Россиян схватили, пытали и ограбили эквадорские индейцы кечуа (видео)

Россиян Владимира Глазунова и Юлию Назарову схватили, пытали и ограбили эквадорские индейцы кечуа. Фото - Salvador Usca | para El Telégrafo

28.11.2013. IndiansWorld.org. Несколько дней назад двоих граждан РФ, Владимира Глазунова, 44-х лет, и Юлию Назарову, 28 лет, удерживали силой, пытали и ограбили индейцы кечуа из общины Липуно провинции Пастаса, на юго-востоке Эквадора. Затем они же и сдали россиян полиции.

После того, как пострадавшие обратились в письме и по телефону за помощью к консулу РФ в Кито, дело получило широкую огласку по стране и власти Эквадора обещали разобраться с инцидентом. К ребятам с визитом уже приезжали губернатор провинции  Пастаса Денис Кока и директор по туризму Марсело Сальседо.

Сейчас жертвы инцидента находятся под пристальным вниманием телерадиожурналистов и газетных журналистов Эквадора, однако российские СМИ пока молчат…

О деталях случившегося подробно расписано в письме потерпевших к консулу РФ в Эквадоре, которое мы предлагаем Вашему вниманию:

«Уважаемая Ольга Владимировна

В Амазонской сельве нас сутки связанных по рукам и ногам пытали индейцы и хотели убить, но потом вызвали полицейских и сдали нас полиции!

Я, Глазунов Владимир Александрович, проживаю уже год в городе Пуйо, провинции Пастаза и неделю назад ко мне приехала знакомая Юлия из России, которая хотела посмотреть настоящие джунгли и мы решили сходить в поход на 3 дня с палаткой, предварительно получив всю информацию об этом районе - вниз по реке Villano от поселка Paparagua. Этот район заинтересован в развитии туризма, туда идет комфортабельный автобус от Пуйо и на конечной остановке, в Папарагва нам сначала предложили арендовать каноэ (дорого) после чего объяснили, что можем прогуляться и пешком, вдоль берега, где идет хорошая тропа, потом, перейти реку на другую сторну и вернуться по тропе с другой стороны реки. Так мы и поступили. Никаких гидов не брали, поскольку планировали идти не спеша, только по тропе, делать фотографии природы, ловить рыбу и ночевать в палатке у реки. Расстояние от автобусной остановки вниз по реке планировалось 15км. По пути мы встречали местных, имеющих там плантации бананов, папайи и скот, которые подтверждали информацию, что тут безопасно, нет никаких диких зверей, люди спокойные и приятные. На второй день мы встретили дедушку, который сказал, что через 2 часа эта тропа приведет прямо к реке и нужно будет пересечь ее вброд, чтобы попасть в деревню Lipuno, где живет комунидад Кичуа и они покажут тропу на другой стороне реки, ведущую обратно в Папарагва. Через 2 часа тропинка действительно уперлась прямо к воду и пройдя немного по берегу, мы увидели на той стороне в каноэ и шум от работающих людей. Юля пошла вброд через реку и уже через несколько минут весело общалась на испанском с группой жителей, которые вышли на берег и помогли нам на каноэ переправить вещи на другую сторону. Потом нас пригласили на большую веранду дома, угостили чичей (слабоалкогольный напиток из юкки), мы угостили детей конфетами и стали рассказывать кто мы и откуда. Потом началось странное. Нам стали объяснять, что это закрытая территория и нам без гида и специальных разрешений нельзя сюда приходить. По рации они связались с полицией и я слышал, как мужчина объяснял, что они поймали двух гринго, без гида и документов (хотя за 5 минут до этого я всем демонстрировал свою эквадорскую седулу) и нужно срочно вызвать сюда вертолет для нашей эвакуации. Нам же сказали, что мы задержаны, наши вещи будут досмотрены и мы будем дожидаться полиции. Такое "гостеприимство" мне не понравилось и я сказал, что позволю обыскивать меня только полицейским, когда они прилетят и не хочу оставаться в их доме. Затем поднял свои вещи с пола и сказал, что мы будем дожидаться полиции на берегу. Тут же на меня навалились 2е мужчин, а старичок стал бить мачете плашмя сначала по ногам, а потом по голове. Разъяренный таким обращением, я попытался освободиться, но подбежали еще люди и стали вязать мне проволокой руки и ноги и повалили на пол. Стало понятно, что отсюда нас никуда не пустят. Руки, сильно стянутые за спиной стали затекать и я просил Юлю, которая оставалась свободной, чуть ослабить веревки, чтобы усилить кровоток, но ей не разрешили этого делать. Тогда она начала говорить что "вы тут все плохие" поскольку так обращаться с человеком нельзя и препираться с женщинами. Но в ответ ей лишь смеялись или говорили замолчать. Время шло, вертолет не прилетал, а ситуация накалялась, поскольку я переставал чувствовать руки, а Юля все чаще выкрикивала, насколько тут все плохие. Потом пришел "главный" и когда он начинал говорить - все тут же замолкали. Выслушав объяснения жителей на местном диалекте, которые судя по эмоциям были не в нашу пользу, он просто заткнул Юлю, которая пыталась что то объяснить и попросить мне помочь, сказал, что "ты моя собака и будешь открывать рот, когда я разрешу". Юля попыталась снова что-то сказать и тогда на нее набросились несколько человек и тоже связали и надели мешок на голову. Мне тут же плотно завязали глаза, стали бить, срезали мачете майку и начали хлестать по всему телу колючими жгучими листьями, и потом натерли тело пастой из красного перца, запихнули эту же пасту в рот и в глаза, прямо под повязку... с Юлей делали тоже самое, только били меньше. Потом с веранды увели всех детей, чьи голоса исчезли вдали и наступила зловещая тишина. Юля, которая через повязку могла частично что-то видеть сказала "сейчас нас будут убивать. прощай". Но потом они снова стали громко ругаться между собой на кичуа и снова выпутывать у нас все имена людей, с кем мы общались в поселке, кто нас видел, где наши друзья и т.п.

