ТЛАЧТЛИ

Леженда Валентин, Чернецов Андрей ::: Песнь Кецаля

Глава семнадцатая

Элизабет проснулась очень рано. Прислушалась к себе.

Такой счастливой и умиротворенной она не чувствовала себя уже почти год. Да, точно, со времени своей экспедиции на черноморский Змеиный остров, когда мисс МакДугал разыскивала сокровища храма Ахилла Понтарха.

Осторожно скосила глаза.

Счастье было на месте.

Вот оно, вытянулось рядом во всей красе сильного и здорового мужского тела. Длинные золотистые локоны рассыпались по подушке. Рот трогательно полуоткрыт, и из него вылетает теплое дыхание. Выражение нежного юношеского лица какое-то мечтательное и одухотворенное, как после долгой и страстной молитвы.

Бетси осторожно потянула на себя тонкую простыню.

Приподнялась на локте, чтобы было лучше видно.

Нет, ну до чего же он хорош.

Руки, ноги и грудь - словно вырезанные из слоновой кости. Мускулы не бугрятся валунами под тонкой, какой-то полупрозрачной кожей, а выступают равномерным рельефом. Сильные широкие плечи, изящные лодыжки и ступни.

После того случая в заброшенном храме, когда девушке довелось лицезреть обнаженного Хоакина, она не думала, что ей еще раз доведется увидеть столь совершенные формы.

Не только увидела, но и...

Боже, до чего же она сначала боялась сделать этот шаг. Еще бы, спать с... вампиром, оборотнем, хотя Цонкоцтли и утверждал, что жители Дома Кукурузы никакие не вампиры и не оборотни, а самые обыкновенные люди, физиологические процессы которых чудесным образом законсервировались. Подданные Уэмака практически не старели, оставаясь в том же возрасте, что и тогда, когда пришли в это странное место. Например, самому желтоволосому было в ту пору двадцать семь. Как и сейчас.

Лишь попадая в верхний мир, они подвергались тлетворному влиянию времени, остановить которое можно было либо вернувшись в Чинкалько, либо вкусив человеческой крови.

И еще одно. В Доме Кукурузы не было детей. Вернее, не то чтобы не было совсем. Просто они здесь не рождались. Все "малыши", которых видела Элизабет, пришли сюда вместе с родителями много сотен лет назад. Да так и не выросли.

Как будто богиня любви Шоцикецаль, супруга Тлалхжа, разгневалась на подданных Уэмака и лишила семя мужчин животворящей силы, а лоно женщин - способности давать жизнь потомству.

И это притом, что здешние парни были неплохими любовниками. Правда, Бетси могла судить только на основании эксперимента с одним из них, но если остальные обладали хоть половиной навыков и талантов ее желтоволосого приятеля, то она просто завидовала местным девушкам.

Неужели прошло уже десять дней, как мисс МакДугал и ее компаньоны пребывают в Чинкалько? Она до того забылась, увлекшись изучением нового мира и отдавшись своей столь внезапно вспыхнувшей страсти, что и не заметила, как промелькнула эта декада, выпрошенная Цонкоцтли у своего повелителя для того, чтобы гости могли хоть немного освоить правила тлачтли.

Поединок, от результата которого зависит судьба многих, должен был состояться сегодня.

- Уэмак лично заинтересован в вашей победе, - сказал им тогда Цонкоцтли, проводивший владыку Чинкалько и вернувшийся, чтобы поведать людям о милостивом решении насчет десятидневной отсрочки матча. - Иначе ему придется уступить власть Тотеку Чикауа.

- Ну дела! - воскликнул Фриц. - А без поединка никак нельзя было обойтись? Чтоб однозначно не подставляться?

- Нельзя! - категорично отрезал златокудрый. - Таковы традиции нашего мира. Если бы Уэмак сам не принял решения насчет тлачтли, этого бы публично потребовал сам Тотек Чикауа. А так повелитель опередил его на один шаг.

- Тлачтли? - сморщила носик Труди. - Это что-то типа ацтекского баскетбола?

- Да, - подтвердил проводник.

- Caramba! - возмутился Мигель Васкес, - Какой еще баскетбол?! Вы что, издеваетесь? Посмотрите на меня! Видели вы хоть когда-нибудь подобного баскетболиста? Да я в до корзины не допрыгну!

- Тем более что, если мне не изменяет память, - поддел его Адам, - эти самые корзины расположены на высоте что-то около восьми метров!

- Что-о-о?! - одновременно взревели Васкес, Труди и Думкопф. - Сколько-сколько?!

- Восемь или что-то вроде того, - подтвердила и Бетси.

- Нет! Так дело не пойдет! - заявил коротышка. - Кто как, а я в этой авантюре не участвую!

- Кстати, а сколько должно быть игроков в каждой команде? - поинтересовался Крюгер.

- По четыре. Тотек не будет принимать участия. Он слишком сильный и опытный игрок и искусный маг. Состязание должно проходить по честному.

- Уже легче! - съязвил археолог.

- Видите, видите! - верещал дон Мигель. - Четыре. Значит, я лишний, я не в счет!

- Фи! - скривилась Регентруда. - Как вам не стыдно, Мигелито! Я-то наивно полагала, что вы рыцарь! А вы всего-навсего надутый мешок с деньгами. Прятаться за спинами беззащитных девушек...

Васкес покраснел и громко засопел, но возражать ничего не стал. Совесть совестью, а собственное здоровье дороже.

- Насколько я помню, - продолжал Крюгер, - правила игры достаточно суровые. Побежденный отвечает головой. Не так ли?

Цонкоцтли только кивнул в ответ и, метнув косой взгляд на Элизабет, неловко потупился.

- Ни хрена себе-е! - схватилась за голову брюнетка, как будто пробуя, на месте ли еще она. - Что за штучки, Ордоньес? Кто ж так поступает с любимыми девушками?! Свинья!

