Северная часть бассейна озера Титикака

Башилов Владимир Александрович ::: Древние цивилизации Перу и Боливии

Северная часть бассейна озера Титикака

Памятники, найденные к северу от озера Титикака, исследованы еще довольно плохо. Однако уже ясно, что в древности эти места были тесно связаны с более южными облас­тями.

Памятник с керамикой типа Кальую

Раскопками Дж. X. Роу на памятнике Ка- качупа близ Аявири и М. Чавес Бальона в Кальую около Пукары были вскрыты слои, со­державшие своеобразную керамику. Она нигде не описана подробно, но ее четкое стра­тиграфическое положение заставляет говорить о ней. Роу пишет, что «имеется два типа де­корированных сосудов в стиле Кальую: один — с широкой нарезкой и без росписи, а другой — с простыми геометрическими рисун­ками, нанесенными красной или шоколадной краской по кремовому фону, и совершенно без нарезки» [555]. В Кальую такая керамика зале­гает под слоем с материалом культуры Пука- ра. Она встречена и на поселении Янаманча в районе Сикуани.

Культура Пукара

В 1939 г. А. Киддер раскопал поселение Пу­кара на западном берегу реки того же назва­ния [556]. Находки вещей, близких к материалу этого поселения, известны и в других местах северной части бассейна озера Титикака. Они исследованы Л. Валькарселем и А. Киддером и имеют много черт сходства с материалами культуры Тиауанако.

Культура Пукара

Культура Пукара

1—8 — каменные изваяния; 9, 11 13 — глиняные трубки; 10, 12, 14 — керамика

Строительные остатки. В Пукаре Киддер вскрыл большое подковообразное в плане зда­ние со стенами, сложенными из больших теса­ных камней с применением адобов. К внеш­ней стене изнутри постройки примыкала се­рия небольших помещений, в каждом из кото­рых был один или два «алтаря» из каменных плит. В центре пространства, окруженного подковой здания, — углубленный на 2 м внут­ренний двор, куда с востока ведет лестница. В середине каждой стороны этого двора — погребальные камеры с входами, косяками ко­торых служат каменные монолиты. В каждой камере — остатки нескольких погребенных, сопровождаемые небольшим количеством по­гребальной утвари. Перекрытия сделаны из каменных плит. В нижних слоях заполнения двора найдено несколько каменных статуй, которые некогда помещались здесь.

Весь этот комплекс носит характер общест­венного здания, и, по-видимому, можно согла­ситься с Киддером, который считал его хра­мом. Кроме храма, он обследовал остатки расположенных поблизости сооружений, ко­торые, возможно, имели бытовое назначение. Однако никакой информации о них не опубли­ковано.

Скульптура. Для культуры Пукара харак­терна затейливая резьба по камню. Как в са­мой Пукаре, так и на других памятниках найдено много каменных изваяний и резных плит. К сожалению, коллекция скульптур из раскопок на основном памятнике до сих пор не опубликована. Поэтому я смог познако­миться только с фотографиями изваяний, най­денных Киддером в подъемном материале в других местах[557], и изображениями без точного паспорта[558]. Это не позволяет дать полную классификацию материала, но наметить от­дельные группы скульптур можно.

Киддер выделяет среди изваяний культуры Пукара статуи, изображающие человеческие фигуры, стелы и плиты с рельефом [559]. Однако такая классификация не дает возможности четко расчленить весь материал. Особенно неясны различия между стелами и рельефны­ми плитами[560]. Кроме того, в группу статуй попадает монолит из Инкатунууири [561] с чело­веческой фигурой, выполненный скорее в виде стелы, в то время как скульптура из Арапы[562] с гораздо более рельефным изображением че­ловека относится к плитам. Неясно также, почему считается плитой обломок тиауанак­ской статуи из Пуно [563].

Мне кажется, что гораздо более перспектив­но группировать этот материал по сюжетам скульптур.

