Третий поход Монтехо и завоевание Юкатана

Талах Виктор Николаевич ::: Классический и послекласический Юкатан по данным письменных источников

После ухода испанцев Юкатан постигла череда бедствий. Уже в 1534 г. полуостров охватила эпидемия какой-то заразной болезни, по всей видимости, занесённой европейцами. Затем в стране наступила засуха, а так как запасы продовольствия беспорядочно расходовали во время войны, и многие поля не обрабатывались, начался голод. В 1536 году вспыхнула междоусобица между двумя сильнейшими кучкабалями – Мани и Сотутой. Как пишет Д. де Ланда: «Из-за … голода Шиу, сеньоры Мани, решили устроить торжественное жертвоприношение идолам, приведя некоторых рабов и рабынь, чтобы бросить в колодец Чичен-Ицы. Так как нужно было пройти селение сеньоров Кокомов, их смертельных врагов, они послали просить у них позволения пройти по их земле, полагая, что в такое время те не возобновят старую вражду. Кокомы их обманули хорошим ответом. Они их поместили всех в большом доме и подожгли, убивая тех, кто спасался»[1]. В произошедшей 9 сентября 1536 года бойне погиб верховный правитель Мани Ах Сийях Тутуль Шиу и многие его родственники. Следствием вероломного убийства стала война между Шиу и Кокомами. Меньше чем за месяц до этого майя понесли ещё одну потерю: 13 августа 1536 г., сражаясь в Гондурасе против испанцев на стороне союзников Чактемаля выстрелом из аркебузы был убит Гонсало Герреро. Наконец, в 1537 г. несчастья майя Юкатана довершило нашествие саранчи.

Тем временем, семейство Монтехо мобилизовало все свои возможности для организации нового похода на Юкатан. Его поддержал вице-король Новой Испании Антонио де Мендоса, поскольку неудачи испанцев в землях майя отрицательно сказывались на их авторитете и в Новой Испании. При поддержке вице-короля Монтехо-старший вернул губернаторство в Табаско (свои полномочия там он передал сыну) и получил губернаторство в Гондурасе.

Походы конкистадоров на Юкатан в 1540 – 1545 гг.

Походы конкистадоров на Юкатан в 1540 – 1545 гг.

В 1537 (по данным Ланды – в 1538) г. Монтехо добились первого успеха на Юкатане: посланный из Табаско отряд Лоренсо де Годоя высадился в Чампотоне, после нескольких месяцев столкновений с местными индейцами прибывший ему на помощь Монтехо-племянник прочно утвердил там испанскую власть и основал колонию Сан-Педро-де-Чампотон.

Вскоре, однако, у престарелого главы клана возник конфликт из-за гондурасского губернаторства с другим одиозным конкистадором, Педро де Альварадо, который кончился в 1539 г. обменом Гондураса на Чьяпас. К этому времени Монтехо-отец понёс ещё одну утрату: около 1538 г. в Новой Испании скончался его кум и старый соратник Алонсо Давила. В середине 1540 г. Монтехо-старший передал права на завоевание Юкатана своему сыну, сопроводив их подробными инструкциями.

Франсиско де Монтехо – сын

Франсиско де Монтехо – сын

Осенью 1540 г. Монтехо-сын с отрядом в 60 человек высадился в Чампотоне, откуда отправился в Кампече. Туда он пришел 4 октября и был принят самым дружественным образом. На новом месте была основана колония Вилья-Сан-Франсиско-де-Кампече[2]. Находясь в Кампече, Монтехо стал собирать подкрепления, в состав которых помимо солдат из Табаско вошли отряд Гаспара и Мельчора Пачеко из Оахаки, а также вспомогательные индейские войска из Аскапоцалько, Шочимилько, Тескоко и Уэшоцинко. Всего в его распоряжении оказалось около 400 испанцев и 3 тысяч индейских союзников[3]. Монтехо «Молодой» отправил посланников к батабам областей Кан-Печ и Кануль с предложением прибыть в Кампече. Большинство послушно явилось с данью, но правители крупнейшего селения Кануля, Калькини, На Чан Канче Кануль и На Поот Канче Кануль отказались. После их подчинения (при этом На Поот Канче Кануль погиб 20 декабря 1540 г.) Монтехо на некоторое время стал лагерем возле селения Тучикаан в области Кануль. До конца лета 1541 г. конкистадоры находились в этой области, собирая силы, в частности, к ним вновь присоединились старинные союзники, батабы из Кех-Печа, изъявившие покорность и вручившие дары, которые пришлись как нельзя кстати, поскольку 10 апреля в Покбоке сгорел испанский обоз с припасами. Только в конце октября - начале ноября 1541 г. конкистадоры двинулись к границам области Чакан  Там сопротивление конкистадорам возглавил жрец из Пебá Ах К’ин Чуй, но был разбит и попал в плен. Наконец, на второй день Рождества 1541 г. Монтехо наконец-то достиг Тихо’ (Ичкаансихо’), являвшегося одним из важнейших городов Юкатана. Местный владетель Ах К’ин Эван после кратковременного сопротивления сдался и крестился. На месте майяского Ичкансихо’ 6 января 1542 г. была основана испанская Мерида.

