Представление Теночтитлана, Теотиуакана и Тулы

Майкл Смит, Лайза Монтиель ::: Археологическое исследование империй и империализма в доиспанской Центральной Мексике

Теотиуакан, Тула и Теночтитлан были большими урбанистическими центрами, чьё влияние чувствовалось во многих регионах Месоамерики (Рис. 1) далеко за пределами их местных политий. В этой части статьи мы представим вам эти политии.

Рис. 1. Карта Месоамерики с указанием отдалённых городов, взаимодействовавших с Теночтитланом, Теотиуаканом и Тулой. Обсидиановые залежи обозначены следующими цифрами: (1) Пачука, (2) Отумба, (3) Укарео, (4) Эль-Чайяль

Рис. 1. Карта Месоамерики с указанием отдалённых городов, взаимодействовавших с Теночтитланом, Теотиуаканом и Тулой. Обсидиановые залежи обозначены следующими цифрами: (1) Пачука, (2) Отумба, (3) Укарео, (4) Эль-Чайяль

Теночтитлан

Теночтитлан является хорошим примером для тестирования нашей модели благодаря тому, что в документарных источниках чётко указано на существование империи с центром в этом городе. Некоторые учёные не решаются называть ацтекскую политию империей (например, «это не была империя в полном её понимании» (Davies 1973:110)), из-за отсутствия провинциальной инфраструктуры и армии. Хассиг, однако (1985:90), показал, что подобные взгляды отражают лишь неадекватное понимание различных авторов о древних империях; Ацтекская империя не была территориальной империей, как, например, поздняя Римская или Инкская империи, она была империей-гегемоном, чья организация (и материальные останки) была весьма отличной. Отсутствие очевидных археологических следов Ацтекской империи в сравнении с таковыми у территориальных империй привело некоторых учёных к мнению, что без документарных записей мы никогда не узнаем существовала ли Ацтекская империя вообще. Мы представляем текущий анализ в противоположность этому предположению. Представленная нами карта (Рис. 2) центральной части Ацтекской империи основана на картах из труда Бердан и др. (1996).

По данным ацтекской аборигенной исторической традиции, Теночтитлан был основан народом мешика в начале XIV века на болотистом острове солёных озёр долины Мехико. В 1428 году Теночтитлан обрёл политическую независимость от тепанекских владык и немедленно начал империалистическую экспансию, захватывая соседние города-государства. По традиционным представлениям, Ацтекской империей руководил Тройственный союз Теночтитлана, Тескоко и Тлакопана (Carrasco 1996; Davies 1987) и со временем Теночтитлан стал доминирующим партнёром. В недавней статье Гиллеспи (1998) подвергла сомнению существование Тройственного союза, аргументируя это тем, что всё время единоличным столичным городом был Теночтитлан. Завоевания мешикских царей записаны в серии прозаических произведений и в пиктографических документах, также запечатлены выплаты дани ацтекскими провинциями (Berdan and Anawalt 1992; Berdan et al. 1996).

Рис. 2. Карта Ацтекской империи в Центральной Мексике (по Berdan et al. 1996)

Рис. 2. Карта Ацтекской империи в Центральной Мексике (по Berdan et al. 1996)

До исследований материальных останков ацтекского империализма, взгляды были обращены на искусство и архитектуру Теночтитлана (Broda et al. 1987; Townsend 1979; Umberger 1996), скульптуру и др.сферы искусства в провинциях (Umberger and Klein 1993), распределение товаров (Smith 1990) и на эффекте от ацтекского завоевания, которое было оказано на провинциальное сообщество (Silverstein 2000; Smith 1992, 1997b, 2001, 1992).

Теотиуакан

Большая метрополия классического периода Теотиуакан процветал в северо-восточной части долины Мехико со второго по седьмой век н.э. Уже давно было известно, что Теотиуакан обладал серьёзным экономическим, стилистическим и, возможно, политическим влиянием в Месоамерике, а изучение этого влияния было главной темой для археологов и историков искусства (например, Berlo 1992; Pasztory 1978; Santley 1984). Ранние представления о месоамериканской империи с центром в Теотиуакане (например, Bernal 1966; Borhegyi 1971) были заменены в 60-х, 70-х гг. идеями с акцентом на торговлю с Оахакой, побережьем Гватемалы и высокогорьем, а также другими отдалёнными территориями, и стилистическом влиянии на территории Петена у классических майя.

