Источники и история изучения. Часть 4.

Кинжалов Ростислав Васильевич ::: Культура древних майя

4

Археологические памятники централь­ной области привлекли к себе внимание ученых несколько позд­нее, чем юкатанские. Безусловно серьезную роль в этом сыграли чисто географические условия: расположение в тропических лесах, почти безлюдная местность и т. п. Правда, отрывочные сведения об отдельных группах развалин встречались и раньше. Так, на­пример, испанский монах Андрее де Авенданьо-и-Лойола, заблу­дившийся с двумя спутниками в лесах северо-восточного Петена, в феврале 1696 г. случайно обнаружил развалины Тик'аля (Моrlеу, 1937—1938, v. I, pp. 50—56). Однако его описание городища не увидело света и, таким образом, осталось неизвестным иссле­дователям.

Первым систематически раскопанным городом майя в цен­тральной области был Вашактун, обнаруженный в мае 1916 г. Морли, участвовавшим в одной из экспедиций Института Карнеги в Центральную Америку. Найденная там стела 9 с датой 8. 14. 10. 13. 15., т. е. 328 г. н. э., оказалась самой ранней (из изве­стных тогда) майяской стелой. Это и определило в сущности выбор Вашактуна, города довольно небольшого, в качестве объекта для детального археологического изучения.

Раскопки, продолжавшиеся с 1924 по 1937 г., выявили, что Вашактун существовал около 600 лет (судя по датам на наиболее ранней и самой поздней стелах). Он был объявлен самым древ­ним городом майя (О. G. Ricketson and E. В., 1937; A. L. Smith, 1937, 1950; R. E. Smith, 1937, 1955; Kidder, 1947a; Morley, 1937—1938, v. I, pp. 134—247; Littmann, 1962; Smith and Gifford, 1966). На основании анализа обильного керамического материала была разработана классификация майяской керамики. Основные ее этапы (в хронологической последовательности): мамом (X— IV вв. до н. э.), чиканель (IV—I вв. до н. э.), цаколь (первые века—VII в. н. э.) и тепеу (VII—X вв.). Эта периодизация дол­гое время господствовала в научной литературе. Последующие раскопки, однако, показали, чго подобная классификация черес­чур упрощена.[17]

Просматривая научную литературу по археологии майя, легко установить, что очень большое число работ принадлежит ученым США.

Раскопки древних майяских городищ, находящихся в трудно­доступных местностях, среди непроходимых тропических зарос­лей, сопряжены с крупными материальными расходами на авиа­разведку, транспорт, корчевку леса, большие земляные работы и др. Государства, на территории которых находятся археоло­гические памятники майя, не всегда были в состоянии выделить на эти исследования необходимые средства. Поэтому изучение майяских городищ долгое время было сосредоточено почти исключительно в руках североамериканских ученых, работа кото­рых финансировалась Институтом Карнеги в Вашингтоне, Му­зеем Пенсильванского университета в Филадельфии, Музеем Пибоди при Гарвардском университете и другими государственными учреждениями и частными фондами. Такая щедрая трата средств обусловливалась, конечно, не только научным интересом к истори­ческому прошлому народов Центральной Америки, но и пре­следовала укрепление в этих странах экономических и полити­ческих позиций США. Не случайно в финансировании раскопок принимала участие даже Юнайтед Фрут Компани. Североамери­канские археологи, производившие раскопки, часто вывозили в США наиболее значительные и ценные памятники древней культуры майя, являвшиеся национальным достоянием Мексики, Гватемалы, Гондураса.

Чтобы лучше представить полученные результаты, остано­вимся лишь на простом перечислении экспедиций двух крупных североамериканских учреждений в Центральную Америку: Музея Пибоди при Гарвардском университете и Отдела археологии Ин­ститута Карнеги.

Первая экспедиция Музея Пибоди (1891 —1892 гг.) и вторая (1892—1893 гг.) работали под руководством М. Сэвилла, Д. Оуэнса и Д. Б. Гордона в Копане (Gordon, 1896, 1898а, 1898b, 1902а). В 1894 г. по поручению музея А. П. Моудсли исследовал Копан и Киригуа. Четвертая экспедиция (1894—1895 гг.) под руководством Д. Б. Гордона и Р. Баркитта снова работала в Ко­пане. Пятая (1898.. г.), осуществленная Т. Малером, открыла в Чиапасе развалины Ла-Реформы I, Чиник'ихи, Чанкалы и Шупы. Под его же руководством работала в Пьсдрас-Неграсе и Йашчилане шестая экспедиция (1899—1900 гг.). Значительные результаты были достигнуты седьмой экспедицией (1904— 1905 гг.); Малер открыл такие важные городища, как Наранхо и Канкуэн, а также селения Йашха-Топоште, Ицимте, Ла-Ре-форма III. Производилось обследование Сейбаля, Тик'аля и Бенке-Вьехо. В 1910 г. восьмая экспедиция музея, воглавлявшаяся А. Тоззером и Р. Мервином, работала в Тик'але и Нак'уме(Tozzer, 1911, 1913); были открыты Ла-Онрадес, Эль-Порвенир I, Асукар, Сейбаль II, Чочк'итам и Хольмуль. В последнем Мервин раскопал несколько развалин зданий; это было началом археологических исследований в центральной области (Merwin and Vaillant, 1932).

Девятая экспедиция состоялась в 1911 г. Ее руководитель Р. Мервин продолжал обследование Хольмуля и Нак'ума, а также Паленке; был открыт Эль-Энканто. Десятая (1912 г.), руководи­мая Р. Мервином и К. Хеем, занималась обследованием памятни­ков в районе Рио-Бек; были обнаружены развалины Кларксвилла, Сан-Антонио, Пуэбло-Вьехо, Эль-Порвенира II, Тортуги, Сейбарико, Спениш-Вумена, Рамоналя. В 1914 г. одиннадцатая экспе­диция (Р. Мервин, К. У. Бишоп) отправилась на Исла-де-Мухе-рес; при этом были обследованы Канкуэн и северо-восточное побережье Юкатана, открыты Уканаль, Йалтитуд и Чача. Две­надцатая (в 1915 г.) работала в Лубаантуне под руководством того же Мервина и А. В. Карпентера.

