Загадка заброшенных городов

Хория Матей ::: Майя

Ученые наших дней сходятся во мнении, что культура майя не только была соседкой, но и прямой наследницей другой, более древней культуры ольмеков. центр которой находился в местности Ла вента, на болотистом острове. По всей вероятности, ольмеки были первыми жителями Нового Света, осознавшими значение календаря. Им принадлежит самая древняя из высеченных на камне дат. Это 31 год до н. э. (по нашей системе), высеченный на стеле из Трес Сапотеса. Следующая дата — 162 г. н. э. – высечена на нефритовой фигурке. Но обе эти даты относятся уже к сравнительно позднему периоду: исследования с помощью радиоактивного углерода С14 отсылают нас к существованию Лa вента в. 1454 ± 300 гг. до н. э., вплоть до 126 ± 250 гг. н. э. Ольмекским календарем воспользовались и майя, усовершен­ствовав его и сделав самым точным, в мире.

Первые сведения об индейцах майя относятся примерно к 500 г. до н. э., когда после длитель­ного трехвекового процесса собственно майя окон­чательно отмежевались от уастеков. Самые по­следние исследования свидетельствуют, что в этнографическом и лингвистическом отношении уастеки составляли майянскую ветвь обширной пенутьенской группы племен, однако в то время, как майя непрерывно развивали свою культуру, достигнув сравнительно высокой цивилизации, уастеки остались на довольно низкой ступени раз­вития. Они не принимали участия в развитии иероглифического письма и календаря и не пользовались типичными элементами архитектуры майя. В искусстве, правда, они создали собственный стиль, но он оставался почти неизменным в течение трех тысячелетий.

Первый исторический период населения майя, который археологи называют периодом формиро­вания, продолжался более восьми столетий, вплоть до 320 г.н. э. От этого периода осталось, очень немного свидетельств, разбросанных по всей тер­ритории. Керамические фигурки, обнаруженные в районе Петена, носят печать своеобразия физиче­ских черт. Своеобразие заключается, например, в приплюснутом носе.

А это доказывает, что древними жителями здешних мест были именно майя. У некоторых вылеп­ленных вручную фигурок руки и ноги изобра­жены в манере, которую сегодня можно назвать импрессионистской, предвещавшей будущее разви­тие скульптуры, майя.

Первая эпоха расцвета культуры майя — 320— 987 гг. н. э. — названа историками Древним царством (по аналогии с историей древнего Eгипта). Этот длившийся более шести с половиной веков период начинается с самой древней даты (320 г. н. э.), высеченной на табличке, которая найдена вблизи города Пуэрто-Барриос, в Гватемале (са­мая древняя из датированных стел находится в Вашактуне; она помечена 9 апреля 328 г. н. э. и обнаружена в 1916 году археологом Сильванусом Морлеем), а завершается этот период тем временем, когда майя покинули свои крупнейшие города по причинам, до сих пор еще не совсем ясным.

Одним из самых величественных памятников начального периода (320—633 гг.) Древнего цар­ства является пирамида в Вашактуне, Лучше всего сохранившаяся из всех памятников в равнинных местах. Она и сегодня еще привлекает внимание археологов. Несколько обнаруженных здесь погребений дают представление о похоронном обряде в период формирования майя и в начальный пе­риод Древнего царства. Стелы с высеченными на них иероглифическими знаками, каменные храмы и многоцветная керамика этой эпохи обнаружены также в Тикале, Копане, Паленке, Ошкинтоке и других местах.

К концу VI века культ памятников распростра­нился по всей средней долине реки Усумасинты. вплоть до южных районов Кампече, затем достиг восточного побережья Юкатана и проник в леса Чиапаса, до современного Британского Гондураса.

В этот второй период Древнего царства (633— 731 гг.) по всей территории майя воздвигались храмы для отправления культов. К этому времени относятся и самые значительные памятники из поселения, обнаруженного в Пьедрас-Неграс, на берегу реки Усумасинты.

Рельефные стелы красноречиво свидетельствуют о том, что майя много внимания уделяли астро­номическим и математическим познаниям и осо­бенно календарю, что наложило глубокий отпе­чаток на всю их культуру. На стелах, этих ка­менных документах, жрецы отмечали свои успехи в изучении звезд, а самые лучшие художники вы­резали на них изображения божеств. Каменным стелам отводились самые важные места в горо­дах, перед культовыми пирамидами и дворцами.

К концу этого периода ритм строительства за­медляется. Некоторые города, ранее выделявшиеся возведением храмов, почти совсем прекращают всякое строительство. Таковы, например, Тикаль и Вашактун, где до сих пор не обнаружено ни одной рельефной стелы, относящейся к этому пе­риоду. Но к середине VIII века строительство возобновляется, еще более интенсивное. Это третий период Древнего царства (731—987 гг.), продолжавшийся более двух с половиной столетий и оставивший внушительные строения в Киригуа, Флоресе, Ихтуне и в других местах.

Пока еще не разгадано, почему в строительном деле произошел значительный спад, но тот факт, что при его возобновлении искусство и архитек­тура майя претерпели значительные изменения, очень многозначителен. Форма керамики и ее орнамент изменились довольно резко. Главные пер­сонажи на стелах, обычно изображавшиеся в про­филь, теперь открывают свое лицо, и ноги их повернуты ступнями наружу. Лишь изредка го­лова вырезается в профиль и плечи слегка повер­нутыми. В строительстве огромные вмурованные в стены камни уступают место каменным плитам меньших размеров, которые гладко отшлифованы и наложены на основание стен. Изменения эти происходят не везде в одно время, но мало-помалу распространяются на всю территорию майя.