- Sucio cerdo! - поддакнул сеньор Васкес по-испански. - Грязная свинья!

- Ладно! - прикрикнула на всех блондинка и, подойдя к желтоволосому вплотную, ласково приобняла его за плечи. - Не видите, ему тоже нелегко! Ведь правда же?

Парень утвердительно мотнул головой.

- А сам-то ты что будешь делать? - не унималась Регентруда, ревниво наблюдая за новоявленной парочкой. - В болельщики подашься? А то присоединился бы к нашей команде! Что, слабо, кишка тонка?

Молодой человек поиграл желваками и, с трудом сдерживая гнев и обиду, молвил:

- Мне уготована роль судьи. Я тоже не могу играть на чьей-либо стороне. Как и Тотек Чикауа.

- Неужели ты так же крут, как и он? - ехидно ухмыльнулась брюнетка.

- Я еще круче, - в тон ей ответил Цонкоцтли. - Ведь это именно я возглавлял команду Уэмака во время того матча с тлалоками.

Парень выразительно повел глазами. Регентруда вспомнила легенду, рассказанную Бетси в Туле, и охнула.

- У нас есть десять дней, - прекратил бессмысленные споры златокудрый. - Я постараюсь помочь вам. Буду вашим тренером. А пока прошу ко мне в гости. Владыка разрешил разместить вас в моей хижине...

Конечно, Цонкоцтли кокетничал, назвав свое жилище хижиной. Это был настоящий дворец, подобающий по рангу второму вельможе государства. (Первым по традиции считался Тотек Чикауа, позиции которого значительно ослабли после его отступничества.)

Сооруженный из красного камня, как и все здания в Клантлик, дворец желтоволосого состоял из множества отдельных помещений, выходы из которых были обращены к внутренним дворикам - патио. Над некоторыми частями этого причудливого здания возвышался второй этаж. Плоская крыша сложена из множества балок, покрытых смесью щебня и известкового раствора.

Окон не было, а дверные проемы закрывались шторами, сплетенными из перьев кецаля. Дверные косяки и перемычки, а также потолки были изготовлены из различных пород древесины: кипариса, сосны, кедра. Многие стены были покрыты разноцветными камнями - яшмой, порфиром, ониксом, черным камнем с красными прожилками. Но чаще они были просто выкрашены, иногда с дополнением рисунков на бытовые и ритуальные темы.

Внутренние дворики, пять или шесть, были вымощены цветной плиткой и украшены бассейнами, наполненными теплой водой. В центральном большом дворе имелся чудесный фонтан.

Мебели было относительно немного. Возле стен в покоях стояли каменные скамьи, украшенные рельефными фризами. Столы и табуреты сплетены из камыша или тростника и покрыты звериными шкурами.

Постели представляли собой хлопчатобумажные покрывала, наброшенные на циновки или на сено. Некоторые покрывала были так искусно вытканы, что казались шелковыми.

Гостей поразило обилие ювелирных изделий и иных украшений, увиденных ими в комнатах. Золотые и серебряные изображения ягуаров, осыпанные драгоценными камнями; инкрустированные золотом и поделочным камнем сандалии; пропитанные благовониями и украшенные нефритами браслеты из черной кожи; плюмажи из перьев кецаля...

Баронесса фон Айзенштайн ходила по дворцу мрачнее тучи. Надо же быть такой вороной, чтобы прошляпить Ордоньеса. Ну, чего ей стоило пересилить себя, не высовываясь со своими идиотскими репликами по поводу вампиров и оборотней. Глядишь, теперь ходила бы в фаворитках принца Чинкалько.

Нет, спать с ним она все равно бы не стала ни за какие сокровища мира. Еще чего! Покусает в порыве страсти, и что потом?.. Уж лучше быть бедной, но здоровой, чем богатой, но вампиршей. Однако на пару ласковых слов и несколько невинных поцелуев (в щечку) ее хватило бы. Десять дней она вполне бы продержалась. И на прощание прекрасный принц подарил бы ей что-нибудь из своих несметных сокровищ.

А так... Вон как он пялится на кузину. Так и съел бы без соли и горчицы. И она тоже так и льнет к желтоволосому красавчику. Тьфу! Смотреть тошно!

Бетси находилась в состоянии эйфории, знакомом каждому настоящему фанату своего дела.

Такие археологические открытия случаются раз в сто лет.

Чувствовала себя одновременно Шлиманом, отрывшим свою Трою, Картером, стоящим в преддверии гробницы Тутанхамона. Но больше всего Эвансом, нашедшим на Крите дворец Миноса.

Да, несомненно. Сходство налицо. Как это ей сразу не пришла в голову мысль о параллели между дворцом Цонкоцтли и легендарным Лабиринтом?

Невероятно, но у Адама Крюгера возникли такие же ассоциации.

- Вам не кажется, что мы каким-то чудесным образом очутились на Крите? - спросил он тихо.

Девушка вздрогнула от неожиданности.

- Откуда вы?..

Она хотела поинтересоваться, как немцу удалось прочитать ее мысли, но сдержалась.

Цонкоцтли как раз показывал каждому из гостей предназначенные для него покои. Комната мисс МакДугал находилась в странной близости с личными апартаментами желтоволосого.

"Интересно, что приснится на новом месте?" - подумалось ей.

Ночь минула без сновидений. Вероятно, сказалось нервное переутомление, встряска от событий предыдущего дня. Как только ее голова соприкоснулась с подушкой (знак особого внимания хозяина, так как данный предмет не был здесь распространен), девушка тут же провалилась в бездонную яму глубокого и спокойного сна.

Наутро Элизабет ждал сюрприз. Одежды, которую она аккуратно сложила на табурете рядом с ложем, не оказалось на месте.

- Эй! - возмущенно позвала мисс МакДугал. На зов тотчас же явилась служанка, предоставленная Цонкоцтли в полное распоряжение гостьи.

