Ольмекская цивилизация и «ольмекские горизонты» в Мезоамерике

Табарев Андрей Владимирович ::: Древние ольмеки: история и проблематика исследований

2.8.

В предыдущих подразделах мы рассмотрели основные характеристики ольмекской культуры: ее истоки, периодизацию, наиболее крупные центры, искусство, религиозную систему, проблему пись­менности. Каковы же место и роль ольмекской культуры в истории доколумбовой Мезоамерики? Какое влияние оказали ольмеки на своих соседей? Можем ли мы назвать ольмекскую культуру пер­вой мезоамериканской цивилизацией, и вообще, правомерно ли присвоить ей статус цивилизации? Какие мнения существуют по этому поводу у североамериканских археологов?

Сначала о понятии «цивилизация». Это понятие применяется к древним обществам, которые соответствуют определенным социально-политическим, экономическим, идеологическим и интел­лектуальным параметрам. Многие европейские археологи считают, что первым таким парамет­ром следует назвать письменность. Однако, как справедливо указывает М. Ко, такой односторон­ний подход исключил бы из числа цивилизаций доколумбовой Америки огромную империю инков, у которых вместо письменности существовала ограниченная определенной сферой узелковая систе­ма кипу[280].

Другим важным параметром является уровень урбанизации, достигнутый обществом, или, гово­ря другими словами, наличие городов (civic по-латыни - городской, гражданский)[281]. Что же, в таком случае, считать городом? Французская исследовательница К. Нидерберже предпочитает использо­вать понятие ранние цивилизации и считает, что ранние цивилизации, в т. ч. и в Мезоамерике, начинаются с появлением городов, которые становятся центрами региональной интеграции (столица­ми). Для таких городов-центров, по ее мнению, характерны следующие признаки:

- развитые политические и религиозные институты;

- четкая социальная дифференциация;

- планировка монументальных архитектурных комплексов;

- группы специализированных ремесленников (профессиональных мастеров);

- контроль над региональной и межрегиональной торговой сетью;

- интеллектуальные достижения, такие, как кодифицированная иконография, отражающая иде­ологию и значимые события, математика, астрономия и др.

По мнению К. Нидерберже, сложение городских центров и ранних цивилизаций (к числу которых относятся Сан-Лоренсо и Ла-Вента) происходит в Мезоамерике уже к 1200 г. до н. э.[282]. Мнение К. Нидерберже поддерживает и Р. Дил, указывая, что уже Сан-Лоренсо соответствует перечисленным шести условиям на столетия раньше, чем любой другой центр в доколумбовой Америке[283].

Более осторожно подходит к этому вопросу С. Эванс, автор опубликованной в 2004 г. моногра­фии «Древняя Мексика и Центральная Америка. Археология и культурная история». Она определяет цивилизацию по следующим группам признаков:

- распределение продуктов земледелия (от непосредственных производителей к представите­лям элиты и профессиональным ремесленникам);

- трехуровневая (как минимум) система поселений (с городами на первом уровне);

- экономическая организация (доступ к ресурсам, разделение труда, торговля);

— политическая организация (легитимные правители, контролирующие все сферы внутренней и внешней жизни общества);

- социальная организация (стратификация общества, экономический статус);

- идеологические принципы (религиозная система, публичные церемонии), интеллектуальная традиция (системы фиксации информации, астрономия, математика, календарь), искусство (мону­ментальная публичная архитектура, оригинальный художественный стиль)[284].

По мнению Эванс, ольмеки имели оригинальный художественный стиль и монументальную архитектуру, но их центры не были городами, а письменность и календарь существовали в на­чальной стадии. Ольмекская элита составляла влиятельную группу, но социальная структура в большей степени соответствовала ранжированному, нежели стратифицированному уровню рас­слоения общества. Исходя из этого Эванс определяет статус ольмекской цивилизации как «зарождающейся»[285].

Статус ольмекской культуры напрямую связан с другой, не менее важной проблемой - пробле­мой характера и степени влияния ольмеков на соседние районы Мезоамерики.

Сторонники «материнской культуры», или, как их еще называют, представители «школы оль­мекской материнской культуры» (Olmec Mother Culture School, OMCS), со времен М. Коваррубиаса и А. Касо усматривают в ольмекской культуре первую мезоамериканскую цивилизацию, распрост­ранившую свое влияние (политическое, экономическое, художественно-эстетическое) на обширные территории и сыгравшую решающую роль в эволюции на этих территориях социально структуриро­ванных земледельческих обществ (сложных вождеств). Предполагается, что именно ольмеки, заин­тересованные в различных видах импортного сырья (обсидиане, жадеите, серпентине, охре, базальте, какао, соли, и др.), инициировали активные торгово-обменные контакты с ближними и дальними сосе­дями, подкрепляя свои долгосрочные намерения распространением предметов роскоши, художествен­ного стиля, религиозно-мифологической системы, а также установлением «династических» браков с представителями местной элиты[286].

