Панамская «революция» 1903 г

Альперович Моисей Самуилович, Слёзкин Лев Юрьевич ::: Образование независимых государств в Латинской Америке (1804-1903)

К тому моменту, когда на карте Южной Амери­ки вновь появилось государство под названием Колумбия[1], при­нявшая его страна была объектом активной экспансии Соеди­ненных Штатов. Большое значение здесь имело то, что Колум­бия владела Панамским перешейком. Это был кратчайший путь из Атлантического в Тихий океан. После длительных переговоров и прямого давления Вашингтону удалось в 1846 г. заключить с Колумбией (тогда еще Новой Гранадой) договор, по которому американцы получили право беспошлинной торговли в ее пор­тах и равное с ее подданными право на транзит через Панамский перешеек. Американское правительство со своей стороны брало на себя обязательство охранять эту колумбийскую территорию в случае нападения какой-либо третьей державы.

Так как сухопутный транзит через Панамский перешеек «пред­ставлял большое неудобство для морской торговли США, то они все решительнее настаивали перед правительством в Боготе на предоставлении им концессии для строительства морского ка­нала через этот перешеек. Этого не хотела допускать Англия, ревниво оберегавшая свое господство на морях и желавшая са­ма контролировать будущий морской проход между двумя океа­нами. Дипломатическая борьба длилась несколько лет и закон­чилась компромиссом, который нашел свое выражение в англо-американском договоре 1850 г. По условиям этого догово­ра Англия и США обязались соблюдать и поддерживать ней­тралитет и свободу прохода для всех держав через возможные межокеанские каналы в Центральной Америке и не оккупи­ровать какого-либо района этой части американского кон­тинента.

Пока вопрос о канале был предметом переговоров между Лондоном и Вашингтоном, американцы в том же 1850 г. добились от правительства в Боготе концессии на строительство железной дороги через Панамский перешеек. Получив доступ на территорию перешейка, они стали нарушать суверенные пра­ва колумбийского правительства. Американцы вмешивались в дела местной администрации, высаживали на перешейке свои войска, якобы для охраны построенной в 1855 г. железной до­роги, хотя никто не угрожал ёе безопасности. Возникли длив­шиеся много лет дипломатические осложнения. Американская сторона вела себя при этом крайне вызывающе, кроме прочего, требуя предоставления ей права на льготное строительство мор­ского канала и стремясь оговорить его будущую эксплуатацию условиями, которые сделали бы США его фактическими хозяе­вами.

Правительство Колумбии не возражало против строитель­ства канала, но одновременно хотело избавиться от притязаний Соединенных Штатов. Не имея средств и технических возмож­ностей, оно заключило в 1879 г. договор со строителем Суэцкого канала Лесеепсом. Была создана возглавленная им «Всеобщая компания по строительству межокеанского канала». Кроме чи­сто коммерческих, финансовых и технических условий, в до­говоре оговаривалось, что Колумбия остается сувереном усту­паемой для строительства территории, которая вместе с кана­лом должна быть передана ей через 99 лет в полное распоря­жение.

Соединенные Штаты, оказавшись обойденными, всеми си­лами стремились помешать осуществлению договора 1879 г., при­бегали ко всевозможным уловкам, порой провоцировали серьез­ные конфликты, один из которых закончился высылкой из Боготы зарвавшегося американского посланника Дикмана (1881 г.). На помощь США пришел крах Всеобщей компании, составившей неудовлетворительный проект строительства ка­нала и занявшейся преступными финансовыми спекулятивными операциями, которые провалились и были разоблачены. Разори­лись 100 тыс. акционеров компании. В 1899 г. строительство ка­нала прекратилось, а слово «Панама» стало синонином жульни­чества, авантюры, аферы.

Крах Всеобщей компании окрылил вашингтонское прави­тельство, которое после испано-американской войны 1898 г., давшей в его руки Пуэрто-Рико, Филиппины, Гуам и контроль над Кубой, вынашивало планы широкой экспансии в Латинской Америке и на Дальнем Востоке. Американский империализм становился на путь борьбы за мировую гегемонию. Панамский канал был одной из первых его целей на этом пути. В Вашинг­тоне поставили перед собой задачу во что бы то ни стало добить­ся от Колумбии передачи строительства канала США, вырвав концессию из рук маломощной преемницы Всеобщей компа­нии — «Новой компании Панамского канала». Выполнение за­дачи было облегчено теми трудностями, с которыми в то время встретилась Англия.

