Основные этапы политической истории майя в классический период

Стюфляев Максим ::: История царств майя

Как уже говорилось выше, территория, на которой обитали майя, в классический период была поделена между десятками конкурирующих государств, каждое из которых имело свою правящую династию. В очерках «Истории царств майя» подробно повествуется о крупнейших из них, но начать представляется правильным с краткого общего обзора, в котором будут перечислены основные региональные центры и ключевые события. В этом кратком обзоре упоминаются только самые крупные и влиятельные царства, в действительности их было гораздо больше. Такое вступление призвано помочь читателю разобраться в перипетиях истории майя и ходе политической борьбы.[i]

Как уже было сказано, территорию майя принято делить на южную, центральную и северную области. В пределах центральной области, в свою очередь, также выделяют на основании географических и исторических особенностей несколько частей: Петен, Петешбатун, Западный регион (долина реки Усумасинты) и Юго-восточный регион.[ii] Регион Петен помимо одноименного департамента в Гватемале охватывает юго-восток Кампече, юго-западную часть Кинтана-Роо и восточную часть Табаско (Мексика), а также Западный Белиз. В истории майя Петену принадлежит особая роль, поскольку именно здесь располагались самые древние и наиболее могущественные царства, которые пытались распространить свое влияние и на остальную часть южных низменностей. Первые датированные иероглифические надписи происходят из городищ Центрального Петена, в частности из Тикаля. В I тысячелетии нашей эры Тикаль был столицей Кукульского царства, одного из ключевых в мире майя. В истории Кукуля известны века процветания и упадка, но даже в самые трудные времена его правители пытались отстоять свою независимость и вернуть былую мощь. Соседние царства Вашактун, Па’чан (Эль-Соц) и Баашвиц (Шультун)[iii], вероятно, в той или иной степени находились под влиянием Кукуля, хотя в их истории по-прежнему много «белых пятен».

Карта "Главные царства майя классического периода"

Главные царства майя классического периода. Карта.

Самая ранняя дата на стеле из Тикаля соответствует 292 году нашей эры. Сведения о ранних кукульских царях отрывочны, но позволяют сделать вывод, что в IV веке это было уже крупное и влиятельное царство. Переломной вехой в истории майя стал 378 год, когда Кукуль и другие царства низменностей были завоеваны армией из далекого Теотиуакана, в результате чего в регионе установился так называемый «Новый порядок». Возник первый известный нам в истории майя крупный политический альянс, во главе которого стал теотиуаканский полководец Сихйах-К’ахк’. Впрочем, вскоре после его смерти влияние этой мексиканской метрополии, вероятно, пошло на спад, уже в начале V века Кукуль возвращает себе фактическую независимость и начинает играть ключевую роль в системе отношений «Нового порядка». Точные пределы сферы влияния Кукульского царства в рассматриваемый период определить крайне трудно, но она, видимо, включала большую часть Центрального и Восточного Петена. В первой половине V века наблюдается распространение «Нового порядка» на области, расположенные к западу и югу от Петена, в частности долину реки Мотагуа, где в 426-427 годах загадочный персонаж по имени К’инич-Йаш-К’ук’-Мо’ основал в городе Хушвитик (древнее название Копана) династию «Священных Шукуупских Владык». Исследования последних лет свидетельствуют о том, что К’инич-Йаш-К’ук’-Мо’ происходил из Петена и в его утверждении у власти весомую роль, вероятно, сыграл Кукуль. Примерно к этому же времени относятся самые ранние упоминания о «Священных Токтахнских Владыках», предках правителей Лакамхи (Паленке). Не исключена возможность, что, как и в случае К’инич-Йаш-К’ук’-Мо’, появление владык Токтахна было частью скоординированной политики по расширению территории, охваченной «Новым порядком» и доминированием Кукуля или стоявшего за ним Теотиуакана.

Портрет Йаш-Нуун-Ахиина I. Фрагмент стелы 31 из Тикаля.

«Священный Кукульский Владыка» Йаш-Нуун-Ахиин I показан в облике теотиуаканского воина. Фрагмент стелы 31 из Тикаля.

