Особенности питания

Альберто Рус Луилье ::: Народ майя

Информация, оставленная Саагуном об ацтеках, намного полнее и точнее, чем информация Ланды о майя, хотя последняя и остается нашим лучшим источником знаний о древних обитателях Юкатана. Ланда рассказывает о пище и напитках, о блюдах, которые готовят майя, и о том, что пьют, в такой общей форме, как если бы все слои населения имели в своем распоряжении все продукты питания. Напротив, Саагун в одной главе описывает трапезу господ, а в другой - пиршества торговцев; это позволяет увидеть, что в количественном и качественном отношениях трудовой люд питался не так, как аристократы и другие привилегированные слои общества.

Можно предположить, что у майя было такое же положение и что низшие слои населения не могли рассчитывать на самые изысканные продукты, например те, что ввозились из отдаленных районов (какао, рыба), или те, что требовали тонкого и сложного приготовления. Фактически хронисты преувеличивают воздержанность майя, которые будто бы ели только один раз в день, к вечеру, а мясо ели только по праздникам. Но посмотрим на те данные о майя, которые предоставляют хроники XVI в.

Пища растительного происхождения

В обычные дни главной пищей был, без сомнения, маис, рецепты приготовления которого живы до наших дней. Зерно замачивают на ночь в воде с примесью извести и затем растирают на метате. Получается масса, из которой на жаровне пекут лепешки. Едят их только горячими, так как холодная лепешка, по выражению хрониста Хименеса, "тверда, как подошва ботинка, и безвкусна". Лепешки можно есть как самостоятельное блюдо с солью или перцем или вместе с другой пищей. Из маисового теста готовили также тамали, фаршированные кусочками мяса; в тесто подмешивали и листья чайи или фасоль. Хименес описывает тамали как "комки, сваренные в воде, нанизанные на веревку, как черные четки, жесткие и безвкусные". Из поджаренного и размолотого зерна готовили "шарики, сохранявшиеся по нескольку месяцев, только становившиеся кислыми". Речь идет о посоле, от которого в течение дня несколько раз "берут кусочек и разводят его в скорлупе плода, растущего на дереве, с которого господь дает им стаканы" (хикарас), как нам сообщает Ланда.

Хименес со своей стороны добавляет, что напиток посоле - "это обычный напиток индейцев этих провинций, когда нет какао, которое является более ценным". Из растертой массы маиса, разведенной в воде, "получают молоко и сгущают его на огне и делают жидкие каши по утрам, которые пьют горячими" - здесь Ланда имеет в виду атоле. Тот же хронист пишет: "В то, что остается с утра, добавляют воду, чтобы пить днем, так как у них нет обычая пить одну воду". Другим напитком из маиса был пиноле. Зерна поджаривали, растирали в муку и разводили ее в воде. "Это очень освежающий напиток, когда в него добавляют немного индейского перца чиле и какао", - писал Ланда. Не уточняя, он же говорит о другом питье, "свежем и вкусном", получаемом из сырого растертого маиса.

Из размолотого какао, растворенного в воде, готовили шоколад, который пили горячим; Ланда определяет его как "противное питье для тех, кто не привык, и свежее, и вкусное, и превосходное для тех, кто его пьет регулярно". Этот юкатанский хронист говорит еще об одном "вкусном и ценимом" напитке, для которого из бобов какао извлекали "жир, похожий на масло" и смешивали его с маисом. Должно быть, это был чампуррадо или атоле из шоколада. Другим важным продуктом была фасоль - черная, красная и белая, которую ели как с другими овощами, так и приготовленную отдельно или с мясом, отваренную в соленой воде или же размолотую как паста. Употребляли и разные виды тыкв, а также батат, чайю, томаты, маниок, хикаму, авокадо и макаль (ямс). В периоды голода, когда урожай маиса был недостаточным, высоко ценились плоды различных деревьев. Ланда упоминает кумче, или куумче, у которого можно было есть кору, а также "плод, большой с толстой кожей и мягким, как смоква, содержимым"; из него готовили пищу и питье. Низкие и колючие пальмы "несут несколько больших гроздей круглых зеленых плодов размером с голубиное яйцо. Если снять кожицу, то остается очень твердая косточка, и, если ее разбить, выходит круглое ядро величиной с лесной орех, очень вкусное и полезное в пустые времена, делают из него горячую еду, которую пьют по утрам". Речь идет о койоле, или кокойоле. Мы уже говорили о рамоне, плоды которого Ланда сравнивает с "вкусными маленькими фигами"; вареные семена рамона употреблялись как овощи, а сухие и молотые - в виде муки, заменявшей маис.

