«Храм I» в Бонампаке: памятник победителям и их достойному наследнику

Стюфляев Максим ::: История царств майя

Итак, Ицамкокаах-Бахлам IV и его верный союзник Йахав-Чан-Муваахн II достигли полного триумфа. О судьбе Йахав-Чан-Муваахна II после выдающейся победы до недавнего времени ничего конкретного известно не было. Традиционно считали, что он оставался на троне еще довольно долго и возвел в Бонампаке знаменитый «Храм I», стены трех комнат которого украшены великолепными фресками. Однако тщательное изучение иероглифических подписей к этим фресковым росписям позволило недавно С. Хаустону несколько иначе взглянуть на проблему. В частности исследователь пришел к выводу, что главным героем на фресках выступает не Йахав-Чан-Муваахн II, как предполагали прежде, а наследник престола, царевич Чоох. Царевич участвует в сценах во всех трех комнатах «Храма I», тогда как Йахав-Чан-Муваахн II совершенно отсутствует в комнате 3. Чоох присутствует при получении Йахав-Чан-Муваахном II дани в комнате 1, рядом с отцом принимает участие в ожесточенном сражении в комнате 2 и исполняет ритуальный танец в комнате 3. Как полагает С. Хаустон, предназначение фресок Бонампака заключалось в том, чтобы показать Чооха хорошим и достойным наследником, продолжателем дела предков. Он внимателен к союзникам, беспощаден к врагам, смиренно выполняет свои обязанности перед богами. Скорее всего, его усилия не прошли даром и в конечном итоге Чооху удалось занять трон Ак’е’-Шукальнааха. На стене комнаты 1сохранился текст, в котором сообщается о воцарении владыки в день 9.18.0.3.4, 10 К’ан 2 К’айаб (14 декабря 790 года), при этом церемония прошла в присутствии Ицамкокаах-Бахлама IV. Из этой записи можно сделать вывод, что Йахав-Чан-Муваахн II скончался примерно через три года после войны против Сакц’и’, но курс на союз с Пачаном остался неизменным при его преемнике. К сожалению, имя нового царя не сохранилось, но, судя по тому, сколько внимания создатели фресок уделили царевичу Чооху, почти нет сомнений, что именно он пришел к власти в 790 году и вскоре построил или завершил строительство «Храма I» в Бонампаке.[i]

Акрополь Бонампака и расположение Храма 1

Акрополь Бонампака и расположение Храма 1

«Храм I» является частью акрополя Бонампака и был возведен на общей платформе с «Храмом II» и «Храмом III». К любому из сооружений этой группы можно подняться по расположенной в центре комплекса лестнице, на которой были установлены стелы с портретами Йахав-Чан-Муваахна II и описанием проведенных им обрядов. «Храм 1» находится справа от лестницы и имеет три дверных проема, каждый из которых ведет в отдельную комнату. Вероятно, строительные работы были завершены около 791 года. В надписи из комнаты 1 сообщается, что в день 9.18.1.2.0, 8 Ахав 13 Муваан (15 ноября 791 года) был проведен обряд освящения строения, названного жилищем Йахав-Чан-Муваахна, являющегося воплощением Бога Солнца Хук-Чапахт-Ц’икиин-К’инич-Ахава.[ii] Скорее всего, в данном случае речь идет о самом «Храме I». В новом храме Чоох много внимания уделил прославлению подвигов своих предков, Йахав-Чан-Муваахна II и Ах-Сак-Телеса. Дверные проемы украсили замечательными притолоками с искусной резьбой. На них представлены победы Йахав-Чан-Муваахна II и Ицамкокаах-Бахлама IV над Сакц’и’, а также война Ах-Сак-Телеса со своим бывшим сюзереном Хой-Бахламом. Но самое сильное впечатление, безусловно, производят красочные фресковые росписи, которыми покрыты стены всех трех комнат.

