Формы политической организации

Альваро Боркес Скеуч, Айдэ Адрисола Росас ::: История и этнография народа мапуче

Способ взаимодействия с окружающей средой — основ­ной фактор поддержания человеческого существования. В период своего становления человек, как мы знаем, на­учившись обращать себе на пользу заложенные в нем за­датки и способности, постепенно от собирательства пере­шел к охоте, затем стал заниматься земледелием, что определило оседлый образ жизни. Мапуче прошли все эти этапы развития вплоть до последнего, на котором и за­стали их испанцы, когда начали завоевание индейских территорий.

От Кокимбо до острова Чилоэ испанцы столкнулись с однородным населением, как по внешнему виду, так и по обычаям, языку и культуре. Если принимать за культур­ный уровень общий уровень развития общества, выражен­ный прежде всего в типах и формах организации деятель­ности людей, то чилийские аборигены к моменту начала конкисты располагали этими характеризующими культу­ру элементами социальной структуры в достаточно разви­том виде, приспособленными к среде обитания и имевши­ми отчетливые специфические черты, отличавшие их от других американских народов.

Объединению мапуче особенно способствовало един­ство языка, ибо язык является основным условием разви­тия и одновременно продуктом культуры народа. Любая культура имеет свой язык, который выражает ее. Извест­но, что в свой начальный период человек жил семьей, объединяемой родственными связями по крови. Объеди­ненные семьи образовывали племя. Племя объединяло общее самосознание, родившееся из равного действия в окружающей среде. Объединение различных племен на од­ной общей территории без какого-либо внешнего влияния, с одним языком, верованиями и обычаями и одной истори­ческой судьбой составляет единый народ. Индейцы юга Чили, достигшие этого уровня организации ко времени начала испанского завоевания, сорганизовались как «на­род мапуче». Процессу объединения способствовала угро­за порабощения сначала со стороны инков, а затем надви­гавшегося с севера континента испанцев.

Несмотря на то что мапуче стремились избегать тес­ных контактов с инками-завоевателями, обосновавшимися на их территории, они не смогли не перенять от инков по­ложительного и прогрессивного хотя бы в такой важной сфере производственной деятельности, как методы и тех­ника обработки земли. Айлью кечуа трансформировалось в реуэ (лов, кави) мапуче, их политическая организация также видоизменилась. Кураки стали токи и ульменами с атрибутами, похожими на инкские.

Процесс социальной перестройки отразился в измене­нии обычаев и верований, наконец в политической инте­грации, в установлении иерархии, когда те, кто руководил обществом, брали на себя обязанность представлять это общество, а также ответственность в ведении войн. Подоб­ное произошло при возникновении крупных территориаль­ных федераций, созданных индейскими предводителями с целью иметь сильную военную организацию, способную не только противостоять испанским захватчикам, но и раз­громить армию конкистадоров в Араукании.

Идиосинкразия мапуче прекрасно ужилась с инкской моделью, которая не изменила существенно их обычаев. Наоборот, этот процесс способствовал этническому объ­единению перед лицом опасности, угрожавшей всему на­роду, сгладил переходившие из поколения в поколение племенные конфликты, унифицировал личные интересы, поставив их на службу великому делу, цель которого была у всех одна — отстоять свободу и неприкосновенность культа предков. Возникшая на такой основе политическая организация мапуче была простой и эффективной, несмот­ря на отсутствие органов управления, даже примитивных. Они не имели законов и регламентаций, но лишь справед­ливое суждение высших руководителей, действовавших в соответствии с традицией, которая передавалась от отцов к детям.

Организация общества при таких условиях — это еще не государство, но уже государственность, осознание кото­рой существовало у мапуче в форме религиозной идеоло­гии. Они еще не знали рабовладения, к которому так или иначе подошли все народы, что дало начало возникнове­нию государства.

Мапуче не достигли подобного сравнительно высокого уровня организации общества. Однако они хорошо знали, что их общественное предназначение состоит в том, чтобы работой добывать блага, необходимые их обществу, и что только такое участие в труде делает их полноправными членами общества и обусловливает их существование.

