Игра в мяч у ацтеков

Дида С., Приймак Е., Стюфляев М. ::: Месоамериканская игра в мяч: спорт и ритуал

Ацтеки заимствовали многое из культур своих предшественников, и игра в мяч (ollamaliztli, oлламалистли) истоки которой уходят в глубокую древность,  не стала исключением. Когда ацтеки основывали новое поселение, они первым делом делали две вещи: строили святилище (храм) своему племенному божеству Уицилопочтли, а затем рядом с ним ставили площадку для игры в мяч.[1] Как правило, такие площадки размещались недалеко от храмовых построек и дворцов, из чего можно сделать вывод, что значимость этой игры была для ацтеков довольно высокой. Интересно, что испанцы построили свой кафедральный собор не над главным храмом, а над площадкой для игры в мяч.

Реконструкция ритуального центра Теночтитлана, в левой части рисунка площадка для игры в мяч и цомпантли.

Реконструкция ритуального центра Теночтитлана, в левой части рисунка площадка для игры в мяч и цомпантли.

В Теночтитлане площадка для игры в мяч стояла в окружении храмовых и дворцовых построек в самом центре города, размещаясь недалеко от главного храма. Отдельная площадка для игры в мяч называлась тлачтли или тлачко (tlachtli, tlachco) и имела форму буквы I. Вокруг площадки находился склон, окруженный по внешнему краю стенами. В центре стен стадиона для игры в мяч имелось два (на одной и другой стене) каменных красиво орнаментированных резных кольца диаметром примерно 90 сантиметров. Обстановку дополняли установленные неподалеку цомпантли (стеллажи с черепами принесенных в жертву), которые составляли с тлачтли своего рода ансамбль. Впервые стоящими рядом эти постройки были обнаружены в Туле и Чичен-Ице.[2]

Символично, что площадка была ориентирована по оси Запад-Восток[3], являясь наглядным архитектурным отражением представлений ацтеков о том, что игра в мяч имитирует движение солнца по небу, к этой теме мы вернемся чуть позднее.

Рисунок ритуального центра Теночтитлана из Флорентийского кодекса.

Рисунок ритуального центра Теночтитлана из Флорентийского кодекса.

В разных городах ацтекского государства высота стен площадки для игры в мяч колебалась в диапазоне 2,5-3,3 метра. Сам стадион был длиной от 30 до 60 метров, шириной от 3 до 12 метров, и часто имел  линию, делившую его на 2 части посередине, а также шесть отметок вдоль наклонных стен. Площадку окружали места для зрителей, знати и судей.

Как уже говорилось ранее, на стадионах проводили не только состязания, но и разные ритуальные действа. Это подтверждается наличием различных вотивных предметов, закопанных на главном стадионе Теночтитлана. В месяц Панкецалистли в честь Уицилопочтли ацтеки устраивали празднества как раз на стадионе.[4] Также на площадках для игры в мяч в Теночтитлане перед игрой жрецы сжигали курения перед снаряжением, прося у богов успеха в игре.

Два игрока в мяч, Д. Дуран.

Два игрока в мяч, Д. Дуран.

О конкретных правилах этой игры известно немногое, но точно ясно одно – ударять по мячу надо было бедрами, поэтому игроки надевали защитные средства из кожи на поясницу и таз. Известно, что экипировка стоила очень дорого: ею у науа владели только аристократы и профессиональные игроки (олламаниме). Для защиты рук игроки носили специальное снаряжение из оленьей кожи, которое одевали на кисти. Так как игрокам приходилось очень часто падать на землю, они одевали также защиту на колени. Но эти меры не всегда уберегали от синяков, обширных гематом и кровотечений.

Ирок в мяч (codex Fejervary-Mayer).

Ирок в мяч (codex Fejervary-Mayer).

