Дакота

Аверкиева Юлия Павловна ::: Индейское кочевое общество XVIII-XIX вв.

«Безродовые» племена

Если в отношении двух групп земледельцев-коневодов верховий и низовий Миссури на восточной степной окраине исследователи единодушно признают бытование в прошлом родовой системы, у одних — патриархально-родовой, у других — материнско-родовой, то такие типично степные племена, как дакота, черноногие и особенно команчи, обычно изображаются исконно безродовыми. билатерально организованными племенами. Эта точка зрения, в частности, нашла свое развитие и в обобщающем труде Дж. Мордока «Социальная структура».

Однако так называемая билатеральность этих племен была лишь одним из ярких проявлений становления отношений частной собственности и связанного с ними становления патриархальных норм. Именно у этих племен она проявлялась наиболее ярко в связи с более быстрой ломкой всего их жизненного уклада, вызванной переходом к кочевому коневодству и верховой охоте. Однако становлению норм патриархата мешала живучесть тысячелетней давности принципов коллективизма материнско-родового общества. Внешне она проявлялась прежде всего в стойкости матрилинейности и матрилокальности, которая и была причиной «билатеральности», когда в жизнь входила патрилинеиность, но сохраняла свое значение еще и матрилинейность; патрилокальность браков в различных формах сосуществовала с матрило-кальностью. Это соотношение принципов патриархата и матриархата было различно у разных племен. Рассмотрим каждое из этих племен в отдельности.

Дакота

В процессе движения дакотов на запад Северной Америки, по-видимому, некогда единое племя распалось на семь самостоятельных племен: мдевакантон, вахпекьюте, вахпетон, сиссетон, янктон, янктонаи и тетон. Миссионер С. Риггс писал об этих племенах в середине XIX в., что это «семь основных общин (bands), которые составляли одно племя или нацию, называвшую себя «дакота», что значит «дружественные», или «оцети саковин» — «семь костров»». По мнению же Дж. Дорсея, племена дакотов первоначально были родами одного племени. К началу XIX в. указанные племена распадались на три географических подразделения, различавшихся в хозяйственном и социальном плане. Первые четыре племени (мдевакантон, вахпекьюте, вахпетон и сиссетон) под общим обозначением «санти» получили в этнографической литературе название «восточных дакотов»; племена янктон и янктонаи составляли второе подразделение, а племя тетонов — третье. Последние были самой западной частью дакотов, достигших Черных холмов между 1750—1775 гг. Санти сочетали коневодство с земледелием, собиранием дикого риса, промыслом пушного зверя и охотой на бизонов. У них были оседлые летние деревни. У янктон и янктонаи земледелие играло незначительную роль, больше времени они уделяли коневодству и верховой охоте на бизонов. Тетоны же превратились в типичное племя кочевников коневодов и охотников, численно составлявшее почти половину всех дакотов.

Исследователи социальной структуры дакотских племен во второй половине XIX в. отмечают процессы разрастания и сегментации первоначальных социальных единиц внутри этих племен. В интерпретации этих процессов Дж. Дорсеем новые социальные образования повторяли структуру предшествующих. Однако определить истинную сущность новых и первоначальных социальных единиц на основе имеющихся данных — чрезвычайно грудная задача. Особенно усложняет ее тот факт, что исследователи совершенно разные социальные единицы — род, большую семью, соседскую общину — обозначали каким-либо одним термином — то клан, то гене, то band.

Л. Г. Морган, посетив дакотов в 1861 —1862 гг., определенно писал, что родовая организация у них распалась. В то же время, по мысли Моргана, данные путешественника Дж. Карвера, побывавшего у восточных дакотов в 1767 г. и писавшего о делении их на группы, носившие названия по животным, «не дают оснований сомневаться в том, что гентильная организация у них в то время была в полной силе. Когда же я посетил восточных дакотов в 1861 г. и западных в 1862 г.,— писал Морган,— я не смог установить достаточно ясных следов их генсов. Изменение в образе жизни дакотов, происшедшее между этими двумя датами, когда они были оттеснены в степи и распались на кочевые общины, возможно может объяснить упадок у них гентилизма». Это допущение Л. Г. Моргана подкрепляется историей освоения дакотами коневодства. Во время посещения Дж. Карвером восточных дакотов у них не было еще лошадей и путешественник подчеркивал, что они пользуются лодками вместо лошадей. Однако уже через шесть лет торговец П. Пэнд отмечал, что лошадьми в этом подразделении дакотов пользуются все. Побывавший у них в 1796 г. Д. Томпсон подчеркивал, что индейцы пользуются лошадьми вместо лодок. По мнению Хайнза, приводящего сведения этих путешественников, это замечание Д. Томпсона подчеркивало сравнительно недавний переход от лодки к лошади как главному виду транспорта.