В последние годы Музей Пибоди помимо раскопок в Алтар-де-Сакрифисьосе провел большие исследования в Сейбале. Это важное городище, расположенное на нескольких холмах в излу­чине Рио-де-ла-Пасьон, было открыто в 1889 г. неизвестными лесорубами. Услышав о новых развалинах, Ф. Артес, уполномо­ченный правительства Гватемалы по сбору экспонатов для все­мирной выставки в Чикаго, отправился туда в 1892 г. с мастером по муляжам Г. Лопесом. Изготовленные ими слепки со стел Сей­баля с успехом фигурировали в следующем году на выставке. Т. Малер посетил городище дважды: первый раз в 1895 г. по своей собственной инициативе, второй — во время седьмой экспе­диции Музея Пибоди (Maler, 1908a). В 1914 и 1915 гг. в Сей­бале был С. Г. Морли, исследовавший эпиграфический материал городища (Morley, 1937-1938, v. II, pp. 249-289).

В 1961 и 1963 гг. Сейбаль посетили с разведочными целями члены экспедиции в Алтар-де-Сакрифисьосе. Были уточнены раз­меры города и весьма предварительный план его, сделанный Ма­лером, а также взяты керамические тесты (Adams, 1963a). Было решено произвести здесь большие раскопки, которые и начались в следующем году.

Исследование Сейбаля в 1964—1968 гг. под руководством Г. Р. Уилли дало исключительно важные материалы по истории и культуре этого района. Было раскопано около 50 зданий; ряд монументальных памятников очень интересен в художественном отношении. Таков, например, алтарь перед круглым зданием 79. Он стоит на трех подставках: одна — гладкая, а две другие — в виде согбенных человеческих фигур. Выяснилось, что Сейбаль стал могущественным центром только после упадка Алтар-де-Сакрифисьоса, хотя начальные этапы его относятся к доклассическому периоду. Пока трудно, однако, сказать, был ли он по-следнием прибежищем майя или, наоборот, «столицей» вторг­шихся чужеземцев. На ряде стел явственно прослеживаются черты культуры народов Центральной Мексики — изображения Тлалока, Кецалькоатля-Эхекатля, спирали как знака речи и др. Они датируются периодом с 751 по 869 г. Были обследованы и окрестности, где обнаружено небольшое городище Сан-Мартин. В 1967 г. отряд экспедиции посетил Канкуэн. Он оказался зна­чительно большего размера, чем это предполагалось раньше. Обнаружены дворец с иероглифической лестницей, новые стелы и алтари. Так же как и в Сейбале, имеются остатки доклассического периода и позднеклассического; памятников раннеклассических пока нет. По керамике Канкуэн связан не с Сейбалем и Алтар-де-Сакрифисьосом, как это можно было предполагать, а скорее с Копаном—Киригуа (поздний период). Полная публи­кация материалов этой экспедиции, конечно, внесет много нового и значительного в изучение истории культуры майя (W. R. Сое, 1965е; Lowe, 1968).

Отдел археологии Института Карнеги кроме длительных ра­бот в Чич'ен-Ице и Вашактуне, о которых уже упоминалось выше, совершил более 20 экспедиций в различные районы древней культуры майя. Непременным участником всех их был С. Г. Морли, собиравший эпиграфический материал, впоследствии послуживший основой для его фундаментальной работы «Надписи Петена» (Morley, 1937—1938).

Первая экспедиция (1915 г.) посетила Копан, Киригуа, Ла-Онрадес, Канкуэн, Ла-Реформу III, Сейбаль, Ицимте, Тайясаль-Флорес, Мотуль-де-Сан-Хосе, Йашху, Бенке-Вьехо и Нак'ум (CIWY, 1915, pp. 343—347). Вторая (1916 г.) провела обследо­вание К'аминальхуйу, Санта-Крус-Киче и Сакулеу в горной части Гватемалы, Киригуа, Копана, Тулума и Дос-Агуадаса. Этой же группой был открыт Вашактун (CIWY, 1916, pp. 337—341).

Третья экспедиция (1919 г.) посетила Копан и раскопала здания 3 и 4 в Киригуа (CIWY, 1919, pp. 317—321). Четвертая (1920 г.) побывала в Киригуа, Копане, К'аминальхуйу, Тайясаль-Флоресе, Бенке-Вьехо; был открыт Шультун (CIWY, 1920, pp. 321—324).

Весьма успешной оказалась работа пятой экспедиции (1921 г.). В результате первой поездки были обследованы три города в се­веро-восточном Петене — Шультун, Вашактун и Нак'ум, Тайясаль-Флорес — в центральном, а в Британском Гондурасе рас­копано небольшое поселение Нью-Бостон. При второй поездке были открыты Волантун и Ишлу и обследованы Бенке-Вьехо, Наранхо, Эль-Энканто, Тик'аль. Третья поездка имела местом своего назначения Ицимте и Пьедрас-Неграс. Были начаты рас­копки Тайясаля (CIWY, 1921, pp. 363—373).

Не меньшим объемом работы характеризовалась и шестая экспедиция (1922 г.). Одна ее группа провела обследование вос­точного побережья Юкатана; был впервые основательно изучен Тулум (Lothrop, 1924) и открыты два новых городища: Танках и Шельха. Другая посетила Наранхо (был составлен план разва­лин), Нак'ум, Вашактун, Тик'аль, Волантун, Ишлу, Сан-Клементе и открыла Шмак'абатун и Наачтун. Были продолжены раскопки Тайясаль-Флореса (CIWY, 1922, pp. 310-317).

Седьмая экспедиция (1923 г.) была посвящена главным обра­зом определению точных географических координат нескольких городищ: Тайясаль-Флореса, Ицимте, Ишлу, Тик'аля, Волантуна, Вашактуна, Нак'ума, Наранхо, Уканаля, Шмак'абатуна и Шультуна. Были раскопаны два небольших здания в Киригуа (CIWY, 1923, pp. 265—267). Во время восьмой (1924 г.) были обследо­ваны Вашактун, Тик'аль, Ишлу, Тайясаль-Флорес, Сан-Клементе, Йашха-Топоште, Бенке-Вьехо и пещеры около этого городища, Нак'ум, Эль-Энканто, Хольмуль, Чочк'итам, произведены рас­копки Бэкинг-Пот в Британском Гондурасе, открыт Мехиа (CIWY, 1924, pp. 217—221). Девятая (1926 г.) и десятая (1927 г.) экспедиции были почти целиком посвящены раскопкам Вашактуна; из других городов члены экспедиции посетили Копан, Ла-Муралья и найденный в 1925 г. каким-то чиклеро Сакаталь (CIWY, 1926, pp. 273-282; 1927, pp. 256-267).