Основной целью игры было закинуть мяч через каменное кольцо. Когда такое происходило, игра считалась завершенной. [5] Кому удавалось пробросить мяч через кольцо, тому воздавались различные почести. Его чтили, пели хвалебные песни, ему давали ценный приз из перьев, а также плащ и набедренную повязку.[6]

Так как в кольцо было попасть совсем непросто, обычно играли до достижения командой определенного количества очков. Важным правилом игры был запрет на касание мячем земли. Также игрокам запрещалось касаться мяча руками или голенью, могли быть использованы только локти, колени, бедра и голова.[7] Нарушением считалось, если игроки не могли взять мяч на своей стороне или перебросить его за центральную линию. Команда теряла очки, если одному из игроков приходилось дважды бить по мячу перед возвращением его противникам или если мяч коснулся незащищенного кожей участка бедер игрока, а также, если он бил мячом в кольцо, но не попадал в него, или если от его удара мяч покидал пределы поля.[8] Торибио Мотолиния, бывший хронистом ацтеков в XVI веке, писал, что если мяч ударял об противоположную стену, то команда получала очки, а если мяч попадал в кольцо, то забившая его команда побеждала. 

Эти правила обеспечивали высокий темп игры, а игроки были вынуждены часто падать, чтобы предотвратить касание мяча о землю. Умелые игроки могли удерживать мяч в игре час и даже более. Особо искусные из них очень ценились, они имели доступ ко двору правителя и знаки отличия. Однако до нас не дошло ни одного имени почетного игрока в мяч. 

Игра продолжалась до 8 очков, или пока кто-либо из игроков не перебросит мяч через свое кольцо. Победитель получал в собственность все, что было поставлено на кон, а также право отбирать у зрителей плащи. В этом вопросе в источниках встречаются противоречивые сведения. Мотолиния, например, полагал, что плащи отбирались только у болевших за проигравшую сторону.[9]

«Это способ, какой имели индейцы этой Новой Испании, чтобы играть в мяч, каждый на своем месте, и тот, кто побеждал другого в этой игре, и заставлял его пропустить прыжок мяча [la hazia perder el salto a la pelota] на месте другого, выигрывал ставку, и если кто-нибудь касался мяча какой-нибудь частью тела, кроме локтей, которыми играли, или бедрами, или ладонью, проигрывал, а тот, кому удавалось забить мяч в тлашмалакаль, являющийся кольцом, которое находится по сторонам, выигрывал и получал свободу забирать плащи и все, что бы ни увидел игрок, и все, кто могли, убегали от него. Играли в эту игру на рабов, на плащи и перья»[10]

По всей видимости, олламалистли был в основном спортом для богатых, однако существовали и профессиональные игроки, которые не входили в знатное сословие – они жили за счет выигрышей. Часто зрители (особенно это касается знати) делали ставки на команды (игроков). Ставкой могло быть что угодно. Дуран упоминает, что знатные ацтеки заключали пари на "драгоценности, рабов, драгоценные камни, декоративные кожухи, атрибуты войны, и наряды женщин. Другие ставили на кон своих любовниц"[11]. Дуран считал игроков людьми, которые слишком подвержены азарту, они настолько были увлечены игрой, что закладывали все что имели, дома, поля, запасы кукурузы и растения магея. Они ставили на кон своих детей и продавали себя в рабство.[12]

Игра  в мяч (codex Magliabechiano)

Игра  в мяч (codex Magliabechiano)

Впрочем, те, у кого денег на ставки не было, становились зрителями этих игр исключительно ради развлечения. С другой стороны, считалось, что от игры в мяч обычным людям лучше держаться подальше. Обучающихся в тельпочкалли юношей наставники поучали, говоря им, «чтобы они отдалялись от праздности и совершения бесчестных поступков, которые приводят к тому и являются причиной того, что становятся ворами, или игроками в мяч, или игроками в патоль [patol], вроде костей, каковые игры взращивают воровство, чтобы удовлетворить и насытить такие пороки, которые не влекут за собой ничего иного, кроме дурного конца».[13]

На рисунке верхняя правая фигура изображает игрока в мяч (Codex Mendoza).

На рисунке верхняя правая фигура изображает игрока в мяч (Codex Mendoza).

Именно поэтому в некоторых кодексах, которые представляют собой книгу предсказаний (тоналаматль), рожденные в определенные дни были обречены стать заядлыми игроками.[14]

Божество Макуильшочитль, мяч для игры в олламалистли и доска для патолли (Codex Borgia).

Божество Макуильшочитль, мяч для игры в олламалистли и доска для патолли (Codex Borgia).

Божество Макуильшочитль, мяч для игры в олламалистли и доска для патолли (codex Vaticanus B).

Божество Макуильшочитль, мяч для игры в олламалистли и доска для патолли (codex Vaticanus B).