Как бы там ни было, практически не подлежит сомнению, что в V веке самым могущественным царством майя оставался Кукуль. Однако с 508 года в его истории начинается темная эпоха внутренних усобиц, продолжавшаяся почти тридцать лет. Между тем, на север от Кукуля набирала силу другая династия – «Священные Канульские Владыки». Хотя для нашего слуха названия Кукуль и Кануль звучат похоже, эти царства следует четко различать, поскольку противостояние между ними определяло ход истории майя, по меньшей мере, до начала VIII века. Кануль доминировал в Северном Петене. В V-VI веках его столица, вероятно, находилась на месте городища Цибанче, позднее ее перенесли в Чиикнаахб (Калакмуль). Начиная примерно с 520-х годов Кануль развернул в Петене масштабную экспансию, используя при этом как брачные связи, так и военную силу. Ареной борьбы за влияние между Кукулем и Канулем стал Восточный Петен. Сначала более сильные позиции здесь имели кукульские владыки, в зависимости от которых находились крупнейшие царства региона, Са’аль (Наранхо) и К’анту’ (Караколь). В VI веке положение кардинальным образом меняется. Сначала в Са’але в 546 году взошел на трон Ах-Восаль-Чан-К’инич, воцарение которого произошло под эгидой «Священного Канульского Владыки» К’альтуун-Хиша. В 553 году новым правителем К’анту’ стал Йахавте’-К’инич II, который сначала оставался вассалом Кукуля, но вскоре переориентировался на Кануль, что и послужило толчком к открытой войне между могущественными царствами. Решающее сражение имело место в 562 году, «Священный Кукульский Владыка» Вак-Чан-К’авииль был разгромлен и, видимо, погиб в битве, по крайней мере, он больше не упоминается в надписях.

Война 562 года изменила ход истории майя. Предыдущая система политических союзов между царствами была окончательно разрушена, Кукуль утратил главенствующую роль в низменностях, а его столица, вероятно, подверглась разорению вражескими войсками. В течение последующих 130 лет (562-692) в Тикале не было создано ни одной монументальной иероглифической надписи. Началась эпоха господства Канульской державы. Она, насколько мы можем судить, распространила свое влияние на более обширную территорию, но с точки зрения внутренней организации мало отличалась от предшественницы. В подчиненных центрах власть была сосредоточена в руках все тех же зависимых царей-ахавов. Многие из них просто сменили покровителя и перешли из лагеря союзников Кукуля в противоположный, как это было в случаях с Са’алем и К'анту’. Даже в период своей наивысшей мощи канульские калоомте’ не предприняли каких-либо четких целенаправленных попыток создать централизованное государство и заменить местные династии своими назначаемыми чиновниками. Вместо этого они ограничились выстраиванием сложной системы взаимоотношений с вассалами, порой принуждая их к подчинению военной силой, а порой используя более тонкие методы (например, брачный союз или помощь против общего врага). В долгосрочной перспективе такая политика неизбежно вела к неустойчивости созданного ими объединения, которое внешне выглядело очень эффектно, но при этом изнутри раздиралось противоречиями входивших в него царств, зачастую весьма слабо связанных между собой. О том, что Канулю не всегда удавалось удерживать под контролем собственных вассалов, свидетельствуют в частности ожесточенные войны между К'анту’ и Са’алем, первая из которых приходится на 626-631 годы.