Как уже было сказано, они жили семьями, объединен­ными в реуэ (лов, кави). Объединение различных реуэ составляло племя, или айльяреуэ, социально-экономиче­ский характер которого вполне соответствовал характеру их производственной деятельности, направленной на удов­летворение потребностей, достаточных для выживания. Частной собственности на землю не было. Существовало коллективное право на определенную территорию, в пре­делах которой развивалась их деятельность. Ее границы были обозначены монолитами в виде столбов, кстати так­же именовавшихся реуэ. Эти межевые знаки могли быть перенесены лишь с разрешения лонко. Охотничьи угодья также были общими. Пользование ими не имело ограниче­ний, в том числе и сезонных. Иногда это приводило к столкновениям между охотниками различных ловов, пре­следовавших одно и то же стадо. Но, как правило, взаимо­понимание все-таки достигалось.

Несколько айльяреуэ образовывали федерацию уичанмапу, — основная функция которой заключалась в организации защиты от внешней опасности. Это был вид государственного объединения, в котором решения при­нимались на ассамблеях, как, например, в случае вторже­ния испанцев. Исполнялись же решения единолично — вождем, избираемым на совете ульменов. Реуэ могли включать в себя до 3000 членов, возглавлялись они лонко, касиком. Политическая, экономическая, социальная и военная структура реуэ была достаточно хорошо органи­зованной. Все реуэ, если того требовали обстоятельства, собирались в специально отведенном месте, «регуа», для обсуждения возникших проблем.

Не существовало «тайных обществ» или им подобных, когда в иных племенах отдельные группы собираются для вынесения обособленных решений или совершения эзоте­рических действий, цель которых внушить мысль о необ­ходимости проведения в жизнь новых норм и, следователь­но, изменить существующую традиционную систему. Улькуфы и мачи собирались лишь на основе профессиональ­ных интересов. Их собрания не являлись организацией, ибо не имели никакой власти, позволявшей вмешиваться в «политическое» развитие сообщества. Тем не менее свои­ми предсказаниями, заклинаниями и гаданиями они все-таки оказывали определенное влияние на образ жизни семьи и племени.

На территории, расположенной между рекой Чоапа и заливом Релонкави, до прихода испанцев существовало около 50 айльяреуэ, в состав каждого из которых входило до 50 реуэ с населением примерно 3 тыс. человек в каж­дом, в целом же это и был полуторамиллионный народ мапуче. Каждое реуэ насчитывало от 5 до 8 кауинов (или кави), главой которого, как мы уже отмечали, был лонко, касик. Кауин формировался из мачуль, семейных групп, возглавляемых иналонко, младшим касиком.

Принципы, регламентировавшие обычаи, назывались «адмапу», соблюдение которых возлагалось на старейшин реуэ, помогавших ульменам. Совет ульменов состоял из самых старых членов реуэ. Он вершил дела, затрагиваю­щие общие интересы федерации. Их приговоры и решения не обжаловались. Старейшины пользовались наибольшим почетом к уважением, они считались в реуэ почти святыми. Такое отношение к старейшинам и к старым людям во­обще имело большой социальный смысл и едва ли не ре­шающее воздействие на подрастающее поколение. В силу своего преклонного возраста старейшины не были лише­ны консерватизма, чем сдерживали новшества и стремле­ния к изменению существующего порядка со стороны мо­лодежи. Но именно этот консерватизм способствовал под­держанию связи отдельной личности с сообществом в це­лом на основе традиций и обычаев.

В совет старейшин входили люди примерно 60 лет, то есть в возрасте, когда они в той социально-экономической ситуации еще в состоянии использовать в полной мере свои умственные способности, к тому же, естественно, имеют определенный жизненный опыт. Люди, достигшие такого возраста, пользовались наибольшим уважением. О них усердно заботились, воздавая должное за труд на благо сообщества. В семье они были окружены особым внимани­ем. Обеспечивая старейшим благополучное существование, члены общества стремились заручиться их благорасполо­жением, не в последнюю очередь в надежде на то, что они будут заступниками семьи в той, другой жизни, в которую скоро перейдут и где будут стремиться обеспечить счастье тех, кто остался на земле.

Такое отношение к старым людям было традиционным и вполне осознанным, ибо они всю свою жизнь создавали блага для поддержания сообщества, и не только создава­ли, по и сохраняли эти блага.