Города и племена устраивали состязания по игре в мяч между собой, и тогда матч приобретал политическое значение. Порой игра становилась предлогом для убийства или нападения. Иногда игру использовали для урегулирования разногласий между двумя сторонами.

Фрай Хуан де Торквемада писал о поединке ацтекского правителя Ашайякатля, поставившего на кон годовой доход против чинамп Шочимилько. Таким способом ацтеки хотели заполучить ценный экономический район, не отправляясь при этом на войну (путем хитрости и обмана они заполучили чинампы Шочимилько). Ашайякатль проиграл, но был расстроен не столько тем, что потерял свою ставку, сколько тем, что лишился репутации хорошего игрока в мяч.[15] Однако победивший царь был задушен самим Ашайякатлем, во время вручения гирлянды победителю. На следующий день после победы мексиканские воины появились во дворце счастливого победителя и, «приветствуя его и принося ему дары, они бросили ему на шею гирлянду цветов с запрятанным в ней ремешком и таким образом убили его».[16]

Чинампы Шочимилько. Реконструкторская модель и современные фотографии. В центре изображение из кодекса ацтекского тлатоани Ашайякатля.

Чинампы Шочимилько. Реконструкторская модель и современные фотографии. В центре изображение из кодекса ацтекского тлатоани Ашайякатля.

В другом состязании, о котором также сообщает Торквемада, были использованы номинальные ставки, чтобы подчеркнуть спортивную доблесть стареющего правителя, который поставил все свое царство против трех индюшек. Это был поединок Монтесумы II и правителя Тескоко Несауальпилли. Последний, увидев комету, интерпретировал это как предвестие близкого конца Тройственного союза, и Монтесума вызвал Несауальпилли на состязание, чтобы проверить истинность предсказания. Правитель Тескоко выиграл, доказав таким образом верность своего пророчества.[17]

Монтесума и Несауальпилли, Д. Дуран.

Монтесума и Несауальпилли, Д. Дуран.

Иштлильшочитль, современник Торквемады, также упоминал о королевском поединке, по результатам которого победитель узаконил свои права на правление. Правитель тольтеков Топильцин играл один сразу против трех соперников и выиграл.[18]

Больше как притча, чем как реальное событие, описывается в Легенде о Солнцах поединок тольтекского[19] царя Уэмака и тлалоками на драгоценные камни и перья кецаля. Уэмак выиграл игру, а когда вместо драгоценностей правителю Толлана были предложены молодые початки и листья маиса, он отказался от них. Божества дали их, но предупредили Уэмака, что листья маиса – самые драгоценные перья, а початки ценнее нефрита. В результате кладовые Толлана были наполнены драгоценностями, но маис перестал расти, и Толлан охватили страшная засуха и голод, длившиеся 4 года. Еще один матч с неудачным последствием ознаменовал собой начало заката тольтекской эпохи.

До прибытия в Новый Свет испанцы никогда раньше каучуковых мячей не видели. Кортесу так понравилась эта игра, что он взял с собой команду игроков в мяч, чтобы показать ее при королевском дворе. Немецкий художник Кристоф Вейдиц, который в 1528 году имел возможность своими глазами увидеть при дворе Карла V игру в мяч, составил альбом, куда вошел и рисунок двух игроков в мяч.

Игроки в мяч, рисунок Кристофа Вейдица.

Игроки в мяч, рисунок Кристофа Вейдица.

Игра имела и глубокий сакральный смысл. Каучуковые мячи ацтеки использовали не только для игр. Эти предметы служили также в качестве подношений богам. Сожжение мяча, по всей видимости, входило в ритуал игры.[20] Ацтекская империя в пору своего расцвета требовала в качестве дани 16000 каучуковых мячей в год. По подсчетам некоторых историков, для таких высоких налогов требовалось примерно 1300 акров (5 км2) земли и 400 штатных сборщиков урожая.

Божество Шиутекутли использует каучуковые мячи в виде подношений (Codex Borgia).

Божество Шиутекутли использует каучуковые мячи в виде подношений (Codex Borgia).

Дань в виде 16 000 каучуковых мячей (Codex Mendoza).

Дань в виде 16 000 каучуковых мячей (Codex Mendoza).