В центре внимания одиннадцатой—четырнадцатой экспедиций (1928—1931 гг.) продолжала оставаться работа в Вашактуне. От­дельные группы исследовали Хувентуд, Пусильху (1928 г.), Пьедрас-Неграс (1929 г.), Йашчилан (1931 г.). Пятнадцатая экс­педиция (1932 г.) кроме раскопок в Вашактуне обследовала Ка-лак'муль и открыла небольшое городище Шамантун (Ла-Муньека) в южном Кампече (CIWY, 1932, pp. 98-100).

Значительно обширнее были исследования шестнадцатой экспе­диции, состоявшейся в 1933 г. Первая партия ее открыла в цент­ральном Петене два новых города; Пололь и Чакантун; вторая произвела раскопки в Киригуа. Третья партия, работавшая в Кампече, посетила городища Калак'муль, Шамантун, Рио-Бек, Альта-Мира и открыла три новых: Ноче-Буэна, Кохтун (Ормигеро) и Трес-Мариас. В Гватемале они обследовали Наачтун и Мирадор. Продолжалась успешная работа в Вашактуне (CIWY, 1933, pp. 89—96).

Одной из наиболее успешных экспедиций Института Карнеги была семнадцатая (1934 г.). Помимо успешных раскопок в Ва­шактуне участники ее работали в Кампече, где было открыто 12 новых городищ: большие — Ошпемуль, Бекан, Балак'баль, Ушуль и малые — Ваак'баль, Чанна, Рио-Бек II—IV и Сасильха (Сан-Франсиско). Третья группа копала в Киригуа и обнару­жила много новых памятников монументальной скульптуры. Наконец, четвертая произвела раскопки в Сан-Хосе (Британский Гондурас). Было обнаружено большое число новых иероглифиче­ских надписей (CIWY, 1934, pp. 82—95).

Восемнадцатая экспедиция (1935 г.) была целиком посвя­щена Вашактуну. Отправившаяся в следующем году девятнадца­тая экспедиция имела две партии. Первая продолжала раскопки в Вашактуне; задачей второй был розыск новых городищ в юго-западном Кампече и юго-восточной части Кинтана-Роо. Были об­наружены Но-Те-Метас, Сан-Лоренсо и Эль-Пальмар,[18] в послед­нем исследователи насчитали 44 стелы, что указывает на былую важность города. После Эль-Пальмара эта партия провела рас­копки в Сан-Хосе (CIWY, 1936, pp. 115—117, 125—128).

Последняя, двадцатая экспедиция состоялась в 1937 г. Был закончен «вашактунскии проект»; другая группа работала в Тик'але, где были найдены новые стелы и алтари, в Алтар-де-Сакрифисьосе, Эль-Пабельоне, Йашчилане, Пьедрас-Неграсе и Паленке. Были найдены два новых городища: Эль-Карибе и Ла-Амелиа. Кроме того, были проведены аэрофотосъемки Йашха, Вашактуна и Тик'аля.

Центральноамериканский отдел (впоследствии институт) Тулэйнского университета США также направил в майяские об­ласти несколько экспедиций. Первая, руководимая Ф. Бломом и О. Лафаржем, в 1925 г. посетила Эль-Тортугеро, Комалькалько (в штате Табаско), Эль-Ретиро, Паленке, Шупу, Чуктиепу, Йошиху, Мушкульху, Хушумачиталь, Тонину, Санто-Тон, Текоху, Агуа-Эскондиду, Комитан, Тенам и Чинк'ультик (в штате Чиапас). Научные результаты ее были весьма значительны (Blom and La Farge, 1926—1927). Вторая, в 1928 г., под тем же руко­водством, была единственной экспедицией, которая пересекла с юга на север всю территорию майя (от Тапачулы в Чиапасе до Чич'ен-Ицы). Были посещены Чинк'ультик, Пестак, Йашчилан, Алтар-де-Сакрифисьос, Тайясаль-Флорес, Тик'аль, Ишлу, Сан-Клементе, Йашха, К'ашвиник, Чочк'итам и Ла-Онрадес (Blom, 1929, 1935а). О позднейших работах этого университета (Ц'ибильчальтун и др.) уже говорилось выше.

Самым величественным древним городом майя в низменной части Гватемалы, а возможно, и вообще самым большим древне-майяским поселением является, конечно, Тик'аль. Уже давно не­которые ученые указывали, что, по всей видимости, он был и наиболее древним центром майяской культуры. Эту точку зре­ния горячо отстаивал, например, первооткрыватель Вашактуна С. Г. Морли (Morley, 1937—1938, v. I, pp. 375—382; Morley and Morley, 1938; Morley, 1947, pp. 43, 54—56, 320). Но, к сожа­лению, именно эта грандиозность развалин Тик'аля долгое время препятствовала его тщательному научному исследованию. Хотя он был известен с 1848 г., когда губернатор Петена Амбро-сио Тут и уполномоченный правительства Гватемалы Модесто Мендес посетили развалины и составили первое их описание (Diaz, 1930), ознакомление с памятниками Тик'аля имело весьма предварительный и скромный характер.[19] А. П. Моудсли был в Тик'але два раза, в 1881 и 1882 гг., но в общей сложности не более двух недель (Maudslay, 1889—1902, v. Ill, p. 44, tab. 68— 82; Seler, 1902d). Из двух посещений Т. Малера (1895, 1904 гг.) только второе оказалось более продолжительным: он работал бо­лее трех месяцев. Результатом этого было кроме фотографий и рисунков составление первого плана руин, который он, впрочем, отказался передать финансировавшему его учреждению (Maler, 1911). В 1910 г. здесь работала небольшая экспедиция Музея Пибоди под руководством А. М. Тоззера и Р. Мервина (Tozzer, 1911).[20] В последующие годы развалины спорадически посе­щались на краткое время разведочными отрядами, работавшими в Петене (CIWY, 1921, pp. 359—361; Villacorta, 1930, pp. 257— 288; Shook, 1951a; Berlin, 1951a).

