Борьба индейцев за свое освобождение (60—80-е годы)

Сборник ::: Исторические судьбы американских индейцев. Проблемы индеанистики ::: Григулевич И. Р.

Нынешний подъем индейского движения в Америке следует рас­сматривать как часть всеобщей борьбы коренного населения и дру­гих угнетенных этнических и национальных групп в мире, включая негров США, автохтонных жителей Австралии, а также цветное население Англии, их участия в мировом революционном процессе, особенно интенсивно развивающегося после краха колониальной системы империализма в 50—60-х годах XX в.

С момента открытия Америки европейские завоеватели угнетали, грабили, убивали коренное население — индейцев, прикрывая эти преступные действия разглагольствованиями о своей цивилизатор­ской роли, о пресловутом «бремени белого человека», о духовном благополучии индейцев, что сводилось к их обращению в христиан­скую веру, хотя такое обращение являлось составной частью коло­ниальной системы порабощения.

После известных баталий вокруг этого вопроса в годы конкисты, в центре которых высится гигантская фигура защитника индейцев Бартоломе де Лас Касаса, испанцы выработали систему взаимоотно­шений с ними, которая просуществовала вплоть до 80-х годов XVIII в., до восстания Тупака Амару в южной части американских владений Испании. Эта система основывалась на дифференцирован­ном подходе к разным слоям индейского населения. Часть его была порабощена и работала на шахтах, часть находилась во власти по­мещиков (энкомендерос), часть же жила на положении свободных крестьян. Наряду с этими группами имелись еще индейцы миссий, «дикие» индейцы и т. д. Верхушка индейцев — вожди, индейская «аристократия» - сотрудничала с испанскими властями, от которых получила дворянские права, в том числе право служить в коло­ниальном ополчении, что должно было превратить ее в составную часть колониальной системы угнетения.

Восстание Тупака Амару поломало эту хитроумную систему. Подавив его, испанцы лишили индейцев многих прав и привилегий и тем самым подтолкнули их на активную борьбу за свободу.

В начале войны за независимость испанцам удалось новыми уступками (в Перу, Боливии, Колумбии, Венесуэле) использовать индейцев в своих интересах, однако к концу войны повсеместно индейцы уже поддерживали патриотов, которые освобождали х налогов, всякого рода поборов, податей, долгов и не скупились на другие обещания.

Буржуазный строй, возникший на развалинах испанской коло­ниальной системы, не только не принес облегчения коренному на­селению, но во многих отношениях еще более осложнил их поло­жение. В этот период основным становится земельный вопрос. Ин­дейцы повсеместно лишаются прав на общинные земли, которые переходят в собственность старых и новых помещиков, спекулянтов земельной собственностью. Сопротивление аборигенов подавляется силой. В самой их среде происходит социальное расслоение, появ­ляется зажиточная верхушка, классовые интересы которой падают с интересами буржуазно-помещичьих господствующих кругов.

В связи с развитием в странах Латинской Америки капиталисти­ческих отношений укрепляется национальное самосознание, растет рабочее движение, империализм становится главным врагом народ­ных масс. В этих условиях в кругах интеллигенции зарождается движение индеанизма. Оно несколько идеализировало индейцев, но в целом носило положительный характер, ибо привлекало внимание общественности к проблемам коренного населения.

Новым этапом в движении за облегчение положения индейцев явилась мексиканская буржуазно-демократическая революция (1910—1917) в которой приняли участие индейские массы, в част­ности такие радикальные группировки, как крестьянские армии Эмилиано Сапаты и Панча Вильи. Однако и эта революция не ре­шила индейской проблемы.

Великая Октябрьская социалистическая революция оказала силь­ное влияние на жизнь американских индейцев. Именно марксизм подсказал единственно возможный путь решения индейскои проб­лемы Об этом писал в 20-х годах выдающийся марксист перуанец Хосе Карлос Мариатеги. Он отмечал, что индейская проблема - не только и не столько этническая, но в первую очередь аграрная. Ее решение невозможно без осуществления радикальных социальных преобразований1. Однако потребовалось время, прежде чем комму­нистические партии в Латинской Америке стали увязывать эти два аспекта одного и того же вопроса.

