Комментарий Аниковича М.В.

Табарев Андрей Владимирович ::: Гипотеза трансатлантической миграции солютрейцев. Дискуссия

М. В. Аникович

Этого не может быть, потому что не может быть никогда...

Житейская мудрость

Сразу оговорюсь: заселение Нового Света никогда не стояло в центре моих научных интересов. Сама проблема, конечно, интересовала меня (как и засе­ление Австралии). Но заниматься ею всерьез я попросту не имел возможно­сти. Ведь для этого требовалось, как минимум, знакомство с соответству­ющими памятниками и коллекциями. В 1960-80-е годы это было практически исключено — по крайней мере, для меня. Впрочем, в те давние времена все казалось и так предельно ясным. Достаточно было взглянуть на карту, что­бы убедиться: вот он, совершенно естественный и реальный путь из Старого Света в Новый — Берингия! Что же касается всяких экстравагантных гипотез, в частности, высказываний Эмерсона Гринмэна о возможной связи солютре с палеоиндейцами, то вслед за остальными археологами (и отечественными, и зарубежными!) я расценивал их, как плод досужего воображения.

Впоследствии мой скептицизм в отношении «атлантической гипотезы» зна­чительно поколебался, а примерно в середине 1990-х годов и вовсе затрещал по швам. Нет необходимости вновь повторять все доводы pro и contra этой гипотезы, уже обобщенные в опубликованной статье А. В. Табарева. Напомню лишь, что:

—      древнейшие памятники кловис находятся отнюдь не на Аляске, а в юго­восточных районах США, в том числе на самом атлантическом побе­режье;

—      сколько-нибудь убедительных «кандидатов в прародители» этой культу­ры в Северной Азии не найдено до сих пор, несмотря на интенсивные поиски;

—      наконец, и возникновение, и исчезновение солютрейской культуры в За­падной Европе до сих пор остается загадкой; во всяком случае, вариант трансформации солютре в мадлен на современном этапе уже не может рассматриваться хоть сколько-нибудь серьезно.

Моя позиция в данном вопросе сформировалась окончательно в ходе сов­местных работ с Брюсом Брэдли в России и в США в середине 1990-х годов. Ре­зультатом этих работ, сопровождавшихся дружескими контактами, стали наши публикации, где, на мой взгляд, вполне убедительно обосновывалась специ­фика так называемой «техники тонкого бифаса» («bifacial thinning technology») (Bradley et al. 1995). По мнению Б. Брэдли, с которым солидарен и российский трасолог и технолог Е. Ю. Гиря, эта техника встречена лишь в трех верхне­палеолитических культурах — стрелецкой (Восточная Европа), солютрейской (Западная Европа) и кловис (Северная Америка). В последующие годы анализ данной техники скола был несколько детализирован (см. изложение позиций Д. Стэнфорда и Б. Брэдли в статье А. В. Табарева).

Важно подчеркнуть: сейчас уже невозможно говорить о сходстве и, тем бо­лее, о культурно-генетическом родстве, опираясь на присутствие двусторонне обработанных орудий как таковых. Хотя целый ряд наших коллег вновь и вновь допускают эту ошибку. Д. Стэнфорд и Б. Брэдли совершенно правы, утверж­дая, что индустрии Северо-Восточной Азии (Ушки, Дюктай), а также Аляски (Мейса, Ненана) в технологическом отношении принципиально отличаются от индустрий типа стрелецкая — солютре — кловис.

На замечания своих оппонентов Д. Стэнфорд и Б. Брэдли отвечают, на мой взгляд, вполне убедительно. Делая упор на технологию, они, по существу, го­ворят на разных языках со своими критиками, ставящими во главу угла типо­логию. Так, например, часто отмечается отсутствие в солютре так называемых «желобчатых наконечников», характерных для кловис. Но не все понимают: упо­мянутые наконечники — это всего лишь один из вариантов конкретного при­менения техники тонкого бифаса, если угодно — высшая степень мастерства. Замечу попутно: если бы все претензии, выдвинутые Л. Стросом, Т. Гёблом и Д. Мельцером, были удовлетворены, то исчез бы сам предмет спора. Все археологи дружно говорили бы о существовании позднего варианта типично солютрейской культуры в Северной Америке.

Такой аргумент оппонентов, как отсутствие в кловис всего типологического набора солютрейского инвентаря, искусства, украшений и пр., на мой взгляд, не вполне корректен. Нельзя ставить и решать проблемы культурогенеза без учета трансформации культурных традиций во времени и в пространстве. С учетом же такой трансформации и неизбежного редуцирования культурных традиций мы волей-неволей должны опираться не на полное совпадение, а на проявление отдельных, но специфических особенностей. Отмечу, кстати, что в самой Западной Европе предметы символической деятельности солютрей­цев, включая искусство, весьма уступают (в количественном и качественном отношении) и местному ориньяку, и граветту, и, в особенности, мадлену.

