Инка Титу Куси Юпанки как идеолог Новоинкского царства

Сборник ::: Власть в аборигенной Америке ::: Д.С. Матерновский

Фигура инкского правителя Титу Куси Юпанки (ок. 1530-1571) занимает совершенно особое место в истории раннеколониаль­ного Перу. Он был племянником последнего верховного прави­теля Инкского государства Атауальпы, убитого конкистадорами в 1533 г., и сыном его младшего брата Манко Капака (1515-1544), возглавившего серию неудачных восстаний против испанского владычества во второй половине 30-х годов XVI столетия. После разгрома его войск Манко Капак со сторонниками укрылся в труднодоступной горной провинции Вилькабамба к северо-запа­ду от Куско, столицы инков, где основал так называемое “Ново­инкское государство” - независимый от испанцев осколок неко­гда могучей империи, который смог сохранять независимость на протяжении почти четырех десятилетий.

Манко Капаку удалось удержаться в Вилькабамбе во многом благодаря затяжной гражданской войне, начавшейся в Перу ме­жду различными группировками испанцев, не сумевших поделить инкские богатства, - сторонниками братьев Писарро, писарристами, и их компаньона Диего де Альмагро, альмагристами, за­тем между братьями Писарро и сторонниками назначаемого из Испании вице-короля Перу. Войны закончились к 1548 г. побе­дой последнего и окончательным установлением на территории бывшей инкской империи испанского владычества.

Тем не менее еще в 1537 г. испанской экспедиции во главе с Родриго Оргоньесом, преследовавшей отступающие войска Ман­ко Капака, удалось захватить и разграбить столицу Вилькабамбы Виткос, а также взять в плен малолетнего сына Манко Титу Куси Юпанки. Самому Манко Капаку удалось скрыться, но Титу Куси, вместе с захваченными реликвиями, был отправлен в Кус­ко, где отдан на воспитание испанцу Педро де Оньяте. Через не­сколько лет Титу Куси, которого судя по всему крестили, удалось вернуться к отцу в Вилькабамбу.

В 1544 г. Манко Капак был убит скрывавшимися в Вилька­бамбе сторонниками фракции Альмагро и трон перешел к его де­вятилетнему сыну Сайри Тупаку. В 1548 г., после одержанной победы над узурпировавшем власть в Перу Гонсало Писарро, ви­це-король Педро де ла Гаска предпринял первые шаги по урегу­лированию “вилькабамбского кризиса”. Начались переговоры с регентами Сайри Тупака, целью которых являлось признание последними юрисдикции испанского короля над бывшей инкской империей, а также оставление Вилькабамбы и переселение в коло­ниальное Перу. Тем временем не прекращались набеги индейцев на соседние с Вилькабамбой поселения и энкомьеды вдоль дороги Куско-Хауха и в провинции Уаманга: для колониальных властей ин­ки (“новоинки”) были постоянной головной болью. Ситуация ос­ложнялась еще и тем, что многие в Перу и за его пределами признавали справедливость претензий Манко Капака и его сыновей на все Пepy и незаконность оккупации государства инков испанцами.

Один из самых авторитетных испанских политических мыс­лителей XVI в. Бартоломе де Лас Касас в опубликованном в 1553 г. трактате пришел к выводу, что испанцы не имели права завоевывать земли, принадлежавшие индейским правителям, хо­тя и выступал за распространение христианства в Америках, кото­рое, как он считал, лучше было достичь через местные правящие династии, а не путем оккупации.

В 1552 г. принц Филипп - будущий король Филипп Второй - написал письмо Сайри Тупаку, в котором признавал, что возгла­вить восстание против захватчиков Манко Капака вынудила жестокость испанцев; принц прощал ему все преступления, со­вершенные против испанцев, а также обещал, что провинция Вилькабамба не будет отдана во владение испанским землевла­дельцам. В 1555 г. он повторил свое обещание.

Наконец в 1557 г. испанским властям удалось выманить Сай­ри Тупака из Вилькабамбы. В обмен на признание верховенства испанского короля ему во владение была отдана долина Юкай, что сделало Сайри Тупака одним из крупнейших землевладель­цев колониального Перу.