Ряд археологических исследований выявил поселенческие шаблоны и артефакты, которые дают возможность предположить, что Теотиуакан обладал сильным политическим и экономическим контролем над долиной Мехико и, возможно, на соседних землях (например, Charlton 1991; Hirth 1980; Sanders et al. 1979). Сандерс и другие исследователи отметили, что Теотиуакан, по всей видимости, обладал более сильным и прямым политическим контролем над долиной Мехико в отличие от Теночтитлана во времена ацтеков (Sanders et al. 1979; Sanders and Santley 1983), но никто из них не называл определённо политию Теотиуакана империей.

Рис. 3. Карта Теотиуаканской империи (по Millon 1988 and Montiel n.d.)

Рис. 3. Карта Теотиуаканской империи (по Millon 1988 and Montiel n.d.)

Миллон (1988) был первым, кто собрал различные данные по Центральной Мексике классического периоды и кто заявил, что Теотиуакан был столицей империи центрального мексиканского высокогорья. Позднее он утверждал, что «теотиуаканской империи не было» (Millon 1994:28), но мы допускаем, что он здесь ссылался на месоамериканскую империю. Новые данные об аффилировании ранних майяских правителей Тикаля и Копана с Теотиуаканом подвигло по крайней мере некоторых учёных вернуться к ранней модели о контроле Теотиуаканом территории майя (Coe 1999:83–84), но мы считаем такую интерпретацию преждевременной. Ниже мы покажем, что модель Миллона (1988) больше всего соответствует археологическим данным.

Тула

Наше обсуждение о том была ли Тула имперской столицей начинается с ацтекских рассказов о Туле, его жителях и тольтекских правителях. О достижениях и величии тольтеков у ацтеков были крайне раздутые сведения и взгляды современных учёных, воспринявших существование Тольтекской империи, больше основываются на преувеличенных легендарных рассказах ацтеков, нежели эмпирических археологических данных. Ацтекские цари обосновывали легитимность своих династий, указывая на то, что они (якобы) являются потомками тольтекских царей. В ацтекских рассказах о тольтеках слились миф и история, им приписано изобретение календаря, различные искусства и ремёсла, что очевидно является неправдой. Вот небольшое описание тольтеков по Флорентийскому кодексу Саагуна:

            Тольтеки были мудрыми. Их работы все делались хорошо, всё было прекрасным, всё было восхитительным, всё было изумительным… Они изобрели искусство и медицину… И эти тольтеки были очень умными; они были мудрецами, они придумали счёт лет… Эти тольтеки были благодетельными. Они не были плутами. Их слова [были] ясными… Они были высокими; они были больше [нежели современные люди]… Они были очень праведными… Они были богатыми. (Sahagún, 1950–1982: book 10, 165–170)

Большинство современных представлений о Тольтекской империи основаны на умозрительном исследовании 1961 года, выполненном Паулем Кирхгоффом (переизданном в 1985 году). Кирхгоф интерпретировал некоторые неясные и противоречивые рассказы в испанских колониальных источниках по ацтекской истории (в основном это были Чимальпаин, Анналы Куаутитлана и История тольтеков-чичимеков), как указывающие на существование обширной империи с центром в Туле, контролировавшей большую часть северной Месоамерики. Дэвис (1977:296–312) пересмотрел текстовые свидетельства и интерпретации Кирхгоффа, указав на многочисленные проблемы и нестыковки. Затем он, уже проигнорировав своё критическое отношение, продолжил выстраивать воображаемую реконструкцию фрагментарных и противоречивых данных, в т.ч. нарисовав предполагаемую карту Тольтекской империи (1977:312–328). Карта Дэвиса показана на Рис. 4, там же представлена и наша реконструкция границ тольтекского регионального государства (об этом читайте далее). Фельдман (1974) представил анализ, схожий с тем, что был у Дэвиса. Келли (1992) основывал своё утверждение о Тольтекской империи по скудным корреляциям царских генеалогий миштекского региона, описанных в пиктографических кодексах.

Рис. 4. Карта политии Тулы и «предварительные границы Тольтекской империи» по Дэвису (Davies 1977; об этом см.текст)

Рис. 4. Карта политии Тулы и «предварительные границы Тольтекской империи» по Дэвису (Davies 1977; об этом см.текст)