Следующий этап связан с победой Кубинской революции в 1959 г и последующим развитием революционного процесса в стра­нах Латинской Америки. Он характеризуется появлением сооственно индейских движений, их выходом на международную арену, а также новыми усилиями буржуазных кругов использовать эти движения в своих интересах, более детальной разработкой индейской проблематики в программах и деятельности компартии.

Именно в этот период имели место такие разнородные явления, как действия партизанского отряда Че Гевары, проявлявшего живейший интерес к индейскому вопросу в Боливии, стране с преобла­дающим индейским населением, которое осталось тогда вне влияния партизан и пришло в движение только в наши дни, и конфликт папы Иоанна Павла II во время его пребывания в Бразилии в 1980 г. с представителями индейских племен, которые отказались встретиться с ним в Манаусе, так как они были лишены возмож­ности изложить ему свое бедственное положение. О развитии ин­дейского движения в Бразилии говорят и такие факты: в июне 1982 г. в столице этой страны состоялась первая Национальная ас­самблея индейских племен. В ней участвовали руководители 40 пле­мен, ответственные сотрудники ряда правительственных ведомств, депутаты Национального конгресса. Участники ассамблеи призвали правительство принять действенные меры по обеспечению прав ин­дейского населения страны 2. Другим фактом является выдвижение на выборах 1982 г. Марио Хуруны, вождя племени шаваитес, кан­дидатом на пост депутата Национального конгресса Бразилии — со­бытие уникальное в истории этой страны3.

Съезды индейцев, выдвигающие политические требования, теперь происходят в странах Латинской Америки повсеместно. Так, в на­чале марта 1982 г. завершил свою работу I Национальный съезд индейцев Колумбии, проходивший под девизом «Единство, земля, культура, автономия»4.

Но даже не эти факты характеризуют нынешнее состояние ин­дейского вопроса в Латинской Америке или тем более патерналист­ское отношение к индейцам со стороны властей, а все более актив­ное участие коренного населения в революционном процессе, что видно на примере Гватемалы, Боливии, Сальвадора, других стран региона. Весьма показательно заявление главнокомандующего Пар­тизанской армии бедняков (ПАБ) Гватемалы Роландо Морано глав­ному редактору мексиканского журнала «Пор эсто» Марио Менендесу Родригесу5. «До возникновения партизанской войны,—сказал Роландо Моран,— революционные силы не сознавали значения ин­дейцев. Даже во времена прогрессивного правительства X. Арбенса (1951—1954) отношение к индейцам было в определенной степени патерналистским. Это была революция метиса, который стремился защищать права индейцев, но делал это исходя из своего видения проблемы. Сейчас стало ясно, что для партизанского движения не­обходимо полное участие индейского населения в революции.

В среде революционных сил Гватемалы имеются некоторые расхож­дения в отношении этого вопроса, но все они исходят из опыта и важных практических уроков прошлого. Ни одна попытка партизан­ской войны в Гватемале не была возможной без участия индейцев. Еще в 1963 г., когда был организован повстанческий отряд им. Эд­гара Ибарры, часть партизан происходила из индейской группы ачи и их участие имело определяющее значение. Начиная с этого момента, революционеры стали внимательно изучать данный вопрос и, наконец, пришли к заключению, что в партизанской борьбе не­обходимо не только физическое участие индейцев в качестве воен­ного и политического потенциала, способного изменить соотношение сил и нанести поражение врагу, но также необходимо их участие в других аспектах, включая культурный и национальный.