Но планам испанцев по усмирению Вилькабамбы не дано бы­ло сбыться, так как после того, как Сайри Тупак согласился пе­реселиться в вице-королевство, его старший брат Титу Куси взял власть в Новоинкском государстве в свои руки, став одновремен­но правителем и верховным жрецом. А неожиданная смерть Сай­ри Тупака в 1560 г. оставила 30-летнего Титу Куси единственным совершеннолетним претендентом на престол, так как его млад­шему брату Тупаку Амару, имевшему больше прав на трон, было на тот момент не более шести лет. Согласно инкской традиции Титу Куси не имел прав на трон, так как в отличие от своих еди­нокровных братьев Сайри Тупака и Тупака Амару не был сыном койи, сестры верховного инки.

Под руководством Титу Куси, войска Новоинкского государ­ства возобновили рейды на дорогу Куско-Хауха, Уаманга, Юкай, нападали на путешествующих испанцев. Это заставило власти вице-королевства возобновить переговоры с мятежной провин­цией, чтобы вынудить Титу Куси сложить оружие. В 1565 г. Вилькабамбу посетило посольство Диего Родригеса де Фигероа. По результатам его работы в следующем году был подписан Акобамбский мир, согласно которому Титу Куси формально признавал себя вассалом испанского короля, соглашался допус­тить испанских священников и испанского коррехидора на терри­торию Новоинкского государства, должен был крестить своего сына Киспе Титу и женить его на Беатрис Кларе Койа - единст­венной наследнице Сайри Тупака, получить ее земли, а также прекратить сопротивление и со временем переселиться в Куско. Также Титу Куси получал провинцию Вилькабамба в качестве энкомьенды, и обе стороны - как испанцы, так и инки, - согла­шались не принимать беглецов друг от друга.

Новоинкское государство времен Титу Куси представляло со­бой инкскую империю в миниатюре, мини-государство, основан­ное на инкских традициях, во главе которого стоял представи­тель королевской династии (рис. 1). Помимо собственно долины Вилькабамбы, его власть также распространялась и на часть лес­ных районов, прилегающих к Андам - среди воинов, защищавших Новоинкское государство на протяжении его короткой истории, постоянно упоминаются лесные племени из Антисуйо, восточной провинции Тауантинсуйю.

При этом Новоинкское государство представляло собой инте­ресный случай культурного взаимодействия и ассимиляции - шло проникновение христианства, инки научились пользоваться ло­шадьми и огнестрельным оружием, были переняты испанские строительные методики: так, крыши в столице Вилькабамбы дела­лись из черепицы на европейский манер. Именно последнее обсто­ятельство позволило американскому исследователю Джину Савою в 60-х годах XX в. определить точное расположение Виткоса.

Надиктованное Титу Куси незадолго до смерти “Обращение Инки дона Диего де Кастро Титу Куси Юпанки к достопочтенно­му сеньору лиценциату Лопе Гарсиа де Кастро, губернатору Пе­ру, управляющего им от имени и властью, данной его величест­вом” (1570), адресованное тогдашнему вице-королю Перу, стоит особняком среди источников по истории завоевания инков. Хотя среди хронистов были как потомки инкской аристократии по женской линии (в первую очередь Инка Гарсиласо де ла Вега и Фелипе Гуаман Пома де Айала), так и мужья инкских принцесс (Хуан де Бетансос), которые в той или иной степени изложили точ­ку зрения инков на конкисту, “Обращение” является единственным документом раннеколониального периода, составленным членом правящей семьи, и единственным источником, автором которого является столь высокопоставленный участник событий.

Рис. 1. Портреты правителей инков из книги Фелипе Гуамана Пома де Айалы “Новая хроника и доброе правление” (вторая половина XVI в.):

Рис. 1. Портреты правителей инков из книги Фелипе Гуамана Пома де Айалы “Новая хроника и доброе правление” (вторая половина XVI в.):

a. Второй инка Синче Рока (“завоевал земли до Хатун Кольа, Ари-Кипа”, р. 88);

b. Пятый инка Капак Юпанки (“[завоевал земли] до [страны] кичина и аймара”, p.153);

с. Девятый инка Пачакути Юпанки (“правил до Сили и всей его горной ****”, р. 108);

d. Праздник правящего инки (р. 242)

Манускрипт, хранящийся в Библиотеке Мадридского Эскориала и изначально не предназначенный для публикации, был впервые опубликован в отрывках в 1877 г. Маркосом Хименесом де ла Эспадой. В 1916 г. свет увидела полная версия источника, опубликованная Орасио Уртеагой и Карлосом А. Ромеро. Для написания данной статьи использовалось издание Католического Университета Перу, подготовленное в 1992 г. перуанским исто­риком Лилианой Регаладо де Уртадо.