Бонампак. Храм 1. Комната 1

Комната 1

Бонампак. Храм 2. Комната 2

Комната 2

Бонампак. Храм 3. Комната 3

Комната 3

В каждой комнате зритель наблюдает особую сцену, но все они, как мы могли убедиться, объединены общим смыслом и представляют собой части единой панорамы. На фресках Бонампака показаны различные аспекты деятельности майяского правителя и его ближайшего окружения. Ни на одном другом памятнике классического периода жизнь царского двора не представлена в такой целостности и полноте. В комнате 1 мы видим, что Йахав-Чан-Муваахн II восседает на троне и получает дань от своих вассалов, среди которых упомянуты некий владыка Лама и посланник владыки Чакха’. Лам в других текстах классического периода не встречается, о значении или местонахождении Чакха’ также ничего неизвестно. Вероятно, это были мелкие политические образования, зависимые от царства Ак’е’-Шукальнаах.[iii] Царевич Чоох занимает в этой сцене видное место, слуги одевают его в роскошную одежду. Между тем, младшие братья Чооха, Йашуун-Бахлам и Ах-Бахлам, принимают участие в особом «танце с перьями кецаля». Центральная комната 2 с момента открытия городища Бонампак и фресок привлекала наибольшее внимание исследователей, так как на ее стенах запечатлена захватывающая картина сражения двух армий, причем при внимательном осмотре можно проследить ход битвы во времени. На восточной стене музыканты дуют в трубы, что, видимо, является сигналом к началу боя. На южной стене схватка показана уже в разгаре, воины прикрылись щитами и направили копья на врагов. Йахав-Чан-Муваахн II и его неназванный противник стоят друг напротив друга впереди своих войск, при этом Йахав-Чан-Муваахн II только что захватил пленника. Царевичи Чоох и Йашуун-Бахлам сражаются рядом с отцом, тогда как Ах-Бахлам в сцене отсутствует, видимо, он был еще слишком мал и его не взяли в поход. На западной стене мы видим финал сражения, противник уже разгромлен, победители берут вражеских воинов в плен. Наконец, на северной стене комнаты представлена жестокая расправа над побежденными. Йахав-Чан-Муваахн II стоит в окружении своих военачальников и придворных дам на вершине лестницы, а внизу на ступенях сидят раздетые и связанные пленники. Некоторых из них уже убили, у других из пальцев капают брызги крови, вероятно, несчастным вырвали ногти, третьи поднимают вверх руки, словно моля о пощаде.[iv] Эти жуткие картины после их открытия в середине XX века окончательно опровергли умозрительную концепцию Э. Томпсона о «миролюбивом» обществе древних майя. Остается, однако, не вполне понятным, против кого в данном случае воевал Йахав-Чан-Муваахн II. Принимая во внимание, что на входных притолоках возвеличены победы над Сакц’и’, логично предположить, что и в фресках запечатлена кампания против этого царства, но в самих росписях противник прямо не назван. Зато приводится дата сражения, которая, вероятнее всего, соответствует дню 9.17.15.12.15, 13 Мен 13 Ч’ен (19 июля 786 года), то есть примерно на полгода предшествует пленению военачальников Йетхте’-К’инича. Возможно, война против Сакц’и’ началась уже тогда и выдалась затяжной, но нельзя исключить и того, что в 786 году Йахав-Чан-Муваахн II одержал победу над другим, неизвестным нам противником. Наконец, в комнате 3 на первое место выходит тема связи людей с богами и выполнения обрядов, что было одной из главных обязанностей правящей элиты древних майя. Придворные дамы совершают традиционное для женщин пускание крови из языка, тогда как мужчины, в том числе все царевичи, исполняют ритуальный танец, связанный с принесением жертвы Богу Солнца. Любопытно, что в иероглифических подписях многие участники танца названы «людьми с черепами», такое обозначение хорошо подходит для удачливых воинов, которые перед этим отличились в битве и в качестве награды были допущены к торжественному ритуалу.[v] Таким образом, триумфальное действо в комнате 3 явно связано с празднованием военной победы, эта сцена является логическим продолжением предыдущей.

Бонампак. Комната 2. Батальная фреска. Панорамная репродукция.

Комната 2. Батальная фреска. Панорамная репродукция

Если С. Хаустон прав и к моменту завершения строительства храма Йахав-Чан-Муваахн II был уже мертв, то не означает ли это, что царевич Чоох возвел для своего предшественника поминальное святилище? Тогда понятно, почему храм назван жилищем царя, который после своей смерти слился с Богом Солнца. В качестве параллели сразу же вспоминается знаменитый «Храм Надписей» в Паленке, построенный над гробницей К’инич-Ханаахб-Пакаля его преемником К’инич-Кан-Бахламом II. Как показали недавние раскопки, внутри «Храма I» в Бонампаке также была скрыта усыпальница. Под комнатой 2 команда археологов во главе с А. Товалином обнаружила датируемое концом VIII века погребение, принадлежавшее мужчине в возрасте примерно 35-42 лет. Покойный носил пектораль из ценных раковин спондилуса, ожерелье и два браслета из жадеитовых бусин. Поскольку внутри гробницы не найдено надписей, ее хозяина невозможно надежно идентифицировать, но, судя по богатому погребальному инвентарю, не исключено, что в «Храме I»  Бонампака похоронен сам Йахав-Чан-Муваахн II.[vi]   