Этническая проблема подверглась внимательному рассмотрению. Первым выводом было то, что Гватемала не является интегрирован­ной в национальном отношении страной. Более 50% ее населения образуют этнические меньшинства, которые по своим историческим корням, по численности и, я бы сказал, благодаря своей слитности с природой являются на самом деле истинными хозяевами страны. Поэтому надо ясно понять, что революция невозможна, пока индеец не принимает в ней участия, причем не просто как движущая сила, механическая, количественная, но как человеческая, культурная, этническая общность, которая внесла бы свой вклад в формирование образа революционной Гватемалы. Революция не абстракция, а то, что совместно творят различные этнические группы, и потому она насыщена особенностями каждой из групп. «Только революционная война,— утверждает далее Роландо Моран,— с ее ускоренной дина­микой и центростремительной силой может обеспечить процесс на­циональной интеграции и придать ему верные измерения. Все дру­гие усилия, предпринимаемые некоторыми организациями, будь то философские, педагогические или культурные, воистину беспо­лезны».

В том же заявлении указывается, что предпосылкой сближения революционеров с индейскими этническими группами Гватемалы стало понимание различий между этими группами и знакомство с каждой из них в отдельности. Уважение их особенностей требо­вало, чтобы индейцев из племени иксиль называли «иксиль», а не просто «индеец», какчикеля — «какчикелем», киче — «киче» и т. д. Когда теперь упоминают эти народности, говорят: «народ кича», «народ ачи», «народ мам», «народ ачи», «народ мам», «народ канхобаль», но не говорят обобщенно: «индейцы» или «аборигены». Рево­люционеры, руководители которых, как правило, метисы, ладино, научились уважать то, что вырабатывалось в индейской среде в те­чение сотен лет, что тщательно оберегалось веками,— их язык, при­вычки, обычаи, темперамент, особую социальную организацию и формы экономической жизни. По словам командира ПАБ, уважение по отношению к товарищам, выходцам из этнических меньшинств Гватемалы, стало предварительным условием практического реше­ния этих проблем. Армия, регулярные части образованы индейцами иксиль, мам, канхобаль, киче, некоторые — кекчие, чуй. Однако в них произошло объединение всех индейцев вокруг революционных идей, вокруг идей борьбы за освобождение от угнетения и эксплуатации, так что, не теряя своих черт отличия, они переживают процесс интеграции и уже представляют собой единый организм, сплочен­ный одной целью.

В рядах партизан никогда не заставляют перенимать чуждые ему обычаи и язык, но стараются гармонизировать отношения, сде­лать так, чтобы люди поднялись выше своих этнических различий и жили более крупными проблемами и задачами. Ныне ПАБ стала многоклассовой и многонациональной организацией. Конечно, разногласия в среде партизан возможны, но основы единства заложены прочные. Преодолены существенные трудности и выбран единый подход к главным вопросам революции.

Сказанное объясняет, почему господствовавшая до недавнего времени в Гватемале диктатура ставленника Вашингтона генерала Риоса Монтта подвергала массовому уничтожению индейцев. Так, 17 июля 1982 г. было убито более 300 индейцев — жителей селения Сан-Франциско.

Американская администрация всячески поддерживала своего ставленника, который, дескать, продолжал начатый в стране «про­цесс демократизации и либерализации». Государственный департа­мент сразу же выступил с опровержением сообщений о массовых расправах правительственных войск с крестьянами. Представители американского посольства в Гватемале якобы не нашли никаких доказательств этих преступлений. А если кто-нибудь и убивал ин­дейцев, то это, мол, дело рук повстанцев. Государственный департа­мент без тени смущения обвинил в сговоре с «красными» органи­зации священнослужителей и журналистов, которые собрали дока­зательства, свидетельствующие о массовом терроре гватемальской военщины.

«Администрация Рейгана,—писала «Вашингтон пост»,—хотела бы видеть в лице гватемальского режима силу, которая способна «отразить» то, что она называет кубинским и советским вторже­нием в Центральную Америку. Вот почему поддерживается версия гватемальских правителей, гласящая, что на севере страны крестьян уничтожают левые партизаны».