- Где моя одежда? - показала знаками блондинка.

Как это выразить на науатле, она не помнила. Пришлось поочередно прикрыть руками грудь, живот, коснуться бедер.

Индианка энергично закивала и, выскочив ненадолго из комнаты, вернулась с ворохом одежды.

- Куэитль, - протянула длинный кусок ткани, показав, что это нужно оборачивать вокруг бедер. "Юбка", - догадалась англичанка. Следующий аксессуар.

- Хуипилли.

"Это скорее всего блузка", - определила девушка.

В третий раз ей был предложен большой ромбовидный кусок материи с отверстием в центре для головы.

- Кечкемитль.

"Что-то вроде пончо".

Она остановила свой выбор на куэитле и хуипилли, прикинув, что для предстоящей тренировки они подойдут более всего.

Очутившись в столовой, она увидела там всех своих компаньонов. Те тоже оделись по местной моде.

Адам и Фриц были полуобнаженными. Их чресла прикрывали набедренные повязки (макстлатль), представлявшие собой полосу ткани, пропущенную между ног и завязанную на талии так, что ее концы ниспадали спереди и сзади. На плечи молодых людей были накинуты плащи (тлиматли) - пестрые прямоугольные куски ткани, завязанные под горлом. Выглядели немцы при этом полными придурками, особенно Фриц, чьи телеса для всеобщего обозрения демонстрировать совсем уж не стоило. Однако, как известно, в чужой монастырь со своим уставом не суются, обычаи есть обычаи, и Крюгер с Думкопфом это прекрасно понимали.

Здорово комплексующий в отличие от Фрица Васкес был единственным, кто не захотел предстать пред ясны очи девушек во всей своей красе. Он надел мужской вариант кечкемитля, подпоясавшись лентой, расшитой бисером.

Зато Регентруда выдала тот еще номер. Брюнетка явилась в наряде... местной простолюдинки. Правда, назвать ЭТО нарядом можно было с большим трудом. Нижняя часть ее тела была прикрыта куэитлем, ниспадающим до земли, а вот верхняя...

Сверху у бесстыдного чада не было ничего, кроме нескольких широких лент из перьев кецаля, поддерживающих вызывающе торчащие девичьи грудки.

Мужчины пытались по-джентельменски не замечать наготы Труди, но им это слабо удавалось. Особенно "слабо" не пялиться на бюст девчонки удавалось Думкопфу, глаза которого буквально вылезли из орбит, когда немочка кокетливо оправила перья кецаля.

Затем Регентруда как ни в чем не бывало уселась за стол и непринужденно поинтересовалась, чем их собираются травить.

- Если жареными червяками или солеными слизнями, то я лучше попощусь! И куда это запропастился наш тренер?

Последняя фраза была произнесена особым тоном. И Бетси сразу поняла, на кого был рассчитан весь этот маскарад. Регентруда никак не могла смириться с потерей такого завидного кавалера.

Нет уж, дорогая, роток-то сильно не раскрывай. Что с возу упало, то пропало. Сама же отдала предпочтение другим объектам мужского пола.

В столовую вошел Цонкоцтли. Он также сменил одежду верхнего мира на более привычную для себя. Как и Фриц с Адамом, юноша был полуобнажен. Вот только его плащ представлял собой настоящее произведение искусства и смотрелся на соратнике Уэмака вполне естественно.

На рыжем фоне были вытканы белые бабочки, и у каждой в самом центре помещался человеческий глаз. Эти бабочки располагались по диагонали плаща, края которого были оторочены каймой с точно такими же глазами, но на черном фоне. Те же насекомые украшали и макслатль желтоволосого.

Бетси впервые смогла по-настоящему оценить достоинства его фигуры. Парень был сложен безупречно.

Он вежливо поклонился гостям. Лишь на какую-то долю секунды его взгляд задержался на открытых прелестях Труди. Элизабет померещилось, что уголки рта молодого вельможи дрогнули в подобии иронической улыбки, а в глазах заплясали озорные огоньки.

Не обращая внимания на остальных, словно вокруг вовсе никого и не было, Цонкоцтли приблизился к Бетси и, галантно предложив ей руку, проводил к столу и усадил рядом с собой. По его знаку прислуга начала вносить блюда.

Регентруда, видя, что все ее попытки привлечь к себе внимание принца пропали втуне, лишь заскрежетала зубами и принялась с ожесточением поглощать пищу.

Площадка для игры в тлачтли находилась рядом с пирамидой (теокали) Кецалькоатля. Как объяснил желтоволосый, культ этого героя был официальным и единственным в Клантлик. В память о своем лучшем друге Уэмак запретил жестокий ритуал кровавых человеческих жертвоприношений. Кецалькоатль в свое время уже пытался это сделать, но лишь вызвал недовольство жрецов и пострадал из-за своей излишней "мягкотелости". Владыка Чинкалько сумел довести начатое Пернатым Змеем дело до конца.

Не всем из ближайшего окружения повелителя Дома Кукурузы пришлись по вкусу нововведения. Главным оппонентом Уэмака стал Тотек Чикауа, утверждавший, что именно от недостатка живой крови на алтарях преданных забвению богов и проистекают все бедствия народа Чинкалько. Прежде всего отсутствие у местных жителей потомства...

Само игровое поле напоминало формой букву "I". Прямоугольник длиной триста и шириной сто футов. С двух длинных сторон его обрамляли наклонные каменные стены высотой около тридцати футов. Выше их виднелись зрительские трибуны.

На каждой стене вертикально были укреплены каменные кольца-ворота.

Прикинув расстояние до них от земли, Фриц только грустно вздохнул и скептически почесал затылок. Адам ободряюще похлопал помощника по плечу. Ничего, мол, прорвемся. Хотя при виде игрового поля Крюгеру также немного поплохело. Похоже, они еще не до конца осознали, во что ввязались. Беспечность штука хорошая, но только до того момента, пока она не начинает притуплять бдительность. Но обратного пути, увы, у них уже не было...

