Храмы, живая память

Луи-Рене Нужье ::: Майя, ацтеки и инки

Развалины Мачу-Пикчу

 

От первоначальных обликов Нового света сохранилась лишь малая толика. В начале XVI века американский континент всего за несколько десятилетий освоил все европей­ские технологии. Резкие преобразования буквально смели все его прошлое. Одержимые жаждой золота и религиозным рве­нием, конкистадоры были безжалостны: мексиканская Вене­ция, Теночтитлан, построенная на берегах озера Тескоко, регулярно уничтожалась. Камни ацтекских дворцов и пира­мид использовались для возведения палаццо прелатов и вице-королей. Как сказал Поль Валери: «Цивилизации стали смерт­ными». Известны и другие примеры повторного использования архитектурных памятников. Так в криптах средневековых хра­мов Европы можно увидеть мраморные колонны из греческих храмов или из богатых римских вилл. В более поздние времена каменные карьеры были созданы прямо в аббатствах Лонпона и Руйомона! В Перу европейцы ограничились тем, что возвели ряд гражданских и культовых зданий на фундаментах, зало­женных инками. При каждом мощном землетрясении — а в Андах они случаются нередко — современные стены дворцов рассыпаются, но основания инкских построек остаются целыми, что позволяет быстро восстанавливать разрушенное. Тем не менее, все еще можно полюбоваться монументальными строениями Куско, благодаря их циклопическим размерам и прочнейшей кладке, выдерживающей любые сейсмические катастрофы!

 

ПОГРЕБЕННЫЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ

 

Теотиуакан, пирамида Луны.

 

Поселениям, исчезнувшим до прихода испанцев, повезло больше, чем цивилизациям, стертым с лица земли ев­ропейцами, и они, похороненные цивилизации, что любо­пытно,— древнее насильно уничтоженных; к тому же от них осталось больше, как, например, от Теотиуакана, города богов, что близ Мехико, загадочным образом опустевшего в первые века нашей эры. Скорее всего его покинули из-за истощения земель и пересыхания текущей здесь реки Сан-Хуан. Что бы там ни было, ветер засыпал землей все тео- тиуаканские храмы и платформы-цоколи, и очередные на­сельники, захватчики-тольтеки, увидели на их месте одни бесформенные низкие холмы, тянувшиеся более или менее прямолинейной цепью. Они приняли эти возвышенности за курганы, хранящие в себе чьи-то бренные останки, и нарекли главную улицу города «дорогой могил».

 

Пирамида па горе Монте-Альбано.

 

Что касается крупного поселения Монте-Альбано, что близ Оашаки, то до раскопок оно представляло собой низкую бесформенную гору, состоявшую из платформ и уты­канную стелами, покрытыми рисунками. Буйная раститель­ность тропических лесов поглощает все. Петенский лес в Гва­темале, где произрастают деревья высотой в тридцать-сорок метров, покрыл собой все поселения майя. Сегодня можно четко различить только возвышающиеся над кронами дере­вьев пирамиды Тикаля. Находящиеся там же храм № 1 (45 м высотой) и реставрирующийся храм № 4 (67 м) представля­ют собой настоящие каменные островки, затерянные в зеле­ном океане непроходимой пущи.

 

«ПИРАМИДЫ С НИШАМИ»

 

Развалины построек майя в Тикале. Гватемала.

 

Дикий лес спрятал от людских глаз целый город Тахин, что на берегах залива, где стоит Вера-Крус. Это крупное тотонакское посслснис обезлюдело задолго до прихода испанцев и было обнаружено в 1875 году. Тогда оно представляло собой группу холмов, разбросанных сре­ди пышной и непроходимой растительности. Чтобы к ним подступиться, пришлось расчищать от леса все окружа­ющее их пространство. Настоящие раскопки начались в 1934 году; тогда же были открыты пирамиды, а также платформы-цоколи храмов. Наиболее замечательным об­наруженным там сорружением, несомненно, является «Пи­рамида с нишами», стоящая на квадратной тридцатишес­тиметровой платформе и достигающая высоты в двадцать метров. Она сориентирована но сторонам света, имеет семь этажей с нишами, выложенными камнем. Этих ниш на каждом последующем этаже ровно на три меньше, чем на предыдущем, и в сумме их имеется 365 штук, что соответствует числу дней в солнечном году!

