[О том], как в Пакаритамбо появились некие люди, и о том, что рассказывают об их деяниях, после того как они вышли оттуда

Педро де Сьеса де Леон ::: Хроника Перу. Часть Вторая. Владычество Инков

[Главы VI – VIII в переводе Valery Melnikoff]

Глава VI. [О том], как в Пакаритамбо[27] появились некие люди, и о том, что рассказывают об их деяниях, после того как они вышли оттуда.

Как я уже упоминал ранее, что, во избежание пороков, порождаемых бездельем, и дабы занять себя, я взялся за труд описать всё то, что я разузнал об Инках, об их правлении и прекрасной его организации; и поскольку у меня нет иных сведений и записей, кроме того, что они мне предоставляют, то если кому-то удастся написать по этому вопросу лучше, чем мне, это будет неплохо; для более ясного понимания предмета, о котором взялся писать, и для пущей правдивости, я взял на себя труд приехать в Куско, где коррехидором[28] служит капитан Хуан Де Саяведра[29] [Juan de Sayavedra]. Там я приказал разыскать Кайо Топу [Cayo Topa][30], дожившего до наших дней потомок Гуаянакапы [Guayanacapa – Вайна Капак[31]], потому как Шари [или Сайри] Топа [Xari [Sairi] Topa[32]], сын Манго Инки [Mango Inga – Манко Инка[33]] удалился в Витикос [Viticos], туда же, куда ранее ушёл и его отец после войны с испанцами в Куско, но об этом я расскажу далее[34], и [приказал разыскать] других из [группы] орехонов[35], которые среди местных считаются особенно знатными; с помощью лучших, из найденных, толмачей и переводчиков я расспросил всех этих знатных правителей Инков о том, что за люди они были и какого рода-племени [de que nacion].

И создаётся впечатление, что Инки в прошлом, дабы возвеличить своё происхождение, рассказывали о дивных подвигах, поскольку сие возвещается в их легендах, а именно: что раньше, когда люди в этих землях жили без всякого порядка и убивали друг друга, пребывая во власти пороков, не очень далеко от Куско, в месте под названием Пакаритамбо [Pacaritambo] появились трое мужчин и женщин[36]. Судя по тому, как можно перевести «Пакаритамбо», оно означает «дом происхождения». Говорят что мужчин, которые вышли оттуда звали: одного - Аяр Очо [Ayar Ocho][37], другого - Аяр Аче Араука [Ayar Hache Arauca][38] и Аяр Манго [Ayar Manco] ещё одного.  Имя одной из женщин было Мамако [Mamaco][39], другой Мамакона [Mamacona][40], а ещё одной Мамарагуа [Mamaragua][41]. Некоторые индейцы приводят эти имена по другому и в большем количестве, но я буду следовать тому, что говорят эти орехоны, и то, что считается у них достоверным, поскольку они то знают как никто другой. Сказывают, что вышли эти люди в длинных накидках и роскошных одеяниях из шерсти, наподобие рубах, только без воротника и рукавов, раскрашенных множеством разнообразных рисунков,  называемых токабо [токапу][42], что по нашему значит «одеяние королей», и что один из этих мужей держал в руке пращу из золота, с размещенным в ней камнем. Женщины были одеты так же роскошно, как и мужчины, и с большим количеством золотой утвари [или украшений].  И далее говорится, что достали они множество изделий из золота, и что один из братьев, которого звали Аяр Эче [Ayar Eche][43] говорил с двумя другими своими братьями, дабы начались великие свершения, предначертанные для них, ведь их заносчивость была такова, что задумали они стать единственными правителями земли, и решено ими было основать в том месте новое поселение и назвать его Пакаритамбо; что в скорости и было сделано, поскольку им предоставили помощь люди из окрестных мест. Прошло время, и собрали они в том месте большое количество [и] чистого золота и [в виде] золотых украшений, вместе с другими ценимыми в тех краях вещами, и ходит сказ, будто многое из этого досталось Эрнандо Писарро и Дону Диего де Альмагро-младшему.

