ИЗ АМЕРИКИ В ЕВРОПУ

Созина Светлана Алексеевна ::: На горизонте — ЭЛЬДОРАДО!

Кем же был этот Рэли, дерзнувший ступить на тропу Эльдорадо? Солдат и путешественник, эрудит и философ, ученый и поэт, пират и дипломат — он принадлежал к числу выдающихся деятелей английской культуры времен королевы Елизаветы. Рэли жил в эпоху, когда Англия, потеснив на морях свою соперницу Испанию, вышла на старт широкой колониальной экспансии. Ее зачинатели проявляли отнюдь не бескорыстный интерес к обширным испанским владениям в Южной Америке.

Но почему именно побережье Венесуэлы привлекло английских конкистадоров? Причиной тому было все то же фантастическое Эльдорадо. В лице несравненного сэра Уолтера Рэли эта удивительная легенда приобрела, возможно, самого выдающегося почитателя. С появлением Рэли в Южной Америке легенда об Эльдорадо как бы вторично родилась на свет и получила признание во многих странах Европы.

Откровения Хуана Мартинеса, к тому времени уже умершего, вскоре стали известны за пределами Вест-Индии. Разными, подчас неведомыми путями, через моряков и путешественников, пиратов и торговцев сообщения бывшего индейского пленника, приукрашенные и дополненные пылкой фантазией тех, кто подхватывал эти странные вести, дошли и до берегов Старого Света. Уолтер Рэли поддался обаянию этих легенд. Его даже не смутило то, что «золотого правителя» до сих пор не удалось отыскать. Перед тем как покинуть Лондон, Рэли собрал о Гвиане все возможные сведения. И ему, конечно, были ведомы подробности неутомимых, но, увы, безуспешных поисков не одного только бравого сеньора Беррио, но и многих его предшественников — искателей золотой страны.

У Эльдорадо в Европе была такая солидная репутация, что все эти неслучайные совпадения Рэли объяснил таким образом: «Малый успех, который сопутствовал многим испанцам в их попытках его завоевать, объясняется, я полагаю, только тем, что самим богом эта империя уготована для ее величества и английской нации». Великолепный сэр Уолтер знал, когда должно сослаться на авторитет господа бога.

Эльдорадо к тому времени обросло такими зримыми и осязаемыми подробностями, что впору было украсить ими солидности ради архиученые трактаты. В составлении оных Рэли понимал толк, и он в манере оксфордских эрудитов изложил все известное ему о Гвиане и стране Эльдорадо в своей книге, которую издал сразу же после возвращения в Англию. Вот как он описывает Эльдорадо:

«Гвианская империя лежит прямо на восток от Перу по направлению к морю, на экваторе, и изобилует золотом более, нежели любая иная часть Перу, и в ней столько же или даже больше великих городов, чем было в Перу, когда страна процветала. Она управляется по тем же законам, и император, и народ придерживаются той же веры и той же формы и образа правления, что в Перу, не отличаясь ни в чем. И, как заверяли меня испанцы, видевшие Маноа, город императора Гвианы, который испанцы зовут Эль Дорадо, по величине, по богатствам и по превосходному расположению великолепнее любого города на свете, по крайней мере в той части мира, которая известна испанской нации; он расположен на соленом озере в 200 лиг длиною, подобном Каспийскому морю...

В дни торжественных празднеств, когда император пьет со своими вассалами и губернаторами, соблюдается такой обычай: все пьющие за его здоровье сперва раздеваются донага и смазывают тела белым бальзамом. Особые служители императора, превратив золото в мелкий порошок, выдувают его через полый тростник на их умащенные тела, пока все они не засияют с ног до головы, и так они сидят десятками и сотнями и пьют и проводят в пьянстве иногда по шесть или семь дней подряд...

И еще я считаю нужным объявить, что ныне правящий император Гвианы происходит от великолепных государей Перу. Когда Франсиско Писарро, Диего Альмагро и другие завоевали указанную империю Перу и казнили Атауальпу, один из его братьев бежал из Перу, взяв с собою множество воинов империи, называемых орейонес, и многие другие люди последовали за ним, и он захватил все те земли и те долины в Америке, которые расположены между великими реками Амазонкой и Ориноко...»

