Современная мексиканская наука: проблемы и тенденции развития1

Сборник ::: Культура Мексики ::: Давыдов В.М.

Мексика принадлежит к числу крупнейших государств лати­ноамериканского региона. Если исходить из ее людских и при­родных ресурсов, то вывод о больших возможностях страны в обеспечении прогресса во многих сферах общественной жизни несомненен. Он подкрепляется и тем аргументом, что Мексика — наследница древней культуры, продемонстрировавшей высокие достижения во многих областях: в медицине и агротехнике, в астрономии и строительном деле.

Все еще существенно отставая от промышленных государств, Мексика в последние десятилетия тем не менее добилась значи­тельных результатов в экономическом развитии: она стала аграр­но-индустриальной страной с многоотраслевым промышленным комплексом. Созданы предприятия по производству средств производства и начался экспорт машин и оборудования на рынки ряда латиноамериканских стран. В 60-х годах заметные сдвиги наметились и в сельском хозяйстве. Благодаря внедрению тех­нических усовершенствований, применению гибридных сортов семян и химических средств повысилась продуктивность расте­ниеводства. Определенное развитие получила и система образо­вания, в частности высшего и среднего специального. Правитель­ства, возглавляемые Луисом Эчеверриа Альваресом (до 1976 г.) и нынешним президентом Хосе Лопесом Портильо, предприняли ряд серьезных усилий для расширения международных связей со всеми странами независимо от их общественного устройства. Одна из важных целей — ослабление односторонней ориентации на США. Большое значение имеет укрепление отношений с СССР и другими социалистическими странами, которое выразилось в заключении ряда долгосрочных соглашений о сотрудничестве в области экономики, науки, техники и культуры, в быстром росте товарооборота, научного и культурного обмена. Показа­тельно, что в сфере внешних связей Мексики все больше прояв­ляется тенденция к диверсификации направлений сотрудниче­ства, к повышению роли науки, техники и образования. На меж­дународной арене Мексика активно отстаивает принципы мирного сосуществования, выступает за перестройку международных от­ношений на основе равенства и справедливости, за прекращение эксплуатации развивающихся стран империалистическими дер­жавами.

Все это дает основание считать Мексику одним из лидеров развивающихся стран. Очевидно, что она одна из немногих (к ним можно причислить Индию, Бразилию и Аргентину), обладающих наибольшими возможностями для развития науки и техники, для активного участия в мировом научно-техническом прогрессе.

На вопрос о том, чем объясняется относительно быстрое и стабильное развитие Мексики по сравнению с большинством других развивающихся, прежде всего латиноамериканских, госу­дарств, легко дать ответ, если обратиться к ее социальной исто­рии. Буржуазно-демократическая революция 1910—1917 гг., осуществив важные структурные преобразования, уничтожила многие препятствия на пути общественного развития. В период президентства JIасаро Карденаса (1934—1940) Мексика первой среди латиноамериканских стран приняла курс на национализа­цию иностранной собственности в промышленности. Были зало­жены основы государственного сектора экономики. Показатель­но, что к тому же периоду относится первая инициатива в организации научно-исследовательской работы в общегосудар­ственных масштабах. Такие решения были приняты правитель­ством Карденаса еще в 1935 г., когда был учрежден Националь­ный совет по высшему образованию и научным исследованиям.

Оценивая возможности научно-технического развития Мекси­ки, исходя из общих социальных условий, исторических тенден­ций и совокупного экономического потенциала и признавая опре­деленные возможности и реальные предпосылки, нельзя не ви­деть серьезных препятствий, также коренящихся в социальной структуре, обусловленных особенностями положения в хозяйст­венной сфере.

Мощный импульс социального обновления, порожденный ре­волюцией 1910—1917 гг., в дальнейшем был заторможен поли­тическим контролем бюрократической буржуазии, растущей зависимостью от северного соседа. Массированная экспансия североамериканского капитала деформировала экономическое раз­витие страны и подчинила его хозяйственной системе США. Это сопровождалось широким идеологическим проникновением и по­давлением национальной культуры. Внешняя зависимость, вме­шательство американского империализма во внутреннюю жизнь мексиканского общества оставили глубокий след в духовной сфе­ре. Многие видные мексиканские ученые и общественные деятели отмечают, что прогрессу национальной науки большой вред нано­сят преклонение перед иностранной наукой и техникой, пренеб­режение к достижениям мексиканских ученых и инженеров. Из­вестный общественный деятель и организатор науки Луис Васкес Кампос подчеркивает в этой связи «недоверие промышленников к работам ученых своей страны, склонность предпринимателей консультироваться с зарубежными специалистами» 2.

