Возрождение могущества Кукуля в VIII веке

Стюфляев Максим ::: История царств майя

Итак, в 679 году Кукуль потерпел одно из самых тяжких военных поражений в своей истории. Некоторые исследователи даже считают, что оно имело гораздо более разрушительные последствия, чем война 562 года.[i] Тем не менее, династия «Священных Кукульских Владык» не прервалась, в день 9.12.9.17.16, 5 Киб 14 Соц’ (6 мая 682 года) новым царем стал сын Нуун-Ухоль-Чаахка Хасав-Чан-К’авииль І. Дата его рождения неизвестна, но в посмертной надписи на притолоке 3 из «Храма IV» в Тикале он назван «калоомте’ на четвертом двадцатилетии», то есть в возрасте от шестидесяти до восьмидесяти лет. Хасав-Чан-К’авииль І, вероятно, умер в 734 году, следовательно, он родился не ранее 655 года, а к моменту коронации ему было не более двадцати семи лет.

 

Портрет Хасав-Чан-К’авииля І на стеле 16 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

Портрет Хасав-Чан-К’авииля І на стеле 16 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

О начальных десяти годах правления Хасав-Чан-К’авииля І ничего неизвестно, но в день окончания двадцатилетия 9.13.0.0.0, 8 Ахав 8 Во (18 марта 692 года) он установил свои первые юбилейные монументы, стелу 30 и перед ней алтарь 14. Тем самым была подведена черта под долгим «периодом паузы» в Тикале. В этом шаге можно усмотреть признак ослабления могущественной Канульской державы и восстановления полной независимости Кукуля. Внешнеполитическая ситуация в целом складывалась благоприятно для Хасав-Чан-К’авииля І. В 686 году скончался престарелый Йукноом-Ч’еен II, канульский трон перешел к его сыну Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’у. Последнему досталось в наследство обширное политическое объединение, силы которого, однако, уже были изрядно истощены в непрерывных войнах. Возможно, об ослаблении Кануля, его неуверенности в собственных силах свидетельствует важная, но не во всем понятная сцена на сосуде K5453. На нем показано, как в день 9.12.19.10.0, 4 Ахав 13 Кех (10 октября 691 года) «Священный Кукульский Владыка» Ч’ок-Вахйис получил дань или дары от стоящего перед ним на коленях некоего К’ахк’-Хиш-Муута, названного «посланником Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а, Священного Канульского Владыки». С. Гюнтер в свое время предположил, что Ч’ок-Вахйис – это титул или эпитет Хасав-Чан-К’авииля І, то есть канульский посланник доставил дань правителю Тикаля.[ii] Однако в иероглифическом тексте указано, что это событие произошло не в Йашкукуле, а в Топоште – одном из центров Восточного Петена, расположенном неподалеку от Йашхи и Наранхо. Сомнительно, что для получения дани Хасав-Чан-К’авиилю І пришлось бы совершать столь дальний визит. Скорее можно предположить, что Ч’ок-Вахйис представлял еще одну, неизвестную нам, ветвь «Священных Кукульских Владык». В этой связи стоит отметить, что, помимо К’ахк’-Хиш-Муута, перед ним на коленях стоит и другой персонаж, также носящий титул «Священного Кукульского Владыки». Дары Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а не обязательно должны восприниматься как жест подчинения. Вполне возможно, что в преддверии решающей схватки он искал новых союзников, пытался рассорить Хасав-Чан-К’авииля І с его родственниками.

Сосуд К5453

Сосуд К5453

Так или иначе, обе стороны готовились к тому, чтобы доказать свое превосходство на полях сражений. Подобно предшественникам, Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’ в борьбе с Кукулем опирался на поддержку вассалов. Поскольку после смерти Бахлах-Чан-К’авииля его преемники в Дос-Пиласе отошли от активного участия в делах «большой политики» и сосредоточились на утверждении своего господства в Петешбатуне, Кануль нашел для ведения войны нового партнера – Са’альское царство. В то время в Са’але в статусе регента при малолетнем сыне правила царица Иш-Вак-Чан, дочь Бахлах-Чан-К’авииля. Верная курсу своего отца, она с 693 года провела целую череду успешных военных кампаний против союзников Кукуля. Более того, как сообщается на стеле 22 из Наранхо, в день 9.13.2.16.10, 5 Ок 8 Кумк’у (1 февраля 695 года) Са’аль одержал победу уже над самим Кукулем в битве в местности К’ант’уль, а кукульский полководец (буквально «человек из Кукуля») Сихйах-К’авииль попал в плен.[iii]