Большие затруднения при исследовании городища кроме раз­меров последнего создавали удаленность его от современных жи­лых центров, нездоровый климат, буйная тропическая раститель­ность, трудности доставки необходимого оборудования и, наконец, отсутствие воды. Только в самые последние годы Музей Пенсиль­ванского университета в Филадельфии совместно с научными учреждениями Гватемалы предпринял там серьезные археологиче­ские работы. Первоначально они были рассчитаны на десятилет­ний срок действия (1956—1965 гг.), но впоследствии были прод­лены до 1969 г. За это время исследованы многие памятники, восстановлено (полностью или частично) около 350 зданий. Вся окружающая Тик'аль территория размером в 576 кв. км объяв­лена национальным археологическим заповедником. Однако, не­смотря на все это, подлинное археологическое исследование го­рода в сущности только еще началось.[21] Поэтому все выводы и описания памятников Тик'аля имеют весьма предварительный характер; для изучения и осмысления найденного здесь матери­ала несомненно потребуется еще несколько лет.

Другой важный центр майя — Алтар-де-Сакрифисьос, лежа­щий на левом берегу р. Пасьон, около слияния ее с р. Салииас, также был исследован лишь в последние годы. Первым обратил внимание на это городище в 1882 г. А. П. Моудсли (Maudslay, 1883, р. 202; А. С. Maudslay and A. P., 1899, р. 240). Он осмот­рел его, но не дал названия. Посетивший развалины в 1895 г. Т. Малер дал первое его описание и назвал по найденному на вершине одной из пирамид алтарю Алтарем жертвоприношений. В 1904 г. он снова посетил городище (Maler, 1908a). В 1914 г. Г. Д. Спинден и С. Г. Морли при своем посещении обнаружили здесь еще одну стелу (Villacorta, 1930, pp. 356—384; Morley, 1937—1938, v. II, pp. 304—340). В 1934 г. А. Л. Смит, Г. Э. Поллок и Э. Шук составили карту развалин и открыли группы II и III. Во время краткого пребывания здесь в 1944 г. С. Г. Морли снова нашел три интересные стелы (Kidder, 1944b, pp. 170—172). В 1957 г. Археологический отдел Института Карнеги рекомендо­вал Музею Пибоди при Гарвардском университете начать здесь раскопки. Проведенное в течение 1958—1963 гг. археологическое исследование Алтар-де-Сакрифисьоса позволило в ряде вопросов взглянуть на древнюю историю майя совершенно по-новому. Обследование близлежащего района выявило несколько неизве­стных майяских городищ (Клементе'с-Мильпа, Эль-Трапиче, Лагуна-Ишкоче I и II, Дос-Пилас, Агуатека, Тамариндито и др.). Материалы раскопок продолжают и сейчас выходить из печати (Smith, Willey у Adams, 1962; Willey and Smith, 1963, 1969; R. E. W. Adams, 1963a, 1963b, 1964; Grieder, 1960; Vinson, 1960).

Пьедрас-Неграс, один из самых замечательных городов майя по своим скульптурным памятникам, был обнаружен случайно в 1894 г. рубщиком красного дерева Эмилиаио Пальма. Первое обстоятельное описание его развалин принадлежит все тому же Т. Малеру, посетившему городище четыре раза (Maler, 1901— 1903; Villacorta, 1930, pp. 193—224, 1933; Morley, 1937—1938, v. Ill, pp. 1-312; v. V, pi. 27-39, 116-146, 178, E, 178, G). В дальнейшем Пьедрас-Неграс был тщательно раскопан археоло­гической экспедицией Пенсильванского университета, семилетняя работа которой (1931 —1937 гг.) привела к ряду важных откры­тий (Satterthwaite, 1933a, 1933b, 1935, 1936а, 1936b, 1936c, 1939, 1940, 1941, 1943, 1944а, 1944b, 1944c, 1945, 1946, 1952, 1954а; Butler, 1935; W. R. Сое, 1959а).

Йашчилан, так же как и Пьедрас-Неграс, расположен на р. Усумасинте, но несколько выше по течению и на левом ее бе­регу, на территории мексиканского штата Чиапас. Первые отры­вочные сведения о его развалинах относятся к концу XVII в., когда в эту область случайно попала группа испанских монахов. Но настоящее знакомство с остатками древнего города произошло более чем на полтора столетия позже. В 1881 г. Йашчилан был обследован Э. Рокстро, в следующем году — Д. Шарне и А. П. Моудсли. Т. Малер посетил его развалины трижды: в 1875, 1897 и 1900 гг.; ему исследователи обязаны открытием нескольких новых групп зданий (в частности, южного акрополя) и детальным описанием памятников, до сих пор не потерявших своего научного значения. С тех пор Йашчилан часто посещался исследователями (К. Заппер, А. М. Тоззер, Ф. Блом, Д. С. Бол-лес, С. Г. Морли, Л. Саттертуэйт и др.) и просто путешествен­никами, однако настоящее археологическое изучение города не предпринималось до сих пор (Maudslay, 1889—1902, v. II, pi. 76—98; Charney, 1887b, pp. 419—432; Sapper, 1897, SS. 74, 360; Maler, 1901 — 1903; Blom, 1929, pp. 13—14; Tozzer, 1905; Morley, 1937—1938, v. II, pp. 341—607; Eisleb, 1965; Barthel, 1966a; Hurtado у Salas Portugal, 1966).