* * *

Рассматривая количественные параметры развития современ­ной мексиканской науки, необходимо иметь в виду, что в этой области национальные статистические службы делают лишь пер­вые шаги. По существу, в стране не ведется регулярной стати­стики, охватывающей все исследовательские и экспериментатор­ские центры, все звенья цепи «наука — производство». Основную информацию дают разовые обследования; выполняемые теми или иными организациями по поручению правительства. Впервые по­добная работа была проведена в 1965 г. Академией научных исследований, но она затронула лишь те центры, которые нахо­дились на территории Федерального округа. Следующим этапом стала перепись 1968 г., проведенная Институтом социальных исследований Национального автономного университета Мексики при содействии Национального института научных исследований (ИНИК). На этот раз статистическое обследование приобрело общенациональные масштабы, однако, как свидетельствуют при­знания самих участников этой работы, из их поля зрения выпа­ли несколько небольших научных коллективов. В целом перепись 1968 г. охватила 226 центров, ее результаты были опубликованы в 1970 г.

Более детальный анализ проведен ИНИК в 1970 г. Его выводы позволяют дать довольно дифференцированную характе­ристику сферы научных исследований и разработок (НИР) по различным отраслям науки, по источникам и направлениям фи­нансирования, по типу организации научных центров и по их принадлежности к тому или иному сектору (государственному, смешанному, частному, иностранному или международному).

Перепись, проведенная Национальным советом по науке и технологии (КОНАСИТ) в 1973 г., отличалась более совершен­ной методологией, более дробной структурой анкетирования и включением в обследование тех подразделений, которые зани­маются доведением результатов НИР до производственного ис­пользования. Показательно, что общее число центров, охвачен­ных переписью 1973 г., составило 800. Эта цифра говорит не только о значительном росте числа исследовательских организа­ций, но и о большей полноте охвата последней переписи в срав­нении с предшествующими.

Впервые всестороннее обследование сферы НИР осуществ­лено КОНАСИТ в 1977—1978 гг. в связи с разработкой Нацио­нальной программы науки и технологии на 1978—1982 гг. Его результаты дают представление не только о государственном или университетском, но и о частном секторе НИР, достаточно точно определяют размеры людских и финансовых ресурсов, на­правляемых на развитие науки.

 

В последнее десятилетие происходит ускоренный рост числа специалистов высшей квалификации, запятых в сфере НИР*:

Год

Число

Год

Число

1969

3665 **

1973

5517

1970

3743

1975

7450

1971

4064 ***

1978

8615 ****

* Работающих постоянно и по совместительству.

** Не включая специалистов в области юриспруденции, филологии, педагогики и искусствоведения.

*** Помимо этого, в сфере НИР насчитывалось 7181 техников, лаборантов и стажеров.

**** Общее число занятых в сфере НИР, включая техников и лаборантов, оценивалось в 13 330 человек.

Составлено по: UNESCO. Statistics on Science and Technology in Latin America. Paris, 1976, p. 48; Mexico a vuelo de pajaro. Secretaria de Presidencia. Mexico, 1976, p. 179— 180; Problemas del Desarrollo (Mexico), 1977, N 29, p. 57; Programa nacional de Cien- cia у tecnologia 1978—1982.— Ciencia у desarrollo (Mexico), 1978, N 23, p. 10.

 

Если число ученых и инженеров, занятых в сфере НИР, будет возрастать прежними темпами, то к 1985 г. оно достигнет 15 тыс.

Столь же высокими темпами увеличиваются ассигнования на исследовательские и опытно-конструкторские работы. В 1971 г, на НИР было израсходовано 1034 млн. песо (из них 570,2 млн.— в фонд заработной платы) 3; по другим данным, в 1970 г.— 500 млн. песо, в 1975 г.— 1800 млн. Последняя цифра не вклю­чает вложений в смежные области (1700 млн. песо). Это озна­чает, что за первую половину 70-х годов расходы на НИР увеличились почти в 3,3 раза (в 3,6 раза — без учета инфля­ционного эффекта). В 1978 г. расходы федерального правитель­ства на НИР составляли 8,2 млрд. песо. К 1982 г. планируется довести их до 19 млрд.4

Несмотря на значительные усилия последнего времени, мек­сиканская сфера НИР еще не достигла тех параметров, которые соответствуют экономическому потенциалу страны. Нет основа­ний и для того, чтобы считать масштабы НИР достаточными для обеспечения потребности технического прогресса в экономике. Нельзя пока говорить и о сокращении научно-технического раз­рыва, отделяющего Мексику от промышленно развитых стран мира.

