От переводчика

Хроники богов и воинов Анауака

Обычно раннеколониальные источники по истории и культуре доколумбовой Мексики происходят из Испании. Однако, имеется чрезвычайно интересный отрывок, написанный на французском языке[1]. Его автор – Андре Теве [André Thevet] (1516 – 1590 гг.) в детстве был отдан в монастырь францисканцев-кордельеров, где проявил себя не столько в делах религии, сколько в изучении древних языков и литературы, и с годами приобрёл репутацию знатока классической древности, вошедшей в моду в тогдашней Франции. Это позволило Теве найти высокопоставленных покровителей из аристократических семейств Ларошфуко и Гизов, благодаря которым он получил возможность посетить Италию, а в 1549 – 1552 гг. совершить большое путешествие в Грецию, Константинополь, Египет, Палестину и Сирию. По возвращении Теве стал знаменитостью, принятой при дворе, и занялся литературной деятельностью.

Андре Теве. Les vrais portraits et vies des homes illustres. – Paris, 1584.

Андре Теве. Les vrais portraits et vies des homes illustres. – Paris, 1584.

Тем временем, в 1552 – 1556 гг. шла очередная франко-испанская война, в ходе которой в 1553 г. французские моряки захватили испанский корабль, перевозивший ценности, отправленные вице-королем Новой Испании Луисом де Веласко королю Карлу. Среди попавшей в их руки добычи оказались две рукописи, посвященные индейскому прошлому Мексики. Одной из них был знаменитый в будущем «Кодекс Мендосы», а другой – некий загадочный манускрипт, который в дальнейшем А. Теве будет называть «книгой об идолах». Расцвеченным причудливыми рисунками бумагам повезло: их не выбросили, не порвали, не сожгли, а в целости и сохранности отослали к королевскому двору, где при не до конца ясных обстоятельствах они оказались в распоряжении Теве, слывшего авторитетом в том, что касалось иноземных диковин. Последний действительно проявлял немалый интерес к новооткрытым землям за океаном и даже участвовал в 1555 – 1556 гг. в морском походе к побережью современной Бразилии. Об этом путешествии Теве написал добавившую ему славы книгу, и в 1560 г., во времена регентства Екатерины Медичи, был назначен на специально учрежденную должность королевского космографа. В этом качестве Теве занялся подготовкой к написанию грандиозного труда, «Всеобщей космографии» («Cosmographie Universelle»), призванной дать описание всего известного тогда мира. По всей видимости, одной из составляющих подготовительной работы стал перевод на французский язык рукописи, которая получила в переводе заголовок «История Мешико» [«Histoyre du Mechique»]. На это указывает, в первую очередь то, что материалы «Истории» в сокращенном и переработанном виде включены в текст «Космографии». Дополнительно подтверждает такое предположение обстоятельство, что рукопись «Истории» оказалась переплетенной вместе с переводом на французский фрагмента сочинения другого испанского автора, посвященного Америке – «Всеобщей и естественной истории Индий» Гонсало Фернандеса де Овьедо. При этом, как пишет первый публикатор рукописи, бельгийский этнограф Эдуард де Йонг [Édouard de Jonghe] (1878 - 1950) перевод Овьедо, выполненный Теве, «является в целом верным и даже буквальным»[2]. Нет оснований считать, что второй текст Теве перевел по-другому. Можно предположить, что перевод «Истории Мешико» Теве выполнил до начала работы над текстом собственно «Всеобщей космографии» в 1566 гг.