Наибольшая группа изваяний — антропо­морфные изображения. Она в основном совпа­дает с первой группой классификации Киддера. Основная часть этих скульптур — стоящие, коленопреклоненные или сидящие фигуры. Выполнены они в несколько различной мане­ре, но в целом близки между собой по трак­товке.

Лицо изображается с большими округлыми глазами, широким носом и толстыми губами. На голове обычна налобная повязка. Впере­ди, а иногда по бокам ее часты украшения в виде голов пумы [564] или сложной фигуры, по очертаниям напоминающей краба [565]. Руки сложены на груди или вытянуты вдоль тела. В руках иногда изображена человеческая го­лова — по-видимому, военный трофей [566]. На фигурах обычно надета набедренная повязка со спускающимися по бокам лопастями. Иног­да она орнаментирована. У изображения из Асангаро на повязке — «краб»[567]. Ноги разде­лены глубокой выемкой.

Два изваяния из Тарако стоят в этой груп­пе особняком [568]. Это изображения сидящей или стоящей на одном колене человеческой фигуры в головном уборе типа шапки. Левая рука — на груди, а правая у одной статуи, согнута в локте и поднята вверх, а у другой также покоится на груди. Специфическая осо­бенность этих фигур в том, что на спине у них вырезано по фантастическому извивающемуся змею с головой кошачьего хищника.

Мотив такого фантастического змея вообще очень распространен в резьбе по камню куль­туры Пукара. Он часто встречается в оди­ночку на отдельных монолитах[569]. Тело змея трактуется как волнистая, суживающаяся к хвосту полоса, по бокам которой обычно сде­ланы насечки. Голова en face с двумя малень­кими ушами и округлыми глазами. Над ни­ми — брови, соединенные с носом. Рот, как правило, тоже обозначен. Иногда изображе­ны передние лапы животного. Особняком стоит рельеф из Инкатунууири, где хвост змея: свернут в кольцо, в котором зажата челове­ческая голова[570]. На обломке статуи из Пуно, принадлежащей по стилю орнаментики к классическим статуям Тиауанако, изображен змей с кошачьей головой и коротким тулови­щем[571], загнутым крючком. Несмотря на своеобразную трактовку, ясно, что это все тот же персонаж.

Странное животное вырезано на одной стеле из Асильо[572]. Голова его изображена en face и имеет трапециевидную форму с прямоуголь­ным вырезом вместо рта, круглыми глазами и спирально закрученными «рогами», напоми­нающими бараньи. На угловатом туловище, вырезанном в профиль, нанесены насечки, изображающие, может быть, ребра. На кон­цах четырех коротких лап — по одной насеч­ке, которые скорее всего должны передавать копыта. Хвост очень длинный, свернутый в тугую спираль. По трактовке это животное очень близко к змею, вырезанному на другой стороне камня[573].

Еще один характерный мотив скульптурных изображений культуры Пукара — лягушки. Они так же, как и змеи, встречаются на от­дельных камнях. Вырезаны они обычно в низ­ком рельефе [574]. Многие имеют хвост, так что точно определить, изображены ли здесь ля­гушки или головастики, нельзя.

Интересная деталь, связанная только с фи­гурами змея и лягушки, — кольца, вырезан­ные спереди или сзади изображения [575]. На од­ном камне из Пукары изображены сразу все три мотива: змей, кольцо и лягушка [576].

Особую группу изваяний составляют стелы со сложным геометрическим узором [577]. Обыч­но площадь камня разделена на секции, в ко­торых находятся самостоятельные компози­ции, состоящие из спиралей, ломаных ли­ний — «молний», ступенчатых линий, крестов, «елочек» и т. д. И среди этих узоров появляют­ся все те же изображения: змеи с закручен­ным в спираль туловищем, головы животных с бараньими рогами и лягушки с хвостами и без них. Это надежно связывает стелы с гео­метрическим узором и остальные изваяния культуры Пукара.