Рассматривая количественные показатели роста сферы НИР, необходимо, как это подчеркивает мексиканский ученый Росалио Венсес Реса, подходить к их оценке с осторожностью. По его мнению, поскольку существенная часть средств не направляется непосредственно на исследовательские работы, а часть зарегист­рированных специалистов лишь номинально можно относить к научным работникам, действительные цифры будут заметно меньше 5.

Доля затрат на НИР в валовом продукте Мексики увеличи­лась с 0,13% в 1969 г. до 0,20 в 1971 г., 0,22 в 1973 г., 0,23 в 1974 г.6 и 0,3% в 1976 г. По состоянию на 1978 г. этот показатель оценивался уже в 0,61%. Правительство плани­рует довести его к 1982 г. до 7% 7. Чтобы представить место Мексики в общемировой шкале уровней научно-технического раз­вития, укажем, что в промышленно развитых странах доля НИР в валовом продукте достигает 2—3%. Однако реальная степень отставания от этих стран выявляется при сопоставлении затрат на НИР в расчете на душу населения. Этот показатель в Мекси­ке в десятки раз меньше, чем в развитых в научно-техническом отношении странах, не говоря уже об абсолютных цифрах. Огромная дистанция отставания выявляется и при рассмотрении удельной численности занятых в сфере НИР. В середине 70-х го­дов па 10 тыс. жителей в Мексике приходился 1 научный работ­ник, тогда как в США — 25, во Франции — 12,4, Испании — 6,3 8.

Структура мексиканской сферы НИР по отраслям научных знаний демонстрирует традиционный для большинства развиваю­щихся стран характер развития научно-исследовательской дея­тельности. Наибольшая часть ресурсов направляется на биоме­дицинские и сельскохозяйственные исследования. Что касается технических (инженерных) наук, то на них приходится лишь около 13% всех научных кадров и менее 17% ассигнований. Если рассматривать постоянный штат научных центров, то 33% его относится к естественным и точным наукам, 12 — к обще­ственным, 15 — к биомедицинским и 25% — к сельскохозяй­ственным 9.

Распределение кадров и финансовых средств в мексиканской науке показывает почти обратные пропорции по сравнению со структурой в индустриально развитых странах, где основная часть ресурсов направляется на прикладные исследования, экс­периментирование и производственное освоение. На развитии мексиканской науки еще сказываются инерция прошлого (эли­тарные концепции чистой науки и гуманитарно-обществоведче­ская ориентация), отрыв науки от производственной сферы, ими­тационный характер многих исследовательских работ.

В настоящее время в Мексике имеются исследовательские центры, получившие признание за рубежом, в которых сложи­лись крупные научные коллективы. Без сомнения, в первую очередь необходимо назвать Национальный автономный универ­ситет (УНАМ). В этом крупнейшем учебном, научном и куль­турном центре существуют значительные исследовательские под­разделения (более 20), работающие во многих областях науки и техники,— геологии, географии, математики, физики, химии, вычислительной техники, в экономике, социологии, истории, доко­лумбовой культуре и др.

Значительным научным центром является второе по величине высшее учебное заведение страны — Национальный политехни­ческий институт (ИПН), имеющий свыше 10 специализирован­ных исследовательских подразделений, в том числе Институт биологии, вычислительный центр, ряд экспериментальных и опытно-конструкторских лабораторий. В меньших объемах науч­но-исследовательская деятельность осуществляется в крупных провинциальных университетах (например, в городах Гвадала­хара, Монтеррей и др.).

Среди государственных отраслевых центров наибольшее зна­чение имеют Национальный институт аграрных исследований (ИНИА), Мексиканский институт технологических исследований (основан в 1950 г.), Мексиканский институт гидроресурсов. Крупнейшим исследовательским центром в области обществен­ных наук является «Колехио де Мехико». Он имеет отделения истории, лингвистики, литературоведения, международных отно­шений, демографии и социологии. В «Колехио де Мехико» рабо­тают свыше 100 исследователей, занимающихся одновременно подготовкой стажеров и аспирантов 10.