Успехи испанцев способствовали переходу на их сторону верховного правителя крупнейшего из юкатанских кучкабалей, Мани, из рода Тутуль Шиу[4]. 23 января 1542 он явился на встречу с Монтехо и выразил желание заключить с конкистадорами союз, признав верховную власть испанского короля, и креститься (под христианским именем Дон Мельчор Тутуль Шиу он и известен). Очевидно, что стремление Шиу к союзу с испанцами диктовалось угрозой со стороны Кокомов из Сотуты, действовавших совместно с воинственными Купулями и Кочвахами, но именно этот союз стал одним из важнейших условий успеха испанского завоевания Юкатана. Диего де Ланда позже писал: « … Если бы не помощь, которую из этого поселения [Мани – В.Т.], и от иных своих друзей, и от целой провинции, называемой Тутуль Шиу, они получили, было бы невозможно завоевать тогда эту страну, которая имеет во всем тяжелый климат и недостаток воды …, и вместе с тем сильное сопротивление местных жителей, и между ними многих истинных мужей»[5].

Памятник На Чи Кокому в Сотуте

Памятник На Чи Кокому в Сотуте

После этого Монтехо-племянник начал было готовиться к подчинению северо-востока полуострова, а Монтехо-сын в мае 1542 г. совершил вылазку к границам Сотуты. Тем временем правитель Сотуты Ах Куат На Чи Коком предпринимал меры для создания союза против своих непримиримых противников Тутуль Шиу и их испанских друзей[6]. Он привлёк Купулей, Кочвахов и других владетелей кучкабалей к востоку от Ицамаля и собрал огромное для Юкатана войско, насчитывавшее, по некоторым сведениям, 40 - 60 тысяч человек[7]. Впрочем, к сообщаемым конкистадорами данным о численности индейских армий следует относиться с большой осторожностью, точных сведений на этот счёт они не имели, и в лучшем случае приводили визуальные оценки числа противников, кроме того, были заинтересованы в их завышении. Согласно Россу Хэссигу число мужчин в боеспособном возрасте (от 20 до 50 лет) составляет примерно 43 процента мужского населения[8], то есть около 21 процента ото всех жителей. Учитывая численность населения Сотуты, Купуля и Кочваха (примерно 150 тысяч человек), даже если бы На Чи Коком и его союзники мобилизовали всех способных сражаться мужчин в своих владениях, их войско не превысило бы 31,5 тысячи человек, с добавлением Чик’инчеля и Тасеса – 43 тысяч человек. Однако, такой тотальный призыв представляется невероятным, скорее всего индейское войско составило не больше 15 – 20 тысяч человек (из которых не меньше половины составляли носильщики припасов) против приблизитеьно 200 испанцев и 3 тысяч индейских вспомогательных войск. Накануне дня святого Бернабе, 11 июня 1542 г.[9], индейская армия появилась у Тихо’. Несмотря на их численное преимущество, ключевое значение имело абсолютное превосходство испанцев в вооружении и тактике. С огромными потерями нападавшие отступили. Это был решающий успех конкистадоров, деморализовавший майя Юкатана.