Керамика, металл. Керамика культуры Пу­кара до сих пор не издана сколько-нибудь полно.

В литературе имеются только ее суммарные описания и фотографии отдельных сосудов и их обломков[578].

Наиболее часто встречаемая керамическая форма — плоскодонная открытая миска со сторонами, расходящимися с наклоном около 60°. Встречаются кубки-«керо». Часты миски с кольцевым поддоном. Иногда попадаются обломки кувшинов. Нередки маленькие сосу­ды с прямым горлом и с одной или двумя руч­ками, идущими от горла к плечику. Найдены также обломки нескольких больших сосудов. Изредка встречаются четырехгранные сосуды с цилиндрическим горлом. Характерны для культуры Пукара глиняные трубки, расши­ряющиеся к одному концу, подобные найден­ным на холме Чирипа.

Керамика орнаментирована посредством росписи, нарезки и моделирования. Типичны изображения пумы с туловищем, нарисован­ным в профиль, и рельефной головой en face, ряды человеческих лиц в профиль, полные человеческие фигуры с топорами и головами врагов в качестве трофеев. Кроме того, часты изображения фантастических существ. Встре­чаются также геометрические узоры и прежде всего ступенчатый орнамент. Обычные цвета росписи — черный, желтый и красный, реже белый и оранжевый.

Кроме керамических, встречаются обломки каменных сосудов, иногда орнаментирован­ных.

В Пукаре найдены две металлические пла­стинки: одна — медная, а другая — золотая, с орнаментом, типичным для этой культуры.

Периодизация. А. Киддер и У. К. Беннет на­ходили аналогии части керамического комп­лекса Пукары в посуде культуры Чирипа, а некоторые черты скульптуры связывали со статуями Классического периода Тиауанако [579]°. Они, однако, не делали попыток построить бо­лее четкую периодизацию культуры.

Специфика раскопанного материала и от­сутствие публикаций не позволяют дать об­щую характеристику культуры Пукара. Ско­рее всего она принадлежала оседлым земле­дельцам, возделывавшим, как современное население этих мест, киноа и картофель и, воз­можно, разводившим лам и альпака. Однако доказательств пока нет. Об уровне социально­го развития населения, оставившего нам куль­туру Пукара, ничего неизвестно. Косвенным свидетельством о довольно высоко развитых религиозных представлениях, связанных с культом пресмыкающихся, являются изобра­жения на скульптурах и храм, раскопанный Киддером.

Культуры «эпохи чульп»

Культура Пукара исчезла, не оставив ника­ких следов в материале памятников более поздней эпохи, которые, хотя и известны толь­ко по подъемному материалу, связываются с погребальными зданиями — чульпами, в изо­билии встречающимися в этом районе.

Погребения. М. Чопик, обследовавшая эти памятники, выделяет четыре основных типа чульп[580]. Тип 1—постройки из хорошо оте­санных, плотно пригнанных камней. Форма различна: встречаются круглые, квадратные и прямоугольные здания. Высота их около 6 м. В верхней части проходит карниз. Внутри рас­положена камера с нишами в стенах. Внутрен­няя облицовка выложена ложным сводом. Пространство между ней и внешним панцирем стен заполнено мелкими камнями и адобами. С востока — низкий вход. Снаружи на камнях иногда встречаются одиночные рельефные изо­бражения ящериц, змей и других животных.

А. Банделье, исследовавший чульпы такого типа в Сильюстани, отмечает, что на боковых, примыкающих друг к другу сторонах блоков, из которых сложены стены, находятся выемки. Сюда вкладывались меньшие камни, чтобы прочнее скрепить блоки между собой[581].

Тип 2 — чульпы, сделанные из грубых кам­ней. Всегда круглые в плане, они очень напо­минают чульпы типа 1 по конструкции и осо­бенно по наличию карниза, который, правда, бывает не на всех чульпах этого типа. По раз­мерам они несколько меньше сооружений ти­па 1. Камеры также меньше и не имеют ниш. Вход — с востока. В одной чульпе этого типа найдена подземная камера глубиной 0,50 м под полом.