“Обращение” было составлено в соавторстве с августинцем Маркосом Гарсиа и писцом-метисом Мартином Пандо, бывшим секретарем и переводчиком неграмотного Титу Куси. Особенно­стью источника является его “разговорная форма”: рассказ ве­дется от первого лица - либо самого Титу Куси, обращающегося напрямую к вице-королю Перу и через него к испанскому коро­лю, либо от имени его отца Манко Капака.

Необходимо отметить, что разговорная форма полностью отвечает целям “Обращения”: заявлению своих прав, обличению завоевателей и оправданию действий инкской знати. “Обраще­ние” написано от имени знатного индейца. Это могло свидетель­ствовать о стремлении автора сохранить на письме приметы уст­ной андийской традиции.

Однако очевидно, что Титу Куси выбрал разговорную форму не только в силу личного вкуса. Он стремился произвести впечат­ление на своих читателей, заставить мертвых “заговорить” на стра­ницах “Обращения”, призвать в свидетели самого Манко Инку и наиболее правдоподобно представить действительность. Кроме того, он хотел уничтожить любые намеки на субъективность, по­казать, что он лишь рассказывает о том, что было на самом деле.

Для Титу Куси Конкиста - катастрофа и чудовищная неспра­ведливость, обернувшаяся настоящей трагедией не только для его семьи, но и для всех индейцев. Он не стесняется в выборе слов, характеризуя новых хозяев Перу. Они “много врут” (mien­ten mucho), “дикого нрава” (son gente brava), “ни в чем с нами не схожи” (de diferente condición que la nuestra), “много обещают и ничего не выполняют” (engañan por buenas palabras у después по cumplen), “отобрали обманом и силой: земли, женщин, детей, по­ля и еду” (toman por engaños е fuerza: haciendas, mujeres, hijos, chacras, comida), - инкские богатства были отняты испанцами си­лой и хитростью (nuestras joyas у riquezas, las cuales vosotros nos aveis tomado a puras fuergas y molestias). Тот факт, что значитель­ную часть книги Титу Куси занимало перечисление бесчинств и беззаконий, учиненных конкистадорами, свидетельствует о том, что он - а точнее его соавторы-испанцы - были не только знако­мы с продолжавшейся в Испании и испанском Перу дискуссией о справедливости конкисты, но и рассматривали “Обращение” как орудие пропаганды.

Конкиста разрушила привычный уклад жизни, создав “мир в беспорядке” (mundo en desorden), и прямой обязанностью испанской короны является восстановление справедливости. Причем Титу Ку­си апеллирует к новой власти, используя ее же понятия и представ­ления о законе и справедливости, опосредованно отсылая к дискус­сии о праве испанцев на завоевания в Америках, имевшей место за десятилетие до написания “Обращения”. Он постоянно подчеркива­ет, что является хозяином всего Перу по праву рождения (señor nat­ural у legítimo), так как он - сын Манко Капака и внук законного им­ператора Уайна Капака, правившего страной еще до прихода испан­цев [здесь и далее: Inca Titu Cusi Yupanqui (1570) 1992; Regalado de I lurtado 1992; Regalado de Hurtado 2001; Sole Zapatero 2002]:

Por quanto yo, Diego de Castro Titu Cussi Yupanqui, nieto de Guainocapac e hijo de Mango Ynga Yupanqui, señores natu­rales que fueron de los reinos y provincias del Piru...

Я, Диего де Кастро Титу Куси Юпанки, внук Гуайно- капака и сын Манко Инки Юпанки, законных властите­лей царств и земель Перу.

...A causa de poseer su Magestad y sus vasallos la tierra que fue de mis antepasados, en estos montes padezco...

Я пребываю в этих горах, так как вы, ваше величество, и ваши вассалы теперь владеете землей моих предков.