Могущество Кануля особенно возросло в правление Йукноом-Ч’еена II (Великого), который царствовал с 636 по 686 годы. Важнейшим событием того времени стала ожесточенная война между двумя ветвями династии «Священных Кукульских Владык». Сын кукульского царя К’инич-Муваахн-Холя II Бахлах-Чан-К’авииль не позднее 632 года покинул Тикаль и отправился на юг в далекий Петешбатун, где сумел закрепиться в Дос-Пиласе, превратив его в доминирующий центр региона. Вероятнее всего, своих родственников, реальных правителей Тикаля, царевич считал узурпаторами, а его переселение было вынужденным. Как бы там ни было, Йукноом-Ч’еен II блестяще воспользовался раздорами внутри кукульского правящего дома, он напал на Дос-Пилас, разгромил войско Бахлах-Чан-К’авииля и вынудил последнего стать вассалом Кануля. Получив полную поддержку со стороны своего нового господина, правитель Дос-Пиласа вскоре начинает ожесточенную войну против Кукуля-Тикаля. В 657 году произошло нападение на город Йашкукуль (древнее название Тикаля), но и после этого противостояние с переменным успехом продолжалось еще более двадцати лет. В конечном итоге Кукуль на какое-то время, вероятно, был нейтрализован и оказался под контролем Йукноом-Ч’еена II.

36.	Портреты Йукноом-Ч’еена II: сосуд неизвестного происхождения, теперь хранящийся в Швейцарии (a); блок VIII иероглифической лестницы 2 из Ла-Короны (b).

Портреты Йукноом-Ч’еена II: сосуд неизвестного происхождения, теперь хранящийся в Швейцарии (a); блок VIII иероглифической лестницы 2 из Ла-Короны (b).

Еще одним важнейшим успехом политики Кануля стала смена власти в Са’альском царстве. В 680 году Са’аль снова воевал против К'анту’ и, видимо, потерпел поражение. Два года спустя там приходит к власти царица Иш-Вак-Чан, дочь Бахлах-Чан-К’авииля. Логично предположить, что она опиралась на поддержку коалиции царств во главе с Канулем.

Таким образом, правление Йукноом-Ч’еена II было временем почти непрерывных войн между союзниками и врагами Канульского царства. Лишь ценой неимоверного напряжения усилий Кануль сумел сохранить и подтвердить роль ведущей политической силы в мире майя. Но достигнутая победа была пирровой и краткосрочной. Постоянные конфликты в конечном итоге истощили Канульскую державу и стали причиной ее быстрого ослабления при преемнике Йукноом-Ч’еена II Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’е. В Кукуле с 682 года правил Хасав-Чан-К’авииль І, который проводил самостоятельную политику и возобновил установление монументов в Тикале. Обе стороны готовились к тому, чтобы доказать свое превосходство на полях сражений. Как и его предшественники, Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’ в борьбе с Кукулем опирался на поддержку вассалов. Поскольку после смерти Бахлах-Чан-К’авииля его преемники в Дос-Пиласе отошли от участия в делах «большой политики» и сосредоточились на утверждении своего господства в Петешбатуне, Кануль нашел себе для ведения войны нового партнера – Са’альское царство. В 690-х годах Иш-Вак-Чан от имени своего малолетнего сына К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахка провела серию успешных военных кампаний, в том числе захватила в плен кукульского полководца. Вдохновленный успехами вассала, Кануль начал собственную войну против Кукуля, обернувшуюся для него катастрофой. В августе 695 года произошло решающее сражение, в котором Хасав-Чан-К’авииль І «поверг оружие» Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а, то есть разгромил войско последнего.

Стела 16 из Тикаля. Портрет Хасав-Чан-К’авииля І.

Стела 16 из Тикаля. Портрет Хасав-Чан-К’авииля І.

События 695 года стали очередным поворотным пунктом в истории Петена. Чаша весов снова качнулась на сторону Кукуля. Соотношение сил менялось постепенно, но после поражения Йукноом-Йич’аахк-К’ахк’а стало очевидно, что эпоха безоговорочного доминирования и военного превосходства Канульского царства подошла к концу, а его правители утратили лидирующую роль в низменностях. Хотя Кануль в какой-то степени сохранил свое влияние и союзнические отношения со многими ведущими игроками региона, бывшие вассалы получили теперь возможность проводить более самостоятельную политику. На смену преобладанию одного центра приходит баланс сил между несколькими крупнейшими царствами. На первый план выходит противостояние между Кукулем и Са’алем. В правление К’ахк’-Тилив-Чан-Чаахка Са’аль постоянно вел завоевательные войны и полностью господствовал в Восточном Петене. Не было окончательно сломлено и Канульское царство, о том, что тамошние владыки проводили активную внешнюю политику, свидетельствуют в частности новые находки в Эль-Пальмаре. Фактически Кукуль был окружен врагами, практически не имея союзников. Эту проблему успешно решил сын Хасав-Чан-К’авииля І Йихк’ин-Чан-К’авииль, который в 743-744 годах подчинил своей власти Са’аль, а также крупное царство Вака’ (Эль-Перу), расположенное в Западном Петене.