Судя по времени уже должно было темнеть и я понимал, что полиция уже не прилетит за нами и не понимал почему они этого не сделали.

Связанных, нас подняли и куда-то потащили, судя по треску веток - в лес. Возможно хотели убить там, а не в доме. Я слышал как мужчина кричал несите бензин и через некоторое время почувствовал его запах. Потом мне полили его на голову и спину и сказали, если не скажу правду - подожгут. Юлю не обливали, но она видела через повязку, что с нами "делают" и каждый раз говорила "нас сейчас убъют". Потом нас потащили в какой то сарай, и бросили в разные комнаты. За это время, от пота веревки на руках размокли и немнго ослабли, а проволоку удалось немного растянуть пальцами. Глаза и рот горели от перца, все тело саднило и болело от побоев, но руки понемногу начинали чувствоваться. Радовался я не долго, поскольку через пол часа в сарай вошли люди, снова побили меня и накрутили новых толстых веревок и на руки и на ноги и на шею... и снова ушли. За тонкой досчатой стеной я слышал голоса женщин и одна начала у меня распрашивать грустным голосом про то, что случилось. Мне показалось, что она сочувствует и рассказав ей все, попросил помочь ослабить веревки, но она сказала, что дверь заперта и она не может помочь. Потом снова несколько раз приходили разные люди и устраивали допросы. Единственное, что мне позволяли - это пить. Этим я пользовался, чтобы сильно напрягая руки по ним стекал пот и смачивал новые веревки, которые потихоньку удалось ослабить и усилить кровоток. Но правая рука уже сильно распухла и до утра я боялся ее потерять совсем. Наступила ночь, везде слышалась музыка и пьяные голоса, прерываемые резкими эмоциональными разговорами - видимо обсуждали нас и что делать дальше. К двери приставили часового с ружьем и предупредили, что если попытаюсь сбежать, то застрелят без разговоров. С Юлей мы иногда перебрасывались словами, чтобы понять что мы оба еще живы и рядом, хоть и в соседних комнатах. Но когда мы начинали переговариваться на русском нас всегда тут же начинали бить и затыкали. Юля прикидывалась больной и имитировала обмороки, поэтому вечером ее даже повели в "госпиталь" где по дороге показали место для "повешения" с веревкой и дыркой в деревянном полу, но ночью ее развязали и сняли повязку. К ней все время приставали мужчины и даже когда водили в туалет - там ее лапали. Все это время нас фотографировали, то приставляя к горлу мачете, то просто на нашем фоне, позируя, называли собаками и постоянно хохотали. Под утро к двери подошел какой-то парень и попробовал заговорить со мной на английском - оказалось, что он живет в Америке и приехал навестить своего дядю. Очень странно, поскольку все нам говорили до этого, что они ненавидят "гринг" и на их земле живут только коренные индейцы. Этот парень мне помог, умудрившись пролезть в щель между стеной и крышей, спрыгнул на пол и развязал веревки на руках и шее, после чего заново завязал руки, но уже легко, только для вида. Он же сказал, что пытать нас больше не будут и отдадут полиции. Настало утро, кто-то пришел, развязал мне руки и сказал, что через пол часа мы будем свободны, поскольку полиция на подходе. Еще через полчаса я услышал, как Юлю выводят из ее комнаты на допрос. К этому времени я уже сидел на стуле без повязки на глазах и связаны были только ноги. Когда в дверях появились люди и кто-то сказал, что это и есть полиция (без формы), то подумал меня сейчас поведут тоже на допрос, но вместо этого меня привязали к стулу, снова завязали глаза и ушли. Прошло сорок минут и Юлю не возвращали. Несколько человек снаружи, включая женщин, переговаривались тихими испуганными голосами и я спросил несколько раз "где Юлия?". Ответ, который дословно переводится как "она нигде" или "ее нет ни в одном месте" заставил мое сердце опуститься. Вот тогда я первый раз по настоящему испугался... оставшись один. А Юлю оказывается в это время водили к месту, где виселица, связали руки, посадили у стены и начали вбивать гвозди над ее головой.