Таким образом, приведенные Морганом две даты отмечали начало периода кочевого коневодства и верховой охоты на бизонов в истории дакотов и его конец. Это был, несомненно, период глубоких социально-экономических сдвигов в жизни дакотских племен. Неудивительно, что ко времени путешествий Л. Г. Моргана родовая их организация уже распалась и место рода заняли более соответствовавшие уровню их развития в степях кочевая община и большая семья.

Исследования различных групп дакотов этнографами США XX в. подтверждают это общее положение. Но исследователи долгое время родовую организацию или ее следы находили лишь у восточных дакотов. А. Скиннер устанавливал, например, что у восточных дакотов помимо деления на общины сохранялось еще деление на экзогамные патрилинейные роды (генсы). Каждый род имел свое определенное место в летнем лагере. Даже Дж. Мордок, будучи сторонником изначальности билатеральности дакотов, признавал, что у восточных дакотов преобладала матрилокальность.

Тетон-дакоты, в отличие от их восточных соплеменников, обычно описывались как безродовое племя.

Социальное устройство тетон-дакотов Мордок характеризует как дородовую общинную форму организации с билатеральным счетом происхождения, основной экономической ячейкой, в которой является большая патрилокальная семья. Однако исследования отношений родства тетонов американским этнографом Р. Хассриком привели его к выводу, что еще в середине XIX в. у тетонов практиковались и матрилокальность, и патрилокальность. По мнению исследователя, обе формы, локальности носили временный характер. «Обычно молодой паре,— пишет он,— сооружалась отдельная палатка около палатки родителей одного из них». Но ведь и в этом случае брак был матрилокальным либо патрилокальным, потому что, как отмечает сам Р. Хассрик, данная семья в экономическом отношении не была самостоятельной. Не убедительна попытка Хассрика объяснить отсутствие постоянной матрилокальности или патрилокальности строгими обычаями избегания, затрудняющими якобы приспособление одного из супругов к семье другого. Известно, что у множества народов матрилокальность или патрилокальность строго соблюдаются, несмотря на те же нормы избегания. В данном случае мы имеем, несомненно, пример переходного состояния, когда преобладание матрилокальности уже нарушено, но не установилось еще господство патрилокального поселения.

Утверждение Мордока о патрилокальности большой семьи тетонов, видимо, фиксирует положение вещей уже на середину XIX в. Становление патриархальных норм у тетонов шло быстрыми темпами в связи с развитием у них коневодства и военной демократии, укреплению которой способствовали войны с колонизаторами.

Оба автора видят в большой семье основную социальную единицу тетонов. Говоря об индивидуальной семье как части большесемейной общины, Р. Хассрик подчеркивает ее неустойчивость, в отличие от которой большесемейная община была постоянной социальной единицей и человек нес по отношению к ней определенные обязанности в течение всей жизни независимо от локальности брака. Особо важное значение имеет его указание на устойчивость связей между братьями и сестрами, длящихся в течение всей их жизни. «Для брата, а не для мужа шила сестра мокасины. Для детей братьев и сестер изготовляла она люльки, а не для детей своего мужа. Брат приносил скальпы матери и сестре, а не жене».

Аналогичные институты, как мы уже видели выше, имели место у матрилинейных кроу и хидатса. Все они, бесспорно, свидетельствуют о бытовании и у кроу и хидатса, и у тетон-дакотов в прошлом материнского рода как экономической единицы.

После исследований Ф. Эггана и Р. Хассрика можно считать установленным существование практики кросс-кузенных браков в прошлом тетон-дакотов. У них сохранялись такие древние институты, как левират и сорорат, проявлявшиеся не только в обязанности вступать в брак с вдовой брата или вдовцом сестры, но и в общности жен братьев и особенно побратимов. «Обмен женами между побратимами,— писал Р. Хассрик,— был выражением родства побратимов».