Площадка для игры в мяч была олицетворением подземного мира, куда уходит каждую ночь солнце. Игра символизировала битву дня и ночи, а, значит, имела отношение и к кровавым человеческим жертвоприношениям, которые были призваны обеспечивать движение солнца по небу. Неслучайно во всех тоналаматлях (ритуальных книгах предсказаний) ацтеков изображение площадки для игры в мяч помещали рядом с изображением собаки (Шолотлем?). Ацтеки верили, что Шолотль, сопровождающий Солнце на небесном своде и в подземном мире, играет в олламалистли на магической площадке, которая расположена не где-нибудь, а на небе.

Кроме того, стадион для игры в мяч был связан с Уицилопочтли, который, согласно мифам, построил такую площадку (теотлачко) на горе Коатепек, а потом  на этом же поле для игры в мяч он победил свою сестру Койольшауки (Луну) и Сенцонуицнауа (400 звезд), обезглавил их и съел их сердца в самом центре площадки, получившей название место черепа (Itzompan). Этот миф отражает основную суть космологических представлений ацтеков об извечной борьбе Солнца, как воплощения света и жизни, с ночными небесными телами, в которой Солнце постоянно одерживает победу, поддерживая жизнь на земле.[21]

С игрой в мяч неразрывно связан и обряд обезглавливания жертвы. Ранее уже говорилось о том, что рядом с тлачко соседствовала цомпантли.[22] Мануэль Агиляр Морено в своей статье об ацтекской архитектуре говорит о том, что это были, как правило, трофейные головы, связанные с ритуалами олламалистли.

Макульшочитль (справа), площадка для игры в мяч, обезглавленная жертва и доска для патолли (codex Aubin).

Макульшочитль (справа), площадка для игры в мяч, обезглавленная жертва и доска для патолли (codex Aubin).

Шочикецаль (слева), обезглавленная жертва и площадка для игры в мяч (codex Borbonicus)

Шочикецаль (слева), обезглавленная жертва и площадка для игры в мяч (codex Borbonicus)[23].

Тесная связь площадки для игры в мяч с различными религиозными ритуалами проиллюстрирована на страницах кодекса Борджиа. Там есть несколько сцен, изображающих процесс жертвоприношения на теотлачтли.

Красный и черный Тескатлипоки играют в мяч, в центре площадки жертва с вскрытой грудной клеткой. Кровь жертвы омывает мяч (Codex Borgia).

Красный и черный Тескатлипоки играют в мяч, в центре площадки жертва с вскрытой грудной клеткой. Кровь жертвы омывает мяч (Codex Borgia).

Сцена жертвоприношения на площадке для игры в мяч (Codex Borgia).

Сцена жертвоприношения на площадке для игры в мяч (Codex Borgia).

Также площадка для олламалистли упоминается на страницах кодекса, рассказывающих о путешествии идеализированного правителя Полосатый Глаз (Stripe Eye) по миру богов, где он должен совершить ряд действий, или испытаний, по результатам чего сможет сделать свою власть легитимной. Некоторые ученые сравнивают данный сюжет с похожим у миштеков, поэтому часто идеализированного правителя называют также – 8-Олень.[24] На своем пути к власти Полосатый Глаз сыграет в мяч с божествами, на его глазах будут происходить различные ритуальные действа, которые в конечном итоге позволят ему стать легитимным правителем своей страны.

Полосатый Глаз играет в мяч с божеством (Codex Borgia).

Полосатый Глаз играет в мяч с божеством (Codex Borgia).

Сцена, изображающая красного Тескатлипоку (слева) и Тласольтеотль (справа), в центре божество смерти произоводит на свет ребенка (рождение Солнца) (Codex Borgia)

Сцена, изображающая красного Тескатлипоку (слева) и Тласольтеотль (справа), в центре божество смерти произоводит на свет ребенка (рождение Солнца) (Codex Borgia)[25].

Одна из последних страниц кодекса рисует нам четырех богов (или их имперсонаторов) на поле для игры в мяч во время одного из праздников.  

4 бога (или жреца) на площадке для игры в мяч во время одного из прадников (Codex Borgia).

4 бога (или жреца) на площадке для игры в мяч во время одного из прадников (Codex Borgia).