Оппоненты, начиная с известного маяниста Э. Томпсона и его коллег, считают, что ольмекскую культуру нельзя рассматривать как «базовую» мезоамериканскую цивилизацию. По их мнению, с раннеформативного периода, параллельно с ольмекской культурой, а в ряде районов Мезоамерики и ранее, развивались оригинальные и вполне состоявшиеся самостоятельные раннеземледельческие общества (вождества), объединявшие значительное количество поселений и центров, имевшие свои ритуально-обрядовые комплексы, архитектурные и скульптурные традиции, контролировавшие ис­точники стратегически важного сырья и транзитную торговлю. Согласно этой же точке зрения, архе­ологически фиксируемые в Ольмане культурные изменения (экономические подъемы и спады, упа­док и угасание крупных центров, депопуляция территории в позднеольмекское время) обусловлены влиянием именно внешнего фактора. Таким образом, ольмекская культура - не «материнская культу­ра» и даже не «старшая сестра», а всего лишь «равная среди равных»[287].

Как справедливо указывает М. Ко, при отсутствии письменных источников для окончательного ответа об уровне социально-политической организации ольмекского общества одних только археоло­гических материалов может оказаться недостаточно. В частности, это касается определения степе­ни зависимости основного земледельческого населения от элиты, совершенства механизмов классо­вой эксплуатации, существования армии, полицейских и бюрократических структур и др.[288]

Как уже указывалось в разд. 1, изделия и скульптура, выполненные в «ольмекском стиле», были выделены археологами в 1930-1990-х гг. по многочисленным памятникам раннеформативного и сред­не формативного времени в центральной части Мексики (поселения Тлатилько, Тлапакойя, Лас-Бокас), в штате Морелос (крупный центр Чалкатзинго), в штате Герреро (Хустлауака, Окстотитлан, Теопантекуанитлан), в штате Чиапас (Пасо-де-Ла-Амада, Чиапа-де-Корсо, Мирадор / Плюмахильо, Падре Пьедра, Санта-Роса, Пихихиапан, Сан-Исидро), в Гватемале (Ла-Бланка, Абах-Такалик, Эль-Месак), в Сальвадоре, Гондурасе и Коста-Рике (рис. 136, 137).

Для подробного рассмотрения всех упомянутых памятников и деталей этой интереснейшей теоретической полемики потребовалась бы отдельная книга, поэтому мы остановимся лишь на общей ее характеристике[289]. Можно сказать, что дискуссия ведется по нескольким направлениям (сюжетам). Первый такой сюжет - это проблема соотношения понятий «стиль» и «культура». Для сторонников OMCS «ольмекский стиль» - это диагностичная черта ольмекской археологи­ческой культуры (рис. 138). Для их оппонентов «стиль» не может быть связан с «культурой» авто­матически, и, в целом, многие артефакты, относимые по традиции (или по причине отсутствия более удобного термина) к «ольмекскому стилю», никакого отношения к «археологической культу­ре района Мексиканского залив» не имеют[290]. Отдельные авторы вообще отрицают само существо­вание «ольмекского стиля».


Рис. 136. Уникальная деревянная маска, найденная в сухой пещере Каньон-де-ла-Мано недалеко от Игуалы (штат Герреро). По всей видимости, изначально была украшена инкрустацией из камней, вулканического стекла или раковин. Высота 18 см. Прорисовка.
Рис. 137. Жадеитовая маска из Плайа-де-лос-Муэртос. Гондурас. По мнению специалистов, изображает местного касика (вождя) или шамана.

Другой сюжет дискуссии - понятие «ольмекские горизонты». Само по себе это понятие широко приме­няется в мировой археологии при корреляции комплек­сов и памятников. Если обратиться к североамерикан­ской археологии, то одно из классических определе­ний «горизонта» появляется еще в работе Г. Уилли и Ф. Филипса «Метод и теория в американской археоло­гии»: «Подразумевается, что археологические раско­пы, связанные общим горизонтом, приблизительно од­новременны...»[291]


Рис. 138. Наиболее яркие черты ольмекского художественного стиля, сопровождающего произведения монументальной скульптуры и пластики. 1 - «пламенеющие» брови и миндале­видные глаза; 2 - ягуароподобный лик; 3 -v-образная расщелина на голове или головном уборе (по: [The Olmec World..., 1995, p. 120,121]).