Находки в гробнице

Находки в гробнице

Как бы там ни было, если Чоох стремился сохранить добрую память о предках, то с этой задачей он справился блестяще. Сегодня фрески Бонампака остаются, пожалуй, самым известным произведением живописи не только майя, но и во всей доколумбовой Америке, служат для нас подлинным окном в прошлое, в дни процветания великой культуры. Парадокс ситуации заключается, однако, в том, что строительство «Храма I» – это последнее имеющееся у нас свидетельство существования царства Ак’е’-Шукальнаах.[vii] После 791 года упоминания о нем бесследно исчезают из иероглифических текстов. Это очень странно, ведь победа над Сакц’и’ и союз с Па’чаном должны были на какое-то время обезопасить царство от внешних врагов. Возможно, грянул внутренний кризис? С. Хаустон обращает внимание на то, что в подписях к фрескам «Храма I» титул «священного владыки» носит не только Йахав-Чан-Муваахн II, но и царевич Йашуун-Бахлам, а также, вероятно, Чоох.[viii] Такое распространение высокого царского титула на младших членов семьи весьма необычно для политической практики классического периода, оно может свидетельствовать об обострении конкуренции внутри правящей династии. Правда, в целом по фрескам не возникает впечатления, что семью Йахав-Чан-Муваахна II раздирали усобицы, напротив, все царевичи действуют сообща. Остается надеяться, что новые исследования прояснят причину резкого упадка царства Ак’е’-Шукальнаах, но уже сейчас очевидно, что это был не изолированный процесс, а часть общего коллапса цивилизации майя классического периода.



[i] Houston S. The Good Prince: Transition, Texting and Moral Narrative in the Murals of Bonampak, Chiapas, Mexico // Cambridge Archaeological Journal. – 2012. – Vol. 22, Issue 02. – Р. 160-161, 168-171.

[ii] По представлениям древних майя, во время обряда человек, прежде всего правитель, мог вступать с божеством в особые личные отношения, сливаться с ним в единую сущность. В иероглифических надписях прямо говорится, что во время совершения юбилейных и других церемоний цари, царицы, а иногда даже придворные могли воплощать различных богов. Видимо, майя верили, что во время обряда бог вселялся в человека и присутствовал на церемонии в его облике. Аналогичным образом умерший царь также сливался с божеством, достаточно вспомнить К’инич-Ханаахб-Пакаля, который на крышке саркофага в Паленке предстает в облике Бога маиса Ишиима или стелу 31 из Тикаля, где Йаш-Ну’н-Ахиин I парит по небу как солнечный бог и взирает на своего сына Сихйах-Чан-К’авииля II. Так и в данном случае Йахав-Чан-Муваахн II после смерти слился с божеством. Хук-Чапахт-Ц’икиин-К’инич-Ахав – это одна из ипостасей Бога Солнца, он очень почитался царями классического периода и помимо фресок Бонампака упоминается на монументах из Тикаля, Йашчилана, Копана, а также на керамике.

[iii] Houston S., Stuart. D, Taube K. The Memory of Bones: Body, Being, and Experience among the Classic Maya. – Austin: University of Texas Press, 2006. –  P. 244-249; Houston S. The Good Prince… Р. 164-165. Царство Чакха’ неоднократно упоминается в надписях из Арройо-де-Пьедра и Тамариндито, но нет достаточных оснований считать, что именно оттуда прибыл посланник к Йахав-Чан-Муваахну II. Топоним Чакха’ (в переводе «Красная Вода» или «Великая Вода»), видимо, был довольно широко распространен в классический период и использовался для обозначения разных местностей.

[iv] Miller M. Understanding the Murals of Bonampak // Maya: Divine Kings of the Rain Forest / Ed. by N. Grube. – Köln: Könemann Verlagsgesellschaft, 2001. – P. 240-242.

[v] Houston S. The Good Prince… Р. 165.

[vi] Подробнее о находке смотрите в официальном сообщении INAH. URL: http://www.inah.gob.mx/index.php/boletines/14-hallazgos/4077-descubren-entierro Также смотрите заметку «Загадка погребения в «Храме с росписями» в Бонампаке: удалось ли археологам найти гробницу Йахав-Чан-Муваахна II?», размещенную на сайте «Мир индейцев». URL: http://www.indiansworld.org/Articles/zagadka-pogrebeniya-v-hrame-s-rospisyami-v-bonampake-udalos-li-arheologam-nayti-grobnicu

[vii] В свое время М. Миллер даже предполагала, что фресковые росписи на стенах храма не были завершены в связи с неожиданно нагрянувшей катастрофой. Однако тщательность, с которой были нанесены многие детали, особенно так называемые микроиероглифы в комнате 3, позволяет поставить эту гипотезу под сомнение. Смотрите: Houston S. The Good Prince… Р. 157. 

[viii] Houston S. The Good Prince… Р. 167.