Паленке был первым городом классического периода, о кото­ром стало известно в Европе. Его развалины среди густой тропи­ческой растительности были издавна знакомы местным индейцам, называвшим их На-Чан. Где-то в середине XVIII в. священник в селении Санто-Доминго-де-Паленке узнал о существовании раз­валин; он был первым белым человеком, услышавшим о них.[22]Правнук этого человека спустя много лет рассказал историю об удивительном древнем городе своему родственнику, маленькому мальчику, который стал энтузиастом На-Чана. Его звали Рамон Ордоньес-и-Агиляр. Став взрослым, он посвятил этой тайне не­мало страниц своих сочинений.[23] По его же рапорту, поданному губернатору Гватемалы, туда был отправлен заместитель аль­кальда Паленке X. А. Кальдерой, который в декабре 1784 г. кратко описал развалины, приложив несколько неуклюжих ри­сунков.[24] После этого губернатором было принято решение, одоб­ренное королем Карлом III, о «полном исследовании развалин этого города, так как оно может снабдить историю какими-либо благодетельными идеями и пролить некоторый свет на события древности в этой части света». Главой экспедиции был назна­чен итальянский архитектор А. Бернаскони, работавший в г. Гва­темале. После посещения Паленке в 1785 г. отчет Бернаскони с составленным им планом и несколькими рисунками был послан в Испанию. Ознакомившись с ними, Карл III приказал продол­жить исследование.

К сожалению, когда это приказание достигло Гватемалы, Бернаскони был уже мертв. Его преемником был назначен артил­лерийский капитан Антонио дель Рио. В 1787 г. отряд из 200 индейцев с топорами и нескольких рот испанских солдат прибыл к развалинам, и они были расчищены от деревьев и кустарника. Но бравый капитан разительно отличался от своего предшествен­ника: ему, очевидно, мерещились золотые клады. В своем отчете, оправдывая содеянное, он пишет: «Я убежден, что чтобы соста­вить какое-либо представление о первых обитателях и древно­стях, связанных с их укладом жизни, совершенно необходимо было произвести несколько раскопок. Посредством настойчивости я проделал все то, что нужно было проделать, так что не оста­лось ни одного закрытого окна или перегородки, которая была бы не разрушена, и ни одной комнаты, ни одного помещения, ко­ридора, двора, башни, храма или подземной камеры, в которых не производились бы раскопки на глубину двух или более вар (около 2 м, — Р. К.)» (Rio, 1822, р. 27). Было разрушено много рельефов, в которые солдаты вбивали крючья, чтобы можно было повесить оружие и гамаки. Сам Рио утащил камень с иероглифи­ческой надписью, лежавший в одной из подземных галерей. Под уцелевшими крышами устраивались конюшни для лошадей. Вред, нанесенный городищу этой экспедицией, трудно даже пред­ставить.

Отчет Рио вместе с 30 рисунками художника экспедиции Р. Альмендариса пролежал в гватемальских архивах более 30 лет. Он был опубликован только в 1822 г. в английском пере­воде (Rio, 1822) и вызвал немалый интерес к Паленке в Европе. Между тем в Испании Карлом IV было отдано приказание о посылке в Мексику новой археологической экспедиции. Возгла­вил ее отставной кавалерийский капитан В. Дюпэ, его сопровож­дал рисовальщик Л. Кастаньеда. В течение трех лет (1805— 1807) было исследовано несколько важнейших мексиканских горо­дищ, в том числе и Паленке. Но отчеты и рисунки этой экспеди­ции также пролежали 23 года; они были опубликованы в Лон­доне (Kingsborough, 1831—1848) и Париже (Dupaix, 1834).

Во время подготовки отчета А. дель Рио к печати рисоваль­щик Жан Фредерик де Вальдек, изготовлявший литографии, за­интересовался таинственным городом и решил увидеть его своими глазами. Вальдек был своеобразным человеком. Он родился в Праге, с детства жил во Франции, участвовал в египетской экс­педиции и сражался под флагом лорда Кокрейна в Чили. В Цент­ральную Америку Вальдек решил отправиться в возрасте 56 лет (умер он 109 лет в Париже в результате несчастного случая).

Бог, курящий сигару. Рельеф из святилища в Храме креста. Рис. Ф. Вальдека.
Бог, курящий сигару. Рельеф из святилища в Храме креста. Рис. Ф. Вальдека.

Вальдек прибыл в Паленке в мае 1832 г. и прожил там в пол­ном одиночестве в очень трудных условиях почти три года, рисуя развалины. Он оставил более ста акварелей и много картин мас­лом. Хотя в своих рисунках он кое-что примысливал, они остаются очень важным документом для исследователей, так как многие памятники впоследствии были разрушены (Brasseur de Bourbourg et Waldeck, 1866). После Вальдека Паленке в 1839— 1840 гг. посетила английская экспедиция под руководством Кэдди и Уолкера (Pendergast, 1967b). Результаты ее, однако, были весьма незначительны. Бывший в Паленке в 1840 г. Стивене дал в своей книге (Stephens, 1841, v. II, pp. 291—321) описание основных памятников, а Казервуд зарисовал их (Catherwood, 1844). Позже развалины посещали А. Мореле (Morelet, 1857), отметивший большие разрушения, Д. Шарне в 1859 и 1881 гг. (Charnay, 1863, 1885), А. П. Моудсли в 1891 г., сфотографиро­вавший наиболее значительные памятники и изготовивший для Британского музея слепки с них (Maiidslay, 1889—1902, v. IV, pi. 1—93), У. X. Холмс (Holmes, 1897, v. II, pp. 151—209), Э. Г. Томпсон (Е. Н. Thompson, 1895), М. X. Сэвилл, произвед­ший небольшие раскопки в 1897—1898 гг., и др.

Первые сведения о Паленке на русском языке появились в 1847 г. (О древних памятниках. . . , 1847). Это было изложение исследований Дюпэ. Потом развалины посетили путешественник Е. Сивере (1851 г.), посвятивший городищу свое стихотворение, и географ А. Воейков (1874 г.; Woeikof, 1879).