Теперь о хронологическом хиатусе между солютре и кловис. Он достаточно велик, но стоит заметить: путешествие через Атлантику по кромке ледового щита, от острова к острову, само по себе могло занять не одну сотню и даже не одну тысячу лет. И в этом случае следы миграции, памятники «промежуточ­ного этапа», в основном, покоятся на дне Атлантического океана. Тем не ме­нее ситуация здесь далеко не безнадежная, что показывают недавние находки на шельфе, на которые ссылается Д. Стэнфорд (Милз, Джефферсон Айленд, Ойстер Коув). В связи с этим хотелось бы знать: насколько обследованы в ар­хеологическом отношении острова Атлантики?

В ответ на замечание об отсутствии данных о развитой приморской адап­тации и водном транспорте у солютрейцев можно высказать встречное со­ображение. По меньшей мере, 40 (а то и все 60!) тыс. л. н., т. е. задолго до возникновения высокоразвитой солютрейской культуры, палеолитический че­ловек проник в Австралию, которую даже в период максимальной регрессии океана отделяло от близлежащих архипелагов солидное расстояние (не менее 50-100 км по морю). Ученые до сих пор не знают, какими же плавсредствами располагали далекие предки австралийских аборигенов. Во всяком случае, ни­каких археологических данных на сей счет пока не получено. Но в том, что та­кие средства были и что люди, впервые открывшие Австралию, преодолевали на них значительные расстояния — сомневаться не приходится.

Что касается анализа антропологических материалов и, особенно, данных по ядерному и митохондриальному ДНК-анализам древнейшего населения Се­верной Америки, то, боюсь, научное сообщество может о них забыть всерьез и надолго. Причина тому — высокая степень политкорректности современных американцев. Согласно «Акту о защите захоронений коренных жителей Аме­рики и о репатриации» (NAGPRA), принятому в США в 1990 г., любое древнее захоронение, предположительно являющееся палеоиндейским, подлежит пе­редаче ближайшему племени для перезахоронения на индейском кладбище!

В результате «репатриированными» оказались не только находки последних 20 лет, но и значительная часть материалов, хранившихся ранее в музейных фондах (Козинцев 2009: 100-104). Таким образом, получение новых материа­лов, важных для производства анализов на современном уровне, теперь за­труднено как никогда.

Подведем итог. Статья А. В. Табарева и предложенная им к обсуждению проблема как нельзя более своевременны. Тем более что серьезных контрар­гументов против атлантической гипотезы наша отечественная наука не вы­двинула. Между тем, как пишет А. В. Табарев: «.в устной форме, в беседах с весьма авторитетными коллегами мне неоднократно приходилось слышать лишь крайне категоричную оценку гипотезы: “чушь”, “бред”, “этого не может быть никогда” и далее в таком же духе. При этом никаких объяснений такой позиции мне добиться от собеседников не удавалось.» Иными словами: этого не может быть, потому что не может быть никогда — довод в пользу здраво­го смысла. Однако здравый смысл порой подводит нас и в обыденной жизни, а уж в науке — сплошь и рядом.

Я совершенно согласен с А. В. Табаревым в том, что атлантическая (со­лютрейская) версия заселения Нового Света ныне представляет собой пол­ноценную научную гипотезу, с которой можно не соглашаться, но от которой уже нельзя отмахнуться. Более того, лично я принимаю и поддерживаю эту гипотезу, как наиболее полное и квалифицированное с научной точки зрения объяснение происхождения культуры кловис. Из этого, впрочем, никоим обра­зом не следует, что путь через Атлантику был единственным путем заселения Нового Света. Это подчеркивают в своих работах и Д. Стэнфорд с Б. Брэдли. Солютрейцев можно считать первопроходцами постольку, поскольку на сегод­няшний день культура кловис по-прежнему признается большинством иссле­дователей древнейшей культуры Северной Америки. Но в том, что могли быть (и были!) другие пути заселения, вряд ли приходится сомневаться.

Литература

Козинцев А. Г. 2009. Идем по генетическому следу // Васильев С. А., Березкин Ю. Е., Козинцев А. Г. Сибирь и первые американцы. СПб.: ИИМК РАН. 100-143.

Bradley B. A., Anikovich M., Giria E. 1995. Early Upper Paleolithic in the Russian Plain: Stre- letskayan flaked stone artefacts and technology // Antiquity 69. 989-998.