Ложь эта была необходима для того, чтобы протолкнуть через конгресс военную помощь Монтту и компании, выделить средства на муштровку пентагоновскими советниками палачей индейских деревень. Цель оправдывает средства. «Мы не можем допустить падения нынешнего гватемальского режима и прихода к власти левых сил. Эта страна имеет для нас даже большее стратегическое значе­ние, чем Сальвадор»,—заявил командующий южным военным окру­гом США генерал У. Наттинг, требующий незамедлительно отпра­вить «демократу» Монтту вертолеты, джипы, пулеметы6.

Но есть и другая сторона этого вопроса, а именно: стремление подрывных империалистических центров и различных религиозных группировок использовать индейцев в интересах контрреволюции, реакции, а также участие еще значительной части того же индей­ского населения на стороне сил олигархии и империализма в Гва­темале, Сальвадоре и некоторых других странах.

Приведем только два примера. Они касаются Эквадора и Ни­карагуа, где в июле 1979 г. после почти 20-летних кровопролитных боев победила Сандинистская революция. Теперь США и их подрыв­ные центры делают все возможное, чтобы свергнуть революционное правительство, обвиняя его в нарушении прав человека, в воору­женной поддержке сальвадорских повстанцев, в «подчинении» Кубе и Советскому Союзу. Американцы угрожают всякого рода санкция­ми и репрессиями сандинистскому правительству, создают банды головорезов для вторжения в Никарагуа. Такие банды активно действуют и в соседнем с Никарагуа Гондурасе. Они постоянно перехводят границу, грабят и убивают местных жителей, многих силой уводят в Гондурас. Особое внимание контрреволюционеры обращают на живущих на границе с Гондурасом индейцев племени мискито и на население департамента Селайя, расположенного на востоке страны - вдоль побережья Атлантического океана. Последнее со­стоит из индейцев различных племен и потомков беглых рабов из английских колоний Карибского бассейна. Среди индейцев преобладает влияние католических миссионеров, среди негров и мулатов протестантов (церковь Моравских братьев, действующая здесь с середины прошлого века).

Контрреволюция рассчитывала на поддержку этих групп, учи­тывая их отсталость и то обстоятельство, что Атлантическое побережье изолировано от остальной части страны. Здесь укоренились свои обычаи, жители говорят по-английски. Кроме того, контррево­люция надеялась заручиться симпатией католических и моравских миссионеров. Ее девизом, как и в Чили перед фашистским перево­ротом, были слова «бог, родина и свобода». Во всех своих обращениях к никарагуанцам она выдавала себя за защитницу религии, которой якобы угрожают коммунисты. Враги сандинизма надея­лись что таким образом им удастся опереться не только на верую­щих, но и на католическое духовенство, моравских миссионеров, протестантские секты и прочие религиозные группировки. Следуя по стопам нынешних руководителей США и повторяя старые сомосовские лозунги, призывали убивать «кубинцев, русских и коммунистов»7. В начале 1982 г. действия контрреволюционных банд, ба­зирующихся в Гондурасе, стали особенно агрессивными. На их счету немало убийств сандинистских активистов, учителеи, крестьян, от­казывавшихся подчиняться их преступным приказам. Учитывая, что пять американских католических миссионеров на Атлантическом по­бережье своей деятельностью способствовали контрреволюции, сандинистское правительство выслало их из страны. Хотя власти объяснили церковной иерархии причины такого акта и, более того, изъяви­ли согласие на возвращение миссионеров обратно в Никарагуа, Конференция епископов опубликовала 23 января 1982 г. заявление, в котором восхвалялась деятельность этих сомнительных слуг божь­их, что заставило министерство внутренних дел в свою очередь публично опровергнуть подобного рода измышления8.

