Нижняя Калифорния

Хосефина Олива де Коль ::: Сопротивление индейцев испанским конкистадорам

От этих безнравственных религиозных миссий не осталось ничего, кроме полуразрушенных стен, где таращит глаза филин да ползают ленивые ящерицы.

Хосе Марта

 

Иезуиты появились в Нижней Калифорнии в 1697 году, основав миссию в Лорето. К 1768 году здесь было уже 18 миссий, и 14 из них просуществовали до введения Карлом III закона об изгнании иезуитов. Из этого района — и в первую очередь из той части Калифорнии, которая в настоящее время входит в состав США,— иезуитов вытеснили францисканцы с Мальорки и из Каталонии, приехавшие вслед за губернатором Гаспаром де Портола.

Земли Нижней Калифорнии чрезвычайно засушли­вы. Коренное население края, весьма немногочисленное из-за очень высокой детской смертности, составляли кочевые племена, подразделявшиеся на три группы: кочими, принадлежавшие к языковой семье юма и населявшие север полуострова, перику, жившие на крайнем юге, и гуаикура, занимавшие центральную часть. Миссионеры награждали эти далекие от цивилизации племена, занятые постоянными поисками пропитания, весьма пренебрежительными, а зачастую и оскорбительными эпитетами.

Завоевание этих территорий носило своеобразный характер. Миссионеров всегда сопровождали вооруженные солдаты, присутствие которых затягивало установление мирных отношений или вообще делало их невозможными, о чем свидетельствовали сами иезуиты: «Своими выходками солдаты обыкновенно усложняли задачу миссионеров, но, поскольку, с другой стороны, без них нельзя было обойтись, приходилось их терпеть... В первые годы отец Сальватьерра использовал матросов, служивших на кораблях, а также капитана и солдат, которые находились там, для защиты молодого христианства»117.

Нетрудно вообразить себе реакцию индейцев на христианскую любовь, проповедуемую подобными методами: «Солдаты в известной мере могли вершить правосудие наряду с капитаном. С ведома и разрешения миссионеров они могли наказывать за незначительные проступки. Эти наказания сводились к шести или точными ударам плетьми либо к нескольким дням ареста, однако, когда речь шла о таком преступлении, за которое полагалась ссылка или смертная казнь, солдаты только арестовывали виновного и приводили его к капитану, который и вершил суд»118. Обычно солдат и миссионер заранее сговаривались между собой, и когда да первый начинал приводить приговор в исполне­ние, тут как бы невзначай появлялся второй и просил помиловать осужденного. Солдат уступал просьбе и откладывал в сторону плеть. Таким образом, миссионер становился в глазах индейца избавителем. Однако, по словам Клавихеро, эта уловка не ограждала от частых нападений индейцев на миссии.

Коренные жители, упорствовавшие в своем «ди­ком язычестве... и не принимавшие новой религии, которая ограничивала их пагубную свободу и исправля­ла их нравы», нападали и на тех своих соплеменников, кто уже находился под влиянием миссионеров, исполь­зовавших их в целях дальнейшей христианизации. Один из таких случаев подробно описан иезуитом. Клавихеро. Однажды двое немецких миссионеров из Сан-Франциско-де-Борха, вознамерившись припугнуть «дикарей», дабы те в дальнейшем и не помышляли о враждебных действиях, послали против них вместе с испанскими солдатами «целое войско хорошо воору­женных недавно крещенных индейцев». Командир карательной экспедиции получил строгий приказ никого не убивать, а доставить всех пленных в Адак, место неподалеку от миссии.

«Они все исполнили в точности, ибо, зная о месте, где расположились враги, бесшумно подобрались к нему и внезапно обрушились на них, захватили всех в плен и связали, не сделав ни единого выстрела, а потом сожгли их хижины, забрав, оружие и жалкий скарб. Вернувшись в Адак, победители поместили пленных в солдатской казарме, и капрал, исполнявший обязанности судьи, сказал преступникам, что, хотя они заслуживают смертной казни, он из христианского милосердия приговаривает их лишь к наказанию плеть­ми. Это наказание было применено самое большее к двенадцати виновным, и обставлено было все точно так же, как ранее в миссии Сан-Игнасио... После восьми или десяти ударов плетьми появился отец Линк и попросил судью о помиловании. Тот согласился, гово­ря при этом преступнику, что, если бы не заступни­чество священнослужителя, слуги всевышнего, он был бы наказан гораздо строже. После свершения пра­восудия преступников отправили в тюрьму, туда же направился и миссионер, приносивший им еду и чи­тавший нравоучения. В первые дни эти индейцы выглядели рассерженными и беспокойными, а один из них и вовсе напоминал безумного, но постепенно благодаря наказаниям, продолжавшимся еще семь или восемь дней, с одной стороны, и отеческим увещеваниям и искусству отца Линка, с другой, все они стали кроткими и послушными. Отбыв наказание за свои преступления, они были отпущены на свободу и вернулись в свою страну, уже не помышляя о враждебных действиях»119.