Англия готовилась к войне с бурскими республиками в Аф­рике. В 1899 г. война началась. Все европейские державы заня­ли пробурскую позицию. Английское правительство, заинтере­сованное в нейтралитете и поддержке США, которые были еще далеки от африканских дел и слишком заняты филиппинскими и кубинскими событиями, пошло Вашингтону на уступки в во­просе о канале. Когда Белый Дом начал настаивать на пере­смотре англо-американского договора 1850 г., англичане согла­сились начать переговоры.

18 ноября 1901 г. был заключен договор, получивший назва­ние договора Хея—Паунсефота (по имени подписавших его аме­риканского и английского представителей). Англия отказы­валась от своих претензий на будущий Панамский канал, признав право США на строительство, эксплуатацию, управле­ние каналом и содержание в зоне канала вооруженных сил. Примечательно, что с Колумбией при этом никто не консульти­ровался. Империалистические правительства Лондона и Вашинг­тона не считались с тем, что речь шла о правах, прерогативой на предоставление которых обладал только суверенный владелец территории перешейка —правительство в Боготе.

После заключения договора Хея—Паунсефота империалисти­ческим устремлениям США в Центральной Америке открывался значительный простор. Перед ними отступил их главный сопер­ник. Прилагавшиеся уже ранее усилия по подрыву Новой ком­пании Панамского канала и оказанию давления на правитель­ство Колумбии были многократно умножены.

В качестве средства давления Вашингтон использовал очень действенный прием. В декабре 1901 г. в конгресс США с про­вокационной целью было внесено предложение о немедленном начале строительства канала на территории Никарагуа и вы­делении на это крупных денежных средств. Принятие американ­ским конгрессом этого предложения, с одной стороны, было бы ударом по Новой компании Панамского канала, которая явно была не в состоянии конкурировать с американскими капитали­стами, а с другой стороны, ударом по правительству Колумбии, которое было заинтересовано в проведении канала по своей тер­ритории, хотя, естественно, стремилось защитить свои суверенные права на зону будущего канала.

Провокация удалась. Новая компания начала готовиться к самоликвидации. Правительство Боготы решило пойти на неко­торые уступки требованиям Соединенных Штатов, склонялось к такому решению еще из-за внутренних неурядиц в стране.

В Колумбии с давних пор то вспыхивало, то затухало сепара­тистское движение панамских плантаторов. С каждым годом оно все больше стимулировалось американцами, в частности служащими приходившей через перешеек американской желез­ной дороги. Как раз в момент, когда конгрессом США обсуж­дался вопрос о месте проведения канала, на территории Панам­ского перешейка шли бои между правительственными войсками и сепаратистами. Последним американцы оказали помощь и пре­дотвратили их разгром оккупацией колумбийского департамента Панамы и «восстановлением там мира». Боясь новых осложне­ний, в Боготе решили завершить с Соединенными Штатами пе­реговоры о строительстве канала. Недавно пришедшее к власти правительстсво президента Маррокина, явно боясь новой вспыш­ки восстания и нового вмешательства США, утратив мужество, начало отступать с прежних позиций твердой защиты террито­риальных прав и финансовых выгод своей страны.

Правительство Маррокина уповало на помощь США в случае нового восстания. Посланнику Колумбии в Вашингтоне Висенте Конча была отправлена телеграмма с предложением согласиться на условия концессии, предлагаемые Соединенными Штатами. Это означало, что Колумбия доверяла защиту государственной власти в Панаме тем, кто добивался ослабления этой власти, означало подтолкнуть Белый Дом к предъявлению новых требо­ваний. Висенте Конча отказался выполнить указания своего пра­вительства, справедливо считая, что они наносят вред его роди­не, и подал в отставку.