Культуры «эпохи чульп»

Культуры «эпохи чульп»

Тип 3 — погребальные башни из горизон­тально лежащих камней, расположенные над подземной погребальной камерой. Пространст­во внутри башни заполнено адобами и мел­кими камнями. Камни облицовки в верхней части башни постепенно выступают друг над другом в виде карниза. Выше него они посте­пенно отступают, образуя кровлю. Подземные камеры квадратны или прямоугольны. Их дли­на не превышает 1,5 м. Стены выложены большими плоскими камнями. В камерах обычно бывают остатки не менее двух костя­ков.

Чульпы типа 4 встречаются реже. Отличи­тельная их черта — покрытие адобами. Внутри имеется камера со входом с востока. М. Чо­пик выделяет два подтипа: а — чульпы с ос­нованиями из хорошо обработанных камней и верхней частью только из адобов и b — чуль­пы без такого основания.

Исследовательница упоминает о существо­вании сооружений, представляющих собой промежуточные звенья между постройками ти­пов 1 и 2. Такие же промежуточные звенья — чульпы с полуподземными камерами — есть между постройками типа 2 и 3[582]. По всей вероятности, типологически более ранними можно считать башни типа 3 — с подземной камерой, что связывает их с подземными мо­гилами, облицованными плитами.

И действительно, кроме погребальных ба­шен, по берегам озера разбросано большое количество могил. Здесь и подземные камеры, выложенные по стенкам плоскими камнями, и полуподземные круглые могилы, обставленные каменными плитами (М. Чопик называет их «цистами») [583]. Эти круглые могилы содержат обычно несколько костяков, скорее всего по­следовательно захороненных. Однако такие грунтовые могилы почти совершенно не иссле­дованы.

Керамика. На тех же памятниках северных берегов озера Титикака М. Чопик собрала много керамики. Вся она найдена на поверх­ности. Тем не менее, опираясь на ее распро­странение, можно сделать некоторые выводы. Керамика очень разнообразна. М. Чопик вы­деляет несколько групп, исходя из орнаменти­ки и колористики расписной посуды.

Основные формы гладкой и расписной по­суды группы Кольяо (Collao Plain; Collao Black-on-Red) — кувшины, миски, двуручные сосуды и чаши с прямыми стенками. Рисунки нанесены черной краской. Это цепи небрежно нарисованных ромбов, заполненных иногда штриховкой, иногда точками [584], парные тре­угольники, соединенные вершинами («бабоч­ки»), заштрихованные косыми пересекающи­мися линиями [585], и некоторые другие элемен­ты орнамента. Кроме того, довольно широко распространены валики с вдавленнями вокруг горла сосудов и выступы с насечками у края [586].

Керамика, расписанная коричневым цветом по кремовому фону (Sillustani Brown-on-Cream), представлена только обломками ми­сок[587]. Роспись состоит из полос, иногда за­штрихованных, дуг и слегка расходящихся линий. Сходство ее с керамикой Кольяо не­значительно. Но они обычно встречаются вместе, на одних и тех же памятниках, и их можно поэтому объединить в одну группу.

Керамика группы Сильюстани (Sillustani Black-on-Red; Sillustani Black and White-on-Red и Sillustani Polychrome) расписана чер­ной и белой краской по красному фону или полихромна. Обычная форма — миски, но от­дельные фрагменты могли принадлежать и другим сосудам. Орнамент состоит из черных полос вдоль края, между которыми заключе­на ломаная линия. Иногда добавляются ряды белых точек [588]. Рисунки на полихромной ке­рамике гораздо более разнообразны и вклю­чают другие элементы — cвисающие «ки­сти»[589], идущие друг за другом штрихованные треугольники [590], вписанные друг в друга ова­лы с заостренными концами [591] и другие мотивы.