 

Портрет царицы Иш-Вак-Чан на стеле 24 из Наранхо. Прорисовка Я. Грэхэма

Портрет царицы Иш-Вак-Чан на стеле 24 из Наранхо. Прорисовка Я. Грэхэма

Вдохновленный успехами вассала, Кануль начал собственную войну против Кукуля, обернувшуюся для него катастрофой. В день 9.13.3.7.18, 11 Эц’наб 11 Ч’ен (8 августа 695 года) произошло решающее сражение, в котором Хасав-Чан-К’авииль І «поверг оружие» Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а. Войско последнего было совершенно разгромлено, в руки победителей даже попал йахавмаан – священный паланкин одного из богов-покровителей династии канульских владык. Армии майя и других народов Мезоамерики несли в сражение изображения своих богов, противопоставляя конкурирующих божеств друг другу почти таким же образом, как это было в случае со смертными людьми.[iv] Ясные сведения о судьбе самого Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а еще недавно отсутствовали, историки спорили о том, попал ли он в плен или благополучно вернулся в свою столицу. В 2012 году в Ла-Короне были обнаружены новые надписи, из которых следует, что этот царь не только не погиб на поле боя, но и остался у власти, сохранив контроль, по крайней мере, над некоторыми зависимыми территориями. Видимо, в целях успокоения вассалов и поднятия собственного пошатнувшегося авторитета, он в день 9.13.3.16.17, 8 Кабан 10 Кумк’у (3 февраля 696 года), через несколько месяцев после поражения, посетил Сакникте’. Впрочем, жить Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’у оставалось недолго, он скончался в день 9.13.5.15.0, 2 Ахав 3 Паш (17 декабря 697 года), а уже в 9.13.6.2.9, 7 Мулук 7 Сип (5 апреля 698 года) канульский трон занял новый владыка, известный в литературе как Йукноом-Тоок’-К’авииль.[v]

События августа 695 года стали поворотным пунктом в истории позднеклассического Петена. Чаша весов в очередной раз качнулась на сторону Кукуля. Соотношение сил менялось постепенно, но после поражения Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а стало очевидно, что эпоха доминирования и военного превосходства Канульского царства подошла к концу, а его правители утратили лидирующую роль в низменностях майя. Хотя Кануль в какой-то степени сохранил свое влияние и союзнические отношения со многими ведущими игроками региона (Са’алем, Южным Кукулем, Вака’), бывшие вассалы получили теперь возможность проводить более самостоятельную политику. Хасав-Чан-К’авииль І прекрасно осознавал значимость своего триумфа и устроил в Йашкукуле по этому случаю пышные торжества. Желая показать себя продолжателем славных деяний великих кукульских царей Йаш-Нуун-Ахиина I и Сихйах-Чан-К’авииля II, он постоянно обращался к символике и наследию давно уже лежавшего в руинах Теотиуакана. Через тринадцать дней после битвы Хасав-Чан-К’авииль І в одеянии мексиканского воина «представил» захваченных в ней пленников, то есть, вероятно, провел некий обряд подготовки узников к жертвоприношению. В надписи на фасаде «Сооружения 5D-57» в Тикале, по всей видимости, говорится о двух пленниках, один из которых был каким-то неясным образом связан с Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’ом (соответствующий фрагмент слишком разрушен), а второй происходил из царства Са’аль. Следовательно, Иш-Вак-Чан предоставила Канулю свои отряды для участия в войне против Кукуля. Демонстрацией пленников празднование победы не завершилось, в день 9.13.3.9.18, 12 Эц’наб 11 Сак (17 сентября 695 года) состоялась еще более торжественная церемония: Хасав-Чан-К’авииль І совершил кровопускание и обряд «заклинания бога» перед статуей Нуун-Бахлам-Чаахкналя. Дату для этого действа выбрали не случайно – по Долгому счету истекло ровно тринадцать двадцатилетий после смерти родоначальника «мексиканской» династии Хац’о’м-Куйа. С помощью таких календарных манипуляций Хасав-Чан-К’авииль І вселял своим подданным мысль о том, что он призван возродить былую славу Кукуля.[vi]