В ИНИА в широких масштабах ведутся работы по селекции и гибридизации с целью повышения урожайности основных сель­скохозяйственных культур Мексики, по совершенствованию агро­техники применительно к различным климатическим и почвен­ным зонам, а также технико-экономические исследования. Работа Мексиканского института технологических исследований наме­чает новую тенденцию в развитии национальной науки — ее об­ращение к решению непосредственно производственных задач. Институт работает на контрактной основе по заказам промыш­ленных фирм. В Институте имеется служба научно-технической и патентной документации, расширяющая доступ государствен­ных компаний и национальных частных фирм к информации о последних достижениях в области техники и технологии про­изводства. Большой объем работ проводится исследовательскими лабораториями Министерства водных ресурсов. В 1944 г. создан Национальный институт кардиологии. Не только в Мексике, но и за рубежом получили известность работы «Колехио де Мехико».

В последние годы исследовательские центры и опытно-конструкторские лаборатории начинают создаваться непосредственно в промышленных компаниях. Эта тенденция отмечается преиму­щественно в государственном секторе и затрагивает лишь круп­нейшие предприятия. Наиболее значительной организацией по­добного типа является Мексиканский институт нефти, созданный в 1965 г. ведущей государственной компанией «Пемекс». Помимо исследований и разработок, институт осуществляет подготовку и переподготовку специалистов высшей квалификации. С момента основания до 1974 г. в институте прошли обучение или стажи­ровку 57 тыс. инженеров и других специалистов; запатентовано 45 изобретений11.

Особое место в системе научно-исследовательских организа­ций занимает Национальная комиссия по атомной энергии, со­зданная в 1956 г. Она имеет собственную исследовательскую базу (Национальный институт ядерной энергии) и координирует работы в этой области среди других научных центров страны. К середине 70-х годов в Мексике работали четыре реактора, ис­пользовавшихся в научных целях12. Завершилось строительство атомной электростанции Лагуна-Верде в штате Веракрус мощ­ностью 1300 мегаватт (два реактора) 13. Национальной комис­сией по атомной энергии разработана перспективная программа, цель которой — добиться низких издержек производства электро­энергии на основе ядерной технологии, создать установки для опреснения морской воды и наладить производство радиоизото­пов для сельскохозяйственных нужд. Программа строитель­ства АЭС предполагает довести их совокупную мощность до 10 000 мегаватт к 1990 г. и до 50 000 мегаватт к 2000 г.

В ряде областей мексиканские ученые имеют важные дости­жения, получившие международное признание. Большую извест­ность приобрели труды мексиканских физиологов, кардиологов, нейрохирургов. Исследования А. Розенблюта в области централь­ной нервной системы во многом помогли Норберту Винеру, долгое время сотрудничавшему с этим мексиканским ученым, создать теорию кибернетики. Игнасио Чавес — кардиолог с миро­вым именем.

Значительные успехи достигнуты в выведении высокоурожай­ных сортов пшеницы, кукурузы, а также хлопка. Мексиканские сорта зерновых, получившие широкое распространение в других развивающихся странах, послужили основой для эффекта «зеле­ной революции». Работа большого коллектива мексиканских спе­циалистов возглавлялась американским ученым Норманом Бор- лаугом, имя и труды которого фактически связаны с Мексикой, где он прожил большую часть жизни. В 1970 г. Н. Борлаугу за высокие научные достижения, открывающие перспективы ре­шения продовольственной проблемы, присуждена Нобелевская премия мира.

Довольно высокого уровня достигли географические и эконом-географические исследования, в частности региональные. Резуль­таты исследований мексиканских географов находят практиче­ское применение в экономическом районировании, государствен­ной статистике, организации освоения новых территорий и разработке государственного регионального планирования. Наи­большую известность получили труды Анхеля Басольса Бата- льи, выпускника Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова.

Мексика имеет богатый опыт в ирригационном и мелиоратив­ном строительстве. Развитие исследований в этой области и практические внедрения их результатов приобрели значительные масштабы еще в 20-х годах. Непосредственным импульсом по­служили аграрная реформа и государственное вмешательство в развитие сельского хозяйства.