Самое поразительное зрелище представляли собой рельефы, украшавшие стены ристалища. Это были изображения голов игроков в мяч в сопровождении знаков-имен, что наводило на мысль о том, что таким образом была увековечена память ритуально обезглавленных героев. Весьма приятная мысль, черт побери.

"Тренер" объяснил им правила игры:

- Понимаете, тут важна не столько прицельность, меткость броска, сколько его красота. Искусство пробежки с мячом. Насколько долго вам удастся не уронить его наземь, не уступить противнику. Оценивается изящество телодвижений...

- Ну, это я вам обещаю! - прощебетало самоуверенное чадо. - Я им такие телодвижения покажу, что весь стадион ляжет!

Она сопроводила свои слова образцами этих самых движений тела, отчего Бетси сделалось неловко, а Фриц с Васкесом так и вовсе обалдели, пребывая во временном эротическом экстазе. Ох нельзя мужиков обнаженной грудью дразнить. Ох нельзя. Плохо это может кончиться. Особенно тревожные опасения вызывал Думкопф, но, слава Богу, с ним рядом всегда находился Адам, который в любой момент мог осадить забывшегося помощника-эротомана, в котором медленно просыпался сексуальный маньяк...

- Вот этого как раз никто и не увидит, - остудил пыл брюнетки Цонкоцтли.

- Это еще почему?! - грозой надвинулась на него Труди. - Кто мне может запретить? Я уже достаточно взрослая и самостоятельная девчонка! Показываю, что хочу и, главное, кому хочу!

- Да, конечно, - снисходительно, как несмышленому дитяти, улыбнулся молодой вельможа. - Однако по правилам нужно надеть соответствующую экипировку...

- Что такое? - заинтересовался дон Мигель.

Желтоволосый сделал знак, и к игрокам приблизились двое слуг с огромными свертками. Они разложили на мелком гравии, которым было присыпано поле, "униформу" для игры в тлачтли. Это были наколенники, налокотники, протекторы для груди и шлемы, изготовленные из неизвестного европейцам материала.

- Похоже на камень? - вопросительно глянула на желтоволосого Бетси.

- Нефрит! - авторитетно заявил Адам, повертев в руках нагрудник. - Только непонятно, каким образом мастерам удалось придать ему такие сложные формы?

- Это их секрет! - рассмеялся тренер. - Я и сам много раз пытался это у них выяснить. Не говорят!

- Я вижу здесь шесть комплектов, - подозрительно прищурился Васкес. - Зачем так много?

- Вас пятеро... - начал молодой человек и, заметив протестующий жест коротышки, поспешил его успокоить: - Да, да. Я знаю, что вы не собираетесь участвовать в соревнованиях. И все же прошу поупражняться вместе со всеми. Запасной игрок всегда пригодится. Ну а шестой комплект, естественно, для меня. Должен же вам кто-то показать все фигуры и пасы. Делать это без защитного снаряжения никак нельзя.

- Интересно почему? - встряла любопытная брюнетка, уже переставшая дуться.

- А вот посмотришь на мяч, и все сама поймешь, - ответила за парня Бетси.

- Хм, - поджала губы Регентруда, но, увидев спортивный снаряд, которым им предстояло играть, округлила глаза. - Это что еще за пушечное ядро?

- Ничего себе мячик, - ужаснулся Думкопф, беря в руки тяжелый каучуковый шар. - Килограмма четыре, не меньше!

- Дай-ка, - не поверила Труди, отнимая у толстяка мяч. - Точно! Если не все пять! И этим нужно попасть вон в то крошечное отверстие?! Они что, совсем обалдели?

- Отверстие не такое маленькое, - возразила Элизабет. -. Это нам снизу так кажется. Его диаметр вполне соответствует размеру мяча. К тому же чем ты слушала? Цонкоцтли популярно объяснил, что смысл игры не только в том, чтобы попасть в кольцо.

- Да я вообще в этой дурацкой игре не вижу никакого смысла! - вспылил Васкес. - Бегать, высунув язык, по полю, пихая локтями и бедрами громадный кусок резины. Да это полный идиотизм!

- В вас говорит невежество, - ехидно уколол коротышку Крюгер. - Смысл в игре есть. Двойной: магический и ритуальный. Не говорю уже о спортивном азарте. Хотя куда вам до того, чтобы понять, что есть спортивный азарт.

Археолог презрительно смерил богача взглядом. Дон Мигель рассерженным петушком подлетел к Крюгеру и, сжав кулачки, намерился дать ему взбучку. Бетси и Фриц еле-еле растащили буянов. Не до того, чтобы ссориться между собой.

Между тем Цонкоцтли уже переоделся и помог облачиться Труди. Та была на седьмом небе от счастья и даже готовилась коренным образом пересмотреть свои взгляды на проблему секса с вампирами. Но парень, не уловив ее призывных флюидов, быстро отошел к Элизабет и стал показывать блондинке, как лучше затянуть ремни шлема и нагрудника. Причем на последнем он задержался чересчур долго. Брюнетка от ярости прямо позеленела.

- Итак, смотрите, - призвал к вниманию желтоволосый. - Мяч, перемещаясь вместе с игроками от одного кольца к другому, символизирует движение солнца от восхода до заката и наоборот. Начинаем.

Он высоко подбросил мяч и, ловко поймав его на левый локоть, перекатил на грудь, а затем начал двигаться мелкими пробежками к кольцу. Шар, подбрасываемый сокращениями грудных мышц юноши, подпрыгивал вверх, опускался на нагрудник, вновь взлетал к небу, и так до тех пор, пока Цонкоцтли не оказался прямо напротив кольца. Тут он на мгновение остановился, перекатил мяч на изгиб правого локтя, несколько раз подбросил и резким движением локтя вверх послал снаряд в отверстие.