Между тем Белый дом продолжал свои угрозы применить раз­личные санкции вплоть до вооруженного вторжения в Никарагуа, что сопровождалось все более активными действиями контрреволю­ционных банд, расположившихся в приграничных районах Гондураса от налетов которых больше всего страдали индейцы мискито Ввиду этого сандинистское правительство было вынуждено эвакуи­ровать индейское население, проживающее вдоль пограничной р. Коко в более безопасные районы на Атлантическом побережье. Пограничная зона кишела контрреволюционными бандами, устраи­вавшими засады вдоль Коко, вследствие чего гибло ни в чем не повинное гражданское население. Следует отметить, что в погра­ничных районах Гондураса действует псевдоиндейская контррево­люционная организация МИСУРАСАТА (по названиям индейских народностей мискито, сума, рама, объединенных с сандинистами), от имени которой осуществляется террор на территории Никарагуа. Все это вынудило сандинистские власти прибегнуть к эвакуации местных жителей. Власти вывезли больных детей, стариков и бере­менных женщин из опасной зоны вертолетами, а остальные индейцы направились на новые места через просеки в чащобе. Путь был трудным, но все дошли до назначения. Власти оказывают переселен­цам всемерную помощь, снабжая их медикаментами, питанием, не­обходимыми инструментами. Быстро строятся на новых местах дома, школы, медпункты, другие необходимые учреждения. Теперь властям легче оказывать индейцам помощь, чем в беспокойном и труднодоступном районе р. Коко.

Казалось бы, никарагуанские епископы должны были бы под­держать эту гуманную акцию сандинистского правительства. Не тут-то было! Епископы обратились 17 февраля 1982 г. с посланием ве­рующим, в котором резко осуждали власти за переселение индейцев, утверждая, что сандинистское правительство якобы нарушило «пра­ва человека», причинило неисчислимые бедствия мискито.

Отвечая на эти необоснованные обвинения, Правительственный совет национального возрождения в заявлении «Обвинения еписко­пов подрывают национальное единство» отмечал, что епископы по­ступили неискренне, ибо правительство дважды приглашало их по­сетить индейцев в новых поселениях, но церковные иерархи не приняли приглашения. Послание носит не столько духовный, сколь­ко политический характер, и соответствует агрессивной линии пра­вительства Рейгана. Совет указывал, что документ епископов опуб­ликован в момент, когда империализм наращивает угрозы против революционного Никарагуа, готовит интервенцию и блокаду, что обсуждается в самых высоких инстанциях американского прави­тельства. Послание епископов, отмечал совет, повторяет ложную ин­формацию, распространяемую в пресс-бюллетенях американского посольства в Манагуа и сомосовцами, ведущими радиопередачи с тер­ритории Гондураса.

Епископы называют самосовцев «политическими противниками», они обходят молчанием то обстоятельство, что эти убийцы сеяли террор среди индейцев, проживавших вдоль р. Коко, затрудняя оказание им помощи со стороны революционных властей. Они также замалчивают факты преступного сотрудничества с сомосовскими бандами многих местных католических священников.

В заключение Правительственный совет подтверждал свое глу­бокое уважение к религиозным верованиям никарагуанцев и обя­зательство гарантировать полную свободу церковных служб соглас­но существующим законам и в духе декларации СФНО о религии от октября 1980 г.10

Следует отметить, что послание епископов вызвало единодуш­ное осуждение в Никарагуа, его критиковали и многие представели духовенства. Так, католический миссионер Хустиниано Льеб, проработавший среди населения Атлантического побережья свыше 25 лет, с возмущением писал, что епископы молчали, когда при Сомосе мискито подвергали чудовищной эксплуатации компании по добыче минералов или когда «национальная гвардия» истребляла и грабила их; епископы молчали, когда в соседнем Сальвадоре ультраправые убили архиепископа Ромеро, четырех монахинь-американок, одна из которых работала до этого в Никарагуа, и других неугодных реакции священников и католических активистов. Епископы не протестовали, когда президент Рейган запретил продажу Ни­карагуа зерна; они молчали, когда сомосовские диверсанты убивали сандинистов на границе с Гондурасом, где с 1980 по 1983 гг. погибло более тысячи людей. Епископы никак не реагировали и на угрозы Белого дома произвести контрреволюционный переворот в Никарагуа. Зато теперь они выступили в защиту мискито, причем не воспользовались в целях получения более достоверной информа­ции даже услугами созданной ими же в 1981 г. специальной комис­сии по диалогу между правительством и епископатом. А ведь если бы у них были какие-либо претензии к властям, то они были обя­заны сообщить их в первую очередь этой комиссии11.

