Работа по найму

Стельмах В.Г., Тишков В.А., Чешко С.В. ::: Тропою слез и надежд. Книга о современных индейцах США и Канады

Вопрос о месте индейцев в экономике Канады, о хо­зяйственном развитии аборигенных общин — один из важнейших, ибо в экономическом секторе лежит ключ к решению многих социальных и культурных проблем коренного населения. Именно вековая стагнация и кри­зис хозяйственной жизни в резервациях, разрушение традиционных занятий в условиях государственно­монополистической экономики страны стали первопри­чиной бедственного положения индейцев.

Отдаленность и изолированность индейских земель и ориентированность хозяйственной активности на традиционные занятия, низкий материальный и образовательный уровень индейцев определили то обстоятельство, что вплоть до конца 60-х годов половина индейского самодеятельного населения занималась охотой, рыболовством, собирательством, лесозаготовками, огородничеством. Однако в послевоенные десятилетия все большее число индейцев переходит на работу по найму или сочетает традиционные занятия с сезонными заработками. Выборочное обследование ряда индейских общин в середине 70-х годов показало, что доходы от традиционных занятий (не по найму) составили от 41 до 58%, смешанные занятия – от 13 до 21, работа по найму – от 28 до 39%.

Вполне очевидно, что доля работающих по найму индейцев, занятых производительным трудом, уменьшается за счет увеличения занятости в сфере мелкого бизнеса, торговли и сервиса. В 70—80-е годы перелив самодеятельного индейского населения в так называе­мые «вторичные» отрасли продолжается: 7 из 10 рабо­тающих индейцев старше 15 лет ныне заняты в непроизводительных сферах, что незначительно отличается от показателей среди остального населения. Однако «в «первичных» (традиционных) отраслях занято почти вдвое больше индейцев по сравнению с остальным на­селением (11 и 6 %). Самая высокая доля занятых в «первичных» отраслях — у резервационных индейцев, особенно в Британской Колумбии (24 %) и в провин­циях прерий (17—20%). Интересно отметить, что только 2 % индейцев назвали рыболовство и трапперство своими основными занятиями (3 % в резервациях и 1 % вне резервации) 16 Однако эти данные не отра­жают реального значения традиционных занятий в жиз­ни канадских аборигенов, о чем речь пойдет ниже.

Часть коренного населения, особенно в районах давнего заселения евроканадцев и интенсивного капи­талистического развития, уже давно была вовлечена в рыночную экономику. В некоторых общинах обыч­ная работа по найму заняла господствующее положение еще во второй половине XIX в. В Британской Ко­лумбии, например, большинство индейских групп были вовлечены в коммерческий лов рыбы, лесоразработки, горнорудную, строительную и пищевую промышлен­ность. Последовавшая в 30-е годы экономическая де­прессия, повсеместная механизация труда в военные и послевоенные годы оказали катастрофическое воздейст­вие на экономическую деятельность мелких индейских предприятий и на условия найма аборигенов, лишив их многих тысяч рабочих мест.

В послевоенные десятилетия только часть коренных жителей сохраняла постоянные рабочие места на капи­талистических предприятиях. В середине 70-х годов в. Северо-Западных территориях по найму работало около 400 — 500 человек (18 % всех рабочих и служащих). На свинцово-цинковом комбинате на Баффиновой Зем­ле работало около 100 эскимосов составлявших более 50% всех рабочих и служащих. На Канадском Севере последние годы заметно снижение числа аборигенов, работающих на предприятиях. На полиметаллическом руднике в Фаро в начале 70-х годов индейцы составляли до 25 % общего состава работающих. Через не­сколько лет эта цифра уменьшилась до 1 % 17

В 70—80-е годы большие надежды возлагались на крупные хозяйственные проекты, связанные с освоением богатых нефтегазовых месторождений в долине р. Мак­кензи и на арктическом побережье. Имелось в виду, что строительство и деятельность предприятий в этой отрасли создадут достаточное число новых рабочих мест, которые позволят решить проблему вовлечения аборигенов в сферу современного технологического труда и обеспечения среди них необходимой занятости. Наконец, после длительных дебатов и почти 10-летнего моратория весной 1985 г. был завершен первый крупный проект по добыче нефти в долине р. Маккензи: 850-кило­метровый нефтепровод прошел от поселка Норман- Уэллс в 90 км от Северного полярного круга на юг, в провинцию Альберта. В период строительства (два зимних сезона) было создано около 4 тыс. временных рабочих мест, из которых только около 20 % (досталось коренным жителям. Они были заняты на земляных и разного рода вспомогательных работах, получаяю гораздо более низкую плату, чем персонал квалифицирован­ных рабочих, завезенных из южных районов. После за­вершения строительства на эксплуатационных работах осталось трудиться не более двух десятков индейцев и метисов.

Ожидается осуществление нового крупного проекта в районе моря Бофорта, предполагающего строитель­ство нефтепровода из дельты Маккензи на юг до Нор­ман-Уэллса и далее. Уже на стадии изыскательских работ в 1982—1985 гг. было привлечено около 2 тыс. рабочих, из которых около 20 % составили эскимосы и индейцы, живущие в Инувике, Токсякуке и других прибрежных поселках региона.

Оценивая в целом место коренных жителей в совре­менной капиталистической экономике Канады, необхо­димо все же отметить стойко сохраняющееся марги­нальное положение их в сравнении с остальными груп­пами. Если в 1980 г. 75 % самодеятельного населения страны было занято в частнокапиталистическом секто­ре, то только 37% резервационных и 42 % нерезервационных индейцев зарабатывали себе на жизнь подоб­ным образом. Согласно последней переписи, только 44 % взрослого индейского населения, проживающего в резервациях, получало доходы от какого-либо вида работ по найму будь то частный бизнес или общественный сектор . Работающие по найму индейцы глав­ным образом заняты в сферах неквалифицированного труда. За последние 50 лет эта ситуация остается неиз­менной.