В первой половине текущего века в Паленке работали Э. Зелер, открывший несколько новых фресок (Seler, 1902b, 1911), Л. Батрес (Batres, 1909), Ф. Блом и О. Лафарж (Blom and La Farge, 1926—1927, v. I, pp. 167—197),- M. А. Фернандес, обнаруживший ряд ценных памятников (Palacios, 1936, 1937; Fernandez, 1940), и др. Продолжались и эпиграфические штудии (Beyer, 1935, 1936b; Berlin, 1942, 1943). Но подлинное археологи­ческое исследование этого города началось лишь с 1949 г., когда там стала работать экспедиция Мексиканского национального ин­ститута антропологии и истории под руководством известного археолога Альберто Руса. Многолетняя работа этой экспедиции дала неоценимые материалы по истории и культуре древнего Па­ленке. Была открыта знаменитая гробница в Храме надписей, тщательно изучен дворец, реставрированы и укреплены наиболее значительные архитектурные памятники (Ruz Lhuillier, 1952a, 1952b, 1952c, 1952d, 1953, 1955а, 1958b, 1962a, 1962c; Saenz, 1956; Acosta, 1968a, 1968b; L. R. Rands, 1961, 1967; Rands and Rands, 1957, 1959, 1961a, 1961b; Berlin, 1959, 1963, 1968; Sejourne, 1952; Fuente, 1965, 1968).

Первое упоминание о развалинах Копана находится в письме гватемальского офицера Диэго Гарсиа де Паласио от 8 марта 1576 г., адресованном испанскому королю Филиппу II (Garcia de Palacio, 1921). Однако описание остатков могучего древнего го­рода, данное им, осталось практически неизвестным европейскому, да и латиноамериканскому читателю, погребенное в пыли архивов до начала текущего столетия. Гватемальский историк Фуэнтес-и-Гусман в XVII в. оставил в своей работе краткое описание памят­ников Копана, не лишенное, впрочем, фантастики (две статуи, си­дящие в качающемся каменном гамаке, и т. д.). Но его хроника также появилась в печати лишь в конце XIX в. Настоящее зна­комство исследователей с Копаном началось только после извест­ного путешествия Д. Л. Стивенса в Центральную Америку и опуб­ликования результатов его экспедиции. Стивене, для которого Копан был первым древним городом майя, встреченным им, был в таком восторге от копанских памятников, что купил за 50 долла­ров у хозяина земли участок, на котором находилось городище, и серьезно планировал перевезти наиболее интересные памятники в Соединенные Штаты Америки. К счастью для дальнейших ис­следований это предприятие оказалось невыполнимым из-за транспортных трудностей.

После Стивенса развалины Копана неоднократно посещались путешественниками и исследователями, в числе которых были Г. Мейе, А. П. Моудсли, составившие первый подробный план и описание города, Г. Д. Спинден, построивший на копанских па­мятниках первую классификацию искусства майя, Т. Ганн, С. Г. Морли, изучивший иероглифические надписи на копанских памятниках. В 1892—1895 гг. в Копане работала экспедиция Му­зея Пибоди при Гарвардском университете. В 30—40-х годах те­кущего века Копан был основательно исследован несколькими археологическими экспедициями; течение р. Копана было направ­лено по новому руслу, чтобы оно не подмывало акрополя, были раскопаны и восстановлены многие архитектурные памятники; территория городища объявлена правительством Гондураса госу­дарственным археологическим заповедником.[25]

Киригуа, расположенный на берегу р. Мотагуа, неподалеку от Копана, был сравнительно небольшим городом; известность этого городища зависит главным образом не от его архитектурных, а от скульптурных памятников. Развалины Киригуа были обследованы впервые товарищем Д. Л. Стивенса по его путешествию Ф. Казервудом в 1840 г. (Stephens, 1841, v. II, pp. 118—124). За ним по­следовал ряд путешественников и исследователей (Д. Бэйли, К. Шерцер, Ш. Брассер де Бурбур, С. Габель, Г. Мейе, Г. Эйзен, Д. Б. Гордон, О. Штолль и др.) (Baily, 1850, pp. 65—66; Scher--zer, 1936; Habel, 1878, pp. 19—16; Meye und Schmidt, 1883; Stoll, 1886, SS. 443—453; Brigham, 1887, pp. 216—223; Seler, 1902b, 1902c; Gordon, 1913a; Beyer, 1936a; Villacorta, 1930, pp. 5—32; Saville, 1919), но все их посещения были весьма кратковремен­ными. Настоящее изучение Киригуа, как и многих других горо­дищ майя, началось лишь с работ в нем А. П. Моудсли, провед­шего там четыре сезона (1881, 1882, 1883, 1894 гг.). Результаты его исследований были опубликованы в одном из томов «Цент­ральноамериканской биологии» (Maudslay, 1889—1902, v. II, pi. 2—66). Следующий серьезный этап в изучении Киригуа был сделан Школой американской археологии Археологического ин­ститута Америки, направившей туда несколько экспедиций. В результате их был раскопан и частично восстановлен ряд па­мятников. Первая экспедиция состоялась в 1910 г., вторая — в 1911, третья — в 1912, а четвертая — в 1914 г. Результаты ис­следований были опубликованы в различных изданиях (Hewett, 1911, 1912, 1913, 1916, 1917, 1934; Morley, 1913a, 1935, 1937— 1938, v. IV, pp. 72—246; Stromsvik, 1942, 1952). В дальнейшем Киригуа неоднократно посещался центральноамериканскими экспедициями Института Карнеги; наиболее значительная работа была произведена семнадцатой экспедицией, проведшей в разва­линах четыре месяца. Кроме раскопок был восстановлен ряд упавших стел и произведена их частичная реставрация (CIWY, 1919, pp. 317-320; 1922, pp. 316—317; 1923, p. 264; 1934, pp. 86—89 и др.). Объединенная фруктовая компания, на земле которой находились развалины, попыталась создать там что-то вроде археологического парка, но довольно быстро отказалась от этого намерения. В настоящее время Киригуа, окруженный бана­новыми плантациями, снова предоставлен тропической расти­тельности.

Археологическое изучение обширной территории Кинтана-Роо и Британского Гондураса (Белиза) началось сравнительно поздно. Первым обратил внимание на майяские памятники в этой области английский врач Т. Ганн, который начал с небольших раскопок в Бенке-Вьехо в 1893 г. Здесь им были впервые обна­ружены замечательные фигурные кремни. Предпринятые в сле­дующем году раскопки Санта-Рита-Коросаля вызвали даже сен­сацию, особенно усилившуюся после открытия в храмах фресок с явным мексиканским влиянием (1896 г.). В 1903 г. Ганн от­крыл и исследовал интересный по своим архитектурным особен­ностям город Лубаантун. К этому городу он возвращался и впо­следствии, в 1925 (вместе с англичанином М. Хеджесом), 1926 и 1927 гг.