Деревянная притолока из Храма IV в Тикале, созданная в честь победы над царством Вака’. Йихк’ин-Чан-К’авииль изображен восседающим на паланкине.

Деревянная притолока из Храма IV в Тикале, созданная в честь победы над царством Вака’. Йихк’ин-Чан-К’авииль изображен восседающим на паланкине.

После победоносных походов Йихк’ин-Чан-К’авииля Кукуль окончательно вернул себе роль доминирующего царства в Петене. Вместе с тем, уже при его ближайших преемниках проявляются признаки надвигающегося кризиса. В последней четверти VIII века власть Кукуля над соседями ослабела, периоды долгого безмолвия в крупных столицах Петена подошли к концу. В IX веке история Кукульского царства восстанавливается на основе скупых отрывочных свидетельств. К концу столетия это некогда могущественное царство распалось, провинциальные царьки в Ишлу и Химбале начали возводить свои собственные монументы, самый поздний из которых датирован 889 годом. Конкуренты, однако, сумели извлечь выгоду из упадка Кукуля лишь на короткое время. На рубеже VIII-IX веков царства Восточного Петена Са’аль и К'анту’ вернулись к активной внешней политике, но после непродолжительного возрождения эти царства также пришли в упадок и распались.

Кризис центральной власти, сопровождавшийся все более ожесточенными и разрушительными войнами, еще ярче проявился в Петешбатуне. В 760-х годах царство потомков Бахлах-Чан-К’авииля с центром в Дос-Пиласе прекратило свое существование, после чего в регионе наступил настоящий хаос. В конце VIII – начале IX веков «эмблемный иероглиф» «Священных Кукульских Владык» присвоили себе многочисленные мелкие царьки Петешбатуна и долины реки Пасьон. Тем самым прежнее значение этого титула нивелировалось. В начале IX века вслед за Дос-Пиласом неизвестным врагом был опустошен еще один крупный город К’иничпа’виц (Агуатека). Ожесточение достигало такого уровня, что жители городов поспешно возводили оборонительные укрепления даже вокруг дворцов и площадей. Но все эти усилия оказались тщетны.

Реконструкция главной площади Дос-Пиласа после упадка. Оставшиеся жители использовали каменную кладку дворцов и пирамид для сооружения двойной оборонительной стены вокруг своего поселения.

Реконструкция главной площади Дос-Пиласа после упадка. Оставшиеся жители использовали каменную кладку дворцов и пирамид для сооружения двойной оборонительной стены вокруг своего поселения.

Особого упоминания заслуживает Западный регион – земли в бассейне крупнейшей на территории майя реки Усумасинты и ее притоков. По отношению к Петену он долго оставался периферийным, но зато история крупнейших царств области хорошо отражена в иероглифических текстах. В IV-IX веках здесь сложилось своеобразное равновесие, при котором сразу несколько царств претендовали на ведущую роль, но никому из них так и не удалось полностью разгромить конкурентов. Как следствие, мы не можем выделить в Западном регионе сильнейшую державу. На Верхней Усумасинте определяющим стал продолжавшийся до конца классического периода конфликт между царствами Па’чан (Йашчилан) и Йокиб-К’ина’ (Пьедрас-Неграс). В свою очередь, в борьбе за контроль над территориями, лежащими вдоль среднего течения реки, Йокиб-К’ина’ столкнулось с крупным царством Баакаль (Паленке). Это противостояние достигло особой остроты во второй половине VII века, когда притязания Йокиб-К’ина’ были поддержаны могущественным Канулем. На юге с Баакалем граничило царство Попо’ (Тонина), которое на протяжении весьма долгого времени оставалось в тени соседей, но в конце VII века при воинственном правителе К’инич-Баакналь-Чаахке одержало целую серию побед и распространило свое влияние на Левобережье Усумасинты, территорию так называемой Лакандонской сельвы. К сожалению, эта область еще в недостаточной мере изучена археологами, хотя ее исследование имеет большое значение для правильного понимания политической ситуации в Западном регионе. Вероятно, именно в Лакандонской сельве следует искать таинственные царства Ак’е’ и Сакц’и’, которые неоднократно упоминаются в надписях, но при этом ученым до сих пор так и не удалось определить, какие городища следует считать их столицами.[iv]