Рэли совершенно серьезно считал, что «тот, кто завоюет Гвиану, совершит больше, чем Кортес в Мексике или Писарро в Перу, из коих один завоевал империю Монтесумы, а другой — Гуаскара и Атауальпы. Какой бы государь этим ни овладел, у него будет больше золота и более прекрасная империя, больше городов и людей, чем у короля Испании и у Великого Турка».

Теперь, казалось, о золотой стране было известно доподлинно все — Рэли указал ее точный адрес, описал ее трагическую историю, нравы и обычаи жителей. Лишь богатства Эльдорадо не поддавались точному определению, ибо были они неисчислимы. Стоит заметить, что если в ранних вариантах легенды золотым песком обсыпался один только Эльдорадо, то у Рэли этой непростительной роскоши предавались и другие подданные «золотого правителя». Почитатели и ревностные служители легенды обладали ненасытным аппетитом, отсюда и новые аспекты старых сказаний.

Но вернемся к апрельским событиям 1595 г. на острове Тринидад. Став пленником могущественного соперника, Антонио де Беррио счел за благо оказать ему посильную помощь. Сэр Рэли высоко оценил благосклонность своего соратника по поискам Эльдорадо. От Беррио он получил бесценные сведения о характере местности, капризном нраве Ориноко, повадках местных индейцев. По совету Беррио Рэли отказался от мысли плыть по Ориноко на кораблях. Приближался сезон дождей, и реку можно было пройти только на небольших лодках и каноэ.

Маршрут экспедиции был также разработан под непосредственным влиянием старика Беррио. Рэли намеревался подняться по Ориноко до устья Карони и затем пройти по Карони до верховьев, чтобы попасть на легендарное озеро.

Как ни ясен был план, а трудности и неожиданности подстерегали Рэли уже в самом начале пути. Устье Ориноко — это 17 щупалец-протоков. Они сбрасывают воду в океан с такой бешеной скоростью, что лодки кружит и кидает из стороны в сторону как щепки. К тому же как определить, который из рукавов быстрее всего приведет к главному руслу? Передвигаться приходилось с большой осмотрительностью, путникам все время угрожали свирепые кайманы, которых здесь было великое множество. Только на пятнадцатый день пути солдаты Рэли вошли наконец в главное русло и увидели на горизонте высокие пики Гвианского нагорья.

Река стала спокойнее, появились первые индейские селения. На всем пути следования Рэли торжественно избавлял местных жителей от ига испанцев; одновременно он составлял карту бассейна Ориноко, описывал берега ее многочисленных притоков, слагающие их породы. Войдя в воды Карони, англичане пустились вверх по ее течению в надежде на то, что вот-вот появится желанное озеро. Однако вскоре начались дожди. Идти вперед стало невозможно. И Рэли отдал приказ о возвращении. Шел июнь 1595 г.

Обратный путь занял немного времени. Показался остров Тринидад. Антонио Беррио, которого Рэли оставил заложником на берегу, был несколько разочарован, когда увидел соперника живым и невредимым. Впрочем, разочарование сменилось ликованием, ведь англичанин вернулся с пустыми руками. Ни золота, ни озера Рэли не нашел.

И хотя итоги экспедиции оказались плачевными, это не обескуражило сэра Уолтера. В августе 1595 г. он прибыл в Лондон с твердым намерением вернуться в Гвиану еще раз, как только сумеет более основательно подготовиться к путешествию.

Уже в 1596 г. он выпустил в свет небольшую книжку под длинным и экзотическим названием «Открытие обширной, богатой и прекрасной Гвианской империи с прибавлением рассказа о великом и золотом городе Маноа (который испанцы называют Эль Дорадо) и о провинциях Эмерия, Арромая, Амапая и других странах с их реками».

Книжка эта имела большой успех и в ближайшие два года выдержала еще два издания. А в 1599 г. ее читали уже по-немецки и на латыни просвещенные жители Европы. Затем она стала известна в голландском и французском переводах. Так легенда об Эльдорадо, переплыв Атлантику, заговорила и на многих европейских языках.