По приглашению правительства переселенных индейцев посети­ла делегация католических священников, протестантских деятелей, иностранных журналистов. В ее состав входили представители Еван­гелического комитета за помощь и развитие (СЕПАЛ), члены ордена капуцинов, бразильский, священник Кларенс Неотти — президент Латиноамериканского союза журналистов-католиков, американец Томас Розенберг из францисканского ордена, ректор Университета Центральной Америки иезуит Арманда Лопес, ряд приходских священников и другие лица. Все они единодушно опровергли кле­ветнические утверждения епископов, отметив, что сандинистское правительство делает все возможное для оказания помощи индейцам мискито, которые довольны условиями жизни на новых местах

Мискито посетили также два американских конгрессмена-демократа - Том Харкин и Джеймс Оберстар, бывший президент Коста- Рики Хосе Фигерес, мексиканский епископ Серхио Мендес Арсео и многие другие зарубежные деятели. Все они высказались в поддерж­ку сандинистских властей.

22 октября 1982 г. более ста антропологов, этнографов, специа­листов других отраслей общественных наук из разных стран Латин­ской Америки издали манифест об «Этническом вопросе в Никара­гуа», в котором подробно анализируется создавшееся в этой стране положение в районах проживания индейских народностей. Ученые осудили попытки контрреволюционеров использовать индейцев в борьбе с сандинистским правительством и полностью разделяют его действия, в частности переселение мискито из района р. Коко на Атлантическое побережье. Манифест заканчивался призывом ко всем этническим группам и образованиям стран Латинской Америки включиться в борьбу против капиталистического и империалистиче­ского гнета13.

О положении в Эквадоре генеральный секретарь Коммунистиче­ской партии Эквадора Рене Може пишет следующее: «Позиции коммунистов особенно сильны в прибрежных районах — на банано­вых и сахарных плантациях, где издавна применяется наемный труд. Крестьяне здесь объединены в профсоюзы, среди сельских тружеников немало членов КПЭ. Так, в одной лишь провинции Гуаяс мы располагаем 105 крестьянскими партийными ячейками. В горной части страны — «андском переулке» обстановка совсем иная: там только начинают рушиться полуфеодальные устои, кресть­янство представлено в основном индейцами — забитыми, нищими, неграмотными, политически отсталыми. Позиции КПЭ (да и других организаций) здесь еще слабые. Классовый враг, однако, нашел формы, чтобы распространять свое влияние и затруднять объедине­ние и борьбу индейцев. В этих районах процветают многочисленные протестантские секты, являющиеся аванпостами империализма. До недавнего времени активную подрывную работу среди индейцев вел небезызвестный филиал ЦРУ — Летний лингвистический инсти­тут, изгнанный из страны последним декретом покойного президента Рольдоса. X съезд КПЭ поставил перед коммунистами задачу вы­работать четкую политику по отношению к индейцам и проводить ее с учетом всей связанной с этим специфики»14.

Что касается США, то там действует сегодня большое количество индейских организаций, имеется собственная прогрессивная индей­ская печать. Но самое главное — поворот Компартии США к индей­ской проблематике. Об этом еще свыше десяти лет назад писала Ю. П. Аверкиева: «Большое внимание уделяет индейскому движению Коммунистическая партия США. Она всемерно поддерживает спра­ведливые требования индейцев и стремится помочь индейским орга­низациям направить их движение в общее русло антиимпериали­стической борьбы».

