Тексты в речевых завитках

Карл Таубе ::: Письменность Теотиуакана

Следует упомянуть и об иероглифических составляющих, которые появляются в речевых завитках на портике 2 фресок из Тепантитлы (Рис. 23, 24). Как составные иероглифы, сформированные из различных иероглифических знаков, они совсем не похожи на элементы, обычно появляющиеся внутри теотиуаканских речевых завитков (см. Рис. 1а). Кроме того, многие эти иероглифы найдены в других текстах из Теотиуакана, включая примеры с Плаза-де-лос-Глифос. Например, один речевой завиток фрески 2 содержит кошачью голову, пожирающую сердце, а также пламя, примыкающее к вероятному изображению костяной терки (Рис. 23а). Тексты из Плаза-де-лос-Глифос также содержат ягуарью голову, пожирающую знак сердца (Рис. 23b, c). На фреске 3 представлены два завитка речи с головой пожилого мужчины и коэффициентом 10 (Рис 23d, e). Тот же иероглиф старца появляется в тексте Плаза-де-лос-Глифос (Рис. 23f). Другой знак на фреске 3 содержит серию человеческих голов в профиль и отмеченную следами стоп дорогу с языками пламени (Рис. 23g). Иероглифы пламени и дороги часто встречаются в других текстах из Теотиуакана (Рис. 4b, e; 7c, 17a, b; 20g; 23h, i).

Рис. 23. Сравнение иероглифов на фреске портика 2 из Тепантитлы с текстами на Плаза-де-лос-Глифос.

Рис. 23. Сравнение иероглифов на фреске портика 2 из Тепантитлы с текстами на Плаза-де-лос-Глифос.

a) Завиток речи с зазубренной костью, пламенем и ягуаром, пожирающим сердце, Тепантитла (прорисовка автора)

b-c) Иероглифы из Ла-Вентильи с пожирающим сердце ягуаром (по Cabrera Castro 1996b: 33, nos. 17, 42)

d-e) Тексты из Тепантитлы с коэффициентом 10 и головой пожилого мужчины (прорисовка автора)

f) Знак в виде головы пожилого мужчины, Ла-Вентилья (по Cabrera Castro 1996b: 33, no. 13)

g) Иероглиф из Тепантитлы, состоящий из показанных в профиль человеческих голов, дороги и языков пламени (прорисовка автора)

h-i) Иероглифы из Ла-Вентильи с элементами пламени (по Cabrera Castro 1996b: 33, nos. 7,40)

 

Фреска 3 портика 2 из Тепантитлы заполнена сценами фигурок, играющих в разнообразные игры. Среди самых изысканных и интригующих – цепочка из четырех человек, которые схватили друг друга за левые руки, пропущенные между ног (Рис. 24а). Сидящий перед ними человек выдыхает речевой завиток, отмеченный многоножкой. Этот иероглиф может относиться к игре с выстроенными в цепочку людьми, представляющими собой длинное извилистое тело многоножки. В другой части фрески 3 ещё один человек взмахивает руками, в то время как его левая нога плотно привязана к груди (Рис. 24b). В сопровождающем завитке речи представлены узел и птичья голова, вероятно, так обозначена игра «птица со скрученной ножкой». Особенно волнующая сцена представлена четырьмя персонажами вокруг сидящего в центре человека (Рис. 24c). Верхний персонаж бежит прямо к сидящему, как будто с целью дать тому пинка, в то время, как трое других смотрят на это, находясь настороже. Текст завитка речи бегущего человека содержит ногу и кость, из которой исходят звуковые завитки. По всей видимости, этот составной иероглиф указывает на звук от удара по «кости» сидящего неудачника. Вполне возможно, что многие иероглифы завитков речи описывают действия и игры, совершающиеся на фреске 3.

Рис. 24. Тексты на речевых завитках фресок портика 2, Тепантитла.