Постепенно Ганн расширял границы своих исследований. В 1916 г. он вместе с североамериканскими исследователями впер­вые проник на восточное побережье Юкатана, после того как этот район стал доступен. Здесь им были обследованы развалины Тулума, Танкаха и Шельхи, а в 1918 г. открыто небольшое посе­ление с храмом, названное им Чак-Мооль. В 1925 г. запад­нее бухты Четумаль Ганн обнаружил Ичпаатун, а в 1927 г. об­следовал развалины Мукналь-Тунича (Минанха). В этом же году им были открыты развалины Цибанче, которые он затем посетил еще раз в 1931 г. В 1928 г. английский исследователь работал в Пусильхе (Чумуча) — важном поселении майя, расположенном на границе Британского Гондураса и Гватемалы; в 1933 г. им были открыты еще два древних города — Хольха и Чакна. Кроме того, он принимал участие в американских раскопках в Киригуа, Копане и Тик'але, а в 1932 г. осмотрел Агуакатан, Эль-Киче, Рабиналь и Санта-Лусиа-Коцумалхуапу. Таким образом, за свою почти сорокалетнюю полевую работу Ганн оказал неоценимые услуги археологии майя (Gann, 1894—1895, 1896—1897, 1900, 1904—1905, 1905, 1914—1916, 1924, 1925а, 1926, 1927, 1928, 1935, 1939, 1943; Gann and Gann, 1939).

Уже успехи Стивенса заставили английское правительство обратить внимание на археологические памятники Центральной Америки. Известно письмо лорда Пальмерстона английскому послу в республиках Центральной Америки Ф. Четфильду с ин­струкциями по приобретению памятников Копана (J. E. S. Thom­pson, 1963, pp. 166—167). Особое внимание посла обращалось на то, чтобы неосторожными расспросами не повысить цену на памятники, «которые сейчас местные жители считают совершенно ненужными». К счастью этот план не был выполнен. В дальней­шем английские ученые сосредоточили свое основное внимание на городах Британского Гондураса. Британский музей отправил туда в 1926—1931 гг. шесть экспедиций, во время которых были об­следованы и частично раскопаны многие города: Лубаантун, Пусильха, Сан-Хосе, Эль-Пальмар и др. (Joyce, Gann, Gruning, Long, 1928, 1929; Gruning, 1930; J. E. S. Thompson, 1928, 1936b, 1939a). Иногда отряды этих экспедиций обследовали и соседние городища в Петене (Ла-Онрадес, Чочк'итам, открытый еще в 1910 г., и др.). Большую роль в исследовании этих районов сыграл Д. Э. Томпсон, копавший также и по поручению американ­ских научных учреждений (в 1928—1931 гг. от Чикагского музея есте­ственной истории он копал Эль-Кайо, Маунтин-Кау, Цимин-К'аш, Кахаль-Пичик и др.; J. E. Thompson, 1931, 1934с, 1940а). Иссле­довательские экспедиции университетского музея в Филадельфии, возглавлявшиеся Л. Саттертуэйтом, в 1949—1953 гг. обследовали Кахаль-Печ, Бенке-Вьехо, Кайо, Караколь и выявили много зна­чительных новых памятников (Satterthwaite, 1950a, 1950b, 1954b; Willcox, 1954). В последние годы (1964—1968) музеем в Онта­рио были произведены большие раскопки городища Альтун-Ха; полученные результаты показывают интересную картину культур­ных и торговых связей этого центра с Копаном, с одной стороны, и прибрежными городами Британского Гондураса — с другой. В 1964 г. этот же музей начал исследование другого городища в этом районе — Рокстон-Понд, рассчитанное на пятилетний пе­риод. Первые данные свидетельствуют, что город существовал длительное время — более 2000 лет (Pendergast, 1962, 1964, 1965, 1967а, 1969; W. R. Сое, 1965е; Lowe, 1968).

Территория Кинтана-Роо до сих пор еще изучена весьма не­равномерно. Если прилегающие к департаменту Петен районы за­трагивались бывавшими в последнем экспедициями, то прибреж­ная часть долгое время оставалась загадочной. Крупный город побережья — Тулум был открыт в марте 1842 г. Стивенсом и Казервудом, побывавшими там за пять лет до начала «войны рас» (Stephens, 1843, v. II, pp. 387—407). Затем в течение более 70 лет развалины не посетил ни один исследователь, так как го­родище стало оплотом восставших индейцев; все попытки проник­нуть туда оканчивались неудачей (Holmes, 1895, v. I, pp. 75—78; Howe, 1911). В 1913, 1916, 1918 гг. С. Г. Морли высаживался у Тулума с различными спутниками (в том числе с Т. Ганном); в 1922 г. он снова прибыл туда с С. К. Лотропом. Индейцы вст­ретили экспедицию враждебно, и только демонстрация фоно­графа, поразившего их, восстановила добрые отношения. Архео­логи провели серьезное обследование развалин (Morley, 1917a; Lothrop, 1924). Впоследствии Тулум был детально изучен экспеди­циями мексиканских ученых (Fernandez, 1938, 1941, 1945а, 1945b).

Первое упоминание о другом большом городе этой области — Коба мы находим также у Стивенса (Stephens, 1843, . v. II, pp. 340—341). В 1891 г. его посетил Т. Малер, который считается первооткрывателем городища. Позднее Коба был исследо­ван Ганном (см. выше), Томпсоном, Поллоком и Шарло (Thomp­son, Pollock, Chariot, 1932), а отдельные наблюдения производи­лись и впоследствии (Villa Rojas, 1934; Сое and Сое, 1949).