Коммунисты США провели специальную конференцию, посвя­щенную индейскому вопросу15. Современное индейское националь­ное движение было определено как составная часть мирового рево­люционного процесса. Компартия США призвала рабочий класс, демократические силы страны и всего мира оказывать максималь­ную поддержку освободительной борьбе индейцев, вести бескомпро­миссную борьбу против их дискриминации. Партия ставит перед своими членами задачу разъяснять индейцам общность их движения с борьбой рабочего класса и всех демократических сил страны против монополистического капитала, разъяснять, что только социалисти­ческий путь обеспечит победу индейского национального движения. Для работы среди индейцев в региональных комитетах компартии создаются комиссии по индейскому вопросу. В 1970 г. образован Комитет индейского освобождения.

Индейскому вопросу уделено значительное место на первых же страницах новой программы Коммунистической партии США.

«Коммунистическая партия,— говорится в программе американ­ских коммунистов,— оказывает полную поддержку борьбе и требова­ниям индейского народа, в том числе следующим требованиям:

установление контроля индейцев над деятельностью Бюро по делам индейцев;

представительство на всех уровнях в процессе принятия поли­тических решений, особенно в штатах с многочисленным индейским населением;

становление местной автономии в районах с индейским большин­ством;

уважение всех нарушенных договоров путем предоставления луч­ших земельных участков;

передача минеральных ресурсов и выплата денежной компен­сации с полным учетом инфляции цен на землю и другие ценности со времени подписания договоров и включая компенсацию за пре­ступления, совершенные против индейского народа;

гарантирование положения существующих резерваций, подопеч­ных земельных участков и традиционных индейских земель от возможности новых потерь;

предоставление права всем туземным народам, включая эскимо­сов Аляски, на их землю вместо передачи всей земли нефтяным и другим монополиям;

всесторонняя помощь индейскому народу в деле ограждения его существования как народа и в сохранении и развитии его культуры, в том числе письменности, искусства и литературы;

обеспечение индейцам возможности приобретения самого высо­кого уровня образованности и медицинского обслуживания;

оказание помощи в достижении достаточно высокого уровня жизни в резервациях;

доступ к возможности получения профессионально-трудовой под­готовки и работы при условии нормальной заработной платы и в нормальных условиях труда и на всех уровнях квалифицированной подготовки;

обязательное преподавание истории индейского народа, в том чис­ле и по учебникам, написанным индейцами, в государственных школах».

В программе коммунистической партии эти требования оцени­ваются как «подход-минимум».

Потомки дакотов, чейенов, навахов и множества других индей­ских племен, пережив трагедию поражений, насильственной асси­миляции, нужды и бесправия в резервациях, ныне пробуждаются к борьбе за свои экономические, политические и национальные пра­ва. Они гордятся традициями своего прошлого и героической борь­бой своих предков — Сидячего Буйвола, Красного Облака, Кочиза и многих других, вписавших яркие страницы в историю индейского сопротивления.

В начале ноября 1972 г. сотни индейцев, протестовавших против политики правительства в индейском вопросе, совершили поход на Вашингтон. Руководители похода, названного ими «Тропой нару­шенных договоров», сообщили, что представляют две трети индей­ских племен страны. Около 500 участников похода заняли здание Бюро по делам индейцев, забаррикадировались и предъявили список требований Белому дому. В течение недели они удерживали здание и освободили его лишь после того, как представители правительства обещали не преследовать их за захват здания и рассмотреть требо­вания индейцев. Покидая столицу, участники «Тропы нарушенных договоров» заявили, что будут продолжать борьбу за свои права» 16.

В 60—80-е годы индейское движение на Американском континен­те проделало большой путь. Оно политически окрепло, возмужало. В сентябре 1982 г. в калифорнийском городе Дэвисе состоялся I Международный трибунал, организованный американскими индей­цами. Он обвинил власти США и американский «большой бизнес» в том, что они виновны в политике геноцида, осуществляемого ими в отношении индейского населения как в самих США, так и за их пределами.

