходило постепенное распространение «Нового порядка» на запад и юг от Петена. Так, выходец из Караколя (Восточный Петен) К’инич-Йаш-К’ук’-Мо’ при вероятной поддержке Тикаля в 427 году прибыл в Копан и основал там новую династию. Перед этим он совершил долгое путешествие к «Храму Солнца» в Теотиуакане, где взял царский скипетр, то есть, по сути, получил санкцию на правление. При помощи таких коронационных церемоний подтверждался подчиненный статус майяских владык по отношению к правителям Теотиуакана. Тем не менее, поскольку центральномексиканская метрополия находилась довольно далеко от низменностей майя, не удивительно, что прибывшая вместе с Сихйах-К'ахк'ом чужеземная правящая верхушка, оказавшись в совершенно иной культурной среде, быстро ассимилировалась и приспособилась к местным традициям. На установленных при жизни Йаш-Нуун-Ахиина I стелах этот царь показан в типичном теотиуаканском одеянии и выглядит подлинным «чужаком», но уже при его преемнике в Тикале начался своеобразный майяский «ренессанс». Несколько дольше культурное влияние Теотиуакана ощущается в монументальной скульптуре Эль-Перу.

Таким образом, контроль над царствами майя с течением времени становился все более опосредованным, осуществлялся уже не через собственного наместника, а в рамках сложной модели сюзеренно-вассальных отношений с местными династиями. Определить точный момент ее распада довольно сложно. Насколько можно судить, на протяжении большей части V века никто не ставил ведущее положение Тикаля под сомнение. Однако в 486 году Тикаль вел войну против царства маасальских владык, точное местонахождение которого неизвестно.  На рубеже IV-V веков маасальские владыки являлись частью «Нового порядка» и признавали верховенство Теотиуакана, но теперь, видимо, попытались добиться независимости. Возможно, тогда уже начали проявляться первые признаки ослабления Теотиуаканской империи и «Новый порядок» дал трещину. Последнее известное упоминание о правителе Теотиуакана как сюзерене майяского царя происходит из Пьедрас-Неграса и приблизительно датируется началом VІ века. После этого Теотиуакан исчезает из источников как деятельный участник политической борьбы в регионе. Отход гегемона болезненно сказался на положении его ключевого вассала и союзника в Петене, эпоха доминирования в регионе владык Тикаля завершилась уже к середине столетия. Впрочем, даже в VIII веке, когда великий город уже медленно угасал, цари майя использовали мексиканскую военную символику для обоснования легитимности собственной власти и говорили о происхождении своих предков из Теотиуакана.

Вообще же о влиянии Теотиуакана за пределами расположенных рядом районов говорить очень трудно – у нас просто мало информации и знаний на этот счёт. Так, некоторые исследователи считают, что Матакапан (ныне в шт. Веракрус) был теотиуаканской колонией, в то время, как другие утверждают, что здесь скорее была торговая диаспора из Теотиуакана, а третьи выдвигают предположение о принятии местными лидерами центральномексиканской идеологии для усиления лояльности своих подчинённых.

Ещё одной колонией Теотиуакана, торговым аванпостом, либо же результатом международного влияния и желания элиты имитации мегаполиса принято считать расположенный в высокогорьях Гватемалы древний город Каминальхуйу. Недавние изотопные исследования определили в захоронениях детей, родившихся в здешних местах. Однако отрубленные головы и другие скелеты по большей части принадлежали майя низменностей, а останки ещё двух человек были то ли жителей Центральной Мексики, то ли тех, кто там долго проживал. Эти данные указывают на взаимодействия Каминальхуйу с майя низменностей и прямую связь с Центральной Мексикой, скорее всего с Теотиуаканом.

Возвращаясь к майя низменностей, исследователи отмечают взаимодействия Теотиуакана с этим районом начиная с I века, а может и ранее. Возможно, это были непрямые отношения. Поначалу это были взаимодействия равных партнёров, но затем Теотиуакан стал больше уделять внимание другим партнерам (на побережье Мексиканского залива и Тихого океана). Около 350 года происходит резкая смена политики Теотиуакана и связанные с мегаполисом люди вместе с войском начинают прямую интервенцию в следующие места: Матакапан на побережье Мексиканского залива, в район Серро-Берналь и Мирадор в Чьяпасе, в Монтану/Лос-Чатос на гватемальском побережье Тихого океана и в некоторые центры майя, в т.ч. упоминаемых ранее Тикаля, Копана, Каминальхуйу, а также в Рио-Асуль и, вероятно, ещё куда-то. О военном присутствии в Герреро указывает стела в Асатемо, где изображён воин в теотиуаканском стиле. Есть свидетельства о существовании теотиуаканской колонии в Монтане. Отсутствие здесь местной утилитарной керамики в теотиуаканском стиле, вероятно, указывает на военное вторжение или же на приход торговцев из Теотиуакана. В то же время есть сомнения в возможностях Теотиуакана превратиться в империю на длительное время. Достаточно ли у Теотиуакана было ресурсов для поддержания империи? Предположительно мегаполис после 350 года проводил активную и динамичную политику за пределами близлежащих районов на протяжении 100-150 лет. В любом случае, прямое присутствие Теотиуакана за пределами Центральной Мексики продлилось недолго.

В целом теотиуаканцы проводили разнообразную межрегиональную политику взаимодействия, которая зависела от внутриполитических и стратегических интересов города, а также от самих районов и партнёров, с кем жители мегаполиса контактировали. В ряде мест существовали теотиуаканские торговые диаспоры из военизированных торговцев, в других местах происходила колонизация, существовала также политика обмена подарками между элитой, паломничество, торговля и подражание региональными элитами теотиуаканскому стилю. Следует также помнить, что взаимодействия происходили не только на государственном уровне – элита «среднего класса», торговцы, ремесленники и простые мигранты также вносили ощутимый вклад во взаимодействие Теотиуакана с другими регионами.