У майя было много фруктов, среди них наиболее распространенные авокадо, мамей, чикосапоте, белый сапоте, папайя, гуайяба, гуайя, нансе, питаайя, древесный огурец, сирикоте, анон, мараньон, несколько видов сливы, дикий виноград и многие другие.

Пища животного происхождения

Некоторые хронисты утверждают, что вне праздников и пиршеств древние майя не ели много мяса. Возможно, и в самом деле, что немногие животные, которых выращивали для пищи (собаки, индюки, фазаны, голуби), сохранялись главным образом для празднеств, для подношения в качестве дани или подарка господам или для приношения в жертву божествам. Но часто, хотя и в небольших количествах, майя могли есть мясо млекопитающих, птиц и пресмыкающихся, добытых на охоте. Среди главных животных, мясо которых употреблялось в пищу, назовем оленя, тапира, пекари, барсука, зайца, броненосца, лесного индюка, куропатку, перепела и игуану. Мясо готовилось с овощами или отдельно - хорошо пропеченное прямо на огне или в печи, выкопанной в земле. На дне такой печи разводится огонь, когда он прогорит, угли закрывают камнями, на них кладут обработанную тушу животного, после чего печь заполняется листьями, ветками и камнями.

Обитатели прибрежных поселений дополняли свою растительную диету рыбой и другой морской живностью и, как мы уже говорили, соленую, копченую или высушенную на солнце рыбу отправляли во внутренние районы. По свидетельству Ланды, из морских животных охотились на ламантина, "жир которого использовался для жарения, а мясо его ели, и с горчицей оно почти как мясо хорошей коровы".

Приправы

Майя приправляли свою пищу солью, перцем, несколькими сортами перца чиле и различными душистыми травами - кориандром, эпасотом, ореганом. Важной приправой на Юкатане была и остается биха, которая кроме вкуса придает "цвет пище, какой дает шафран". Эти приправы могли использоваться отдельно или в соусах в зависимости от блюд.

Напитки

Помимо безалкогольных напитков, приготовляемых из маиса и какао, у майя существовали и алкогольные. Среди них главным был бальче, называвшийся испанцами "питаррилья". Однако его употребляли только во время религиозных церемоний. Ланда писал, что это было "вино сильное и очень вонючее". Для некоторых церемоний делали другое питье с "четырьмястами пятнадцатью поджаренными зернами маиса, которое зовут пикула-какла". По мнению Переса Мартинеса, это слово должно писаться как пикуль-акахла, что означает "питье в изобилии". Не уточняя, источники говорят, что приготовлялись и другие напитки из бобов и зерен тыквы.

Обычаи, связанные с пищей

Когда Когольюдо говорит, что майя ели только раз в день - за час до захода солнца, одновременно обедая и ужиная, не следует это понимать так, словно весь день проходил без потребления пищи. Хронист имеет в виду основательную пищу. В самом деле, на рассвете, до начала работ, майя пили горячий атоле - жидкую кашу; в течение дня с интервалами в несколько часов - холодные напитки посоле, пиноле и только вечером съедали овощи, соответствующим образом приправленные, с мясом или чаще без него.

Женщины и мужчины не садились есть вместе, а сначала женщины обслуживали мужчин. Ели сидя на полу или во всяком случае на циновке. Существовал обычай мыть руки и полоскать рот после еды.

Во время религиозных празднеств в пищу не добавляли соль и острый перец. При некоторых постах не ели мяса. Наком, военный вождь, воздерживался от употребления мяса в течение всех трех лет, пока длились его полномочия.

Антропофагия

Нет сомнения, что в некоторых случаях древние майя ели человеческое мясо. Это был ритуальный каннибализм; человеческое мясо не было частью их рациона. Даже испанские хронисты, обычно жаждавшие найти пороки и противные им обычаи у индейцев, почти единодушно утверждают, что майя не ели человеческое мясо, за исключением некоторых празднеств. В этих случаях подчеркивается, что части жертв поедались "с великой набожностью и почтением". Когда Вальдивия и несколько его товарищей были принесены в жертву по указанию одного из касиков карибского побережья Юкатана, "было устроено пиршество для всех людей" как нечто необычное. Также и в Гватемале антропофагия была ритуальной. "Тела принесенных в жертву варились и поедались как освященное мясо", - говорит нам Хименес. Он добавляет, что это мясо подносилось великому жрецу, правителю и другим жрецам и знатным людям, но "людям из народа не доставалось ни кусочка".