 

Руины Тахина. Мексика.

 

Нынешние посетители Тахина могут констатировать заметное продвижение вперед ведущих раскопки специалистов Национального музея г. Мехико. И все же неисследованными остаются многие сотни холмов, скрывающих плат­формы и фундаменты пирамид. Полагают, что участок, представляющий архео­логический интерес, равен десяти миллионам квадратных метров. Пока что расчищено и восстановлено только шестьсот тысяч квадратных метров. Внутрен­нюю структуру пирамиды стало возможным понять единственно благодаря про­рытому в восточном фасаде тоннелю; оказалось, что в ней собраны целых шесть пирамид! Над центральной построено еще пять, одна больше другой. Все эго напоминает знаменитую русскую куклу «матрешку»... В Узмале две ее пирамиды как бы прилеплены друг к дружке; сохранились и храмы.

 

ТАЙНЫ ЧОЛУЛЫ

 

Находящаяся в штате Пуэбла большая пи­рамида г. Чолулы открыла нам все свои тайны. Над городом высится холм, на котором поставлена церковь, чье название в букваль­ном переводе звучит так: «Храм лекарств». В действительности же этот холм — пирами­да, превращенная в возвышенность раститель­ностью, эрозией и забвением. Стороны этой гигантской пирамиды равны пятистам метрам, а ее высота достигает шестидесятиметровой отметки. А что как она была самым большим сооружением в мире? И в самом деле, не она ли на протяжении веков являлась карье­ром, где добывался камень, из которого ис­панцы построили город Чолулу? Недавние раскопки, в ходе которых был прорыт вось­микилометровый тоннель в теле пирамиды, вскрыли внутри нее несколько более древних пирамид, «надетых» одна на другую. «Кор­ни» этих сооружений дают возможность соз­дать себе точное представление о том, как их строили.

 

ЛЮБОПЫТНАЯ «ПЕРЕСТАНОВКА МЕСТ» ЦИВИЛИЗАЦИЙ

 

Храмы майя, самые древние, построены только из камня, то есть без участия плотников. Как правило, они состоят из трех — редко пяти — параллельных залов, точнее узких коридоров. Их своды сооружены хитроумным консольным методом, когда ряд камней накладывается на выступы нижних, а широкие плиты, соединив стены, смыкаются и образуют так называемый «свод майя». Он прочен, компактен и крепок, но не может быть большого диаметра.

 

Храм. Чичен-Ица.

 

Применение такой же техники мы обнаруживаем в «капителях» и «бори», встречающихся на юге Франции, от Керси до Прованса. Эти сооружения соответствуют строительной технологии значительно более древней (порядка IV—III к что, если вам не посчастливилось полюбоваться «сводами майя» в Храмах Севера или в «Храме с надписями» (Паленке), то более доступные воклюзские капители, имеющиеся в окрестностях Боннье, вполне способны вас выручить.

Наиболее древние храмы майя, вероятно, относятся к VIII веку. Большинство их прекрасно сохранилось, как, например, Красный храм в Чичен-Ице; залы своих сводов еще не лишились. Сами же храмы по-прежнему украшены «крес- териями», высокими ажурными галереями, венчающими кровли и придающими легкость и элегантность всем этим строениям. Более близкие к нашему времени археологические периоды, когда зародился «поздний стиль майя» (приблизитель­но X век), соответствуют ренессансу, наступившему с приходом завоевателей-тольтеков, народа могущественного и богатого.

По этой причине характер религиозных и гражданских зданий, равно как и храмов, изменился, а их размеры существенно увеличились, поскольку зодчие «майя-тольтек- ской школы» любили строить с размахом: толстым стенам с редкими проемами они предпочитали просторные и светлые залы с настланными полами и с выходом на террасы. Эти последние опирались на короткие каменные ригели, вместо которых вскоре стали использовать длинные деревянные бал­ки. И еще. Горизонтальные деревянные крепи, способные перекрывать значительное пространство, пришли на смену сводам, венчавшим узкие коридоры.