Сцена на фасаде «Сооружения 5D-57» в Тикале. Хасав-Чан-К’авииль І в одеянии мексиканского воина «представил» захваченного пленника. Прорисовка Л. Шиле

Сцена на фасаде «Сооружения 5D-57» в Тикале. Хасав-Чан-К’авииль І в одеянии мексиканского воина «представил» захваченного пленника. Прорисовка Л. Шиле

Однако, несмотря на разгром злейшего из врагов, впереди Хасав-Чан-К’авиилю І и его наследникам еще только предстояла тяжелая, истощающая борьба. Кукуль по-прежнему находился в кольце противников, и чтобы вырваться из него потребуется около пятидесяти лет. В Восточном Петене стремительно набирал силу Са’аль, на юге потомки Бахлах-Чан-К’авииля закрепили за собой Петешбатун. Враждебную по отношению к Кукулю позицию занимал и его крупнейший западный сосед, царство Вака’. Союзников у Хасав-Чан-К’авииля І к началу VIII века было еще не очень много. В расположенном на юго-запад от Кукуля царстве Ик’а’ (Мотуль-де-Сан-Хосе) Йехте’-К’инич І воцарился в день 9.13.9.1.17, 9 Кабан 0 Во (9 марта 701 года) как его вассал.[vii] На востоке в противовес Са’алю Кукуль оказывал всяческую поддержку царству Йаша’, кукульская царевна была выдана замуж за сына и наследника местного правителя. Царство Маасаль, в свое время враждовавшее с Кукулем, также перебралось в лагерь его друзей.[viii]

Прямых свидетельств об этом нет, но не исключено, что Хасав-Чан-К’авииль І разгромил царство К’анту’ – в Караколе после 702 года почти на сто лет прекращается возведение каменных монументов с надписями. Однако попытки расширить сферу влияния на Са’аль и Дос-Пилас окончились неудачей. В день 9.13.13.8.2, 1 Ик’ 5 Йашк’ин (21 июня 705 года) Хасав-Чан-К’авииль І потерпел поражение в войне с Дос-Пиласом, его полководец («человек из Кукуля») был «повержен» и показан на стеле 1 из Дос-Пиласа как униженный пленник. Следует отметить, что это последний известный нам военный конфликт между двумя ветвями кукульской династии. По-видимому, после 705 года Хасав-Чан-К’авииль І прекратил попытки завоевать Дос-Пилас, а правители последнего, в свою очередь, отошли от активного вмешательства в ситуацию в Петене и предпочли сосредоточиться на взаимоотношениях со своими соседями. Помощь Кукуля не спасла царей Йаши от опустошения их владений Са’алем. Как повествуется на стеле 23 из Наранхо, в день 9.13.18.4.18, 8 Эц’наб 16 Во (23 марта 710 года) сын Иш-Вак-Чан К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахк, уже достигший к тому времени совершеннолетия, сжег селение нового владыки Йаши Хойах-Чаахка. Последний лишь восемнадцатью днями ранее взошел на трон и теперь вынужден был бежать вместе со своей супругой, кукульской царевной. После этого К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахк повелел вынуть из могилы и разбросать останки предыдущего правителя Йаши Йаш-Болон-Чаахка.[ix] Столь демонстративное и жестокое надругательство, видимо, вызвало немалое беспокойство в Кукуле. На алтаре 5 из Тикаля рассказывается о деликатной миссии владыки Маасаля Чан-Сак-Вахйиса в Топоште. В частности в день 9.13.19.16.6, 11 Кими 19 Мак (1 ноября 711 года) он выкопал останки некой «священной госпожи» Иш-Йашбель-Вахйис, после чего через три дня «прибыл пред глаза калоомте’», то есть, очевидно, явился к Хасав-Чан-К’авиилю І с выполненным поручением. В тексте отсутствуют прямые объяснения того, зачем царю Кукуля потребовались кости госпожи из Топоште, но, видимо, прав Д. Беляев, который связывает путешествие Чан-Сак-Вахйиса с более ранними действиями К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахка. Мы уже говорили, что Топоште расположен по соседству с Са’алем и Йашой, а Кукуль, судя по всему, обладал в этом царстве немалым влиянием. Логично предположить, что по каким-то причинам Хасав-Чан-К’авииль І высоко чтил память об Иш-Йашбель-Вахйис и в условиях разворачивавшейся в регионе войны решил перезахоронить в своей столице ее останки, дабы их не постигла печальная участь Йаш-Болон-Чаахка.[x]