- В яблочко! - восхищенно заорал Фриц Думкопф. - Ура-а!

- Чего ты орешь? - шикнул на него дон Мигель. - Нам так никогда не насобачиться. Он-то уже не одну сотню лет упражняется, а мы должны за десять дней все эти премудрости освоить. Учти, что против нашей команды выйдут не новички, а такие же тысячелетние ребятишки...

- Не понимаю, на что вы надеетесь? - поинтересовалась у мексиканца Бетси. - Если мы проиграем, то вы разделите участь всех.

- Хи-хи-хи! - затрясся брюшком Васкес. - Это мы еще посмотрим.

Он выразительно покосился на часы.

- Если вы рассчитываете на своих людей, - молвил тренер, - то зря.

- Эт-то еще поч-чему-у?! У них есть мой приказ: если я не выйду отсюда ровно через двенадцать часов, они начнут атаку горы Чапультепек. Взорвут ее к чертовой матери!

- Правильно. Но вы же сами шесть часов назад дали им отбой. Все поехали на ваше ранчо.

Сеньор Васкес обалдело уставился на желтоволосого.

- Я? Приказал?! Ты че, охренел совсем?!

- Думаю, здесь не обошлось без оборотня?! - невинно похлопало глазками чадо.

Когда до коротышки дошел весь смысл сказанного и происходящего, он разъяренным зверем кинулся на Цонкоцтли:

- А-а-а!

И тут же:

- Ой-ой-ой!!!

Дон Мигель свалился наземь и, схватившись руками за правую щиколотку, начал неистово кататься в пыли. При этом он не переставал вопить:

- А-а-а! Ой-ой-ой!

- Что это с ним? - заволновалась брюнетка.

Думкопф выразительно покрутил пальцем у виска.

Молодой вельможа встревоженно склонился над коротышкой и что-то подобрал с земли. Когда он разогнулся, присутствующие увидели, что в правой руке желтоволосый зажал небольшую серую змейку.

Девушки как по команде ойкнули. Бетси от волнения схватилась рукой за сердце.

- Брось! Брось немедленно! - закричала она.

- Мне ничего не угрожает, - спокойно произнес юноша. - Тот, кто принес ее сюда, полагал, что яд достанется кому-либо из вас.

Он отдал пресмыкающееся одному из своих слуг. Тот бережно спрятал змейку в мешок.

- Вещественное доказательство, - пояснил Цонкоцтли.

Нет, не зря он поработал в полиции.

Желтоволосый осмотрел ранку Васкеса и заметно успокоился. Подозвав второго слугу, он велел ему отсосать яд, проникший в организм мексиканца. Потом совместными с Бетси усилиями парень наложил на щиколотку брыкающегося дона Мигеля повязку с целебной мазью.

- Будет жить, - заверил он. - Его счастье, что поблизости оказался я и мои люди.

- Ты сказал, что кто-то намеренно принес сюда змею, чтобы уничтожить кого-либо из нас? - спросила мисс МакДугал, кладя юноше руку на плечо. - Как это понять?

- Здесь, в Чинкалько, змеи не водятся. Мы их давно истребили. И яд пресмыкающихся не страшен жителям Дома Кукурузы. Некто принес гадину с поверхности.

- Несложно догадаться кто, - заметил Крюгер.

- Угу! - поддакнул Думкопф. - Этот, как его... Тотек, наверняка его рук дело!

- Именно, - подтвердил Цонкоцтли. - И в этом огромная ошибка нашего противника. Он не должен был совершать столь опрометчивого поступка. Когда объявлен тлачтли, никто не вправе посягать на жизнь и здоровье вызываемой стороны. Наказание за нарушение этого закона очень суровое.

- Ты доложишь Уэмаку?

- Нет. Пока промолчу. Но дам Тотеку понять, что мне все известно. Я получил право на ответный ход и, кажется, уже знаю, что именно сделаю...

Тренировки шли своим ходом. С каждым днем команда "верхних людей" все больше сплачивалась и набиралась навыков в древней игре.

Получалось неплохо. Видимо, сказывалось то, что трое из европейцев регулярно занимались спортом. Увалень Фриц, конечно, уступал остальным в подвижности и сноровке, однако брал, что называется, массой. Единогласно решили, что он будет играть роль живой стенки, стараясь не подпускать игроков противника к мячу.

Адам и Бетси показывали достаточно неплохие результаты. Крюгер, в прошлом заядлый футболист, выделывал виртуозные фортели, подбрасывая тяжеленный каучуковый шар поочередно то на левом, то на правом колене. Элизабет работала больше локтями и плечами. Правда, попасть в кольцо кому-либо из археологов никак не удавалось. Но тренер в целом был доволен, находя их игру даже очень сносной.

Больше всех выделялась Регентруда.

Как оказалось, девушка в пансионате занималась не только айкидо, но и баскетболом. Даже имела несколько очень престижных спортивных наград.

Она очень быстро усвоила, что от нее требуется. Пробежка, удержание мяча на изгибе локтя, на груди или поверхности бедра - это для сноровистой брюнетки было парой пустяков.

На третий день тренировок баронесса фон Айзенштайн повергла всех в изумление, лихо забросив шар прямо в корзину.

Сначала подумали: случайность. Попросили повторить рекорд. Заносчивое чадо, презрительно хмыкнув, повторило на бис и, подперев левой рукой бок, вызывающе уставилось на кузину: что, съела? Это тебе не шуры-муры с парнями разводить. Тут, дорогая, школа, класс.

Не сговариваясь, выбрали Труди капитаном команды. Девушка восприняла оказанное ей высокое доверие как должное. Высоко задрав нос, она прошествовала мимо мисс МакДугал и парней, направившись прямехонько к бедолаге Васкесу, сидевшему на "скамье запасных".