К месту было бы сказать, что Уолтер Рэли, собственно, не совершил никакого открытия: участок Ориноко до впадения Карони уже не раз до него проходили испанские путешественники и конкистадоры. К тому же никакого золотого города он так и не обнаружил ни во время первой экспедиции, ни во второй (1618 г.). Зато его книга действительно открыла европейской публике совершенно незнакомый экзотический мир, населенный удивительными людьми, диковинными птицами и животными. Рэли впервые составил обстоятельную карту бассейна Ориноко и дал довольно точную характеристику минеральным богатствам этого района. Таким образом, с книгой Рэли в Евpony проникла печатная информация о Новом Свете, сведения о котором доселе тщательно скрывали от посторонних глаз хранители Генерального архива Индий в Севилье.

По следам Рэли на Ориноко ринулись и другие искатели приключений. Гегемонии Испании над заморскими колониями приходил конец. В 1595—1598 гг. путь Рэли повторил голландец Кабелио. В 1602 г. на Ориноко проникли французы: Рене Маре де Монбарио по личному повелению французского короля пытался проложить дорогу в Эльдорадо, ускользнувшее из рук самого Рэли.

Появление Эльдорадо на многих географических картах того времени воспринималось современниками как призыв к продолжению поисков этой мифической страны. В 1599 г. географ Иодок Гондиус издал специальную «Новую карту богатой золотом земли Гвианы». На ней в самом центре он изобразил огромное озеро, длиной в 160 лиг, превосходящее размерами Каспийское море. Называлось оно по-разному: Рупунувини, Парима или Дорадо. Фламандец Теодор де Бри, тот самый, что опубликовал латинский перевод книги Рэли, иллюстрировал ее этой картой Гвианы, ставшей потом знаменитой. На карте была показана река Эссекибо, вытекающая из обширного внутрима-терикового озера Парима. На северном берегу озера де Бри поместил город Маноа. Рядом поставил подпись: «Маноа или Дорадо, считающийся величайшим городом во всем мире». Как видно, современники Рэли восприняли его книгу как достовер-нейший документ.

В начале 1637 г. два монаха-францисканца, Доминго де Бри-ева и Андрее де Толедо, спустились с восточных склонов перуанских Анд и отправились на поиски Эльдорадо и храма Солнца по дороге, проложенной Орельяной. Их сопровождали шесть испанских солдат и два индейца. Эта маленькая горстка людей проплыла Напо, Амазонку и к исходу третьего месяца без особых приключений добралась до португальской крепости Пара близ устья Амазонки. Ни золотого города, ни солнечного храма найти им не удалось.

Их рассказы об удивительном путешествии побудили португальцев, которые к тому времени прочно обосновались в бассейне Амазонки, организовать собственную экспедицию, но уже в обратном направлении. В июле 1637 г. караван судов под командой капитана Педру Тейшейру двинулся вверх по Амазонке. Великая река не чинила препятствий путешественникам, и вскоре португальцы оказались в среднем течении реки Напо, притоке Амазонки. Оставив суда на берегу, Тейшейру в сопровождении небольшого отряда поднялся в Анды и через несколько недель объявился в славном городе Кито, чем немало поразил местных испанских чиновников.

Вскоре португальцы пустились в обратный путь. Около устья Риу-Негру они обнаружили индейское селение; жители его носили изящные золотые подвески. Оказалось, что эти дорогие украшения в изобилии поставляли индейцы манагус, которые жили на золотоносных речках Юпура и Юрупаси. Люди Тейшейру не преминули воспользоваться этими сообщениями и предприняли небольшой поход на золотую реку. Прибыв на место, они вдоволь наторговали диковинных браслетов и ожерелий из золота в обмен на железные ножи и рубахи тонкого полотна.