На протяжении столетий калифорнийцы сохраняли враждебность ко вновь обращенным, к миссионерам, а также ко всему, что каким-то образом было связано с христианством. Индейские жрецы, которых хронисты той эпохи несправедливо называют колдунами, часто возглавляли сопротивление как в Нижней Калифорнии, так и на севере страны, Племена сери, гуаикура и перику оказали наиболее ожесточенное сопротивление. Первые были «искусные войны и непримиримые враги испанцев», последние же больше всех страдали от притеснений со стороны ловцов жемчуга, искателей счастья, оседавших на побережье залива.

Самый опасный мятеж калифорнийцев произошел в 1733 году, в южной части страны. Его подняли племена перику и кора, народности, отличающиеся заносчивым, беспокойным и нетерпимым нравом». Главари мятежа Ботон и Чикори «тайно возмущали народ. В их намерения входило убить трех миссионеров, разрушить все, что было связано с христианской религией, которую они приняли неполные десять лет назад, и снова жить как раньше, без боязни и вражды, наслаждаясь полной, а вернее сказать, порочной, свободой»120. Заговор был раскрыт, и губернатор Калифорнии хотел уладить дело мирным путем, но миссионеры посоветовали ему обратное: «постараться вызвать их на большое и шумное сражение, ибо таким образом ему удастся усмирить их с меньшими потерями»121. Борьба была жестокой и растянулась на два года, унеся много человеческих жизней. Погибли и два миссионера, отец Карранко из миссии Сан-Хосе и отец Тамараль из миссии Сантьяго, а «четыре миссии были разрушены и полностью разорены, и позже стоило больших трудов, много пота и крови заново выстроить их и сделать процветающими»122.

Весть о непокорных индейцах из племени перику дошла и до испанского монарха. Филипп V распоря­дился выстроить в 1741 году «новую крепость для защиты миссий на юге полуострова» и оплачивать из королевской казны все расходы на войну с «бунтовщи­ками», а также запросил Совет по делам Индий, какие меры лучше применить, дабы усмирить Нижнюю Ка­лифорнию. В ответе, в частности, говорилось, что «в больших и надежных портах надобно строить испанские поселения с укреплениями и военными крепостями, а в центре полуострова выстроить еще одну крепость, где могли бы укрыться миссионеры в случае мятежа индейцев». Клавихеро добавляет: «Этот план был бы чрезвычайно полезным, если бы возможно было осу­ществить его в этой бесплодной стране и если бы ко­лонии заселялись благопристойными людьми, а не зло­деями, бандитами и бездельниками, составляющими отбросы общества, как это обыкновенно случается»123. Войны, репрессии, неизвестные ранее болезни и резкое изменение условий жизни привели к тому, что из примерно четырех тысяч индейцев, населявших юг полуострова к началу восстания, осталось не более четырехсот, да и те страдали от различных болезней. «Бог и люди обрекли их на невыносимые страдания»124. Воодушевленные успехами перику, кочими тоже поднялись на борьбу с «иноземцами, которые отменяли древние обычаи калифорнийцев». Испанцы ответили репрессиями, используя против мятежников конницу и огнестрельное оружие. И все же главная сила конкистадоров заключалась в их умении натравливать друг на друга различные племена, раздувать вражду, сталкивать между собой новообращенных христиан и язычников.

Индейцы-гуаикура были обращены в христианство отцом Сальватьеррой из миссии Лорето, явившимся к ним во главе целой армии новообращенных индейцев из других племен: «Прибыв в Ла-Пас, они обнаружили там нескольких гуаикура с их семьями, которые при виде испанцев поспешно бежали. Крещеные индейцы из Лорето бросились преследовать их...

Гаикура бежали без оглядки, но их жены были не так резвы и, увидев, что их настигают, остановились и стали оборонятся с помощью камней. Крещеные индейцы, проявив не только неблагоразумие, но и жестокость, принялись избивать их И, наверное, лишили бы жизни, если бы не подоспел испанский капитан с несколькими солдатами и не вступился за них. Капитан стал упрекать этих неофитов... и пытался успокоить и обласкать женщин, но те презрительно отвернулись от него и пустились догонять своих мужей.

В ходе этой братоубийственной войны христианские племена из миссии Кадакааман выступили в поход, чтобы взбодрить робких неофитов и нагнать страху на возгордившихся врагов».

Получив в церкви благословение миссионеров, войско выступило в поход на врага под знаменем с изображением святого креста... Эта победа... смирила гордыню язычников, внушила им высокую религиозную идею, которую проповедовали чужеземцы, и содействовала тому, чтобы в ближайшие годы обратить их в к истинную веру»125.