Алтарь 5 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

Алтарь 5 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

К началу 720-х годов политическая ситуация в Петене на какое-то время стабилизировалась. На смену преобладанию одного центра приходит баланс сил между несколькими крупнейшими царствами. Это успокоение позволило Хасав-Чан-К’авиилю І во второй половине своего царствования сосредоточиться на строительной деятельности. Окончание двадцатилетия 9.14.0.0.0, 8 Ахав 13 Муваахн (5 декабря 711 года) было отмечено установлением стелы 16 из Тикаля. Хасав-Чан-К’авииль І изображен на лицевой стороне этого монумента в пышном костюме, а в иероглифической надписи он же носит высокий титул калоомте’, лишний раз свидетельствующий о возрождении былой мощи Кукульского царства.[xi] Могущественный владыка заранее позаботился о своей будущей гробнице, повелев соорудить на восточной стороне Главной площади «Храм I» – величественную девятиступенчатую пирамиду на 47 м в высоту с храмом на вершине. Внутреннее святилище этого храма, ставшего одним из символов Тикаля, украсили замечательными деревянными притолоками с тонкой резьбой. На одной из них, притолоке 3, Хасав-Чан-К’авииль І изображен восседающим на паланкине, а в иероглифическом тексте описана великая победа 695 года и последовавшие за ней торжества. Напротив «Храма I» был построен очень похожий на него «Храм II» высотой 38 м с четырехступенчатой пирамидой. На обнаруженных в нем резной притолоке и теперь разрушенной стеле изображена царственная женщина, поэтому было высказано предположение, что храм возвели для поминания главной жены Хасав-Чан-К’авииля I и матери его наследника Иш-Ве’льналь-Йокман-Лахча’-Унен-Мо’. Внутри храма проводились раскопки, но погребение царицы обнаружить не удалось. Хасав-Чан-К’авииль І построил в Тикале также площадку для игры в мяч и связанный с ней храм, выполненный в теотиуаканском стиле.[xii]

Притолока 3 из "Храма I" в Тикале. Прорисовка Д. Монтгомери

Притолока 3 из "Храма I" в Тикале. Прорисовка Д. Монтгомери

Точная дата смерти Хасав-Чан-К’авииля І неизвестна, по всей вероятности, он скончался в 734 году. В 1962 году внутри «Храма I» был обнаружен его могильный склеп, обозначенный как «Погребение 116». Это одно из богатейших захоронений майя классического периода. Большую часть склепа занимало каменное возвышение, на котором лежало тело царя, покрытое многочисленными украшениями из жадеита, раковин и драгоценного жемчуга. Крупнейшее ожерелье, составленное из 114 сферических жадеитовых бусинок и весившее 3,9 кг, очень напоминает широкий воротник. Среди подношений обнаружили сорок сосудов, из которых десять – расписные. Особо стоит отметить изумительный жадеитовый мозаичный сосуд, на крышке которого был тонко выполнен портрет царя. В усыпальницу также положили тридцать семь костей, из которых две – голеневые кости человека, остальные – оленьи и ягуарьи. На костях мастерски выгравированы надписи и изображения, выделенные красной краской. Резчики уделили немало внимания как историческим, так и чисто мифологическим событиям, так что при изучении этих костей современным исследователям не всегда легко отличить первые от вторых. В надписях на нескольких костях повествуется о переломном периоде, связанном со становлением в Кукуле в конце IV века «мексиканской» династии, также встречаются все еще не вполне ясные упоминания царств Шукууп (Копан) и Баакаль (Паленке).[xiii]

На этих резных костях из "Погребения 116" в Тикале изображены "боги-гребцы", которые в своем каноэ перевозят по водам подземного мира Бога маиса Ишиима и различных животных. Прорисовки Л. Шиле