Монумент 122 из Тонины. «Священный Баакальский Владыка» К'инич-К'ан-Хой-Читам II изображен как связанный, раздетый и полулежащий пленник.

Монумент 122 из Тонины. «Священный Баакальский Владыка» К'инич-К'ан-Хой-Читам II изображен как связанный, раздетый и полулежащий пленник.

Юго-восточный регион, в который входят территории в долине реки Мотагуа на границе области расселения майя, выделяется рядом культурных особенностей. Из юго-восточных царств сегодня лучше всего известен Шукууп, столица которого располагалась на месте городища Копан. Стоит отметить, что, в Копане сохранилось немалое количество иероглифических надписей, но в них практически не освещается военная и дипломатическая деятельность шукуупских царей, хотя недавние находки показывают, что они поддерживали активные связи с внешним миром. В 738 году Шукууп неожиданно потерпел поражение в войне против своего бывшего вассала Цу (Киригуа), правитель которого К’ахк’-Тилив-Чан-Йопаат также принял титул владыки Шукуупа. В надписях из Юго-восточного региона встречаются упоминания и других царств, но о них пока известно очень мало.

Портреты Вашаклахуун-Убаах-К'авииля на стелах из Копана (слева направо): стелы C, A и B.

Портреты Вашаклахуун-Убаах-К'авииля на стелах из Копана (слева направо): стелы C, A и B.

Так в общих чертах выглядит политическая карта центральной области майя в классический период глазами современных историков. Но сохранились ли в иероглифических текстах I тысячелетия свидетельства о том, как воспринимали и структурировали свое политическое пространство сами майя? Можно ли сказать, что, несмотря на государственную раздробленность и постоянные войны, майя классического периода ощущали свою принадлежность к единому целому? Существовали ли у них какие-либо формы групповой региональной идентичности, выходившей за рамки отдельных царств? К сожалению, до недавнего времени эти вопросы привлекали мало внимания со стороны специалистов, сосредоточившихся главным образом на уточнении чтения древних текстов и реконструкции событийной истории. Тем не менее, приведенные выше примеры ассоциации правителей некоторых крупных царств со сторонами света наводят на мысль, что представление о некоем общем политическом пространстве у майя было, причем его границы примерно совпадали с географическими пределами культуры классического периода, которые проводятся исследователями в наше время. Показательно в частности, что слово «чужеземцы» в иероглифических надписях встречается всего несколько раз и употреблялось в связи с захватом пленников царями, владения которых действительно находились в пограничной зоне соприкосновения майя с представителями других народностей и культур.[v] Сам факт использования общей иероглифической письменности также можно считать важнейшим свидетельством того, что при всех политических разногласиях майя классического периода сохраняли культурную общность.  