После этого Монтехо «Молодой» приступил к завоеванию центральной и восточной части полуострова. Сам он вместе со вспомогательными отрядами из Мани и Кех Печа отправился в Сотуту, против наиболее опасного противника испанцев, На Чи Кокома. Вблизи столицы кучкабаля произошла битва, в которой индейцы были вновь разбиты. На Чи Коком некоторое время скрывался в карстовых пещерах, а затем, при посредничестве Ах Наум Печа, батаба Мотуля, сдался испанцам. Он крестился под именем Дон Хуан Коком и был оставлен в качестве вассального владетеля Сотуты. К середине ноября 1542 покорение западного и центрального Юкатана было завершено.

Одновременно Монтехо-племянник был отправлен на северо-восток полуострова. Задача преследовалась двоякая: во-первых, обеспечить подчинение Короне ещё сохранявших независимость областей и создать на востоке полуострова еще один опорный пункт конкистадоров, во-вторых – вернуть в районы вокруг Тихо’ бежавшее оттуда индейское население и обеспечить меридских поселенцев-энкомендеро рабочей силой и данниками. Сначала Франсиско де Монтехо-племянник остановился в Текохе, главном городе дружественного испанцам кучкабаля Ах К’ин Чель, не решаясь вторгнуться на территорию Купулей, сопротивление которых возглавлял главный военачальник и жрец На Кахун Нок’ из Саки. Монтехо завязал переговоры с батабами Купулей, стараясь поодиночке склонить их к признанию власти Испании. Так ему удалось привлечь на свою сторону батаба селения Ти-Поп. В это же время отряд Алонсо Лопеса Сарко подчинил Калотмуль, где правила ветвь Шиу, не желавшая вступать в союз с испанцами, а Бернардино де Вильягомес вторгся в области Тасес и Чик’инчель.

Когда Монтехо-племянник находился на территории Купулей, к нему прибыло посольство из Чик’инчеля, от правителя Чавакá, который признавал себя вассалом испанцев и приглашал их к себе. В начале 1543 г. вблизи Чавакá Франсиско де Монтехо-племянник основал третье постоянное испанское поселение на Юкатане. Примерно в это время он отправил одного из своих капитанов, Франсиско де Сьесу, в Саки, откуда тому удалось изгнать На Кахун Нок’а и захватить в плен знатных лиц[10].  Из Чик’инчеля испанцы вторглись на территорию Кочваха, где в течение четырёх месяцев вели ожесточённые военные действия, захватив многочисленных пленных, в том числе женщин и детей; многие индейцы, не желая оказываться в подчинении, совершали самоубийства[11].

Жестокости конкистадоров. Гравюра Теодора де Бри, 1583

Жестокости конкистадоров. Гравюра Теодора де Бри, 1583

По возвращении из Кочваха,  в мае 1543 г. Монтехо-племянник дал основанному близ Чавакá поселению статус городка, назвав его Вилья-де-Вальядолид.

К июню 1543 г. власть Кастилии на Юкатане казалась настолько упрочившейся, что от имени городского совета и должностных лиц Мериды к Карлу V был отправлен Алонсо Лопес с отчётом о завоевании Юкатана и просьбами испанских колонистов. Его сопровождали 50 знатных индейцев, в том числе батабы областей Кех Печ и Ах К’ин Чель[12].

Между тем, природные условия в Вилья-де-Вальядолиде оказались неблагоприятными для европейцев, и после десяти месяцев проживания в нём, Монтехо-племянник вынужден был перенести испанскую колонию вглубь полуострова, в Саки; официальное основание Вилья-де-Вальядолида на новом месте произошло 24 марта 1544 г.