На этих резных костях из "Погребения 116" в Тикале изображены "боги-гребцы", которые в своем каноэ перевозят по водам подземного мира Бога маиса Ишиима и различных животных. Прорисовки Л. Шиле

Сын Хасав-Чан-К’авииля І, двадцать седьмой кукульский владыка Йихк’ин-Чан-К’авииль воцарился в день 9.15.3.6.8, 3 Ламат 6 Паш (12 декабря 734 года). Ему удалось успешно продолжить и довести до конца дело отца, разгромив главных противников Кукульского царства. В самом начале правления Йихк’ин-Чан-К’авииль одержал новую победу над Канулем. На алтаре 9 из Тикаля сохранилось изображение связанного пленника, сопровождаемое надписью, в которой, по-видимому, упоминается тогдашний «Священный Канульский Владыка», известный как Йукноом-Тоок’-К’авииль. Иероглифический текст сильно поврежден, поэтому трудно с уверенностью определить, назван он здесь в качестве жертвы или ее господина. Точная дата войны также не указана, но алтарь 9 связан со стелой 21, установленной в честь окончания пятилетия 9.15.5.0.0, 10 Ахав 8 Ч’ен (26 июля 736 года), следовательно, конфликт должен был иметь место в промежутке между декабрем 734 и июлем 736 годов.[xiv]

Алтарь 9 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

Алтарь 9 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

Новая война против Кануля стала лишь прелюдией к решительной схватке с его главными союзниками – царствами Вака’ и Са’аль. Эти воинственные соседи буквально зажали державу Йихк’ин-Чан-К’авииля в тисках, без их ослабления невозможно было обеспечить безопасность кукульских границ. Йихк’ин-Чан-К’авииль блестяще справился со стоящей перед ним задачей и уничтожил врагов поодиночке. Первый удар был нанесен в западном направлении, по Ваке. В день 9.15.12.2.2, 11 Ик’ 15 Ч’ен (1 августа 743 года) войско Йихк’ин-Чан-К’авииля напало на Йашу. В данном случае речь идет не об уже хорошо известном нам царстве по соседству с Са’алем, а о городе с таким же названием, расположенном в восточной части царства Вака’. Правитель Ваки Бахлам-Ц’ам был разгромлен, в руки победителей попали фигурки с изображениями богов-покровителей его династии, по-видимому, на следующий же день доставленные в Йашкукуль.[xv]

Притолока 3 из "Храма IV" в Тикале

Притолока 3 из "Храма IV" в Тикале, изготовленная из необычайно твердой древесины дерева саподилла в честь победы над царством Вака’ в 743 году. Прекрасный образец искусной резьбы по дереву. На притолоке изображен Йихк'ин-Чан-К'авииль, восседающий на паланкине, а над его головой навис небесный змей. 

Не желая терять время и останавливаться на первом успехе, Йихк’ин-Чан-К’авииль уже через полгода выступил против Са’аля, где после смерти К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахка и Иш-Вак-Чан престол при неясных обстоятельствах перешел к их военачальнику Йаш-Майуй-Чан-Чаахку, игравшему одну из ключевых ролей при дворе еще в 710-х годах.[xvi] На деревянной притолоке 2 из «Храма IV» в Тикале ход кампании описан довольно подробно, буквально по дням. Войско Йихк’ин-Чан-К’авииля выступило из Йашкукуля в 9.15.12.11.12, 6 Эб 0 Поп (7 февраля 744 года) и в тот же день заняло Туубаль (царство или местность между Тикалем и Наранхо). Уже 8 февраля Йаш-Майуй-Чан-Чаахк был разгромлен и попал в плен, он показан связанным и растаптываемым узником на стеле 5 из Тикаля. Возможно, его даже принесли в жертву, по крайней мере, в надписях из Наранхо этот царь более не упоминается.[xvii] Война, однако, на этом не закончилась. В день 9.15.17.10.2, 8 Ик’ 10 Паш (12 декабря 748 года) был взят в плен и двумя днями позднее принесен в жертву богам некий Вилаан-Чак-Ток-Вахйааб. В Кукуле этой победе придавали огромное значение, она упомянута на трех монументах из Тикаля. Мы пока не знаем точно, чем объясняется такое внимание к Вилаан-Чак-Ток-Вахйаабу, но особы с похожим именем или титулом упоминаются на фреске из Ла-Суфрикайи и нескольких предметах, происходящих из области, которая в VI-VIII веках контролировалась Са’альским царством. Так, в городище Хольмуль найдена обработанная в виде шипа ската кость, хозяином которой назван Чак-Ток-Вахйааб, а на вазе К2358, принадлежавшей господину с тем же именем или титулом, упоминается Ихк’-Миин – божественный основатель династии «Священных Са’альских Владык».[xviii] Исходя из этого, можно предположить, что Вилаан-Чак-Ток-Вахйааб приходился Йаш-Майуй-Чан-Чаахку родственником и после поражения последнего возглавил борьбу с Кукулем, но также потерпел неудачу.