По отношению к ольмекам термин впервые об­наруживается в работе Ф. Дракера 1952 г. («горизонт Ла-Вента»). Однако он применятся автором лишь для района Мексиканского залива и, фактически, как си­ноним понятий «период» или «фаза»[292]. В более широ­ком значении этот термин стал использоваться М. Ко после исследований в Сан-Лоренсо во второй полови­не 1960-х гг. М. Ко пишет о раннеформативном гори­зонте «Сан Лоренсо» (1150-900 гг. до н. э.) и среднефор-мативном горизонте «Ла-Вента» (900-400 гг. до н. э.), отличительными чертами которых являются специ­фические типы посуды, керамические фигурки, изде­лия из жадеита и др.[293]

Одновременно с этим другие специалисты стали применять термин «горизонт» при описании характер­ных для ольмекского стиля изделий в разных районах Мезоамерики. Например, Д. Грин и Г. Лоув выделяют «раннеольмескский» и «позднеольмекскии» субгори­зонты по археологическим материалам Чиапаса[294]. Дж. Хендерсон говорит об ольмекских горизон­тах с «черной керамикой» («Olmec Blackware horizon») и с «белой керамикой» («Olmec Whiteware horizon») для раннеформативного и среднеформативного периодов в штате Герреро[295]. Б. Прайс по аналогии с южноамериканской системой периодизации (исключающей использование культурных наименований) предложила для Мезоамерики «Ранний горизонт» (с четырьмя подразделами) для периода 1300-800 гг. до н. э. и «Первый промежуточный горизонт» (с 11 подразделами) для перио­да 800-200 гг. до н. э.[296]

Одно из наиболее емких и интересных определений «археологического горизонта», используе­мых сторонниками OMCS, звучит следующим образом: «Археологические горизонты - это короткие эпизоды интенсивного взаимодействия обществ, свидетельства которых остаются в археологичес­ких материалах .. .В случае с ольмеками представления и верования, адаптированные неольмекскими группами, находят отражение в форме и украшении сосудов, скульптуре, архитектуре, религиозной атрибутике, персональных регалиях и других элитных предметах...»[297].

Выделяется два таких «горизонта»: раннеольмекский (1200/1150-900 гг. до н. э.), связанный с влиянием Сан-Лоренсо, и позднеольмекскии (850-500 гг. до н. э.), соответствующий расцвету Ла-Венты[298]. По мнению большинства специалистов, именно торговля, а не завоевание, колонизация или религиозная экспансия, лежит в основе этих горизонтов. В рамках первого горизонта широкое распространение получили несколько форм сосудов и полые керамические фигурки, второй отмечен распространением характерных изделий из жадеита и серпентина, а также скульптурных и рельеф­ных изображений.

Отметим, что оппоненты использования термина «ольмекские горизонты» для Мезоамерики считают набор включаемых в них признаков субъективным, поверхностным и, в ряде случаев, не имеющим никакого отношения к ольмекам.

«Горизонты - это археологические конструкции, основанные на немногих основных чертах, выб­ранных специалистами. Эти черты не отражают сложных социальных феноменов и как маркеры горизонтов отделены от социального контекста. Более того, по самой своей структуре, горизонты никогда не могут дать ответов на сложные вопросы о древних обществах...»[299].

*  *   *

Вопросы остаются. Как и семь десятилетий назад ольмекские древности дают археологам, историкам, лингвистам и искусствоведам почву для интереснейшей теоретической дискуссии. Ее интенсивность и плодотворность напрямую зависят как от новых данных из нуклеарной зоны ольмекской культуры (район Мексиканского залива), так и от результатов археологических исследова­ний в Мезоамерике в целом. Но какие бы открытия не принесли будущие исследования, все учас­тники дискуссии сходятся в том, что ольмекская культура была ярким и своеобразным явлением в доколумбовой истории Мезоамерики. В той или иной форме достижения ольмекской культуры пе­режили своих создателей и составили то, что специалисты называют «ольмекским наследием» (Olmec Legacy)[300].

«Ольмеки передали свое наследие последующим культурам, но равно как ребенок не является клоном своей матери, так и наследники Материнской Культуры не были копией ольмеков...»[301].


[280] Сое М. D. Mexico.

[281] В недавно изданном учебном пособии по культурной антропологии С. А. Арутюнов и С. И. Рыжакова определяют цивилизацию как «форму культуры и организации общества, которая имеет города, сословное или классовое деление общества (социально стратифицированное общество) и оформленный способ правления (власть, форма организации обще­ства)» (см.: Арутюнов С. А., Рыжакова С. И. Культурная антропология. - М.: Весь мир, 2004. - С. 105).