Через полчаса пришел человек и начал за стенкой снова связываться с полицией по рации. Я четко слышал о чем они говорили и полиция сказала, что они не прилетели вчера, потому что якобы темнело, хотя разговор был в час дня, а лететь тут пол часа. Сейчас же они предлагали прилететь за нами в понедельник и в голове пронеслась мысль, что еще сутки мы тут точно не протянем... но мужчина стал сильно настаивать и в результате они сговорились что сегодня за нами сможет прилететь самолет в деревню Piwiri, ниже по течению, куда нас доставят на каноэ. Стало понятно, что Юля еще жива и находится сейчас просто в другом месте. Через полчаса меня перевязали так, чтобы я мог преставлять ноги, повели к реке и усадили в каное, где уже сидела Юля и плакала - думала, что нас везут утопить в реке. У меня тоже до последнего момента были такие мысли, поскольку стукнуть нас веслом по голове и сбросить в реку с пираньями - дело минуты, а полицейским они потом могли сказать, что мы были не связаны и неожиданно выпрыгнули за борт и им не удалось нас догнать.

Через час нас вывели на берег и еще через 10 минут послышался звук мотора маленького самолета. Мы поняли, что остались живы. Полицейким меня так и сдали - с завязанными руками и ногами и повязкой на глазах - словно опасного преступника, за которого им положена награда. Прилетев в Shell мы проверили рюкзаки - все ценные вещи были украдены. Фотоаппараты, телефоны, планшет, навигаторы, деньги, палатка, коврики, фонарики, хорошая одежда... даже резиновые сапоги, на сумму более чем в 2500$.

Полиция отвезла нас сначала в госпиталь на обследование и рентген, все кости оказались целы, вкололи обезболивающее, дали таблеток и выдали странные медицинские сертификаты, в которых написана всего одна строчка, хотя я просил описать все видимые повреждения и дать мне копию для русского посольства.

К госпиталю за это время приехали две группы репортеров с местного телевидения и взяли у нас интервью и сняли видео.

Потом полиция отвезла нас в фискалию писать заявление, где мужчина со скучающим взглядом сказал сначала, что это не их дело и они ничем не могут помочь, но потом согласился, чтобы мы пришли в понедельник и написали заявление. Сегодня мы это сделаем, но уже видно, что никто этим делом заниматься не будет, поскольку у индейцев свои "законы" и с ними предпочитают не связываться. Но мы не собираемся оставлять это дело просто так и имея хороших друзей на телеканалах в Кито и Гуаякиле уже связались с ними и получили поддержку и помощь и если официальные лица попробуют оставить это дело безнаказаным, придется обвинить их во всем происходещем.

Ольга Владимировна, мы очень надеемся и на Вашу помощь, поскольку являемся гражданами России. Недавно наши президенты встречались и подписали много совместных соглашений, способствующих дальнейшей дружбе между Эквадором и Россией, а такие вещи вовсе не способствует развитию туризма в регионе и их надо пресекать на корню.

С уважением Владимир Глазунов и Юлия Назарова»