Вернёмся же к рассказу. Говорят, будто бы один из этих трёх, которого, как мы уже упоминали, звали Аяр Каче, был таким храбрым и сильным, что своей пращей, метая камни и нанося [ими] удары, он сбивал горы и иногда, бросая камни в высоту, добрасывал их  до самых снегов [заснеженных вершин]. Другие же братья, видя такое, сильно горевали, ведь им казалось оскорбительным не быть ему равными в этих делах. И потому, снедаемые завистью, медовыми и нежными словами, хотя и полными обмана, они просили брата своего, чтобы он вернулся [и] вошёл через проём той пещеры, где хранились их богатства, и принёс бы им неких сосуд из золота, забытый ими ранее, и [якобы для того], чтобы попросить Солнце, отца своего, об удаче и благоденствии, дабы подчинить себе [те] земли. Аяр Каче, думая, что в просьбе его братьев нет никакой опасности, с радостью отправился выполнять поручение, и не успел он ещё даже как следует войти в пещеру, как два других брата накидали над ним столько камней, что даже и вход затерялся. Сказывают, определенно, что когда всё это произошло, земля так дрожала, что многие горы обрушились, падая в долины.

Вот так рассказывают орехоны о происхождении Инков, но, поскольку были они такими гордыми и высокомерными, то хотели, чтобы все думали так об их происхождении, и что они дети Солнца. Отсюда и повелось: всегда, когда индейцы, воспевая, возвеличивали их имена, то называли их «Анча хатун апо индечори» [“Ancha hatun apo indechori”], что по-нашему значит «О величайший правитель, сын Солнца!». Как я понимаю, всю эту выдумку можно растолковать так: поскольку в Атункольяо [Hatuncollao] возвысился Сапана, а в иных местах сделали то же самое и другие храбрые капитаны, [и] что эти появившиеся Инки, должно быть, были какие-нибудь три храбрых и сильных брата с высокими устремлениями и родом из какого-либо поселения в этих краях или пришедших из другого места Андских гор, с соответствующим оружием захватили и завоевали свои будущие владения; а если оно и не так, то может статься и то, что Аяр Каче и двое других – чародеи, и всё что они делали, от лукавого. Всё же, ничего другого от них мы не можем узнать.

Итак, после того как Аяр Каче остался в пещере, два других его брата договорились, с помощью кое-каких пришедших с ними людей, основать другое поселение и назвать его Тамбо Киро [Tambo Quiro][44], что на нашем языке значит «зубья постоялого двора» или «[зубья] дворца» [“dientes de aposento” o “de palacio”], и нужно понимать, что поселения те не были большими, [по крайней мере] не больше, чем какие-нибудь маленькие крепости. И в том месте они пробыли несколько дней, раскаиваясь уже в том, что избавились от своего брата Аяр Эче [Ayar Eche], имеющего, как говорят, другое имя – Гуанакауре[45] [Guanacaure].


[27] В издании 1880 года: Pacarec Tampu

[28] Коррехидор - (исп. corregidor — букв. исправник, от соrregir — исправлять, корректировать) — административная и судебная должность в городах и провинциях феодальной Испании, а также в её колониях. Должность была учреждена в XIII веке в Астурии (по другим данным, должность учредил в 1393 году король Кастилии Энрике III). Коррехидор назначался испанским монархом и осуществлял, в основном, функции надзора над местной администрацией и судьями. В XVI веке, после захвата Испанией Центральной и Южной Америки в районах с преобладанием индейского населения стали создаваться особые округа (коррехимьенто), во главе которых стоял коррехидор, ведавшими организацией принудительного труда индейцев, сбором налогов и пр.

[29] В начале 1550 года

[30] В изд.1880г.: Cayu Túpac

[31] В изд.1880г.: Huaina Capac

[32] В изд. 1880г.: Sairi Túpac

[33] В изд.1880г.: Manco Inca

[34] В книгах II и III Четвертой части Crónica del Perú, озаглавленных Чупасская война и Война Кито

[35] Орехоны – знать, мудрецы Куско

[36] У многих последующих авторов упоминаются четыре брата и сестры. У других – братьев нет, есть только одна жена-сестра. (прим. редактора)

[37] В изд.1880г.: Ayar Uchú

[38] Ayar Cachi Asauca

[39] Mama Huaco

[40] Mama Cora

[41] Mama Rahua

[42] Tucapu

[43] Ayar Cachi

[44] В словаре Диего Гонсалеса Ольгина:

Tampu. Постоялый двор или гостиница.

Quiru. Зубы.

В словаре Torres Rubio, Diego de – 1619:

Quiru. Зуб.

Tampu. Постоялый двор или гостиница.

[45] Собственно, Ванакаури.

"Huanac-auri" - название горы поблизости возле Куско, второе по значению место поклонения, о котором Сарьменто де Гамбоа, сказал, что там статуя-вака брата Манко-Капака Айяр Учу, и там проводились церемонии Варочика.