ГИМН ОКЕАНУ

Гуляев Валерий Иванович ::: Сколько раз открывали Америку?

Вступление

«Наша планета,- говорится в одной морской энциклопедии,- присвоила себе чужое имя. Eй следовало бы называться «Океаном», ибо семь десятых ее поверхности занято водой. Материки - это, в сущности, архипелаги. Америка, Евразия, Африка, Австралия представляют собой не что иное, как крупные острова, я вместе с остальной мелочью, выступающей из воды под всеми широтами, едва достигают площади 150 млн. кв. км. Сушу окружают и держат в постоянной зависимости 350 млн. кв. км морей».

Когда еще в каменном веке человек впервые вышел на берега океана, то, наверное, один вид необозримой водной стихии привел его в ужас. Но вместе с тем мы твердо знаем, что именно в эту эпоху, 35-25 тысяч лет назад, первобытные племена азиатских охотников и собирателей, двигаясь морем вдоль почти непрерывной цепочки островов, проникли в Австралию.

Во времена классической древности и средневековья фантазия людей населила океан всевозможными чудовищами и злыми духами. «Морем мрака» называли древние греки лазурные просторы Атлантики и редко отваживались выходить за каменные ворота Гибралтара. Но кому же как не этим самым мореходам обязан древний мир быстрым ростом своих познаний о Вселенной: полулегендарные аргонавты Гомера открыли для Эллады богатые земли Северного Причерноморья, греческий мореплаватель Пифей в IV в. до н. э побывал в Англии, Скандинавии, а возможно, и в Гренландии, флотоводец Неарх совершил морской переход от берегов Индии до Персидского залива.

Мы часто принижаем потенциальные возможности путешественников и торговцев древности по освоению самых далеких уголков ойкумены - будь то на море или на суше.

В Старом Свете Евразия, Африка и длинная цепочка архипелагов и крупных островов Индийского океана образуют практически одно гигантское целое, большой сухопутный мост, по которому народы и культуры при желании могли свободно передвигаться с одного конца на другой. Исключение, пожалуй, составляет лишь одна Австралия, оказавшаяся после первоначального заселения в полной изоляции от внешнего мира на многие тысячи лет. Но в целом здесь почти не было непреодолимых природных преград - пустынь, больших пространств открытого моря, высоких горных хребтов, способных помешать передвижению человека. И тесная взаимосвязь исторических событий в пределах цивилизованного мира тех времен выступала особенно выпукло и ясно. Об этом свидетельствуют факты.

Золото пресыщенных патрициев Рима способствовало обогащению торговцев шелком из далекого Китая. Великий шелковый караванный путь шел тогда от Восточного Средиземноморья к Самарканду и Гиндукушу и далее через пустыню Гоби в глубинные районы «Поднебесной империи». Римские легионеры обосновались в туманной Британии, а некоторые из них в качестве почетной стражи побывали даже в Южной Индии.

С другой стороны, растущие богатства Рима возбудили алчную зависть варварских племен Прибалтики и Северного Причерноморья. Бесчисленные орды кочевников медленно, но неотвратимо двигались к сердцу Европы из глубины азиатских степей. И несколько веков спустя казавшаяся непобедимой гигантская рабовладельческая империя рухнула под сокрушительными ударами врагов.

А что же Новый Свет, укрывшийся за неоглядными далями двух величайших океанов? Доходили ли до его берегов хоть малейшие отголоски социальных бурь, сотрясавших тогда историческую арену Европы, Азии и Африки? Плавали ли древние в Америку?

С тех пор как в XVI в. испанские и португальские мореплаватели установили тот непреложный факт, что за голубыми водами Атлантики находится еще один огромный континент, в ученых кругах ни на минуту не утихали споры. И специалистов, и широкую публику всегда волновали два основных вопроса, от решения которых в ту или иную сторону менялся весь взгляд на историю Древней Америки: откуда берет свои истоки культура индейцев и были ли у Колумба предшественники?

Одни авторитеты яростно отрицали любую возможность каких-либо контактов обитателей Американского континента с внешним миром в древности. Другие, напротив, пытаются вывести буквально все культурные достижения индейцев из тех или иных очагов цивилизации Старого Света. С годами а спор оказались втянутыми не только ученые, но и чиновники, дипломаты, писателя, религиозные школы и целые государства. Отстаивание национального престижа, незыблемости догматов веры, тщеславие и жажда богатства, погоня за дешевой сенсацией временами придавали полемике слишком уродливую форму. Однако сам этот полемический накал, не утихающий вплоть до настоящего дня, и служит, на мой взгляд, прекрасной иллюстрацией большого общечеловеческого и научного значения затронутой темы.

Литература по доколумбовым связям, накопившаяся за прошедшие четыре столетия, огромна. Аргументация сторон зачастую весьма запутанна и малопонятна. Нередко старые, давно разоблаченные и отброшенные наукой гипотезы приобретают, благодаря усилиям заинтересованных лиц, новые блестящие одежды и опять спешат занять свое место в строю участников дискуссии. Разобраться в этом книжном море без специальной подготовки далеко не просто.

Автор надеется, что его книга послужит некоторым ориентиром для читателя, интересующегося доколумбовыми связями Старого и Нового Света.