Что же за текст перевел Андре Теве? Э. де Йонг, обнаруживший и опубликовавший рукопись, установил сходство некоторых её мест с сюжетами, которые в сочинениях Х. де Мендиеты и Х. де Торкемады приводятся как изложенные в утраченном труде Андреса де Ольмоса о древностях Мексики. На основании этого он предложил «идентифицировать испанский оригинал «Истории Мешико» с трактатом «Мексиканские древности» францисканца Андреса де Ольмоса», эмоционально добавляя: «Возможно, чтение этой бледной французской версии ускорит воскрешение труда Ольмоса, дремлющего еще, мы надеемся, под пылью какой-то библиотеки. Это воскрешение сделает, наконец, возможной серьёзную, ясную и точную критику большого числа историков древней Мексики, монахов и других, и поднимет один из слоёв вуали, покрывающей еще доколумбово прошлое Центральной Америки»[3]. Однако, более детальный анализ текста Теве выявляет, что его отношение к утраченному сочинению Ольмоса не так просто и однозначно. Сходство сюжетов между восходящими к Ольмосу местами Мендиеты и Торкемады и «Историей Мешико» сомнений не вызывает. Однако, при ближайшем рассмотрении оказывается, что детали изложения не совпадают (см. Приложение): одни и те же персонажи имеют разные имена, а одинаковые имена носят разные персонажи, различаются характеристики действующих лиц, сюжетные повороты, мотивации. Все это указывает на то, что «История» – перевод не сочинения, которым пользовались Торкемада и Мендиета, а какого-то другого, тоже использовавшего Ольмоса, но при этом излагавшего его материалы по-своему.

Некоторые сведения об авторе, времени и обстоятельствах создания исходного текста содержатся в самой «Истории Мешико». Она была написана, несомненно, францисканцем-миноритом, проповедовавшим в разных местах долины Мехико и сопредельных местностях. В частности, упоминания монастыря недалеко от Тулы-де-Альенде указывают на миссионерство в южной части долины Мескиталь, обители в Тенайоке – на знакомство с этим селением. Кроме того, автор проповедовал во владениях Тескоко, причем в северо-восточных частях, населенных отоми (это следует из того, что у него и собственно тескоканцы, называвшие себя акольуа, тоже оказываются отоми), а также в Чалько и соседнем Куитлауаке. Из пространных, хотя не лишенных арифметических ошибок, хронологических выкладок в главе V следует, что сочинение появилось на свет в 1543 г.[4] В отличие от «Истории мексиканцев по их рисункам» (точнее, её протографа), основанной на пиктографических материалах, текст, переведенный Теве, был составлен главным образом на материалах устных опросов индейцев: если в первой постоянно фигурируют «pinturas», «рисунки», то во втором рисованная книга упомянута в качестве источника только один раз, в главе V, зато постоянно употребляется оборот «говорят». Автор имел доступ к сочинению Ольмоса (неясно, к полному варианту или извлечению), однако оно не было его единственным и даже, кажется, главным источником.

Сохранившиеся 9 листов текста, обрывающегося на середине фразы – это, вне сомнения, только начало перевода, сделанного Андре Теве. Еще Э. де Йонг обратил внимание на то, что название текста: «История Мешико», – не вполне соответствует его содержанию, представляющему собой по преимуществу изложение космогонических и этногонических мифов. Можно не сомневаться, что собственно история Мешико-Теночтитлана освещалась дальше, но то ли эта часть оригинального сочинения не была переведена, то ли соответствующие листы перевода затерялись. Точно также бесследно утрачен оригинал, с которого он был сделан. В своих книгах, изданных в 1584 и 1585 гг. Теве упоминает «мексиканскую книгу об идолах» как еще существующую, но после смерти королевского космографа значительная часть его бумаг, как оказывается, исчезла безвозвратно.

Перевод Теве не очень известен и редко используется исследователями доколумбовой Мексики. После первоначальной публикации 1905 г. он был издан в испанском переводе вместе «Историей мексиканцев по их рисункам» А. М. Гарибаем[5]. В 2015 г. в Тулузском университете Жан Жорес состоялся международный коллоквиум посвященный «Истории Мешико». Недостаточное внимание очевидно несправедливо по отношению к раннему, аутентичному и очень интересному источнику, отражающему представления индейцев Центральной Мексики кануна Конкисты.

В. Талах



[1] Hystoyre du Mechique. Bibliothèque Nationale de Paris. Ms. Fr, 19031, fol. 79-88.

[2] Jonghe, E. de. Histoyre du Mechique, manuscrit français inédit du XVIe siècle // Journal de la Société des américanistes. Année 1905, No 2. – P. 23.

[3] Ibidem. – Pp.2-3.

[4] Ibidem. – Pp.4-6.

[5] Teogonía e historia de los mexicanos; tres opúsculos del siglo XVI. – Pp.91-126.