С конца 30-х годов благодаря переходу нефтяной промышлен­ности в руки государства началась подготовка национальных кадров нефтяников. С тех пор практический опыт и профессио­нальный уровень мексиканских специалистов существенно воз­росли. Уже в 60-х годах страна почти полностью обеспечивала свои потребности в инженерно-технических и управленческих кадрах для нефтегазовой промышленности. Были созданы необ­ходимые условия и для развертывания технических исследова­ний в этой отрасли. Мексиканским институтом нефти запатенто­ван ряд изобретений, некоторые из них заинтересовали зарубеж­ные фирмы. Например, на технологический процесс «демекс», с успехом использующийся на местных предприятиях, закуплены лицензии фирмами Японии, США, Колумбии и Венесуэлы14. Ныне Мексика в состоянии оказывать техническую помощь в развитии нефтегазовой промышленности другим развивающимся странам. С этой целью мексиканских специалистов приглашали в Колумбию, Венесуэлу и некоторые ближневосточные государ­ства.

Способность страны обеспечивать нефтегазовую промышлен­ность собственными квалифицированными кадрами и проводить изыскательские и исследовательские работы в этой отрасли при­обретает особое значение в связи с обнаружением новых богатых месторождений, которые по прогнозам специалистов сопоставимы с запасами Саудовской Аравии.

В последние годы отмечается активизация исследований в об­ласти общественных наук, причем многие мексиканские ученые стремятся избавиться от идеологического плена Запада, ищут собственный путь в интерпретации процессов развития мекси­канского общества. Показательны в этой связи распространение прогрессивных научных концепций, рост числа марксистских ис­следований. В современном мексиканском обществоведении выде­лилось весьма сильное леворадикальное течение. К нему следует отнести некоторых известных ученых из Института экономиче­ских исследований и Института социальных исследований, зани­мающихся теоретическими проблемами зависимости и отсталости, исследованием госмонополистических структур. Речь идет о таких именах, как Алонсо Агиляр Монтеверде, Хосе Луис Се- сенья, Фернандо Кармона, Хорхе Каррион, Артуро Бонилья Сан­чес, Серхио де ла Пенья и др. Сильная группа ученых-эконо- мистов работает в исследовательском центре Центрального банка Мексики. Во многих латиноамериканских странах получили из­вестность работы социолога Родольфо Стевенхагена, философа Леопольдо Сеа, социолога-марксиста Валентина Кампы. Одним из основателей школы ЭКЛА (Экономическая комиссия ООН для Латинской Америки) является Виктор Уркиди. Виктор Уркиди и Мигель Вьончек внесли существенный вклад в разработку про­блем научно-технического прогресса в Латинской Америке.

* * *

Большая часть научно-исследовательских работ производится в центрах системы высшей школы, преимущественно в несколь­ких ведущих университетах страны, а также в Национальном политехническом институте. Такое положение сложилось истори­чески — с колониальных времен и практически до середины XX в. университеты были средоточием интеллектуальной жизни, основными очагами культуры. В последующем (с 40—50-х годов XX в.) создание специализированных государственных организа­ций подорвало монополию университетов на научную деятель­ность.

Влияние и удельный вес государственных центров в нацио­нальной сфере НИР постоянно возрастают. За пятилетие 1970— 1975 гг. государственный сектор науки выдвинулся на первое место. В 1975 г. в нем было занято свыше 55% научных и экс­периментаторских кадров (центры, принадлежащие федераль­ному правительству и правительствам штатов, «децентрализован­ным» организациям или полугосударственным ведомствам, госу­дарственным промышленным компаниям), 36% —в высших учебных заведениях, 6% — в частном секторе и международных организациях 15.

Еще более значительна роль государства в финансировании исследовательских и опытно-конструкторских работ. В 1971 г. из общей суммы затрат в 1034,1 млн. песо 997 млн. вкладыва­лось государством (94,5%), 42,6 млн. (4,1%) — частным секто­ром и 14,5 млн. (1,4%) — иностранными фондами16. Согласно переписи 1973 г., федеральное правительство, «децентрализован­ные» государственные организации и государственные предприя­тия ассигновали 60%) всех средств, высшая школа (которая, в свою очередь, на 83% финансируется из государственных фон­дов) — 25, частный сектор — 7%, остальное дали правительства штатов, муниципалитеты, иностранные и международные органи­зации17. По сведениям на 1978 г., частный сектор давал 8% средств, выделяемых на НИР, т. е. 760 млн. из 8200 млн. песо 18.