[282] Niederberger С. Ranked Societies, Iconographic Complexity, and Economic Wealth in the Basin of Mexico toward 1200 ВС // Olmec Art and Archaeology in Mesoamerica. -N. Y.;L., 2000.-P. 161-191.

[283] Diehl R. A. The Olmecs: America's First Civilization. - L., 2004.

[284] Evans S. T. Ancient Mexico and Central America. Archaeology and Cultural History. - L., 2004. - P. 137. Данные признаки указывались еще известнейшим историком и археологом Г. Чайлдом в целой серии работ по вопросам проис­хождения европейской цивилизации, см., напр.: Childe V. G. The Urban Revolution // Town Planning Review. - 1950.-Vol. 44. - P. 3-17.

[285] Несколько ранее в учебном пособии по археологии, написанном вместе с Д. Уэбстером и У. Сандерсом, С. Эванс предпочла по отношению к ольмекам термин «комплексное (сложное) вождество»: Webster D. L., Evans S. Т., Sanders W. Т. Out of the Past. Introduction to Archaeology. - Mountain View, 1993. Эта точка зрения перекликается с мнением некоторых отечественных специалистов, также определяющих ольмекскую культуру в рамках «сложных вождеств», см., напр.: Беляев Д. Д. Ранние вождества в юго-восточной Мезоамерике. - http://www.mesoamerica.ru

[286] См., напр.: Сое М. D. America's First Civilization: Discovering the Olmec. - N. Y., 1968.; Diehl R. A. The Olmecs: America's First Civilization.

[287] См.: Grove D. С. Olmec Archaeology: A Half-Century of Research and Its Accomplishments//Journal of World Prehistory. - 1997. - Vol. П. - P. 51-101; Flannery K. V., Marcus J. Formative Mexican Chiefdoms and the Myth of the «Mother Culture» // Journal of Anthropological Archaeology. - 2000. - Vol. 19. - P. 1-37.

[288] M. Ко использует термин «элементы принуждения»: Сое М. D. Mexico. - Р. 60.

[289] Еще раз уточним, что речь идет о полемике в североамериканской археологической литературе.

[290] См., напр., введение к ст,: Grove D. С. «Olmec» Horizons in Formative Period Mesoamerica: Diffusion or Social  Evolution? // Latin American Horizons. - Washington, D. C, 1993.-P. 83-111.

[291] Willey G. R., Phillips P. Method and Theory in American Archaeology. - Chicago, 1958.

[292] Drucker P. La Venta, Tabasco: A Study of Olmec Ceramics and Art // Bureau of American Ethnology. - 1952. - Bulletin 153.

[293] Сое M. D, Olmec and Maya: A Study in Relationship // The Origin of Maya Civilization, - Albuquerque, 1977. - P. 183-196.

[294] Green D. E., Lowe G. W. Altamira and Padre Piedra: Early Preclassic Sites in Chiapas, Mexico // Papers of the New World Archaeological Foundation. - 1967. - N. 20.

[295] HendersonJ. S. Atopula, Guerrero, and Olmec Horizons in Mesoamerica // Yale Publications in Anthropology. - 1979. - Vol. 77. Позднее Г. Лоув выделяет уже три горизонта - Initial Olmec, Intermediate Olmec, Terminal Olmec, см.: Lowe G. W. The Heartland Olmec: Evolution of Material Culture // Regional Perspectives on the Olmec. - Cambridge, 1989. - P. 33-67.

[296] Price B. A Chronological Framework for Cultural Development in Mesoamerica // The Valley of Mexico: Studies in Pre-Hispanic Ecology and Society. - Albuquerque, 1976. - P. 13-21.

[297] Diehl R. A. The Olmecs: America's First Civilization. - P. 127.

[298] См.: The Olmec World: Ritual and Rulership. - Princeton, 1995. Есть предложения выделить и третий горизонт - Манантиаль (1000-800 гг. до н. э.) - для периода между упадком Сан-Лоренсо и возвышением Ла-Венты, см.: Olmec Art and Archaeology in Mesoamerica. - New Haven, 2000.

[299] Grove D. C. «Olmec» Horizons in Formative Period Mesoamerica: Diffusion or Social Evolution? // Latin American Horizons. - Washington, D. C, 1993. - P. 83-111.

[300] См.: Killon T. W., Urcid J. Olmec Legacy: Cultural Continuity and Change in Mexico's Southern GulfCoastLowlands// Journal of Field Archaeology. - 2003. - Vol. 28, N. 1-2. - P. 3-25.

[301] Diehl R. A. The Olmecs: America's First Civilization. - P. 189.