[1] The PARI Journal.Vol.III, No.2/Vol.III, No.3\ The Ballgame as a Portal to the Underworld/ Dr. Manuel Aguilar, р.8. http://web.calstatela.edu/faculty/maguila2/Publications/20_ballgame_2002-2003.pdf

[2] Там же.

[3] The PARI Journal.Vol.III, No.2/Vol.III, No.3\ The Ballgame as a Portal to the Underworld/ Dr. Manuel Aguilar, р.8. http://web.calstatela.edu/faculty/maguila2/Publications/20_ballgame_2002-2003.pdf

[4] The PARI Journal.Vol.III, No.2/Vol.III, No.3\ The Ballgame as a Portal to the Underworld/ Dr. Manuel Aguilar, р.8. http://web.calstatela.edu/faculty/maguila2/Publications/20_ballgame_2002-2003.pdf

[5] Кодекс Мальябекки. / Ред. В. Н. Талах, С. А. Куприенко, 2013. Стр. 169

[6] Fray Diego Durán, Book of the Gods and Rites and the Ancient Calendar, p. 315. Translators: Fernando Horcasitas and Doris Heyden, University of  Oklahoma Press, Norman, 1977.

[7] Кодекс Мальябекки. / Ред. В. Н. Талах, С. А. Куприенко, 2013. Стр. 169

[8] Warren D. Hill, John E. Clark. Sports, Gambling, and Government: America’s First Social Compact. P. 335 https://anthropology.byu.edu/SiteAssets/Pages/Faculty/JohnEClark/Sports,%20Gambling,%20and%20Government.pdf

[9] Motolinia, Toribio de Benavente Memoriales de Fray Toribio de Motolinia. Facsimile edition. Madrid: Librerr'a de Gabriel Sénchez, 1903, р.339

[10] Кодекс Мальябекки. / Ред. В. Н. Талах, С. А. Куприенко, 2013. Стр. 169

[11] Fray Diego Durán, Book of the Gods and Rites and the Ancient Calendar, p. 318. Translators: Fernando Horcasitas and Doris Heyden, University of  Oklahoma Press, Norman, 1977.

[12] Там же.

[13] Кодекс Мендоса. / Ред. В. Н. Талах, С. А. Куприенко, 2013. Стр. 297

[14] Narrative and Ritual in the Codex Borgia. A structural analysis of pages 29 to 46 of this Postclassic Mexican manuscript. Samantha Gerritse June 2013

[15] Torquemada, Juan de  Monarqul'a Indiana. (1975) Mexico City: Universidad Nacional Autonoma de Mexico Р.  250.

[16] Жак Сустель. Повседневная жизнь ацтеков накануне испанского завоевания. 2007, стр.196

[17] Torquemada, Juan de  Monarqul'a Indiana. (1975) Mexico City: Universidad Nacional Autonoma de Mexico Р.  291-292.

[18] Santley, Robert M.; Berman, Michael J.; Alexander, Rami T. (1991). "The Politicization of the Mesoamerican Ballgame and Its Implications for the Interpretation of the Distribution of Ballcourts in Central Mexico". In Vernon Scarborough and David R. Wilcox (eds.). The Mesoamerican Ballgame. Tucson: University of Arizona Press.

[19] Об этнической принадлежности тольтеков ещё ведутся споры. В нашей статье мы будем придерживаться мнения, что это была говорящая на науатле народность.

[20] Narrative and Ritual in the Codex Borgia. A structural analysis of pages 29 to 46 of this Postclassic Mexican manuscript. Samantha Gerritse June 2013

[21] The PARI Journal.Vol.III, No.2/Vol.III, No.3\ The Ballgame as a Portal to the Underworld/ Dr. Manuel Aguilar, р.8. http://web.calstatela.edu/faculty/maguila2/Publications/20_ballgame_2002-2003.pdf

[22] http://www.famsi.org/research/aguilar/

[23] How Drawing Becomes Writing: Proto-Orthography In The Codex Borbonicus. Taylor Bolinger

http://digital.library.unt.edu/ark:/67531/metadc271783/m2/1/high_res_d/thesis.pdf

[24] The Codex Borgia: A Full-Color Restoration of the Ancient Mexican Manuscript. Gisele Díaz,Alan Rodgers,р. 24-26

[25] Narrative and Ritual in the Codex Borgia. A structural analysis of pages 29 to 46 of this Postclassic Mexican manuscript. Samantha Gerritse. 2013