Свидетельские показания делегатов, представлявших около 300 индейских народностей Северной, Центральной и Южной Аме­рики, коренное население тихоокеанских островов, многочисленные документы, по словам председателя трибунала лидера организации Движение американских индейцев Денниса Бэнкса убедительно пока­зали, что внутренняя и внешняя политика США грубо нарушает основные права человека.

За время пребывания у власти правительство Рейгана, отметил Д. Бэнкс, положение коренного населения страны катастрофически ухудшилось. Достаточно отметить, что в отдельных резервациях ра­боты не имеют до 80% их обитателей. В то же время во все более широких масштабах происходят отчуждение исконных индейских территорий, их рыболовных и охотничьих угодий, разграбление на­ходящихся в недрах резерваций природных ресурсов, приносящих колоссальные барыши корпорациям. Самым наглым и циничным образом попираются договоры, заключенные правительством с ин­дейскими народностями.

   I Международный трибунал американских индейцев принял ряд постановлений, в которых осуждается проводимая властями США политика геноцида, направленного на прямое физическое истребле­ние индейцев, их экономическое закабаление, уничтожение культу­ры, языка, обычаев. Документы Международного трибунала пере­даны в ООН, распространены в конгрессе США17.

Существующий в ООН специальный Комитет по вопросу о дис­криминации индейского населения стран Латинской Америки еще в сентябре 1977 г. принял решение, осуждающее неравноправное положение индейцев в этом регионе. В декабре 1981 г. в столице Никарагуа Манагуа состоялся III Международный семинар ООН против расовой дискриминации с участием никарагуанских делега­тов — индейцев сума и мискито, а также представителей других стран. На семинаре вновь была разоблачена расистская политика Вашингтона по отношению к индейцам. Теперь эти решения под­креплены документами Международного трибунала.

Таким образом, индейская проблема в Америке не сводится к фиксации этнических особенностей индейцев; это в первую очередь политическая, экономическая проблема. Ее можно решить только совместной борьбой индейцев с другими трудящимися против им­периализма, олигархии, за социальные преобразования и всеобщий мир.


1.Мариатеги X. К. Семь очерков истолкования перуанской действительности. М., 1963.

2.Правда, 1982, 10 VI.

3.Barricada, 1982, 20.IX.

4.Известия, 1982, 2 III.

5.Текст интервью см.: Латинская Америка, 1982, № 8, с. 112—113. В феврале 1982 г. четыре основные повстанческие организации — Партизанская армия бедняков, Повстанческие вооруженные силы, Организация вооруженного на­рода и Революционные вооруженные силы Гватемальской партии труда (коммунисты) — образовали Фронт национального патриотического един­ства.

6.Правда, 1982, 26 XI.

7.Barricada, 1982, 18.III.

8.Barricada, 1982, 24.1.

9.Мискито насчитывается 175 тыс. человек, из них 120 тыс. проживают в Ни­карагуа, остальные в Гондурасе.

10.        Respuesta a la Comferencia Episcopal, 24.11.1982. Managua, p. 2—3.

11.        Ibid., p. 4—5.

12.        Ibid., p. 6—7.

13.        Manifiesto de Antropologos у Cientificos Latinoamericanos sobre la cuestion etnica en Nicaragua.— Barricada, 1982, 16.XI.

14.        «Проблемы мира и социализма». 1982, № 6, с. 31. См. также: Albornoz О. Sobre algunes aspectos de la problema indigpna.— Bandera Roja, Guayaquil, Agosto. 1982. N 10. p. 81—107. О прогрессивной точке зрения на индейское движение см. специальный номер «OCLAE» (La Habana, 1974, N 4).

15.        США. Экономика, политика, идеология, 1973, № 1, с. 60—61.

16.        Кондрашев С. В Аризоне, у индейцев. Из американских записок.—Иностран­ная литература, 1982, № 1, с. 200—229.

17.        Известия, 1982, 27.IX.