Никто из спутников Тейшейру не подозревал, что их экспедиция вплотную приблизилась к разгадке тайны, мучившей многие десятки лет не одного конкистадора и исследователя. Индейцы манагус, известные также как манаос и махаонас, славились далеко вокруг как искусные мастера золотых дел. С ними-то, видимо, и были связаны истоки легенды о золотом городе Маноа[22]. Однако о том, что они стояли на пороге открытия, никто не узнал ни в то время, ни столетие спустя.

Не догадался об этом и один из участников плавания Тейшейру капитан Матиас Маттесон, уроженец Гента. 15 лет спустя, занесенный судьбой на Ориноко, он возглавил экспедицию из 60 испанцев и 400 индейцев на поиски легендарного Маноа. В 1655 г. отряд выступил из крепости Сан-Томе и двинулся против течения Карони к ее истокам. Маттесону удалось совершить то, что оказалось не под силу Беррио и Рэли. Он прошел непокорную и коварную Карони, которая и вывела его людей на обширное плато Гран-Сабана в восточной Венесуэле. Казалось, на этот раз все было предпринято, чтобы благополучно завершить дело, начатое Рэли, все указания географических карт были использованы. Озеро Парима должно было находиться именно тут. Однако его так и не удалось разыскать.

В 1714 г. Маноа заинтересовалась могущественная голландская Вест-Индская компания. Питер ван дер Хейден Резен, агент компании в Гвиане, получил строго секретную инструкцию, в которой требовалось: «Собрать насколько возможно точные сведения, соблюдая при этом максимальную осторожность, о природе и местонахождении городов на озере Парима и особенно о Маноа или Эльдорадо, золотом городе, и доведаться, в частности, каким путем его достигнуть, какого нрава люди живут в нем, какого обхождения они требуют и т. д.».

Через 25 лет на поиски озера отправился другой агент компании— Николас Хорстман. В 1739 г. он отплыл вверх по реке Эссекибо, затем попал в Риу-Негру, а оттуда в Амазонку. И вскоре был вынесен мощным течением в устье реки, к португальской крепости Пара. Там он сдался на милость португальцам и, поддавшись увещеваниям, перешел к ним на службу.

Как стало впоследствии известно из путевого дневника Хорстмана, он обнаружил в верховьях Карони обширное озеро, заросшее тростником, которое индейцы называли Амуку. По мнению Хорстмана, это и было легендарное Парима, но никаких городов, в том числе и золотого, на берегах его он не нашел.

В течение XVII—XVIII вв. озеро Парима и город Маноа, временами перемещавшийся с северного берега на восточный и с восточного на западный, показывались на всех картах Нового Света — в атласе Де Лаета (1630 г.), Сансона (1656 г.), Хейлина (1663 г.). Французский картограф Гийом Делиль отказался от этой традиции, и на его карте 1703 г. легендарное озеро отсутствует. Но, словно опасаясь, что его обвинят в неточности, он на месте, где обычно изображалось озеро, написал: «В этом районе некоторые помещают озеро Парима и Маноа, город Дорадо». Позднее, в середине XVIII в., озеро Парима стала сопровождать подпись «Золотое море».

Так, в атласе известного нюрнбергского картографа Иоганна Гомана от 1725 г. и во всех последующих изданиях Парима-зее располагалось в самом центре Гвианы; французский картограф Робер де Вогонди лишь слегка изменил традиции, назвав в  1750 г. озеро Париму «белым или пресным морем».

В 1775 г. всеевропейскую известность получила карта меридиональной Америки, которую составил испанский королевский картограф Хуан де ла Крус Кано и Ольмедилья. Особый инте-. рее географов вызвала та часть карты, где была изображена Гвиана; в основу ее, по словам автора, были положены старинные рукописные чертежи, донесения колониальных чиновников, сообщения миссионеров и прочие не менее «авторитетные» источники. Добрую треть Гвианы занимало «Золотое море», вытянутое в виде огромного прямоугольника с севера на юг и соединенное с верховьями Ориноко. Карта де ла Круса была столь популярна, что все позднейшие географы и картографы копировали ее как самую достоверную. Она неоднократно переиздавалась без всяких изменений вплоть до 1851 г.


[22] Впоследствии при впадении Риу-Негру в Амазонку был основан город Манаус.