Таким образом, при несомненном лидерстве государства в фи­нансировании мексиканской науки (фактически высшая школа является косвенным каналом распределения государственных средств) несколько возросло участие частнопредпринимательского капитала, что отражает ряд тенденций, которые, хотя и медленно, все же пробивают себе дорогу. Во-первых, наблюдаются рост кон­центрации капитала в частнопромышленном секторе и образова­ние местных монополистических групп, способных нести довольно крупные издержки НИР, мириться с их долгосрочной окупаемо­стью в расчете на эффект в будущем. Во-вторых, прослеживает­ся общая тенденция к повышению уровня технического оснаще­ния производства, которая неизбежно требует от промышленных фирм выполнения новых дополнительных функций по научно- техническому обеспечению производства. В-третьих, отмечается объективная закономерность сближения сферы НИР с материаль­ным производством.

Помимо финансирования и непосредственного участия в про­ведении НИР, государство в настоящее время выполняет роль координатора и организатора научно-исследовательских работ в масштабах всей страны.

Решительное вмешательство государства в финансирование, организацию, координацию и планирование НИР диктуется объек­тивной экономической и социальной необходимостью. Никакой другой сектор экономики не в состоянии выполнять эти функции. Частные мексиканские предприниматели не обладают для этого ни финансовыми, ни организационными возможностями. Поскольку их компании находятся в сильной зависимости от иностранного капитала (не только в финансовом, но и в технологическом отно­шении), они пользуются зарубежной научно-технической инфор­мацией, проводят политику технического обновления, основанную на заимствовании зарубежных новшеств, использовании техниче­ской помощи и консультационных услуг иностранных монополий. В свою очередь, филиалы транснациональных корпораций почти полностью обеспечивают свои потребности, получая необходимую информацию и результаты разработок из лабораторий головных предприятий за границей.

Как уже указывалось, первая попытка создания государствен­ной организации, ведающей вопросами координации и стимулиро­вания научно-технических работ, была предпринята в 1935 г., когда был основан Национальный совет по высшему образованию и научным исследованиям. В 1942 г. эти функции были переданы новому органу — Комиссии развития и координации научных ис­следований. Созданный в 1950 г. ИНИК принял на себя за­дачи разработки государственной политики в этой области. Его функции были несколько расширены после реорганизации в 1961 г.

Между тем создававшиеся органы не могли выполнить воз­ложенные на них функции. Как отмечалось впоследствии в офи­циальных документах, причина состояла в том, что вопросам научно-технического развития страны вообще уделялось мало внимания, на эти цели выделялись незначительные средства, су­ществовавшие органы располагали ограниченными полномочия­ми, не имели должного авторитета, чтобы влиять на направление исследовательских работ, контролировать их исполнение и распре­деление ресурсов. Их усилия не направлялись на то, чтобы увя­зывать цели исследовательских работ с общими правительственными планами социально-экономического развития19.

Объективная необходимость более активного вмешательства государства в стимулирование научно-технического прогресса и осознание этой необходимости в среде государственных деятелей и научных кругах привели к пересмотру политики правительства и созданию общенационального ведомства по вопросам науки и техники с довольно широкими полномочиями. В 1969 г. по реше­нию правительства была образована специальная комиссия для разработки программы научно-технического развития, одним из руководителей которой стал нынешний президент Хосе Лопес Портильо. В докладе комиссии по итогам работы определялись, в частности, следующие цели: повысить долю затрат на НИР в валовом внутреннем продукте до 0,4%; довести численность научных работников до 9,3 тыс. и добиться того, чтобы около 73% работали на основе полной занятости; увеличить вклад ча­стного сектора в финансирование НИР до 15%; стимулировать замещение иностранной технологии технологией национальной; создать механизм контроля переноса зарубежной технологии; про­водить в научно-технической области «националистическую поли­тику» 20.

23 декабря 1970 г. мексиканский конгресс утвердил закон о создании Национального совета по науке и технологии, который и начал действовать в 1971 г. В законе основные задачи совета сводятся к тому, чтобы «выполнять консультационные и вспомо­гательные функции для федеральных органов исполнительной власти в разработке, материальном обеспечении, выполнении и оценке национальной политики в области науки и технологии». Кроме того, выделены 22 специфические функции, которые сво­дятся в основном к следующему: координация, стимулирование, распределение средств, статистика науки, составление националь­ных программ развития пауки и техники и т. д.21 отсталости и деформации в национальной экономике, с отказом от подчинения ее центрам империализма.

Существует и ряд внутренних (естественно, производных от общих) проблем сферы НИР. Речь идет о недостаточном кадровом обеспечении науки, что обусловлено ограниченной способностью высшей школы готовить специалистов в области новых направле­ний науки и техники, о слабом техническом оснащении лаборато­рий, недостатке финансовых и материальных ресурсов.