Побратимы, пишет этот автор в более поздней работе, «часто женились на сестрах, и поскольку ожидалось, что они должны всем делиться, они могли иногда обмениваться женами».

Сороральная полигамия вообще стала одной из форм многоженства богатых индейцев.

Большое внимание уделяли американские исследователи изучению дакотской системы родства. Мордок считал ее вообще типичной для билатерально организованных племен.

А. Лезер попытался доказать соответствие дакотской системы родства безродовой общинной организации, считая системы омаха соответствующими патрилинейным кланам и фратриям, а тип кроу — матрилинейным кланам и фратриям.

Один из характерных принципов дакотской системы родства заключался в терминологическом слиянии прямых и коллатеральных родственников (братья отца, параллельные кузены отца и отец обозначались одним термином, так же и мать, ее сестры и параллельные кузины обозначались одним термином; братьями и сестрами считались как родные братья и сестры, так и дети братьев отца и сестер матери). В то же время тетоны терминологически выделяли кросс-кузенов и кросс-кузин; существовали специальные термины для обозначения братьев матери и сестер отца. Родители супругов относились к группе дедов, зятья и невестки — к группе внуков.

Эти черты терминологии родства дакотов сближают ее с ирокезской. Не случайно Л. Уайт объединил две системы в единый дакота-ирокезский тип. Как известно, связь ирокезской системы с родовой организацией никем не оспаривается. Но Р. Лоуи еще в 1919 г. писал, что и дакотская система родства «логически и фактически связана с системой сибов и отсутствует у племен, не имеющих сибов. Я пришел к выводу, что сиб является предпосылкой развития системы дакотского типа».

Однако Дж. Мордок и А. Лезер исключают допущение родовой организации у тетон-дакотов, считая, что билатеральность счета происхождения, устанавливаемая у них, говорит об их дородовой стадии.

Несколько иную точку зрения на характер древней социальной организации тетон-дакотов высказывает Л. Уайт. По его мнению, дакота-ирокезская система родства соответствует «молодой и слабой еще системе кланов... Но по мере развития клана, начинающего оказывать все большее влияние на социальную жизнь племени, дакота-ирокезская система трансформируется в тип кроу в матрилинейном обществе и в тип омаха в патрилинейном». Рациональным зерном в этом положении Л. Уайта является установление исторической преемственности дакота-ирокезской системы с системами кроу и омаха. Но нельзя согласиться с автором в его понимании самого хода развития рода. Оно по существу сходно с концепциями Мордока и Лезера, правда у них не «слабый род», а билатеральная организация является исходной, из которой идет затем параллельное развитие матрилинейного и патрилинейного рода. Нельзя согласиться также с мнением Л. Уайта, что дакота-ирокезская система соответствует «молодой, еще слабой системе кланов». История ирокезов XVII— XIX вв. позволяет видеть в ней соответствие уже отживающей и поэтому «слабой» системы кланов, на смену которой идет большая семья и соседская община.

Широко распространено в американской этнографической литературе применение термина «дакотский тип» к патрилиней-ным системам. Дж. Мордок считает это ошибочным, так как сами дакоты, по его мнению, искони «исключительно билатеральны» и, следовательно, не достигли еще патрилинейности.

Исключая вообще связь дакотской системы родства с родовой организацией, исследователи пытаются дать свои обоснования происхождению этой системы родства. А. Лезер, например, пытался объяснить ее как прямое следствие левирата и сорората, понимая их в поздних формах. Ф. Эгган, считая, что подход Лезера ничего не объясняет, высказывает предположение, что система «дакотов» возникла на основе кросс-кузенных браков, практиковавшихся дакотами прежде, но оставленных ими в процессе приспособления к жизни в степях. Эту же точку зрения развивает в своем исследовании дакотской терминологии родства Г. Мэтьюс.

Нам представляется, что левират, сорорат и кросс-кузенные браки возникают в условиях дуально-родовой организации, следы которой и сохранила дакотская система родства.

Исследования за последние десятилетия социальных институтов тетонов значительно уточнили их историю. Это нашло свое отражение в обобщающей работе Оливера, где определенно говорится, что тетон-дакоты некогда имели родовую организацию, но оставили ее в процессе приспособления к жизни в степях.