Коротышка, как и обещал желтоволосый, проболел совсем немного. Уже на следующий день он выглядел здоровым и веселым. Однако охромел. Цонкоцтли сказал, что это через пару недель, от силы через месяц пройдет - сказываются последствия укуса. Но было ясно, что как потенциальный игрок дон Мигель для них потерян. Это как-то сразу привело к своеобразной изоляции Васкеса. Он воспринимался как ненужный балласт. Возиться с ним не было ни времени, ни охоты. Мексиканец прекрасно чувствовал перемену в отношении к нему коллег по несчастью и впал в уныние.

И тут снова отличилась Регентруда, взявшая "Мигелито" под покровительство. Девушка всячески пыталась развеселить коротышку, отвлечь его от мрачных мыслей. То во время обеда сядет с ним рядышком и рассказывает анекдоты, то притащит Васкеса на тренировку и заставит подавать ей мяч.

В общем, бедняга Фриц совсем извелся от ревности. Лишь истинно немецкое хладнокровие, желание сохранить голову на плечах да дружеское участие Адама помогали ему пережить неудачи на любовном фронте.

А вот у Бетси в этом плане все было в полном порядке. Она полностью отдалась новым ощущениям, закрутив роман с вампиром.

Все свое свободное время, остававшееся от изнуряющих тренировок, блондинка проводила с Цонкоцтли. Молодой вельможа показывал ей местные достопримечательности, рассказывал об истории своего народа, о быте, нравах и обычаях Дома Кукурузы.

Элизабет только удивлялась глубине его познаний, умению подметить самое главное в проблеме, образности и выразительности речи парня. Желтоволосый совсем не походил на тот тип недоразвитого индейца, который сложился в представлении мисс МакДугал после прочтения исторических исследований об аборигенах древней Америки. Может быть, здесь сказалось то, что Цонкоцтли некоторое время жил наверху, среди людей.

Она поинтересовалась у молодого человека, в первый ли раз он покидал Чинкалько, когда играл роль лейтенанта Ордоньеса. Оказывается, нет. Делал это довольно часто. Как и Тотек Чикауа.

Уэмак, который в последний раз выходил на поверхность почти пятьсот лет назад, чтобы встретиться с Монтесумой, разрешал своим ближайшим сподвижникам подниматься и собирать сведения о том, что происходит там, в верхнем мире. Не то чтобы это его сильно волновало. Дом Кукурузы был надежно защищен от внешнего воздействия. Он жил по своим законам, подчиняясь особому ритму. И все же любому человеку, даже тысячелетнему, свойственно любопытство.

- И как тебе наша жизнь? - полюбопытствовала Элизабет.

- Знаешь, мне понравилось! - с жаром признался парень. - Но долго бы у вас я, конечно, не выдержал. Сама понимаешь... - Он красноречиво вздохнул. - Но проводить "отпуск" вполне можно. Эти ваши компьютеры... И еще телевизор...

Осознав, что явно сболтнул лишнее, не вписывающееся в понятие о патриотизме и долге высокопоставленного сановника, Цонкоцтли нахмурился и переменил тему. Предложил прогуляться в Хрустальный Грот и посмотреть на водопад.

Там-то между ними все впервые и произошло. Просто и естественно...

Хрустальный Грот был во владениях подземного народа чем-то вроде местной достопримечательности. Бетси и представить себе не могла, что под землей может находиться такая красота. Нечто неописуемое словами открылось взору, когда парень привел ее в это удивительное место. Сначала девушка решила, что попала в ледяную пещеру, но на самом деле отвесные стены грота покрывал не лед, а застывшее прозрачное стекло. Оно призрачно светилось в темноте нежным голубоватым сиянием. Словно электрические разряды, в стеклянных прожилках пробегали яркие фиолетовые змейки.

- Господи, какая красота! - Мисс МакДугал как зачарованная смотрела на "живые" мерцающие стены грота.

- Мы называем это место Пещерой Стеклянных Миражей, - хрипло прошептал Цонкоцтли, будто боялся нарушить царящий в гроте волшебный покой. - Некоторые утверждают, что если подолгу находиться здесь, то в стекле можно увидеть свое будущее. Многие приходят сюда для медитации и душевного успокоения. Идем, я хочу показать тебе Водопад Мицуе.

Как в волшебном сне, Бетси последовала за своим загадочным проводником, и вскоре они очутились у водопада. Водопад, так же как и стены грота, был застывшим потоком синего мерцающего стекла. Казалось, что некий могучий маг приказал однажды воде замереть, наложив на водопад древнее могучее заклятие. Подойдя ближе, девушка смогла рассмотреть, что в застывшем стекле волшебно переливаются удивительные золотые бусины, навеки заключенные в потоке синевы...

- А почему ты назвал это место Водопадом Мицуе?

- Есть древняя легенда, - губы Цонкоцтли тронула мечтательная улыбка, - о парне из верхнего мира и девушке по имени Мицуе, прекрасной дочери подземного народа, равной которой по красоте не было ни одной женщины, ни здесь, ни наверху.

- Они полюбили друг друга?

- Мицуе нравилось прогуливаться по ночам вокруг горы Чапультепек. Там они первый раз и встретились... Думаю, у многих народов существуют подобные красивые легенды.

- Так это все-таки легенда? - немного с грустью поинтересовалась Бетси.

Цонкоцтли загадочно улыбался.

- Трудно сказать. Ведь это было около двухсот лет назад.

- И что стало с той девушкой?

- Она погибла, превратившись в стеклянный водопад. Ее горе было столь велико, что перед ним отступило само бессмертие.

- Значит, ее возлюбленный умер?

- Его принесли в жертву Уицилопочтли жрецы подземного народа. Он пытался пробраться в подземный город, но был схвачен и казнен. Вот такая грустная легенда.