«В стране отсутствует надежная система научной информа­ции. Имеющаяся научная периодика отличается невысоким каче­ством; научные журналы выходят нерегулярно и издаются мизер­ными гаражами. Неудивительно, что мексиканским ученым при­ходится пользоваться преимущественно зарубежной литературой. Мексиканская общественность плохо осведомлена о том, что про­исходит в стране в научно-технической области, ибо пресса уде­ляет этому мало внимания и не умеет заинтересовать читателя вопросами науки и техники» 22.

Указанные проблемы тесно взаимосвязаны. Дело в том, что большинство мексиканских научно-исследовательских центров, не получая достаточных ассигнований, не имеют возможности при­обретать более совершенное оборудование, привлекать квалифи­цированных специалистов, издавать достаточными тиражами на­учно-техническую литературу, пополнять свои информационные и библиотечные фонды. При том, что новейшая техника проникает в страну еще в весьма ограниченных масштабах, доступ к ней сотрудников исследовательских организаций минимален. Показате­лен пример с ЭВМ (начали применяться в стране лишь с 1858 г.). Подавляющее их большинство используется филиалами трансна­циональных монополий, крупнейшими банковскими учреждения­ми, государственными ведомствами. Государственный и частный секторы ежегодно выплачивают 1,5 млрд. песо за установку, тех­ническое обслуживание, аренду и ремонт ЭВМ, а также за про­граммирование 23. По оценкам специалистов, научные центры имеют доступ лишь к 4—3% ЭВМ.

Мексиканской науке предстоит еще преодолеть барьер отчуж­дения от производственной сферы. Исследования и разработки лишь в малой степени ориентированы на решение задач, имею­щих хозяйственное значение. Даже те изобретения и разработки, которые потенциально могут дать высокий производственный эф­фект, не всегда своевременно передаются промышленным пред­приятиям.

Большую роль в решении этой проблемы призваны сыграть мероприятия государства. В частности, оценивая значение неко­торых законов, регулирующих иностранные инвестиции и перенос технологии (закон 1973 г. об иностранных инвестициях, закон 1973 г. о переносе технологии и об использовании и эксплуатации патентов и фирменных знаков, закон 1976 г. об изобретениях и марках), а также учреждение специализированных государствен­ных органов (Национальный регистр иностранных инвестиций, Национальная комиссия по иностранным капиталовложениям и Национальный регистр переноса технологии) и усилия КОНАСИТ, можно констатировать, что создаются определенные условия для решения узловых проблем научно-технического раз­вития.

Несомненно, что в современных условиях национальная нау­ка может успешно развиваться лишь в русле общемирового на­учного потока. Это предполагает активное участие в научном об­мене, своевременное освоение достижений наиболее передовых стран. Однако международное научно-техническое сотрудничество оказывает благотворное влияние на прогресс науки в развиваю­щихся государствах в том случае, если оно используется в их на­циональных интересах, а не служит целям неоколониальной экс­пансии. Как показывает опыт Мексики, «помощь» империалисти­ческих держав, прежде всего США, не нацелена на создание научного потенциала, способного ускорить технический прогресс, и гармонично развитой экономики в развивающихся странах. Конечная цель такой «помощи» — обеспечить подчинение латино­американской «периферии» центрам мирового капиталистического хозяйства на новой основе.

На иных принципах зиждется сотрудничество со странами со­циалистического содружества. СССР и другие социалистические государства стремятся к всестороннему развитию взаимовыгодных отношений со своими латиноамериканскими партнерами, к тому, чтобы эти отношения способствовали подъему экономики стран Латинской Америки, повысили их способность самостоятельного решения научно-технических задач.

Так, советско-мексиканское сотрудничество расширяется до­вольно быстрыми темпами. Это прямой результат дружественных связей, установившихся между двумя странами. Мексика первой в Западном полушарии установила отношения с Советской Рос­сией. В настоящее время основу двустороннего сотрудничества составляют торгово-экономические связи. В 1973 г. было заклю­чено межгосударственное торговое соглашение. Ведется значи­тельный культурный обмен. Но, пожалуй, наиболее характерной чертой современного этапа является налаживание отношений в научно-технической области. В 1975 г. было подписано Межпра­вительственное соглашение о научно-техническом сотрудничестве. Создана смешанная советско-мексиканская комиссия для разра­ботки конкретных программ совместной работы в этой области 24.