Эта эпоха расцвета культуры майя названа Древним, царством не совсем удачно, ибо речь идет не о царстве, а об отдельных городах, жив­ших своей независимой жизнью, но взаимно вли­явших друг на друга и поддерживавших торговые связи. Некоторые археологи считают, что равнин­ные города майя объединились в классический период в своего рода федерацию, управление ко­торой находилось в руках небольшой касты жре­цов и представителей знати, связанных родством и выполнявших главным образом религиозные функции. Управление городами было двойным: во главе каждого города стоял вождь — халач-виник, — в руках которого была гражданская власть и некоторые религиозные функции, и жрец, занимавшийся исключительно культовыми делами и изучением астрономии. В малых поселениях, pacпoлагaвшиxcя вокруг городов, руководящая верхушка набирала рабочую силу для возведения храмов, пирамид, дворцов, и стел; строительство велось после сбора кукурузы, когда простые люди под присмотром архитекторов, каменщиков и де- ревщиков могли использоваться для подвоза ма­териалов и для разных подсобных работ.

Как уже было сказано, в третий период Древ­него царства темпы строительства оживились; в это время не только возводится множество храмов и дворцов, но и качество построек меняется к лучшему: кладка стен становится аккуратнее, здания просторнее, керамика тоньше, стелы изящ­нее, а в скульптуре чувствуется больше воспри­имчивости и вдохновения.

К концу этой эпохи расцвета города майя стали приходить в упадок, и процесс этот местами на­чался резко и неожиданно; в некоторых случаях работы были прерваны столь внезапно, что уже законченные фундаменты остались без стен, а в Вашактуне стены последнего дворца были выло­жены лишь наполовину. Вырезанные на послед­них стелах даты позволяют заключить, что в не­которых городах этот постепенно охватывавший всю территорию майя застой начался довольно рано (в Копане — вскоре после 800 г.). В 987 году строительство прекратилось уже повсюду.

Причины застоя еще не разгаданы оконча­тельно. Наиболее распространено мнение, что под­сечно-огневой метод земледелия — майя сжигали под пашню леса, сеяли на ней 2—3 года, а затем снова бросали, отдавая во власть лесов, — тре­бовал слишком много усилий, рост населения вы­зывал нехватку провизии и хроническое недоеда­ние, так что люди вынуждены были покинуть родные места. Объяснение это не совсем удовлет­ворительно, ибо в некоторых районах, например, в Киригуа, земли очень плодородны, периодиче­ские разливы, реки Мотагуа благоприятствуют урожаям, и все-таки Киригуа был одним из пер­вых замерших городов, что ставит данное выше объяснение под вопрос.

Другие ученые считают, что процветавшие го­рода Древнего царства майя опустели вследствие какой-нибудь эпидемии. Английский ученый Ж. Д. Бернал (в «Science in History» Лондон, 1957 г. — «Наука в истории общества»; в Буха­ресте изд. в 1964 г.) указывает: «В определенных пределах ни один географический район не может долгое время сохранять за собою роль центра экономического и культурного прогресса, если не располагает необходимыми природными ресур­сами... которые бы соответствовали определенному уровню технического развития. Другое столь же важное для этого условие — в том, чтобы климат соответствующего района не благоприятствовал эндемическим болезням или общему захирению населения, каким был, например, климат, поло­живший конец древней цивилизации майя».

В своих суждениях о районе, заключенном в «трапеции», ученые склоняются к мнению, что здесь повинны малярия и анкилостомоз (болезнь, вызываемая паразитом кишечника), которые и сегодня еще представляют здесь довольно серьез­ную проблему. Однако новейшие исследования позволяют заключить, что эти болезни распростра­нились здесь после колонизации, что ни малярий­ный паразит, ни червь, которого паразитологи называют кишечной анкилостомой, не были здесь известны до завоевания Центральной Америки испанцами. Кроме того, эпидемии приводят к за­хирению медленно, хотя и прогрессивно, а возве­денные наполовину стены Вашактуна наводят на мысль о неожиданном и внезапном явлении, о ка­тастрофе.

Интересную гипотезу выдвигает, между прочим, американский археолог Д. Э. С. Томпсон. По его мнению, в 900—950 гг. произошел целый ряд кре­стьянских восстаний против правящей верхушки, жрецов и знати, вызванных тем, что крестьянам предъявлялись непомерные требования в качестве рабочей силы на строительстве дворцов, и тем, что они вынуждены были кормить постоянно воз­раставшее число ничего не производящих людей. Возможно также, что частично восстания вспы­хивали по религиозным причинам, например, из-за принятия правящей олигархией некоторых тольтекских элементов культа. Томпсон считает, что крестьяне изгнали или, может, даже перебили го­родских вождей, и пожар восстания перекиды­вался из одного города в другой. Власть перешла в руки вожаков восставших и жрецов из мелких поселений. Большие стройки таким образом вне­запно остановились; народ продолжал посещать церемониальные центры по своим религиозным и торговым делам, но новых культовых зданий уже не строил. И постепенно старые здания, не полу­чавшие должного ухода, развалились и заросли буйной растительностью.

Несмотря на множество теорий, выдвигаемых историками и археологами-американистами, за­гадка заброшенных городов Древнего царства майя до сих пор еще по существу не разгадана. Природная катастрофа, например, землетрясение, в этом активном сейсмическом районе исключа­ется, ибо, как уже сказано, города были покинуты постепенно и следов катаклизма в них не осталось.

Когда майя покинули последний из городов (в 987 г. н. э.), завершился период, названный Древ­ним царством, и в истории их цивилизации насту­пил новый период, отмеченный значительным переменами в общественной и культурной струк­туре.