Затем Монтехо решил окончательно утвердить испанское господство в Экабе и на Косумеле и вышел к морю в П’оле (нынешний Шкарет)[13]. В проливе между Юкатаном и Косумелем лодка, перевозившая конкистадоров, затонула, и десятеро из них погибли. Когда новость об этом в преувеличенном виде (рассказывали, что погибли все испанцы, в том числе сам Монтехо-племянник) достигла Кочваха и Купуля, среди жителей этих областей опять начались волнения. Для их подавления из Мериды были отправлены Гаспар, Мельчор и Алонсо Пачеко и Алонсо Лопес Сарко. После умиротворения Купуля и Кочваха младшие Пачеко вторглись в Ваймиль и Чактемаль. Их экспедиция длилась около года и отличалась крайними жестокостями по отношению к индейскому населению. Об этих событиях Д. де Ланда пишет: «Там совершали неслыханные жестокости, отрубая носы, кисти, руки и ноги, груди у женщин, бросая их в глубокие лагуны с тыквами, привязанными к ногам, нанося удары шпагой детям, которые не шли так же [быстро], как их матери. Если те, которых вели на шейной цепи, ослабевали и не шли, как другие, им отрубали голову посреди других, чтобы не задерживаться, развязывая их. Они вели большое количество пленных мужчин и женщин для услуг, обращаясь с ними подобным образом»[14] . Другой церковный автор, Лоренсо де Бьенвенида, говорит об Алонсо Пачеко: «Нерон не был более жестоким, чем он. Он прошёл вперёд и пришёл в область, которую называют Чатемаль, и хотя она была мирной, и туземцы не воевали с ним, он её ограбил, и уничтожил пропитание туземцев, и они разбежались по лесам из страха испанцев, потому что, схватив кого-нибудь, тут же бросал его псам, и от этого разбежались индейцы, и все умерли от голода, я говорю «все», потому что были селения по пятьсот домов и по тысяче, а сегодня то, которое имеет сто – большое …. Этот капитан собственными руками творил насилия, и многих задушил гарротой, приговаривая: «Это хорошая розга, чтобы наказывать их» – а когда тот умирал: «О, как здорово я сделал». Отрубал много грудей у женщин и рук у мужчин, и носов, и ушей, и сажал на кол, и женщинам привязывал сосуды из тыкв к ногам и бросал их в озёра тонуть для  своего развлечения, и прочие великие жестокости»[15]. Не лучше вел себя Лопес Сарко. Диего де Ланда, в частности, пишет: «Капитан Алонсо Лопес де Авила, кум аделантадо Монтехо, захватил в плен красивую и стройную индейскую девушку во время войны в Бакаларе. Она, под страхом смерти своего мужа, пообещала ему никогда не отдаваться другому, и поэтому никто не мог убедить её согласиться на нарушение, даже под страхом смерти; и так она была брошена псам»[16]. В 1544 г. на месте ваймильского селения Бак’халаль был основан испанский городок Саламанка-де-Бакалар, а к концу 1545 г. военные действия закончились.

Последней попыткой майя Юкатана отстоять свою независимость стало восстание 1546 – 1547 годов. В числе его главных организаторов была знать Купулей, жрецы Эц Кунуль и Ах Камаль. Было выбрано время, когда большинство европейских колонистов отправилось в Кампече встречать возвращавшегося на Юкатан Франсиско де Монтехо «Аделантадо». Восстание началось в ночь с 8 на 9 ноября 1546 г. и в дальнейшем охватило области Купуль, Кочвах, Сотута, Тасес, Чик’инчель и Ваймиль. Всего в нём участвовали до 20 тысяч человек[17]. Были убиты 17 или 18 испанцев, застигнутых в своих энкомьендах, и 400 их индейских союзников. В числе погибших оказались видные конкистадоры, включая капитана и алькальда Вальядолида Бернардино де Вильягомеса, и двое испанских подростков. Индейцы взяли в осаду Вилью-де-Вальядолид. Действия повстанцев отличались отчаянной свирепостью и беспорядочностью. Убивали не только попавших им в руки испанцев или крестившихся индейцев, но даже привезённых из Европы животных: собак, кошек и кур. Зато ни одним из испанских поселений на Юкатане, хотя бы отдалённой и малолюдной Саламанкой-де-Бакалар, восставшим овладеть не удалось. Хаотичность восстания позволила испанским колонистам, несмотря на малочисленность, организоваться и перейти в контрнаступление. Поддержку им оказали союзные кучкабали западной части полуострова, не предполагавшие для себя ничего хорошего в случае успеха восстания. После поражения войска Купулей на границах с Ах К’ин Челем в декабре 1546 г. даже относительное единство действий восставших было утрачено.  К марту 1547 г. основные очаги сопротивления были подавлены. При этом население Купуля по сравнению со временем до начала Конкисты сократилось вполовину, Кочваха и Чикинчеля – не менее того, а Ваймиля и Чактемаля – вероятно больше.