Далеко не случайно, что прибывший в 1570 г. новый вице- король Перу Франсиско де Толедо приложил огромные усилия, чтобы доказать, что инки на самом деле не законные правители Перу, а узурпаторы, которые захватили власть лишь незадолго до прихода испанцев [Hemming 1971: 412-416]. Таким образом и претензии Титу Куси как на все Перу, так и на Вилькабамбу, ста­новились незаконными, а сам он - мятежником, а не законным наследником несправедливо свергнутого монарха.

Титу Куси вкладывает в уста Манко Капака гневные тирады и адрес испанцев, предавших его и жестоко с ним обращавшихся.

..¿Qué os he hecho yo? ¿Por qué me queréis tratar de esa manera y atarme como a perro? ¿Desa manera me pagais la buena obra que os he hecho en meteros en mi tierra daros de lo que en ella tenia con tanta voluntad y amor? Mal la hazeis ¿Vosotros sois los que dezis que sois viracochas y que os enbia el Tecsi Vir acochan?..

Что я вам сделал? Отчего вы обращаетесь со мной таким образом и хотите привязать меня как собаку? Так вы хотите отплатить мне за то, что я пустил вас на свою землю по собственной воле? Вы совершили большое зло. Неужели вы и вправду Виракоча и вас послал Теши Виракочан?

...No consientas que entren en tu tierra, aunque más te conbiden con palabras, porque sus palabras melosas me engañaron a mi y ansy haran a ti si los crees...

Не пускай их на свою землю, какими словами они те­бя не убеждали бы, потому что слова их лживы, и они об­манут тебя, как обманули меня.

Согласно Титу Куси, его отец и он были незаконно лишены власти, а предъявляемые им обвинения в измене беспочвенны, так как поводом к восстанию против испанцев стали вероломст­во и жестокость последних. Особую весомость словам Титу Куси придавал тот факт, что завоеватели Перу, братья Писарро, сами впоследствии пытались узурпировать власть в Перу и даже вое­вали против присланных королем губернаторов.

...Y se estado alzado у de guerra en estos montes es por los malos tratamientos que a su padre hicieron y porque se le mando al tiempo por maldición no hiciese liga ni confederación con la nación española pues lo habían hechado del señorío de todo el Peru donde era obedecido y tenido como señor era...

Он ведет войну, выполняя волю своего отца, который перед смертью завещал ему не заключать договоров с ис­панцами, предавшими его и лишившими его законной власти над всем Перу, которое подчинялось ему и призна­вало его своим правителем.

Считая себя законным владельцем Перу, но при этом прекрас­но понимая невозможность полного восстановления старого поряд­ка, Титу Куси просит короля Филиппа оказать ему поддержку:

...Me haga merged de la enseñar y relatar a su Magestad del Rey don Phelipe nuestro señor, para quey vista la razón que yo tengo de ser gratificado, me haga mergedes para mí e para mis hijos e dessendientes...

Я обращаюсь к вам, Ваше Величество Король дон Фе­липе, чтобы вы вернули мне и моим потомкам милости, которые полагаются нам по праву, при этом не стесняясь еще раз напомнить по чьей вине он оказал­ся в столь затруднительном положении:

...Que V.S. pues en esta tierra tiene las vezes del Rey mirase la obligación que su magestad tiene a remediarme а ту y mis hijos pues estoy en estos desiertos desterrados...

Ваш долг - облегчить мою участь и участь моих де­тей, так как я оказался в изгнании.

Тем не менее, Титу Куси постоянно подчеркивает свою доб­рую волю по отношению к испанцам и готовность к диалогу. Так, во время встречи с Родриго де Фигероа в 1565 г. он заявил послед­нему, что специально инструктировал своих воинов не разрушать церкви и не трогать священников [Hemming 1971: 305]. Один из немногих случаев, когда Титу Куси убил испанца, относится к кон­цу его правления и был скорее вызван заботой о будущем Вилька­бамбы, чем желанием спровоцировать колониальные власти на военные действия. Каланча рассказывает об испанском старателе Ромеро, который в 1570 г. прибыл в Вилькабамбу, где обнаружил богатые месторождения золота. Испугавшись, что открытие мо­жет привлечь в провинцию тысячи испанцев, Титу Куси приказал казнить Ромеро, несмотря на протесты священника Диего Ортиса.