- Какой ужас. - Бетси даже содрогнулась. - Зря ты мне рассказал эту историю. Я теперь все время буду думать об этих несчастных.

Парень нежно коснулся губами плеча девушки. Его ласка была настолько внезапна, что Бетси на несколько секунд пришла в полное замешательство.

- Я постараюсь, чтобы ты думала о чем-нибудь более приятном...

Почувствовав на себе ее взгляд, желтоволосый проснулся. Улыбнулся ей и посмотрел так, как умел смотреть и улыбаться только он - ясно, трогательно-ласково, так, что душа таяла, а сердце учащенно билось и пело, как кецаль на ветви ауэуете. Протянул руки.

Девушка прильнула щекой к его теплой твердой груди. Цонкоцтли зарылся лицом в ее роскошные белокурые волосы. Элизабет захотелось, чтобы это мгновение тянулось вечность, чтобы не нужно было вставать и идти туда, откуда, возможно, нет возврата.

Словно прочитав ее мысли (хотя, как знать, вдруг и прочитал, ведь он не раз уже демонстрировал свои паранормальные способности), парень крепко прижал Бетси к себе и нежно прошептал на ушко:

- Не бойся, все будет в порядке. Поверь мне.

- Тебе это нашептали твои боги? - попробовала пошутить Элизабет.

Вместо ответа он запечатлел на ее устах долгий поцелуй. Девушка почувствовала, что парень готов повторить ночь их любви. Но все же сдержался. Встал с постели и в мгновение ока стал иным: решительным, властным, серьезным.

- Пора, - с едва ощутимым налетом грусти кивнул Цонкоцтли.

Трибуны арены для игры в мяч были переполнены зрителями. Тысячи, тысячи лиц. Бетси не могла разглядеть, что за выражение господствует на них: любопытство, азарт, равнодушие, ненависть? Кто их поймет, этих живых мертвецов.

Они с желтоволосым прошли в помещение для переодевания. Здесь уже были все члены ее команды, дон Мигель и неизменные слуги-помощники Цонкоцтли. Настроение у "верхних людей" было слегка подавленным. Оно и понятно. Как повернется к ним Фортуна, чем закончится поединок? Сплошная пугающая неизвестность.

Молодой вельможа приказал слугам облачить европейцев в "доспехи". К удивлению присутствовавших, снаряжение оказалось не тем, к которому они успели привыкнуть на тренировках. Это было намного богаче, легче и... древнее. Явно не новодел.

- Надевайте! - приказал желтоволосый. - Добротные доспехи. Те самые, в которых мы победили тлалоков.

- Ого! - восхитилась Труди.

А Крюгер с лихорадочным блеском в глазах принялся рассматривать нагрудники, шлемы, налокотники.

- Боже мой! Боже мой! - повторял он, не веря в такое чудо. - Ожившая легенда!

- Знак личного расположения Уэмака. Теперь все увидят, на чьей стороне симпатии владыки. Кстати, он несколько раз наблюдал за нашими тренировками и остался доволен. Особенно его восхитила госпожа баронесса фон Айзенштайн. Повелитель уже давно не видел таких прицельных бросков в кольцо.

Польщенная брюнетка загордилась.

- Ха! Я постараюсь и сегодня не ударить в грязь лицом.

- Уж пожалуйста! - съязвил Фриц.

- Заткнись! - цыкнул на здоровяка Адам. - Через пару минут нам всем будет не до шуток.

- Да ладно, гepp Адам, - обиженно проворчал Думкопф. - Боюсь, прелести Регентруды нас только отвлекут, да и...

Он не успел договорить. К нему подлетел, вернее, подковылял Васкес и отпустил толстяку звонкую затрещину.

Как ни странно, это отрезвило зарвавшегося Фрица.

А чадо вознаградило своего верного рыцаря жарким поцелуем. В щечку.

- Труди, дорогая, - коротышка закатил от восторга глаза, - если бы я только был здоров, то непременно вышел бы с вами на поле. И утер бы нос этим carneros! Caramba! Черт бы побрал эту подлую змеюку!

- Мигелито, дорогой, успокойся. Ты мой герой!

- Вам сейчас представится возможность выйти на поле, - загадочно улыбнулся златокудрый. - Не откажетесь от своих слов?

Мексиканец вспыхнул:

- Васкесы никогда не отказывались от слов, данных любимым женщинам! Но моя нога!

- Она вам не потребуется. Точно так же как и иные части тела.

- Это как же? - оторопел дон Мигель.

- А вот как!

Цонкоцтли снял с плеч свой рыжий плащ с бабочками и накрыл им коротышку.

- Секундочку! - возмутилась Труди. - Что это ты с ним делаешь?

Не обращая на брюнетку внимания, желтоволосый продолжил свои священнодействия. Забормотав что-то на науатле, он то прикасался рукой к закутанному в плащ коротышке, то дотрагивался до лежавшего на столе каучукового мяча. Речи его становились все громче и отрывистее. Запеленатый Васкес закружился вокруг своей оси, точно юла. Быстрее, быстрее...

Цонкоцтли дернул плащ на себя, и взорам европейцев предстало... два одинаковых мяча для игры в тлачтли.

- Гос-споди-боже-мой! - охнула Регентруда.

- А куда делся человек-пингвин? - изумился Фриц.

- Наверное, это опять игра воображения? - глубокомысленно изрек Крюгер, дав себе слово ничему больше в подземелье не удивляться.

Бетси ничего не сказала. Только подошла вплотную к желтоволосому, положила ему обе руки на плечи и посмотрела в глаза. Парень ответил тем своим особенным взглядом, который она любила и которому верила...

Зрители на трибунах замерли. В своей ложе появился тлатоани - повелитель Чинкалько Уэмак. Как всегда, задумчивый и спокойный. Он уселся в кресло, сплетенное из камыша и обтянутое шкурой ягуара.

