Введение

Башилов Владимир Александрович ::: Древние цивилизации Перу и Боливии

Светлой памяти Георгия Францевича Дебеца, чей замысел лег в основу этой книги

16 ноября 1532 г. подле г. Кахамарка Франсиско Писсаро, пришедший в Перу во главе кучки конкистадоров, пленил Инку Атауальпу — властителя громадного государства с многотысячным населением, большими городами и четко организованной системой управления. В течение нескольких лет под ударами осененного крестом меча погибла самобытная индейская цивилизация, создававшаяся веками.

Инкское государство было вершиной, к которой пришли в своем развитии индейские племена Центральных Анд — южной части Зоны древних цивилизаций Америки (Nuclear America). В северной ее части — Мезоамерике — общественное развитие и культура также достигли очень высоких ступеней. Люди, жившие в этих областях, прошли путь от бродячих охотников до создателей больших земледельческих цивилизаций в условиях относительной изоляции, без каких-либо устойчивых связей с населением Старого Света. Поэтому изучение их прошлого позволяет, сравнивая развитие изолированных друг от друга обществ, с очень большой степенью вероятности находить общие закономерности исторического процесса.

Специфика Нового Света в том, что при изучении его древних цивилизаций можно опираться только на археологию. Испанские хронисты сохранили сведения, относящиеся лишь ко времени, непосредственно предшествующему Конкисте. Археологические же источники уходят далеко в глубь веков.

В Центральных Андах только инкское государство освещается различными хрониками. О предшествующих эпохах испанцы не знали ничего. Но инки появились в этом районе всего за полтора-два века до них и подчинили огромную территорию, где уже жило население, создавшее высокую и своеобразную культуру. История этого населения и является объектом исследования в моей работе. Историю инкского государства я не рассматриваю, поскольку она представляет собой совершенно самостоятельную и сложную тему.

Начало развития так называемых высоких культур Центральных Анд относится по современным данным к рубежу II—I тысячелетий до н. э., когда на территории Перу завершился переход к земледелию как основе хозяйства, что дало мощный толчок общественному развитию. Этот рубеж и взят в качестве отправной точки работы.

Центральные Анды тянутся вдоль тихоокеанского побережья Южной Америки полосой, длина которой около 1800 км (с северо-запада на юго-восток), ширина 300—400 км. Сюда входят большая часть Перу и Боливийское Альтиплано. Эта область по своим физико-географическим условиям разделяется на две резко отличные друг от друга части: Косту — побережье Тихого океана, и Сьерру — горные хребты и долины. Именно здесь возникли и развились высокие культуры прединкского времени. Территории Эквадора и крайнего севера Перу я не включаю в свое исследование, потому что, хотя культура их населения играла большую роль в период становления перуанских цивилизаций, конкретные связи между ними еще далеко не выяснены.

Когда впервые сталкиваешься с литературой по археологии изучаемого района, поражает обилие общих работ, содержащих описание всех его древностей, и кажется, что они исследованы очень подробно. Сопоставляя эти работы с публикациями и отчетами о раскопках, убеждаешься тем не менее, что зачастую самые широкие реконструкции прошлого опираются на чрезвычайно незначительный раскопочный материал, оставляющий большие возможности для диаметрально противоположных выводов. Я стремился использовать только те факты, которые можно считать археологически доказанными. Именно поэтому не привлечены некоторые памятники, описанные в литературе, но не имеющие четкого места среди других древностей Перу и Боливии.

Вся работа построена на анализе материала, известного по публикациям. Я ставил своей целью критически изучить культурные комплексы, уже выделенные перуанистами Америки и Европы, выявить их составные части и взаимосвязи. В ряде случаев, когда западные ученые рассматривают материал слишком обобщенно, не выделяя особо группы с четкими специфическими признаками, приходилось описывать их как самостоятельные комплексы (культуры Сечин, Тупурайя и др.). Следующей задачей было сопоставить все эти комплексы в пространстве и во времени. Только после этого стало возможно воссоздать объективно существующие в археологическом материале связи, опираясь на которые, можно с достаточной степенью достоверности реконструировать древнюю историю. К сожалению, состояние материала таково, что полной картины получить не удается. Можно представить себе только приблизительную схему исторического развития этого района в древности, причем более полно может быть освещена этническая история. Данные по истории общества чрезвычайно скудны, так как эти вопросы или совсем не интересуют буржуазных исследователей, или разрешаются ими довольно поверхностно, на основании явно недостаточного материала. Тем не менее и в рамках приблизительной схемы удается проследить развитие андских обществ от раннеземледельческих культур к древним цивилизациям.

Под «цивилизацией» я понимаю совокупность материальной и духовной культуры классового общества. Такой подход к этому понятию основан на работе Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», где термины «классовое общество» и «цивилизация» употребляются практически как идентичные Оставляя в стороне вопрос о значении этого термина в его общем, широком смысле, я пользуюсь им для обозначения тех археологических культур, у носителей которых по ряду признаков можно предполагать существование классового общества.

Признаки цивилизации в археологическом материале наиболее полно суммировал В. Г. Чайлд[1]. Однако большая часть их не прослеживается в древностях Центральных Анд из-за малой и односторонней изученности. Поэтому для меня диагностическими были такие черты, как существование монументальной храмовой архитектуры, планировка городов, отражение имущественного и социального неравенства в погребениях[2] и уровень развития религии. Последнее особенно важно, потому что американские археологи уделяют очень большое внимание памятникам искусства, которые, как правило, непосредственно связаны с религиозными воззрениями. В интерпретации этого материала я опирался на работы С. А. Токарева, в которых формы религии сопоставлены со стадиями развития общества [3].

Конечно, мало и неравномерно исследованный археологический материал Центральных Анд позволяет делать только предварительные выводы. Дальнейшие исследования в этом, столь богатом древностями районе мира позволят уточнить, дополнить и, вероятно, пересмотреть целый ряд положений предлагаемой схемы его древней истории.


[1] V. G. Childe, 1950. Хотя английский археолог понимал явление цивилизации по-своему, в прямой связи со своей теорией «городской революции», практические наблюдения, закрепленные в приведенном им списке черт цивилизации, вполне могут быть использованы.

[2] Здесь я использовал стадиальную классификацию погребений, разработанную В. М. Массоном (В. М. Массон, 1967).

[3] С. А. Токарев, 1964а; Он же, 1964б.