В конце ноября 1902 »г. на место Висенте Конча в Вашингтон был прислан Томас Эрран с предписанием принять условия США. 22 января 1903 г. он подписал договор, который от имени правительства Соединенных Штатов скрепил своей подписью государственный секретарь Хей. По договору Колумбия согла­шалась на передачу США концессии, которой ранее владела «Новая компания Панамского канала», сроком на сто лет (с пра­вом продления). Колумбия уступала США зону канала в 10 км шириной, передавала им право защиты канала и право юрисдик­ции в отношении американских граждан, находящихся в зоне канала. Колумбия открывала свободный доступ американским судам во все свои порты, обязывалась ни при каких обстоятель­ствах не изменять условий договора без согласия США. Амери­канская сторона брала на себя обязательство приступить к стро­ительству канала в возможно более короткий срок и закончить его через 12 лет после ратификации договора. Ее финансовые обязательства состояли в выплате единовременно 10 млн. дол­ларов (при отмене ренты, которая выплачивалась за железную дорогу через перешеек) и перечислении через девять лет после ратификации договора ежегодных взносов в размере 250 тыс. долларов.

Зона канала на сто лет превращалась по существу в полную собственность США. Сумма, получаемая колумбийским прави­тельством в качестве единовременного взноса, была вдвое меньше той, которую оно предполагало иметь ранее. В Вашингтоне ликовали.

В Боготе в связи с тем, что на Панамском перешейке устано­вился порядок и правительство контролировало положение, при­няли решение не спешить с уступками Соединенным Штатам. Об этом было сообщено посланнику Колумбии в Вашингтоне. Та­ким образом, подписав договор, Эрран поспешил. А в Боготе опоздали. В день, когда посланнику отправили приказ об отмене старых иструкций, в столицу Колумбии пришла телеграмма о подписании договора Эррана—Хея. Испугавшись содеянного, правительство только в мае опубликовало текст этого договора. У него были основания для беспокойства. В стране, узнавшей об условиях уступки зоны канала, поднялась волна возмущения. Эррана считали изменником. Развернулась кампания против ра­тификации договора конгрессом.

Заседания колумбийского конгресса открылись 20 июня. Все предшествующее время американская дипломатия оказывала давление на правительство Маррокина, кончив прямой угрозой. Хей направил ему ноту, в которой говорилось: «Если Колумбия откажется сейчас от договора или затянет его ратификацию, то дружеское взаимопонимание между двумя странами будет на­столько серьезно скомпрометировано, что в следующую зиму конгресс (США) может принять такие шаги, о которых будет жалеть всякий друг Колумбии». В американской печати появи­лась анонимная статья, инспирированная заинтересованными американскими капиталистами и госдепартаментом, в которой говорилось, что в случае отказа Колумбии ратифицировать до­говор последует отторжение от нее департамента Панамы, а США поддержат этот шаг и получат тогда канал в полную свою собственность и навечно.

Правительство Маррокина, уже ранее готовое уступить, ис­пугавшись угроз, рекомендовало конгрессу ратифицировать до­говор. Но следуя настроениям народа и патриотическому долгу, члены конгресса после долгого и бурного обсуждения договора в августе и октябре отказались его утвердить. Дипломатию США постигла неудача.

В своей автобиографии президент Соединенных Штатов Тео­дор Рузвельт признавался, что после упомянутой неудачи он «го­тов был рекомендовать конгрессу США немедленно любым пу­тем оккупировать перешеек». О таком намерении летом и осенью 1903 г. говорили более или менее откровенно американские по­литические и партийные лидеры. Газеты писали о назревающей в панамском департаменте Колумбии революции и об участии в ее организации американских властей. «Революция» действи­тельно готовилась. Еще весной на перешеек были посланы воен­ные разведчики. Одновременно в Панаме готовился заговор с участием американского консула и специальных американских агентов.

В сентябре подкупленные Вашингтоном заговорщики при­были в Нью-Йорк, где совещались с американским правоведом Муром, который разрабатывал юридическое оправдание пере­дачи США зоны будущего канала после осуществления наме­ченной «революции». В октябре того же года один из главных за­говорщиков Бюно-Варилья, приехав в Вашингтон, доложил го­сударственному секретарю Хею, что все готово к выступлению. На это Хей ответил: «Мы не дадим застать себя врасплох. Мор­ским силам на Тихом океане дан приказ идти к перешейку».

3 ноября американские войска высадились на побережье Пана­мы. 7 военных кораблей приблизились к перешейку. Служащие американской железнодорожной компании помешали перевозке колумбийских воинских частей к месту, где действовали заго­ворщики. Американским войскам был отдан приказ преградить путь возможному движению на перешеек колумбийской армии из центра страны. 4 ноября было объявлено об образовании на территории Панамского перешейка независимой республики Панама.