Значение походов Йихк’ин-Чан-К’авииля трудно переоценить. После его триумфов Кукуль окончательно вернул себе роль доминирующего царства в Петене. Для Ваки и Са’аля военное поражение имело крайне тяжелые последствия, они переживали долгий упадок и, видимо, оказались под жестким контролем Кукуля. Об истории Вака’ во второй половине VIII века известно очень мало, поскольку соответствующие монументы из Эль-Перу плохо сохранились. Са’аль также уже никогда не имел такого политического влияния, как прежде. С 755 года там царствовал сын К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахка К’ахк’-Укалав-Чан-Чаахк, однако самые ранние из известных его монументов были установлены только через двадцать пять лет после коронации.

Йихк’ин-Чан-К’авииль остался в истории Кукульского царства не только благодаря победам на полях сражений. Его правление было временем экономического и культурного подъема. В Тикале наблюдался настоящий строительный бум. Возведенная в честь разгрома Ваки и Са’аля грандиозная 65-метровая пирамида, известная теперь как «Храм IV», стала подлинной жемчужиной архитектуры майя классического периода. Идя по стопам отца, Йихк’ин-Чан-К’авииль украсил храм деревянными притолоками, на которых описал свои победы. При этом царе строились и другие величественные пирамидальные храмы, призванные продемонстрировать возвращение державе «Священных Кукульских Владык» ее былого величия. В частности в 735 году, в самом начале своего правления, Йихк’ин-Чан-К’авииль перестроил или обновил «Храм VI» и проложил связанную с ним «дорогу Мендеса».[xix]

Жадеитовый мозаичный сосуд из "Погребения 196" в Тикале

Жадеитовый мозаичный сосуд из "Погребения 196" в Тикале. Возможно, на его крышке изображен уподобленный Богу маиса Йихк’ин-Чан-К’авииль или один из его сыновей

Дата смерти и место погребения Йихк’ин-Чан-К’авииля неизвестны. Вероятно, последний свой монумент, стелу 20 из Тикаля, он приурочил к дате 9.16.0.0.0, 2 Ахав 13 Сек (9 мая 751 года).[xx] Его преемник на кукульском троне упоминается исключительно в текстах «Храма VI» и до сих пор остается личностью загадочной. Имя этого царя сохранилось плохо и не поддается надежному прочтению, поэтому в литературе он, исходя из династического счета, обозначается просто как «28-й правитель». Он был сыном Йихк’ин-Чан-К’авииля и, видимо, старшим братом Йаш-Нуун-Ахиина II. В день 9.16.14.17.17, 4 Кабан 15 Поп (16 февраля 766 года) «28-й правитель» завершил начатое отцом обновление «Храма VI», названного «опочивальней» божественного покровителя кукульских владык Сак-Хиш-Муута. Через три дня после этого события он отметил окончание пятнадцатилетия по Долгому счету. Более ничего о «28-м правителе» неизвестно.[xxi] Возможно, он также построил скромный «Храм 73», в пределах которого было найдено богатое «Погребение 196», по многим чертам сходное со склепом Хасав-Чан-К’авииля I. Надписи на найденных в нем шипах ската датированы 754-755 годами, а на покрытой резьбой кости и на тонко расписанном сосуде, известном как «Ваза с колибри», присутствует имя Йихк’ин-Чан-К’авииля. Однако, по мнению ряда специалистов, склеп последнего располагается в пределах по большей части неисследованного еще «Храма IV». Конечно, крупнейшая пирамида Тикаля как место погребения более соответствовала бы достижениям великого царя. Если так, то лучшим претендентом на роль хозяина «Погребения 196» мог бы быть его сын, «28-й правитель».[xxii]