Керамика группы Чукито (Chuquito Black-on-Red и Chuquito Polychrome) расписана обычно черным по красному фону или полі­хромна. Обычная форма — миски, но изредка встречаются и обломки других сосудов. Отли­чительная особенность этой группы — обилие изображений людей, птиц, животных и расте­ний наряду с геометрическими мотивами [592]. Керамика Чукито имеет много общих черт с инкской посудой [593].

Две более мелкие керамические группы — полихромная посуда Тарако и Уркусуйю — имеют ограниченное распространение. Для орнамента керамики Тарако характерны не­замкнутые кольца с точкой в центре и парал­лельные полосы вдоль венчика сосуда, между которыми заключены эти кольца. Орнаменты керамики Уркусуйю в основном геометри­ческие.

Особняком стоят сосуды, извлеченные из коллективных погребений в круглых могилах, обставленных камнями, в Альита Амайя близ селения Чукито. Это сосуды с двумя ручками, идущими от венчика к плечикам,— ольи, дву­ручные сосудики с ручками по бокам, кувши­ны различных типов и миоки. Характерные орнаменты — заштрихованные треугольники, соединенные вершинами, и треугольники, спускающиеся фестонами по плечикам сосуда. Иногда они имеют белую обводку по контуру. Эта керамика больше всего напоминает кера­мику группы Кольяо.

Культурные комплексы. Как уже говорилось, материал, собранный в этих местах, разно­образен и отрывочен. Однако уже простое картографирование описанных выше типов чульп позволяет разделить всю рассматривае­мую территорию на три района. М. Чопик го­ворит, что тип 1 характерен для северо-запад­ного и западного берегов озера Титикака, тип 2 — только для западного, тип 3 встреча­ется к северо-востоку от озера [594], а тип 4 — только на северо-западном берегу. Граница между северо-западным и северо-восточным районами находится несколько восточнее ниж­него течения р. Асангаро, а между северо-западным и западным — где-то около Пуно.

Распространение групп керамики совпадает с этими районами, хотя и несколько другим образом. Так, керамика Кольяо и Сильюстани, расписанная коричневым по кремовому фону, встречается на памятниках северо-восточного и северо-западного районов. Остальная керамика группы Сильюстани най­дена в северо-западном районе (в западном районе она есть только на двух памятниках). Посуда группы Чукито встречается как в се­веро-западном, так и в западном районе. Инк­ская керамика распространена, за исключе­нием одного случая, в западном и северо-западном районах.

Поскольку на северо-восточном побережье озера не встречается другая керамика, кроме группы Кольяо, по-видимому, можно предпо­ложить, что чульпы типа 3 и эта керамика не­посредственно связаны друг с другом. В северо-западном районе также есть несколько памятников, где найдена только керамика группы Кольяо. Все они расположены в север­ной части района. Здесь же находится и един­ственное в этом районе место, где встречены чульпы типа 3. Это еще более подкрепляет предположение о связи погребальных башен типа 3 с керамикой групп Кольяо и Сильюста­ни, расписанной коричневым по кремовому.

Несколько сложнее обстоит дело на запад­ном побережье. Помимо чульп типа 2, встре­чающихся только здесь, в этом районе нахо­дится довольно много погребальных башен типа 1. Они распространены также и на севе­ро-западном берегу озера. В этих же двух районах найдена и керамика собственно инкского происхождения. Еще А. Банделье указывал на сходство кладки башен типа 1 и стен инкской крепости Ольянтайтамбо и счи­тал, что их строителями были инки [595]. Терри­ториальное совпадение распространения чульп типа 1 и инкской керамики подкрепляет это предположение.