Характер происшедшей «революции» явственно обнаружи­вается в трех телеграммах, которыми 3 ноября, в день высадки американского десанта, обменялись госдепартамент и американ­ский консул в Панаме. Телеграмма из Вашингтона: «3 часа 40 минут. Сообщают о восстании на перешейке. Быстро и пол­но информируйте госдепартамент». Первая телеграмма с пере­шейка: «8 часов 15 минут. Пока еще нет. Передают, что прои­зойдет вечером...» Вторая телеграмма с перешейка: «9 часов. Восстание произошло...»

Через два дня после «революции», когда до правительства Колумбии еще не дошли сведения об отторжении у страны зна­чительной части территории, Белый Дом поспешно признал только что образованное панамское правительство. Колумбии было сообщено, что ее войска не будут допущены на территорию Панамы.

Условия договора, заключенного панамским правительством с правительством США через две недели после «революции», не оставляли сомнения, какой ценой и кому это правительство обязано своим существованием. По договору от 18 ноября 1903 г. Панама предоставляла Соединенным Штатам право строитель­ства, а позже эксплуатации (на вечные времена) межокеанского канала на всей отведенной для него зоне в 16 км ширины, иду­щей через всю территорию республики и занимающей 1421,8 кв. км. В зону канала вошли острова Панамского залива: Перико, Наос, Кулебра и Фламенко. США получили право дер­жать в зоне канала свои войска и монополию на контроль и строительство на территории Панамы каналов и железных дорог.

Согласно статье 24 договора никакие изменения в панамском законодательстве, политическом и государственном устройстве страны не могли оказывать влияния на оговоренные условия. (И по сей день, спустя полвека после того, как продажное пра­вительство пошло на заключение кабального и недостойного до­говора, на панамском народе лежит тяжесть этой страшной и незаконной с точки зрения международного права статьи. Обес­печив себе необычайно льготные условия, Соединенные Штаты обязались заплатить Панаме после ратификации договора 10 млн. долларов, а через девять лет после ратификации платить по 250 тыс. долларов ежегодно. Выгоды, получаемые США от эксплуатации канала, уже давно и во много раз превысили их затраты на строительство, на выплаченные ими 10 млн. и вы­плачиваемые ежегодные взносы.

Действия Соединенных Штатов Америки на Панамском пере­шейке вызвали глубокое возмущение во всех странах Латинской Америки, увидевших в них чрезвычайно опасный прецедент. Это усиливало позиции Колумбии, протестовавшей против американ­ской агрессии. Вашингтон вынужден был, хотя и ссылался на «революцию», стремиться к урегулированию отношений с Бого­той, тем более, что возникший конфликт спешили использовать империалистические соперники США в Латинской Америке. По­догревая антиамериканскую кампанию, они надеялись обеспе­чить себе, в частности, доступ к зоне канала и к открытой в Ко­лумбии нефти. На эту нефть зарились и США. Все эти обстоя­тельства обусловили «уступку», на которую пошло правитель­ство в Вашингтоне, согласившись в 1914 г. уплатить Колумбии 25 млн. долларов за признание ею независимости Панамы. Дого­вор был окончательно ратифицирован после первой мировой войны в 1921 г. Согласившемуся на этот договор боготскому правительству ратификация далась нелегко, так как колумбий­цы отказывались узаконить совершенное над ними насилие. И хотя договор был ратифицирован, отношения между Колум­бией и США оставались натянутыми, что, в частности, проявля­лось в политике, некоторое время затруднявшей американским монополиям возможность приобретать в Колумбии нефтяные концессии.

Итак, путем насильственного захвата одно из государств Ла­тинской Америки было лишено большой части своей территории, обещавшей ему много выгод, и возникло новое государство, ли­шенное их. Все выгоды достались Соединенным Штатам, кото­рые, вступив на империалистический путь развития, начали соз­давать в Латинской Америке империю зависимых от них госу­дарств. Первыми были Пуэрто-Рико и Куба, потом Панама. Грозная опасность поджидала остальные латиноамериканские страны.



[1] См. гл.5