III. Парагвай и Кампанелла

Святловский Владимир Владимирович ::: Коммунистическое государство иезуитов в Парагвае в XVII и XVIII ст.

Время появления в Америке отцов-иезуитов — Мацета и Катальдино — было временем, когда в старой Европе на­родные массы тяготились существующим строем и когда отдельные более сознательные и развитые представители новых воззрений уже начинали мечтать о переустройстве окружавшего их социального порядка. Недовольство су­ществующим было сильно, но пути его переустройства не были еще выяснены. О лучшей жизни, о будущем строе только робко и неопределенно мечтали.

Раздраженный угнетением богатыми помещиками-ленд­лордами деревенской бедноты, английский гуманист, канцлер Англии — Томас Мор — описал народные бедствия и, в про­тивоположность тогдашнему порядку, изложил вымысел, фантазию, сказку, в которой рассказывалось о прекрасном устройстве страны, перешедшей на коммунистический по­рядок.

Имя вымышленной им страны — Утопии — явилось и названием книги Томаса Мора, вышедшей в свет в 1516 году, и названием той формы мечты о лучшем государственном устройстве, которая теперь стала обычною.

Прекрасною новою жизнью жили обитатели острова Утопии. Они были коммунисты, мирные и трудолюбивые. «Утопией»  зачитывались, о ней мечтали, ей подражали. С этих пор вообще интересные планы будущего устройства излагались в новой создавшейся утопической литературе. Для привлечения внимания, описания нового социалисти­ческого порядка излагались в виде занимательных повестей, интересных романов и завлекательных путешествий в но­вые неведомые страны. Так возник новый вид литературы — утопические романы. В XVII веке появился ряд писа­телей-утопистов, рисовавших коммунистическое устройство в будущем. Отсюда ведет свое начало и первоначальная форма социализма, — мечтательного и неопределенного, — утопического. Таким образом родоначальником уто­пического социализма был английский писатель начала XVI века Томас Мор.

Вторым утопистом, видным последователем Томаса Мора, было духовное лицо Италии — монах Томазо Кампанелла.

В своем интересном сочинении «Государство Солнца» (Civitas Solis), написанном в тюрьме в 1602 году, этот калабрийский монах-коммунист набрасывает утопический план нового коммунистического общества. Здесь развиваются идеи так наз. теократического коммунизма, при котором высшая власть в государстве принадлежит духовенству и который должен сменить современный Кампанелле обще­ственный строй.

Иезуиты в Новом Свете, устроив сеть коммунистических религиозно-пропагандистских миссий, подчинили их орден­скому духовенству, т. е. монашеской теократии. Хотя между идеями монаха Кампанеллы и деятельностью его врагов — «отцов-иезуитов» в Парагвае было много общего, но все же было бы ошибкою считать государство иезуитов простым воплощением идей Кампанеллы на практике. По всей вероятности, иезуиты даже не знали сочинения их гениаль­ного соотечественника, но корни воззрений как Кампанеллы, так и иезуитов были общие: они лежали в, духе времени. Общие корни и семена дали сходные всходы.

Действительно, реальные условия той эпохи легко при­водили религиозно настроенного и радикально мыслившего католика к тожественной идеологии, хотя Кампанелла в своем сочинении более последовательный и радикальный коммунист, чем иезуиты.

Вспомним вкратце основные положения «Государства Солнца», появившегося, кстати сказать, впервые в печати по-латыни в 1623 г. во Франкфурте, т. е. еще при жизни Кампанеллы, но спустя двадцать один год после написания.

Кампанелла требует полного и последовательного ком­мунизма, отрицает частную собственность не только на средства производства, но и личную, презирает деньги, благородные металлы и драгоценные камни, которые он допускает только как средства в руках государственной власти для нужд ее товарообмена с соседями. Труд в «Го­сударстве Солнца» обязателен, но граждане — «солярии» работают ежедневно по три часа и живут в роскоши. Поли­тической свободы нет, да в ней и нет надобности: все раз навсегда урегулировано, определено точно и неизменно.

Суровый Кампанелла, не в пример Мору, последова­тельно отрицает индивидуальную семью и индивидуальный брак. Он признает общность жен и право государства регу­лировать брачные отношения по принципам искусственного подбора. Дети — достояние общества, воспитание их государ­ственное.

Государственное устройство — теократическое, по идеалу Фомы Аквинского; церковная иерархия играет в нем руководящую роль.

Коммунистический геократизм, введенный в Парагвае, не явился отражением какой-либо книжной доктрины, — по крайней мере об этом мы не имеем никаких исторических данных, но все же он невольно напоминает не­которые из идей Кампанеллы, опубликовавшего свои взгляды в первой четверти XVII столетия, т. е. ранее устройства иезуитских миссий в Парагвае. Во всяком случае, можно сказать, что государство, организованное в Парагвае отцами- иезуитами, основано на ряде сходных идей, при чем и здесь, при отрицании частной собственности и усиленной религиозности, процветает торговля и товарообмен, хотя и внешние, но все же важные и прибыльные. Иезуиты здесь выступают в роли Платоновских философов, деспотически управляющих своим государством, живущих по-монашески, но ведущих коммунистическое хозяйство. Коммунизм по­следователен и систематичен, на нем покоится целое госу­дарство,— поэтому-то оно и интересно.

Парагвайский опыт сыграл крупную роль в истории государственных учреждений Западной Европы, которая в ту эпоху уже тревожно искала новых социально-поли­тических путей.