Вторжение инков, а затем испанцев вызвало необхо­димость более тесного единения племен мапуче. Возникли упомянутые выше федерации — айльяреуэ. Со временем стала очевидной и необходимость расширения организа­ций самозащиты. Токи Кауполикан, возглавивший тогда племена мапуче, создал пять крупных территориальных объединений — уичанмапу, что можно перевести как на­родность. Народ, в нашем понимании, — это группа пле­мен, близких по языку и происхождению, проживающих на одной территории.

Эти пять уичанмапу были следующие:

Лафкэн Уичанмапу — в зоне прибрежных Кордильер,

Лелфун Уичанмапу — в зоне Центральной Долины,

Инапире Уичанмапу—в зоне Андских Кордильер,

Пире Уичанмапу —в зоне снежных Кордильер,

Уилье Уичанмапу — в южной зоне, до о. Чилоэ.

К северу от реки Аконкагуа деление было практиче­ски номинальным, как и к югу от реки Маульин. В меж­дуречье же четыре уичанмапу существовали в весьма эффективной форме, включая и северную часть Уилье Уичанмапу.

Во главе каждой такой народности и одновременно про­винции стоял апоульмен, избираемый ульменами. Обраща­ет на себя внимание сплоченность этого союза, связывав­шего первобытные племена. Внутренние разногласия меж­ду ними были крайне редки и возникали по причинам малозначительным. Несмотря на отсутствие кодекса, рег­ламентировавшего общественное поведение, конфликты, которые могли бы разобщить племена, всегда благополуч­но разрешаются.

Основополагающими, по нашему мнению, факторами, поддерживающими это братство между мапуче, являлись и являются: кровное родство, общие или сходные религиоз­ные верования, мифы, традиции, язык, способствующие в особенности формированию общественного сознания и по­ниманию значимости связи между членами племени; общественно-экономическая система, определяющая обы­чаи и мораль; экологическая среда, воздействующая на условия жизни общества. Эти факторы оказали большое влияние на единообразное понимание сосуществования, что является духовным стержнем общественной жизни примитивных народов.

Уровень материальной культуры мапуче к моменту ис­панского нашествия соответствовал в общих чертах ка­менному веку. Отсутствие тяглового скота задерживало развитие земледелия и препятствовало достижению более высокого уровня цивилизации. Однако ремесло уже раз­вилось, но еще не был сделан шаг к урбанизации и созда­нию централизованного государства. Мапуче имели опре­деленные достижения в области духовной культуры: так, они знали начала хронологических записей и умели пере­давать сообщения. Можно сказать, что им лишь недоста­вало кого-то, кто мог дать импульс к созданию более высо­кой организации.

Рискнем предположить: если бы великий воин токи Лаутаро не погиб в битве с испанцами, вряд ли могут быть сомнения, что он сделал бы это: залог тому — военные успехи, которые полностью деморализовали армию захват­чиков. Лаутаро был именно тем человеком, который смог бы создать единое государство мапуче, он имел все дан­ные, присущие высокому руководителю: умный, способный организатор, мужественный человек, не лишенный поли­тического чутья, великолепный оратор, решительный, пользующийся любовью воинов. Лаутаро — это, несомнен­но, самый великий воин-герой индейской Америки. Отме­тим здесь хотя бы такой исторический факт: он утвердил флаг, символ союза[1].

В эту же эпоху началось проникновение мапуче в Ар­гентину через Андские Кордильеры. Там они смешивались с племенами теуэльчей, образуя новые реуэ. В результате возникли такие племена, как ранкель, пампа и др. Мапуче распространяли на эти племена свои обычаи, язык, веро­вания. В итоге возникла единая народность мапуче, обо­сновавшаяся в провинции Буэнос-Айрес, весьма сильная в военном отношении. Здесь начал свою деятельность дру­гой великий касик-мапуче, токи Калкуфура, родом из Вальдивии, Чили. Его наибольшие успехи — переговоры с правителями аргентинской столицы и подписание с ни­ми мирного соглашения.