СССР передает Мексике технологию производства тракторов известной марки владимирского завода. Установились тесные контакты между советскими и мексиканскими астрофизиками, историками и экономистами. Непосредственное сотрудничество осуществляется между Московским государственным университе­том и Национальным автономным университетом Мексики, меж­ду Институтом Латинской Америки АН СССР и «Колехио де Ме­хико». Плодотворный обмен опытом, научной информацией, се­менами зерновых и хлопка ведут генетики и селекционеры двух стран. Советским ученым предоставлена возможность испытывать новые сорта в Мексике, где вегетационный период значительно короче. Это резко сокращает сроки выведения гибридных сортов (с 10—12 лет в условиях СССР до 3—4 лет в Мексике).

Развитие научно-технического сотрудничества Мексики с СССР и другими социалистическими государствами имеет широ­кие перспективы. Оно, несомненно, не только служит взаимным интересам стран-участниц, но и вносит определенный вклад в об­щемировой научно-технический прогресс.

Перед современной мексиканской наукой стоят сложные зада­чи, решение которых зависит от многих внутренних и внешних факторов. Очевидно, что правильный путь пролегает не через национальное обособление, не через слепое заимствование за­рубежных научных знаний. Прогрессивные силы ставят вопрос о том, чтобы, создавая собственный потенциал, Мексика активно ис­пользовала последние достижения научно-технического прогресса без ущерба для экономического суверенитета и культурной само­бытности. Такая возможность обусловлена социальным прогрес­сом и установлением равноправных международных отношений со всеми странами.


1    В статье рассматриваются в основ­ном тенденции развития естест­венных и технических наук.

2    Васкес Кампос Л. Развитие нацио­нальной науки.— Латинская Аме­рика, 1977, № 2, с. 130.

3    Составлено по: UNESCO. Statistics on Science and Technology in La­tin America. Paris, 1976, p. 48; Me­xico a vuelo de pajaro. Secretaria de Presidencia. Mexico, 1976, p. 179— 180; Problemas del desarrollo (Me­xico), 1977, N 29, p. 57; Programa nacional de ciencia у tecnologia 1978—1982.— Ciencia у desarrollo (Mexico), 1978, N 23, p. 10.

3  UNESCO. Statistics..., p. 48 (до 1975 г. 1 долл. США = 12,5 песо, в 1977—1979 гг. 1 долл. = 22 песо).

Mexico a vuelo de pajaro, p. 178; Ciencia у desarrollo, 1978, N 23, p. 15.

5  Wences Reza R. Ciencia у tecnolo­gia. Bosquejo historico у el caso de Mexico.— Problemas del desarrollo, 1977, N 29, p. 58.

6  Латинская Америка, 1977, № 2, с. 129; UNESCO. Statistics..., p. 49 (1971); Problemas del desarrollo, 1977, N 29, p. 57 (1973, 1976).

7  Ciencia у desarrollo, 1978, N 23, p. 27.

8  UNESCO. Statistical yearbook 1977. Paris, 1978, p. 608—621.

9  UNESCO. Statistics..., p. 16.

10                      См.: Латинская Америка, 1975, № 1, с. 160.

11                      Тартарашвили Т. А. Мексика: опыт самостоятельного развития нефтя­ной промышленности.— Латин­ская Америка, 1976, № 5, с. 124.

12                      Theberge J. D. Latin America in the World Sistem: The Limits of Inter­nationalism. Washington, 1975, p. 54.

13                      Mexico a vuelo de pajaro, p. 119.

14                      См.: Латинская Америка, 1976, № 5, с. 124.

15                      Mexico a vuelo de pajaro, p. 80.

16                      UNESCO. Statistics..., p. 52.

17                      Mexico a vuelo de pajaro, p. 179.

18                      Ciencia у desarrollo, 1978, N 23, p. 15.

19                      politica nacional у programas de ciencia у tecnologia. Institute na­cional de investigation cientifica. Mexico, 1970, v. I, p. 1. so

20                      CONACYT. Politica nacional у pro­gramas en ciencia у tecnologia. Mexico, 1973, anexos.

21                      Diario oficial (Mexico), 29.XII 1970.

22 Васкес Кампос Jl. Развитие нацио­нальной науки.— Латинская Аме­рика, 1977, № 2, с. 130.

23 Examen de la situation economica de Mexico (Mexico), mayo 1973, N 570, p. 183.

24 Подробнее о научном сотрудниче­стве СССР и Мексики см. статью А. И. Сизоненко в настоящем сборнике.