Конкистадор, попирающий головы индейских вождей. Рельеф «Дома Монтехо» в Мериде

Конкистадор, попирающий головы индейских вождей. Рельеф «Дома Монтехо» в Мериде

Самостоятельное политическое и культурное развитие майя Юкатана пришло к концу.


[1] Ланда, Диего де. Сообщение о делах в Юкатане. Сс.130-131.

[2] Дату день св. Франциска (4 октября) 1540 г. приводит «Сообщение из Ошк’уцкаба» Эрнандо Муньоса Сапаты (Relaciones de Yucatán ... Tomo núm. 11. P.232). Согласно «Доказательству (Probanza)» Гарсии де Медина приход Монтехо в Кампече произошёл на Рождество 1540 г., а основание города – на Новый 1541 год (Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … P.600-601, n.2), но это противоречит данным других источников о дальнейшей хронологии событий. Скорее всего, свидетель Бартоломе Рохо имел в виду дату собственного прибытия в Кампече. Что касается Нового 1541 года, то это был день первых выборов в кабильдо Сан-Франсиско-де-Кампече.

[3] Chuchiac IV, John F. Forgotten Allies: The Origins and Roles of Native Mesoamerican Auxilaries and Indios Conquistadores  in the Conquest of Yucatan // Indian Conquistadors. Indigenous Allies in the Conquest of Mesoamerica. Ed. by Laura E. Matthew and Michel R. Oudijk. Norman, 2007. P.207.

[4] Х. Молина Солис относит эту встречу к 1542 г. (Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … P.646), однако, оснований исправлять приводимую Ф. Карденасом де Валенсией и Д. де Когольюдо дату нет. Юкатанский историк почему-то полагает, что встреча произошла в Мериде-Тихоо, и потому не могла состояться в январе 1541 г., но это совершенно не следует из текста Когольюдо.

[5] Historia de Yucatán … Pp. 157-158.

[6] Диего де Когольюдо приводит известия о вероломном убийстве На Чи Кокомом послов Шиу, будто бы посланных к нему после крещения правителя Мани (Historia de Yucatán … Pp.131-132). Впрочем, подробности этого происшествия полностью совпадают с деталями убийства посольства Шиу в Оцмале в 1536 г., которые приводят другие источники. Очевидно, Когольюдо перенес рассказ о событиях 1536 г. на 1541 г.

[7]  Chamberlain, Robert Stoner. The Conquest and Colonization of Yucatan. P. 210; Historia de Yucatán … P. 137; Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … P.654.

[8] Hassig, Ross. Aztec Warfare. Imperial Expansion and Political Control. Norman, 1995. Pp. 59-60.

[9] У Д. де Когольюдо это сражение датировано 1541 годом.

[10] Согласно «Хронике их Чикшулубчен» захваченные в Саки пленные около года находились в заключении до того, как испанцы перенесли туда своё поселение (The Maya Chronicles/ Edited by Daniel G. Brinton. P.205). Последнее произошло в марте 1544 г., следовательно, захват Саки испанцами имел место в январе-феврале 1543 г.

[11] Historia de Yucatán … P. 156.

[12] The Maya Chronicles/ Edited by Daniel G. Brinton. P. 202; Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … Pp.695-696.

[13] Х. Молина Солис относит эти события ко времени до переноса Вальядолида в Саки (Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … Pp.680-684), однако Р. Чемберлен, опираясь на Валенсию, указывает, что они произошли позже  (Chamberlain, Robert Stoner. The Conquest and Colonization of Yucatan. P. 229-230; Sharer, Robert J. and Loa P. Traxler. The Ancient Maya. P.772)

[14] Ланда, Диего де. Сообщение о делах в Юкатане. С.132.

[15] The Maya Chronicles/ Edited by Daniel G. Brinton. P. 254. Следует отметить, что чрезмерные жестокости вызывали осуждение со стороны образованной части испанского общества. Когда в 1543 г. меридский алькальд Педро Альварес по одному только подозрению сжёг заживо около 40 знатных индейцев в традиционно дружественной испанцам области Ах К’ин Чель, он вынужден был отказаться от должности и по приговору Аудиенсии Мехико у него были отобраны энкомьенды на Юкатане (Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … Pp.688-689)

[16] Ланда, Диего де. Сообщение о делах в Юкатане. С. 160.

[17] Molina Solis, Juan Francisco. Historia del descubrimiento … P.794.