Храм воинов и «большая площадь» Тысячи Колонн были построены с применением этой технологии. Увы, сырой климат уничтожил новомодные строения, и их деревянные перекрытия обрушились. Остались одни колонны-подпорки, сооруженные из поставленных друг на друга трехметровых каменных барабанов. Если все эти постройки сегодня имеют скорбный вид развалин, то храмы, возвышающиеся по другую сторону дороги, которая отделяет майя-тольтекскую зону от древней зоны майя, пребывают почти в первозданном виде... Старение древнего протекало здоровее, и оно устояло под ударами времени успешнее, нежели современное. Вот так, достаточно курьезно, совершилась «перестановка мест» двух цивилизаций майя: древняя держится стойко, а недавняя пре­вратилась в жалкую руину.

 

СЕКРЕТЫ «ЗОДЧЕСКИХ ЗАБАВ» ТОЛЬТЕКОВ

 

Над столицей тольтеков, Тулой, возвышается храм Тлауискальпантекутли, храм Утренней Звезды. Десятиметровую пирамиду, состоящую из пяти нало­женных друг на друга объемов, несет на себе цоколь храма, украшенный четырьмя высокими колоннами, прозванными «Атлантами» и являющимися стату­ями Кецалькоатля, Утренней Звезды. Несколько других квадратных опор поддер­живали кровлю. Построенный в X веке ансамбль был разрушен двести-триста лет спустя во время нашествия чичемеков. Каждый «Атлант» состоит из четырех частей, соединенных между собой с помощью шипов и пазов. Именно благодаря этому способу соединения, удалось во время последних реставрационных работ сложить найденные элементы.

 

«Атланты» храма в Туле. Мексика.

 

Все четыре «Атланта» были поставлены на их первоначальную эспланаду, и теперь они снова возвышаются над обширной Тульской равниной. Эта технология,— как представляется, весьма оригинальная,— с использованием шипов, вставляющихся в специально для них вырезанные пазы, ставит перед археологами интригующий вопрос: была ли она изобретена тольтеками? А может, возникла раньше? Если да, то была ли она когда-нибудь завезена в Новый свет?

В нашем Старом свете имеется прекрасный пример древнего применения этой технологии: внушительные своими размерами «трилиты» («тройные камни) стоунхенджского Большого круга, состоящие из двух камней-подпорок с шипом в верхней части. Горизонтальный ригель, соединяющий их и являю­щийся третьим элементом «трилита», имеет на каждом конце по па­зу, предназначенному для соответ­ствующего шипа. Эта «каменная сборка» скорее всего не что иное, как воспроизведение древней евро­пейской технологии деревянного строительства, созданной в III ты­сячелетии до н. э.

Поразительный технический подвиг! Каждый элемент весит 50 тонн, а ригель установлен на высоте восьми метров, то есть на уровне крыши трехэтажного дома! Позволительно задаться вопросом: а нет ли родства и преемственности между способами строительства, использованными в Стоунхендже и Туле? Пусть даже их разделяют три тысячи лет! Однако сама по себе эта проблема много сложнее. Чтобы ее прояснить, приведем несколько примеров. Желоба разделки (углубления, проделанные в трещинах монолитов), куда вбиваются деревянные клинья, которые, будучи намоченными, разрывают каменный блок, на европей­ском Западе известны уже три-четыре тысячелетия. Сборка с помощью ригелей, пазов и шипов применялась при создании мегалитических сооружений в Армори­ке, Каталонии, Андалузии и даже в Египте. Но также и в обеих Америках, например, в Мачу-Пикчу. Другой пример являют собой шипы, вытесанные на камнях для привязывания к ним веревок для транспортировки. Подобные выступы мы видим на бретонских мегалитах, но не менее часто они встречаются на циклопических стенах в Куско.

 

Голова в тюрбане. Скульптура. Мексика. Ксалапский музей.

 

Известны также тяжелые статуи с затерявшегося в Тихом океане острова Пасхи, каждая из которых весит шестьдесят — восемьдесят тонн и имеет на голове так называемое «паукао», нечто похожее на тюрбан. Этот цилиндр из красного вулканического туфа достигает трех метров в высоту и двух с половиной метров в ширину и весит тридцать тонн. Каждая такая шапка снабжена большого диаметра шипом, вставляющимся в паз, вырезанный в темени головы Что ж, наше воображение всегда и с готовностью подсказывает нам то один, то другой пример, способный оправдать любые смелые гипотезы, в том числе предположение о род­стве технологий, использованных в Стоунхендже и Гуле.