Чтобы еще раз заявить о своих добрых намерениях, в 1567 г. Титу Куси принимает крещение под именем Диего - судя по все­му во второй раз, так как есть свидетельства, что его крестили во время пленения в детские годы. Впрочем, несмотря на относи­тельную открытость Вилькабамбы конца 60-х годов XVI в. хри­стианским влияниям, Титу Куси к неудовольствию священников продолжал справлять языческие ритуалы и оставался верховным жрецом [Kubler 1947: 195], выполняя наказ своего отца, на кото­рого он ссылается в “Обращении”:

...Los cuales dicen ques Viracochan... No lo hagais, sino lo que nosotros tenemos...

А если кто-то скажет, что он Виракочан..., не покло­няйтесь ему и никому, кроме наших богов.

Тем не менее, Титу Куси, в отличие как от Манко Капака, так и от его брата и приемника Тупака Амару, подчеркнуто терпимо относился к христианству и миссионерам. Христиане Диего Ортис и Мартин Пандо входили в его ближайшее окружение. И хотя его энтузиазм по поводу новой религии сильно снизился, после того как миссионеры стали активно бороться с многоженством - в том числе и самого Титу Куси [Hemming 1971: 322], он позволял ему распространяться среди его подданных в качестве альтернативы традиционным верованиям.

Разрешая проникновение в Вилькабамбу христианских про­поведников, Титу Куси тем не менее всячески препятствовал по­пыткам испанских колонистов и торговцев поселиться в провин­ции. Согласно свидетельству Родригеса де Фигероа, он объяснял это тем, что в случае ссоры между индейцами и испанцами дело могло дойти до убийства испанца индейцами или наоборот, что могло привести к войне.

И если в начале правления Титу Куси проводил политику по­стоянных рейдов в глубь испанской территории, а также помощи в организации антиколониальных восстаний по всему Перу, к се­редине 1560-х годов этот прагматичный правитель понял тщет­ность прямой конфронтации с испанцами и сделал ставку на переговоры, конечной целью которых стало бы фактическое признание его права на независимость, хотя и облеченного в при­емлемые для испанцев формы, а именно признания верховенства католической церкви и испанского короля. Понимая всю сла­бость своего положения, Титу Куси делал все от него зависящее, чтобы не давать испанцам повода напасть на Вилькабамбу. Рати­фикация Акобамбского договора стала шагом именно в этом на­правлении и, сложись история немного по-другому, независимый индейский анклав в Вилькабамбе мог бы просуществовать куда дольше, чем отведенные ему несколько десятилетий.

Но надеждам Титу Куси на “мирное сосуществование” с ис­панцами не дано было осуществиться. В мае 1571 г. он умер пос­ле того, как простудился во время занятий фехтованием в холод­ную погоду. В его смерти был обвинен августинец Диего Ортис, бывший врачом Титу Куси. Ортис был жестоко убит и новый правитель - Тупак Амару - прервал любые переговоры с испан­цами. После же убийства посла вице-короля, Атилано де Анайа, вице-король Франсиско де Толедо объявил войну Новоинкскому государству, которая закончилась его быстрым подчинением. Тупак Амару был взят в плен и через несколько месяцев - в ию­не 1572 г. - казнен в Куско.

Источники и литература

Inca Titu Cusi Yupanqui. Instrucción al Licenciado Don Lope García de Castro (1570) 1992. Lima.

Hemming J. 1970. The Conquest of the Incas. New York.

Kubler G. 1947. Neo-Inca State (1537-1572) // The Hispanic American Historical Review, vol. 27: 189-203.

Porras Barrenechea R. 1986. Los Cronistas Del Peru. Lima.

Regalado de Hurtado L. 1992. Titu Cusi Yupanqui: El Destino del Inca “Venturoso” // Inca Titu Cusi Yupanqui. 1992. Instrucción al Licenciado Don Lope García de Castro (1570). Lima: XI-LVIII.

Regalado de Hurtado L. 2001. La Instrucción de Titu Cusi: Forma Coloquial Y Contenido Etico // Revista de Antropología Experimental, No. 1.

Sole Zapatero Fr.X. 2002. Identidad, Heterogeneidad Cultural e Instancias Narrativas a Partir de la Crónica Indígena: Instrucción del Inca Don Diego de Castro Titu Cusi Yupanqui // Revista Presencia Latinoamericana, Febrero 2002.