На представления древних майя о региональной идентичности проливают свет зафиксированные в иероглифических надписях похожие титулы вак цук, хук цук, болон цук и хушлахуун цук («шесть частей», «семь частей», «девять частей» и «тринадцать частей»). Титул хук цук, видимо, объединял выходцев из Восточного Петена и области вокруг озера Петен-Ица, его носили правители и другие особы из Са’аля, Хольмуля, Йашхи (Йашха), Топоште, Туубаля, Мокмока, Ик’а’ (Мотуль-де-Сан-Хосе). В свою очередь владыки и их поданные из царств Центрального и Северо-Восточного Петена (Кукуля, Баашвица и, вероятно, Рио-Асуля) идентифицировали себя как принадлежащие к хушлахуун цук.[vi] О других обозначениях подобного рода пока еще известно очень мало. Титул болон цук зафиксирован на керамике из Северного и Центрального Белиза. Наконец, на стеле 2 из городища Ним-Ли-Пунит (Белиз) упомянут неместный владыка Йич’аахк-К’ух с титулом вак цук.[vii] Многие аспекты в интерпретации всех этих титулов остаются предметом споров, но очевидно, что они связывали своих носителей с некими региональными общностями, выходящими за рамки отдельных царств. Возможно, именно столкновением двух региональных идентичностей отчасти объясняется ожесточенное противостояние между Кукульским и Са’альским царствами, которые в VII-VIII веках доминировали каждое в своей области.



[i] На сегодняшний день в майянистике сложилось положение, когда исследования по истории майя, как правило, публикуются в виде небольших статей, посвященных изучению конкретных надписей или отдельных царств. Остро ощущается нехватка общих работ. По-прежнему популярной остается книга Л. Шиле и Д. Фрейделя «Лес царей: нерассказанная история древних майя»: Schele L., Freidel D. A Forest of Kings: The Untold Story of the Ancient Maya. – New York: William Morrow Paperbacks, 1990. – 544 p. Она написана в ярком стиле и стала знаковой работой для своего времени, но, к сожалению, сегодня уже в значительной степени устарела, поскольку авторы использовали методику «условного чтения», при которой иероглифы не столько читали, сколько пытались определить их значение. На сегодняшний день самое лучшее и полное изложение истории майя представлено в книге С. Мартина и Н. Грюбе «Хроника царей и цариц майя», первое издание которой вышло в 2000 году. Она написана первоклассными специалистами, рассчитана на широкого читателя и остается незаменимым подспорьем для любого, кто изучает историю майя. Пожалуй, самый большой недостаток книги заключается в том, что история классического периода в ней представлена в виде рассказа об одиннадцати наиболее хорошо изученных царствах, тогда как остальным уделено мало внимания. На русском языке история майя освещалась, прежде всего, в ряде публикаций Д. Д. Беляева и А. В. Сафронова, многие из которых доступны в режиме онлайн на сайте «Месоамерика глазами русских первопроходцев».

[ii] Смотрите также: Беляев Д. Д. История майя в классический период: общий очерк. Природно-географическая характеристика. URL: http://www.mezoamerica.ru/indians/maya/maya-hist1.html

[iii] На протяжении долгого времени название этого царства читали Тоок’виц. Чтение Баашвиц было предложено группой исследователей и основано на слоговой записи IX ba-xi wi-tzi AJAW, сохранившейся на сосуде К4996. Смотрите: Prager C., Wagner E., Matteo S. et al. A Reading for the Xultun Toponymic Title as B'aax (Tuun) Witz 'Ajaw “Lord of the B'aax-(Stone) Hill” // Mexicon. – 2010. – Vol. XXXII, Nr. 4. – P. 74-77.

[iv] История и политическая география Западного региона подробно проанализированы в диссертационном исследовании А. В. Сафронова: Сафронов А. В. Государства майя…

[v] Tokovinine A. Place and Identity… 97-98.

[vi] Beliaev D. Wuk Tsuk and Oxlahun Tsuk: Naranjo and Tikal in the Late Classic // The Sacred and the Profane: Architecture and Identity in the Southern Maya Lowlands / Ed. by R. Colas, K. Delvendahl, M. Kuhnert et al. Acta Mesoamericana, Vol. 10. – Markt Schwaben, Verlag Anton Saurwein, 2000. – P. 63–81; Tokovinine A. Place and Identity… 99-104.

[vii] Helmke C., Awe J., Morton S. et al. The Archaeological and Epigraphic Significance of Cuychen, Macal Valley, Belize // Research Reports in Belizean Archaeology. – 2012. – Vol. 9. – P. 75-89; Tokovinine A. Place and Identity… 109-110.