Военный совет принимает решение

Кинжалов Ростислав Васильевич, Белов Авраам Моисеевич ::: Падение Теночтитлана

Он понимал всю шаткость и неопределенность своего положения.

Его жизнь и жизнь всех участников экспедиции зависела, в сущности, от настроения Монтесумы'. А вдруг, послушавшись жрецов, он перестанет благоволить к испанцам?… Или, приглядевшись к ним получше, поймет, что они и их прославленные кони и пушки – вовсе не боги и даже не посланцы богов?…

Тогда, по первому сигналу, всех испанцев вместе с их союзниками – тлашкаланцами – ацтеки сотрут в порошок. Против них восстанет весь город. Их участь тогда предрешена – все как один будут принесены в жертву кровавому Уицилопочтли. Да стоит только прекратить доставку продовольствия и питьевой воды – и сразу положение испанцев станет безвыходным.

Надо было немедленно действовать, чтобы закрепить и упрочить свое положение. Но как? Что можно предпринять, находясь в самом логове врага?

На военном совете, созванном Кортесом, раздавались разные голоса. Одни предлагали тайно покинуть город и уйти на материк за большие дамбы. Другие предлагали удалиться с ведома Монтесумы под каким‑нибудь благовидным предлогом.

Во всех этих советах Кортес не видел резона. Такого рода действия сразу были бы расценены как проявление слабости. А слабых бьют. Отступая, испанцы рисковали потерять даже дружбу своих союзников – тлашкаланцев.

Единственный выход из положения – взять в плен самого Монтесуму, сделать его заложником. Тогда испанцы будут в безопасности. Ацтеки не посмеют на них напасть, опасаясь за жизнь Монтесумы.

Но как захватить повелителя ацтеков, окруженного тысячами телохранителей, в его собственном дворце? Может ли быть замысел более дерзкий?

Надо, чтобы Монтесума добровольно согласился пойти в плен к испанцам…

Осуществить этот план было поручено пяти наиболее отважным офицерам. Они во главе с Кортесом должны были под угрозой смерти уговорить Монтесуму «добровольно» переехать во дворец к испанцам.

Но под каким предлогом нанести столь тяжкое оскорбление тому, кто так гостеприимно принял пришельцев и чуть ли не ежедневно с монаршей милостью одаривал их золотом?

Предлог такой нашелся.