По левую руку от государя встал по стойке "смирно" угрюмый и злобно сверкающий глазами Тотек Чикауа.

Уэмак вяло махнул рукой, разрешая начать поединок.

К повелителю приблизился судья соревнований Цонкоцтли и на вытянутых руках поднес два мяча. Тлатоани положил ладонь сначала на один, потом на другой. Удовлетворенно кивнул и легонько хлопнул по тому шару, который был в правой руке желтоволосого. Мяч был освящен.

Тотек Чикауа дернулся всем телом и попытался было что-то возразить, однако, наткнувшись на красноречивый взгляд государева фаворита, прикусил язык.

Судья высоко поднял мяч и потряс им в воздухе. Трибуны разразились громкими криками. Размахнувшись, Цонкоцтли метнул каучуковый шар на поле.

Его тут же принял на грудь капитан команды Тотека, но не успел сделать и нескольких шагов, как наткнулся на монолитную фигуру Фрица Думкопфа. Тот широко расставил руки, как будто хотел поймать индейца в крепкие объятия.

- Цып-цып! - радостно осклабился здоровяк.

Нервы капитана дрогнули, и он уронил мяч. Зрители с издевкой заулюлюкали.

Мяч, отпрыгнув от земли, угодил прямо в плечо Крюгера. Отважный охотник за артефактами ловко послал его себе на левое бедро и начал свой коронный прием "ножницы". Правое колено, левое, правое, левое. Ближе, ближе к кольцу противника.

Капитан тотековцев что-то крикнул одному из своих. Высокий плотный парень, слегка напоминающий комплекцией Думкопфа, ринулся в контратаку. Грубо толкнул Адама в спину, и немец потерял мяч. Упал на колени, но тут же поднялся.

А странный каучуковый шар ненадолго задержался у здоровяка. Едва тот закатил снаряд себе на левый локоть, как мяч непонятным образом отлетел прямо на нагрудник Бетси МакДугал. Блондинке показалось, что, соприкоснувшись с ее грудью, шар издал резкий звук, в котором при желании можно было разобрать нечто вроде: "Caramba".

Или это просто игра разгоряченного воображения?

Элизабет пробралась уже на половину поля, принадлежавшую противнику, и тут ее атаковал невысокий юркий индеец. Выбив у нее мяч, он резким движением правого колена послал снаряд в сторону своего капитана, который находился почти рядом с кольцом команды европейцев. Зрители повскакивали с мест и восторженно завопили.

Англичанка и сама оценила красоту броска вертлявого. Да, такого бы игрока в ее любимую футбольную команду "Манчестер Юнайтед"! Точно вывел бы в чемпионы мира.

Капитан тотековцев, поймав мяч на голову, толкнул его по направлению к кольцу. Арена замерла в предвкушении гола.

Не тут-то было. Грациозной пантерой взметнулось вверх тело Труди фон Айзенштайн, и шар приземлился ей прямо на левое плечо. Придержав его ухом, брюнетка опустилась на землю и яростно ринулась в атаку.

Мяч попеременно касался всех дозволенных правилами частей тела девушки. Голова, левое плечо, левый локоть, правое бедро, правый локоть, грудь. Грудь, левое бедро, правое бедро, грудь, голова.

Вертлявый и толстяк наперегонки ринулись вдогонку за живой молнией. Толстяка нейтрализовал Фриц, легонько приложив того плечом, отчего индеец растянулся на гравии во весь свой немалый рост. Вертлявого взял на себя Адам.

Труди остановилась в пяти шагах от кольца тотековцев. Повертела головой и, заметив поблизости Бетси, сделала ей пас, а сама стала на изготовку. Англичанка приняла подачу и отправила мяч обратно.

"Мазила!" - возопила она про себя, видя, что снаряд летит кузине прямо в бок. Из такого положения поймать мяч было невозможно. Однако брюнетка сделала это. А дальше...

Бетси не поверила собственным глазам.

Приняв тяжелый шар на бедро, Труди начала подбрасывать его. Раз, другой, третий. Резкий толчок левой ягодицы, и мяч влетел прямо в центр кольца.

Гол.

Арена неистовствовала. На трибунах творилось что-то невообразимое.

- Уэй! Уэй оселотль! - орали зрители. - Великий Ягуар!

Брюнетка, сцепив пальцы рук над головой, приветственно потрясла ими в воздухе, поочередно повернувшись к правой и левой трибунам.

И это еще было не все.

Толпа еще дважды за игру приветствовала немочку громким титулом "Уэй оселотль".

Когда мяч в третий раз поразил кольцо команды Тотека Чикауа, тлатоани встал со своего кресла и рубящим горизонтальным движением правой ладони прекратил поединок.

Цонкоцтли спустился вниз, выстроил всю команду и повел ее к царственной ложе.

Государь стоя приветствовал победителей. По его знаку четверо придворных поднесли пришельцам драгоценные плащи, головные уборы из перьев кецаля и тяжелые золотые цепи. Брюнетке была оказана особая милость. Уэмак пожаловал ей три цепи - по одной за каждый гол. И в придачу девушке подарили нефритовую маску ягуара исключительной красоты.

- Это целое состояние! - шепнул ей на ухо Адам.

Еще четверо сановников схватили Тотека Чикауа и, сорвав с него одежду, сбросили мятежника вниз, на поле.

Повелитель Чинкалько повернулся к своему фавориту и что-то тихо сказал на науатле.

Элизабет разобрала только одно слово: "Микицтли" - "Смерть".

Желтоволосый склонился перед тлатоани.

- Вам не следует видеть того, что произойдет здесь дальше, - сказал Уэмак, обращаясь к пришельцам. - Сейчас отправляйтесь во дворец Цонкоцтли, как следует отдохните. Вечером приглашаю вас к себе на пир. Ну а завтра поутру вас с миром проводят наверх, в ваш мир...