Многие учёные очевидно приняли интерпретации Кирхгоффа, Дэвиса и Фельдмана без критики и говорили о «Тольтекской империи», как об установленном факте, который не нужно подтверждать на практике. Это характерно и для членов Археологического проекта Тула университета Миссури (например, Cobean 1990:503–510; Diehl 1993:283; Healan 1989:4), для которых были типичны следующего типа высказывания: «Тольтеки были империалистами, мотивированными экономическими целями… их короткая, но знаменательная судьба в роли имперской силы стала прообразом для позднего ацтекского государства, выстроенного по тем же канонам» (Diehl 1983:140); «Тула контролировала податную империю, сравнимую с более поздней и большей Ацтекской империей» (Healan 1993:459). Среди других учёных, кто без критики принял существование Тольтекской империи, отметим Карраско (1959:59), Ко (1994:131-132; 1999:167), Фоулера (1989:274), Николсона (2000:155), Ногуэса (1995:206-214), Вейганда (1977:22) и др. И эта тенденция не ослабевает; на последнем симпозиуме в рамках Ежегодной встречи общества американской археологии 2000 («Тула и тольтекский мир: межрегиональное взаимодействие в раннюю постклассику», организованной Робертом Кобеаном) как минимум пятеро участников упомянули «Тольтекскую империю», как нечто установленное.

Некоторые учёные были более критичны, отмечая торговлю на большие расстояния, как возможную причину контактов Тулы с дальними территориями, а не завоевание и политическую экспансию. Хассиг (1992:110-120), например, подчеркнул отсутствие современных письменных источников о тольтекской политии и подытожил: «Доступные свидетельства указывают не столько на военную, сколько на торговую империю, ту, что функционировала через торговые анклавы и поселения, а не посредством военной колонизации отдалённых территорий» (Hassig 1992:117); схожие взгляды выражает и Ли (1978:293), предположивший, что тольтеки могли контролировать торговлю керамикой, содержащей соли метасвинцовой кислоты в ранний постклассической Месоамерике. Среди некоторых учёных, открыто критиковавших мнение о существовании Тольтекской империи, выделяем Према (1997:142); Вивера (1993:405), утверждавшего, что «лучше предполагать тольтекскую сферу влияния, а не империю»; Каугилла (2000:295), предположившего, что «территория, над которой доминировала государство Тулы, вероятно, не была очень обширной»; а также Лопеса Остина и Лопеса Лухана (2000:69), заявлявшего, что «Тула не была столицей панамериканской империи». Джонс (1995:44-60) обеспечил полезным историческим обзором позиции учёных о тольтеках, включая меняющейся позиции о существовании Тольтекской империи.

Большинство учёных приняло идентификацию раннего постклассического археологического комплекса Тула (Идальго) в качестве тольтекской столицы Толлана, описанной в ацтекских хрониках[1], а также обсуждаемых нами археологических свидетельств из Тулы и других городов ранней постклассики Центральной Мексики.

Долина Яутепек – провинциальная территория

Мы провели несколько полевых работ в долине Яутепек, в т.ч. раскопки домов ацтекского периода в городе Яутепек (Smith et al., 1999), полное обследование долины Яутепек и интенсивный сбор материала с поверхности (Cascio et al. 1995; Hare et al. n.d.; Hare 2000; Montiel n.d.), а также тестовые раскопки в классических и постклассических археологических зонах (Hare 2000; Montiel n.d.). Как показано на Рис.2-4 эта территория была частью Ацтекской империи (Berdan et al. 1996) и Теотиуаканской империи по моделям Миллона (1988) и Монтиель (без даты), а также частью Тольтекской империи по реконструкции Дэвиса (1977). Таким образом, долина Яутепек является хорошим примером для исследования предполагаемой провинциальной территории трёх политий. Многие результаты анализов полевых проектов ещё не готовы, но у нас всё же достаточно данных для оценки моделей вовлечения в империи. Поскольку мы не делали раскопок раннего постклассического контекста, то будем использовать коллекцию поверхностного сбора того периода для последующего сравнения с проведёнными нами раскопками классических и постклассических мест.



[1] До 1940 года большинство учёных связывали руины Теотиуакана с полулегендарной тольтекской столицей Толлан, описанной в ацтекских исторических хрониках (например, Vaillant 1938). Во влиятельной статье Вигберто Хименес Морено (1941) изменил взгляды большинства археологов. Он использовал при этом топонимы, чтобы показать, что город Толлан ацтекских хроник миграций связан с ранними постклассическими руинами Тулы из шт. Идальго. Совсем недавно, однако, ряд авторов показали, что Толлан в Месоамерике был важной идеологической концепцией, подразумевающей священный и сильный город большого символического значения. Ярлык Толлан применялся, вероятно, месоамериканскими народами к нескольким древним поселениям, в т.ч. Теотиуакану, Туле, Чолуле, Теночтитлану и, возможно, др. (Carrasco 1992:126; Boone 2000; Schele and Mathews 1998:200–201). В этой статье мы говорим о раннем постклассическом городе Туле и его политии, вне зависимости от того, какие города люди считали Толланом или тольтекскими.