Потрет Йаш-Нуун-Ахиина II на стеле 22 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

Потрет Йаш-Нуун-Ахиина II на стеле 22 из Тикаля. Прорисовка У. Ко

После кончины «28-го правителя» кукульский трон перешел к еще одному сыну Йихк’ин-Чан-К’авииля Йаш-Нуун-Ахиину II, который «воссел на калоомте’льство» в день 9.16.17.16.4, 11 К’ан 12 К’айаб (29 декабря 768 года).[xxiii] Уже сам выбор имени нового царя красноречиво свидетельствует о его стремлении укрепить свою власть через обращение к великому прошлому Кукуля. На стеле 22 из Тикаля Йаш-Нуун-Ахиин II называет себя двадцать девятым владыкой в ряду от Йаш-Эхб-Шоока. Его правление внешне выглядит вполне спокойным и стабильным, окончания двадцатилетий 9.17.0.0.0, 13 Ахав 18 Кумк’у (24 января 771 года) и 9.18.0.0.0, 11 Ахав 18 Мак (11 октября 790 года) были отмечены строительством комплексов "пирамид-близнецов" и установлением юбилейных стел. Однако позиции Кукульского царства в регионе, видимо, постепенно ослабевали, в 790-х годах подошли к концу долгие периоды безмолвия в К’анту’ и Са’але, что явно говорит об усилении власти тамошних владык. Возможно, Йаш-Нуун-Ахиин II пытался поддержать собственный престиж дипломатическими визитами, на стеле 4 из Иштуца (городище примерно в 93 км на юг от Тикаля) безымянный «Священный Кукульский Владыка» упомянут как участник юбилейной церемонии, проведенной местным правителем в день 9.17.10.0.0, 12 Ахав 8 Паш (2 декабря 780 года). Дата смерти Йаш-Нуун-Ахиина II неизвестна. Завершая рассказ об этом правителе, стоит упомянуть один найденный в Тикале расписной сосуд. На нем представлена яркая сцена из жизни царского двора, в окружении придворных дам стоит владыка, который носит головной убор с изображением ахиина (каймана). С. Мартин полагает, что дата на сосуде, приведенная по календарному кругу, соответствует дню 9.18.3.13.2, 1 Ик’ 0 Моль (14 июня 794 года), а изображенный на нем персонаж – это Йаш-Нуун-Ахиин II. Если данная гипотеза верна, то он оставался у власти, по меньшей мере, до 794 года.[xxiv]



[i] Смотрите, например: Guenter S. Under a Falling Star… P. 190.

[ii] Guenter S. Under a Falling Star… P. 220.

[iii] Подробнее о войнах Иш-Вак-Чан смотрите: Martin S., Grube N. Chronicle… P. 76.

[iv] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 45.

[v] Stuart D., Canuto M., Barrientos T. et al. Death of the Defeated: New Historical Data on Block 4 of La Corona’s Hieroglyphic Stairway 2 // La Corona Notes 1(3), 2015. – P. 1-7. URL: http://www.mesoweb.com/LaCorona/LaCoronaNotes03.pdf Стоит добавить, что в надписи на резной кости из погребения Хасав-Чан-К’авииля І в Тикале упоминается загадочный канульский владыка, обозначаемый в англоязычной литературе под условным прозвищем «Расколотая земля» (Split Earth). В свое время С. Мартин и Н. Грюбе выдвинули гипотезу, что речь шла о поддержанном Кукулем претенденте на канульский трон, который пришел к власти вскоре после войны 695 года и правил какое-то короткое время перед воцарением Йукноом-Тоок’-К’авииля. В свете новых фактов данную реконструкцию следует признать несостоятельной, поскольку промежуток между смертью Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а и коронацией Йукноом-Тоок’-К’авииля был слишком кратким и не превышал рамки обычного в политической практике древних майя междуцарствия. Принимая во внимание, что изображения и надписи на костях из гробницы Хасав-Чан-К’авииля I насыщены мифологическим содержанием, можно предположить, что «Расколотая земля» – это либо легендарный предок канульских владык, либо ранний царь, о котором не сохранилось упоминаний в других надписях.