Политическая иерархия мапуче была весьма проста, но достаточно эффективна. В целом она выглядела следую­щим образом. Иналонко находился на нижней ступени этой иерархии. В его обязанности входило блюсти поря­док в мачулье. Над ним стоял лонко, касик, власть кото­рого была значительно больше и распространялась на все реуэ. Лонко ведал распределением земельных участков, был арбитром в спорах, по его указанию начинался сев, он осуществлял правосудие, назначал наказание, опреде­лял размер товарного обмена, руководил постройкой жи­лищ, заключал браки. В его ведении находились все сред­ства существования и их распределение: он наблюдал за гончарным производством и ткачеством и т. д. Лонко определял организацию праздников, спортивных соревно­ваний, похорон, помолвок, свадеб. Он же созывал собра­ния для обсуждения общих проблем, давал согласие на совершение набегов, назначал общественные работы.

Одним словом, лонко руководил и направлял нормальную жизнь общества, т. е. был становым хребтом общественной и политической организации мапуче.

Он также участвовал в заключении союзов с другими сообществами и назначении ульменов.

Ульмен был представителем айльяреуэ. Лонко избира­ли его на закрытом собрании. Власть ульмена была номи­нальной и заключалась в основном в поддержании союза между различными группами: он выступал в качестве арбитра в спорах между сообществами. Будучи лонко одного из реуэ, ульмен продолжал жить на его территории и здесь же созывал ассамблеи («трауэн») касиков. Он выступал на собрании с объявлением войны или нападе­ния на другие айльяреуэ, участвовал при заключении мира между ними, определял раздел военной добычи. Ульмен согласовывал свою деятельность с советом старейшин.

Апоульмены, стоявшие во главе индейских федераций, уичанмапу, были избираемы ульменами. Власть апоульменов также была в значительной мере номинальной и заключалась в исполнении решений ульменов. Апоульмен выступал в качестве представителя федерации при объявлении войны или заключении мира. Для руковод­ства военной кампанией он назначал главнокомандующе­го — токи, пользовавшегося полной свободой действий: вел переговоры об обмене пленными, определял сумму возмещения ущерба, а также взносы на военную кампа­нию от каждого реуэ.

Без сомнения, основной фигурой во всей политической структуре мапуче был лонко, определявший фактически развитие всей культуры этого народа. Ввиду несомненной важности лонко для всего сообщества конкистадоры всег­да стремились к установлению с ними взаимовыгодных отношений посредством подкупа, присвоения высоких по­четных титулов и т. п. На практике такая политика, одна­ко, была безрезультатной: лонко в случае конфликта всег­да вставал на сторону своих братьев по крови. Именно такие случаи имели в виду испанцы, когда говорили о не­надежности и вероломстве мапуче, отказывающихся дей­ствовать заодно с ними против своих соотечественников.

С современной точки зрения мапуче недоставало поли­тического мироощущения. Они не сформулировали поня­тия государства, не имели представления об исполнитель­ной власти, скажем, о коллегиальном органе управления, который выражал бы потребности и интересы племени.

Идеология мапуче базировалась на религиозных верова­ниях, а поведение определялось традициями.

На том этапе культурного развития мапуче не заду­мывались над присоединением новых или расширением имеющихся в их распоряжении территорий, над распро­странением своей политико-экономической власти на дру­гие племена. Экспансия мапуче выражалась лишь в мир­ном занятии пустующих земель и демографическом проникновении в соседние области.

Такова общественная иерархия мапуче. Современное понятие «политическая система», конечно, не может быть применено в буквальном смысле к организации мапуче, так как они не имели соответствующей политической фи­лософии, идеологии и других необходимых атрибутов.

Мапуче, однако, имели вполне четкие понятия о сов­местных действиях всего коллектива — от этого зависело его развитие, разрешениО общих проблем, гармоничное сосуществование, выработка единообразного поведения всех членов общества. Все это в целом содействовало спло­чению и помогало противостоять агрессиям, сохраняя общественную и территориальную целостность народа.



[1] Попытки восстановить в деталях это знамя дали лишь общее представление о нем. Индейцы рассказывают о белом знамени с красной звездой по полю и красной бахромой по краю, противопо­ложному древку. Однако они не знают, в какой части знамени на­ходилась звезда, каков был ее размер и сколько концов она имела. Мы полагаем, что она могла быть расположена в центре знамени и, вероятно, была пятиконечной, т. к. федерация состояла из пяти уичанмапу. Но это лишь предположения.