В 1926 г. побережье Кинтана-Роо обследовала экспедиция во главе с Г. Мэйсоном и Г. Спинденом; ими были открыты Памуль, Йочак, Шкарет, Муиль и другие городища (Mason, 1927). Работа ли в Кинтаиа-Роо и мексиканские ученые (Lizardi Ramos, 1939, 1940; Escalona Ramos, 1946). Через 32 года после Спиндена французский студент М. Пессель, пройдя пешком во время каникул по этой же прибрежной полосе, открыл 14 разва­лин майяских поселений позднего периода (Рио-Индио, Пуэрто-Чиле и др.), в том числе крупный центр Чунйашче (Пессель, 1969). Через несколько лет последний был исследован экспеди­цией Мексиканского национального института археологии (CampaSoler, 1964).

Наконец, следует также упомянуть о работах на этой терри­тории сотрудников Института Карнеги и Музея Пибоди (Riippert and Denison, 1943; Sanders, 1955, 1960; Willey, Bullard, Glass, Gifford, 1965; Bullard, 1965a, 1965b). В 1964 г. было проведено археологическое обследование местности около оз. Исабаль, важ­ного по своему стратегическому положению между городами Петена и юго-западными — Копаном и Киригуа. Крупных центров здесь обнаружено меньше, чем ожидалось, но район был заселен весьма плотно еще с средней фазы доклассического периода. По­лучены сведения о большом городище со скульптурными памят­никами, находящемся где-то между юго-западным углом озера и р. Мотагуа. Намечено его обследование.

Территория на стыке штата Кампече, северного Петена и южной части Кинтана-Роо впервые была обследована француз­ским путешествеником М. де Периньи в 1905 и 1910 гг. Им были открыты Нак'ум,[26] Нохочна, Йаабична, Волтунич, Чокоха, Рио-Бек и Нохкакаб[27](Perigny, 1908, 1911). Район Рио-Бека затем посетила десятая экспедиция Музея Пибоди, которая обнаружила в 1 км от этого пункта другую группу развалин и назвала их Рио-Бек Б. В 1934 г. семнадцатая экспедиция Института Кар­неги открыла Рио-Бек II, III, IV. Путаница с терминологией городищ была выяснена только в 1936 г. Д. Э. Томпсоном (J. E. S. Thompson, 1963, pp. 193—194). В штате Кампече Руппертом и Денисоном был открыт в 1938 г. ряд городов: Пайан-Шпухиль (Рио-Бек V), Кулукбалом, Печаль, Пеор-Эс-Нада и др. (Ruppert and Denison, 1943).


[17] В настоящее время готовится новая, более точная периодизация майя­ской керамики (Smith, Willey and Gifford, 1960).

[18] Обнаруженное четвертое городище, названное Лас-Эскобас, -вероятно, является одним из городищ подгруппы Рио-Бек.

[19] Из ранних посещений, может быть, стоит упомянуть лишь об одном, Давшем английскому писателю Г. Райдер-Хаггарду материал для его романа. «Сердце мира» (1895). В 1869 г. некий Д. Кармайкл, шотландец по нацио­нальности, был в Тик'але и якобы нашел там запечатанную комнату, полную сокровищ. В 1871 г. он даже опубликовал описание двух золотых вещей из этого клада (Carmichael, 1871). Эта фантастическая история послужила впо­следствии (1927, 1930 гг.) причиной двух хищнических экспедиций в Тик'аль.

[20] История исследования Тик'аля до 1938 г. подробно изложена у Морли (Morley, 1937—1938, v. I, pp. 266—268).

[21] Результаты проведенных работ опубликованы далеко не полностью; наиболее важное значение имеет серия «Тикальских отчетов» (The Tikal Pro­ject, 1957; W. R. Сое, 1958, 1959b, 1962, 1963a, 1963b, 1964, 1965a, 1965b, 1967; Shook, 1958a, 1958b, 1960, 1964; Сое and Broman, 1958; Сое and McGinn, 1963; Satterthwaite, 1956, 1958a, 1958b, 1961a, 1964a; Castaneda Paganini, 1958; Walker, 1959; Satterthwaite and Ralph, 1960; Shook and Сое, 1961; Сое, Shook, Satterthwaite, 1961; Adams and Trik, 1961; Estrada Monroy, 1961; Satterthwaite, Broman, Haviland, 1961; Shook and Kidder II, 1961; Carr and Hazard, 1961; Haviland, 1962, 1965, 1967; Moholy-Nagy, 1962, 1966; Laws, 1962; Harrison, 1963; Trik, 1963; Gilbert, 1963; Webster, 1963; Barthel, 1963; Foncerrada de Molina, 1964a; Puleston, 1965; Puleston and Callender, 1967; Kidder II, 1968; Guillemin, 1969).

[22] Предположение, что Кортес посетил Паленке во время своего гондурас­ского похода (Brinton, 1885b), неверно.

[23] К сожалению, на этого интересного автора, обладавшего не дошедшими до нас индейскими документами («Пробанса де Вотан» и др.), исследователи не обращали особого внимания, как, впрочем, и на его предшественника Ф. Нуньеса де ла Бегу (Nunez de la Vega, 1702). Отрывки из сочинения Ордоньеса «История неба и земли» опубликованы Брассером де Бурбуром и Н. Леоном (Brasseur de Bourbourg, 1857—1858, t. Ill, pp. 455—456; Leon, 1907, pt. 4). См. также: Charencey, 1871, 1882.

[24] О ранних исследованиях Паленке см.: Saville, 1928; Castaneda Paganini, 1946; Ballesteros Gaibrois, 1960; Echanove, 1963.

[25] История исследования Копана подробно изложена в капитальной работе С. Г. Морли о копанских надписях (Morley, 1920). Основные данные по архео­логии городища находятся в следующих исследованиях: Stephens, 1841, v. I, pp. 130—160; Meye und Schmidt, 1883; Maudslay, 1886, 1889—1902, v..I, pi, 1—119; Putnam, 1896; Gordon, 1896, 1898a, 1902a, 1909; Seler, 1902b, 1902c; Spinden, 1910, 1912, 1913; Blom, 1935b; Morley, 1938a; Longyear, 1951, 1952; Trik, 1939; Kidder, 1944a; Stromsvik, 1942, 1947, 1952.

[26] В некоторых работах открытие этого городища приписывается Д. Карадайклу (Carmichael, 1871).

[27] О Нохкакабе, впрочем, упоминает еще Стивене (Stephens, 1843, v. I, pp. 347—348).