[vi] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 45.

[vii] Tokovinine A., Zender M. Lords of Windy Water: The Royal Court of Motul de San Jose in Classic Maya Inscriptions // Motul de San José: Politics, History, and Economy in a Classic Maya Polity / Ed. by A. Foias and K. Emery. – Florida: University Press of Florida, 2012. – P. 33-34.

[viii] Беляев Д. Д. История майя…

[ix] Подробный анализ надписи на стеле 23 из Наранхо смотрите в: Полюхович Ю. Ю. Полiтико-династична iсторiя… С. 555-558.

[x] Подробный анализ надписи на алтаре 5 из Тикаля смотрите в: Beliaev D., Tokovinine A., Vepretskiy S. et al. Los monumentos de Tikal… P. 120-123.

[xi] Источники не дают однозначного ответа на вопрос, когда именно Хасав-Чан-К’авииль I стал использовать принадлежавший его предкам титул. В надписи на притолоке 3 из «Храма I» при ретроспективном описании его воцарения использована весьма любопытная формула «сел на калоомте’льство», из чего часто делают вывод, что Хасав-Чан-К’авииль I с самого начала своего правления стал титуловаться как калоомте’, бросая тем самым вызов канульским владыкам. Тем не менее, следует помнить, что притолоку 3 создавали уже после войны 695 года, следовательно, в данном случае мы можем иметь дело с переносом позднейших реалий. На установленном в 692 году алтаре 14 Хасав-Чан-К’авииль I назван только «Священным Кукульским Владыкой», из чего можно сделать вывод, что более высокий статус он получил лишь после победы над Канулем.

[xii] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 46.

[xiii] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 47.

[xiv] Martin S. Of Snakes and Bats: Shifting Identities at Calakmul // The PARI Journal. – 2005. – Vol. 6, No. 2. – P. 11-12. URL: http://www.mesoweb.com/pari/publications/journal/602/SnakesBats_e.pdf

[xv] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 49.

[xvi] Д. Беляев и А. Токовинин пришли к выводу, что на стеле 28 из Наранхо Йаш-Майуй-Чан-Чаахк назван «владыкой копья», то есть полководцем К’акхк’-Тилив-Чан-Чаахка.

[xvii] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 49.

[xviii] Beliaev D. Wayaab' Title in Maya Hieroglyphic Inscriptions: On the Problem of Religious Specialization in Classic Maya Society // Maya Religious Practices: Processes of Change and Adaptation / Ed. by D. Graña Behrens, N. Grube, C. Prager et al. Acta Mesoamericana, Vol. 14. – Markt Schwaben, Verlag Anton Saurwein, 2004. – P. 124; Estrada-Belli F., Tokovinine A., Foley J. et al. A Maya Palace at Holmul… P. 246-248.

[xix] Martin S. The Dedication of Tikal Temple VI…

[xx] Эта стела плохо сохранилась, но элементы имени Йихк’ин-Чан-К’авииля различимы в головном уборе изображенного на ней владыки.

[xxi] Подробнее смотрите в: Beliaev D., Galeev P., Luin C. et al. Templo VI de Tikal… P. 80-83, 85-86.

[xxii] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 50.

[xxiii] Эта дата воцарения записана на стеле 22 из Тикаля и является общепринятой. Стоит, однако, отметить, что на еще одном монументе Йаш-Нуун-Ахиина II, стеле 19, сказано, что «первое его двадцатилетие на калоомте’льстве» истекло в день 9.17.18.3.1, 2 Имиш 9 К’айаб (21 декабря 788 года), то есть здесь отсчет ведется от даты 9.16.18.3.1, 4 Имиш 4 Соц’ (5 апреля 769 года). Трудно объяснить такое противоречие в датах. Наиболее вероятно, что Йаш-Нуун-Ахиин II последовательно прошел через несколько инаугурационных обрядов, но четкие различия между ними неясны. Переводы надписей на стелах 19 и 22 из Тикаля смотрите в: Beliaev D., Tokovinine A., Vepretskiy S. et al. Los monumentos de Tikal… P. 124-126, 133-135.

[xxiv] Martin S. In Line of the Founder… P. 32.