Распространение типов чульп и керамических групп на северном и западном берегах озера Титикака (по данным М. Чопик, 1946)

Распространение типов чульп и керамических групп на северном и западном берегах озера Титикака (по данным М. Чопик, 1946)

а — чульпы типа I; б — инкская керамика; в — чульпы типа II; г — керамика группы Чукито; д — чульпы типа III; е — керамика группы Кольяо; ж — чульпы типа IV; з — керамика группы Сильюстани

Чульпы типа 2 есть только на западном побережье озера. Из местных керамических групп в этом районе найдена только керами­ка Чукито. Кроме нее, на памятниках этих мест встречаются лишь обломки инкской по­суды. Это позволяет связывать керамику Чу­кито с чульпами типа 2.

Если принять все эти предположения, то чульпам типа 4 должна соответствовать керамика группы Сильюстани, поскольку их ареалы совпадают.

Нужно отметить, однако, что керамика групп Кольяо и Чукито распространяется зна­чительно шире ареалов соответствующих им типов чульп.


[555] J. Н. Rowe, 1956, стр. 144.

[556] Полной публикации раскопок до сих пор нет и при­ходится пользоваться только предварительными дан­ными. См.: A. Kidder II, 1943, стр. 3—9.

[557] A. Kidder II, 1943, стр. 26—36, табл. II—VII.

[558] L. Е. Valcarcel, 1932; Он же, 1937, рис. 3—7; W. С. Bennett, 1946, табл. 38, в центре и внизу.

[559] A. Kidder II, 1943, стр. 27.

[560] Там же, табл. II, 2; IV, 4; VI, 5; VII, / — плиты и табл. IV, 1—3, 5,6 — стелы.

[561] Там же, табл. II, 4, 5.

[562] Там же, табл. VI, 7.

[563] Там же, табл. VII, 5.

[564] L. Е. Valcarcel, 1932, стр. 19, 23.

[565] A. Kidder II, 1943, табл. VI, 8, 9.

[566] L. Е. Valcarcel, 1932, стр. 19; A. Kidder II, 1943, табл. II, 1 и, может быть, VI, 7; W. С. Bennett, 1946, табл. 38, в центре справа.

A. Kidder II, 1943, табл. VI, 3.

Там же, табл. III.

[569] Там же, табл. II, 8—10; IV, 4; VII, 1, 8; W. С. Ben­nett, 1946, табл. 38, в середине слева и внизу слева.

[570] A. Kidder II, 1943, табл. II, 8—10.

[571] Там же, табл. VII, 5.

[572] Там же, табл. VII, 9.

[573] Там же, табл. VII, 8.

A. Kidder II, 1943, табл. IV, 1—3; VI, 5.

[575] Там же, табл. II, 9, 10; IV, 2; VII, 1.

[576] W. С. Bennett, 1946, табл. 38, в центре слева.

[577] A. Kidder II, 1943, табл. VI, 1, 2; VII, 10, 11.

[578] L. Е. Valcarcel, 1937, рис. 1, 2, 8, 9; A. Kidder II, 1943, стр. 3—5; Он же, 1948, стр. 87, 88; W. С. Ben­nett, 1946, табл. 37.

A. Kidder //, 1948, стр. 87, 88; W. С. Bennett, 1948с.

М. Н. Tschopik, 1946, стр. 12—16.

[581] A. F. Bandelier, 1905, стр. 55.

[582] М. Н. Tschopik, 1946, стр. 16.

[583] Там же, стр. 19.

[584] Там же, рис. 8, а, Ь.

[585] Там же, рис. 9, а — с, g.

[586] Там же, рис. 9, а — d, А.

[587] Там же, рис. 11.

Там же, рис. 12, 13.

[589] М. Н. Tschopik, 1946, рис. 10, g.

[590] Там же, рис. 10, d.

Там же, рис. 10, h.

[592] Там же, рис. 14—17.

[593] Там же, стр. 51.

[594] Чульпы этого типа встречены Э. Норденшельдом еще восточнее, около Пелечуко (Е. Nordenskiold, 1906). Сооружения сходного облика на территории Боли­вии, к востоку от озера Титикака, описывает и С. Риден (S. Ryden, 1957, рис. 140).

A. F. Bandelier, 1905, стр. 55, 63, 64.