Рис. 24. Тексты на речевых завитках фресок портика 2, Тепантитла.

a) Сидящая фигура человека с многоножкой на речевом завитке, вероятно, описывающей игру из соединенных друг с другом людей (прорисовка автора)

b) Частично связанный, взмахивающий руками человек с речевым завитком, состоящим из узла и головы птицы, и, вероятно, описывающим игру «птица со скрученной ножкой» (прорисовка автора)

c) Сцена с человеком, которого собираются ударить. Отметим сопровождающий сцену составной иероглиф, состоящий из ноги и кости, от которой исходят звуковые завитки (прорисовка автора)

 

Размещение текстов на речевых завитках встречается и в других регионах древней Месоамерики. В сценах на майяских сосудах позднего классического периода иероглифы часто примыкают к речевым завиткам, отчетливо указывая, что это содержание речи персонажа (Рис. 25а). Хавьер Урсид (1991) отмечал, что на сапотекских монументах классического периода могли изображаться персонажи, произносящие тексты при помощи речевых завитков (Рис. 25b). Иногда речевые завитки, появляющиеся в миштекских кодексах, могут сопровождаться иероглифическими элементами. Один хорошо известный пример виден на странице 7 кодекса Селден – там два человека угрожают эмиссарам госпожи 6 Обезьяна. Суть их грубой речи подчеркнута кремневыми лезвиями, примыкающими к их речевым завиткам (Рис. 25с). Аврора Перес, коренной носитель миштекского языка из Чалькатонго, отмечает, что кремневые лезвия означают миштекское выражение yuchi или cuchillo, что переводится как «Я убью тебя ножом» (у Jansen 1982:248-49). На странице 9 кодекса Бодли в речевом завитке можно увидеть иероглифический элемент, напоминающий знак дня Движение – значение знака остается неопределенным (Рис. 25d). Джон Пол отметил ещё один случай миштекского завитка речи с иероглифическим текстом (личное сообщение 1999). На странице 20 кодекса Нэттол запечатлен человек по имени 10 Дождь со звуковым завитком и датой 7 Цветок (Рис. 25e). Поскольку 7 Цветок является миштекским богом музыки и танцев, эта дата, вероятно, указывает на то, что произносится песня. В раннеколониальном тескоканском кодексе Шолотль, содержащем топонимические ссылки на Теотиуакан, встречаются тексты речевых завитков, которые порой формируют весьма длинную и сложную иероглифическую цепочку. В одном случае не менее десяти составных иероглифов связано в единую цепочку речевых завитков (Рис. 25f).

Рис. 25. Иероглифические знаки, прикрепленные к речевым завиткам в древней Месоамерике.

Рис. 25. Иероглифические знаки, прикрепленные к речевым завиткам в древней Месоамерике.

a) Деталь позднеклассического сосуда майя (по Kerr 1990: 297)

b) Женщина с иероглифическим речевым завитком, Лапида-де-Сантьяго-Мататлан, сапотеки, поздняя классика (по Urcid 1991)

c) Миштекский персонаж с речевым завитком, отмеченным ножами (по Codex Selden, p.7)

d) Миштек с иероглифом на речевом завитке (по Codex Bodley, p.9)

e) Возможный завиток песни, отмеченный днем 7 Цветок – именем миштекского бога песен и танцев (по Codex Nuttal, p.20)

f) Пленник, издающий длинный текст в форме речевого завитка (по Codex Xolotl, Pl.8)

 

В кодексе Шолотль есть и другая схожая с фресками портика 2 из Тепантитлы черта. В нижнем правом углу Карты 10 кодекса Шолотль запечатлена примечательная сценка игры в мяч с палкой, схожая со знаменитой сценой игры в мяч на фреске 2 (Рис. 26). В нижней части сцены показаны три игрока, двое из которых бьют по мячу. Закрученные вокруг одной руки каждого игрока полоски, очевидно, являются плотно подбитыми защитными элементами, и это то, что при игре в мяч с палкой может весьма пригодиться. Подобные защитные нарукавники у месоамериканских игроков в мяч уходят корнями в глубокую древность вплоть до ольмеков (см. Olmec World 1995: 237, no.134, fig.1). В запечатленной над игрой сцене игроки, похоже, наслаждаются чрезмерным употреблением пульке. Не следует, конечно, преувеличивать схожесть кодекса Шолотль с портиком 2, однако фрески действительно напоминают чичимекские исторические карты. Как и на раннеколониальных примерах, в них индивидуумы вовлечены в оживленные действия на обширных и разнообразных ландшафтах, отмеченных топонимами, хотя в случае с портиком 2 названия мест помещены в основании сцен.

Рис. 26. Изображение игры в мяч с палкой в кодексе Шолотль (прорисовки автора)

Рис. 26. Изображение игры в мяч с палкой в кодексе Шолотль (прорисовки автора)