Шаман и заболевания духа

Мерседес де ла Гарса
:::
Статьи и материалы
:::

Шаманы

Индейское мировоззрение включает не только видимую и осязаемую реальность. За этой реальностью находятся другие сферы, где правят силы, благодаря которым существует Вселенная (космос).

Согласно индейскому мировоззрению, Человек имеет дуальную природу, состоящую из тела и духа. Человек обладает способностью переходить в таинство той или иной сущности, перемещая границы доступа в них; такой переход можно осуществить лишь пребывая в особом состоянии, когда дух отделяется от тела; это состояние может иметь место в силу самых разных причин и при различных жизненных обстоятельствах, а сам переход может быть как преднамеренным, так и непреднамеренным.

Отделения духа от тела можно достичь во сне или экстатическом трансе. Сон свойствен всем людям, и является нормальным состоянием человека. Транс является исключительным и преднамеренным актом, и его достигают лишь те, кто был избран сакральными силами, предварительно пройдя через инициацию и обучение, посредством которого достигается умение управлять магической силой и контролировать свой душевный потенциал, поднимаясь до уровня сверхъестественного существа. Практикующие религиозный транс занимаются извлечением духа из тела, и называются «нагвали» - именно так их называли науа (отсюда и сам термин), и так их называли майя. Поскольку само слово «нагваль» за последующие века претерпело различные смысловые изменения, особенно в интерпретациях святых отцов колониальной церкви, то мы предпочтем обобщенно называть их «шаманами», так как это слово превратилось в общепринятый термин, который ведет свое происхождение из Сибири.

Начиная с доколониальной эпохи и по настоящее время, в мире науа и майя существовали шаманы, то есть индивиды, наделенные особой силой благодаря своей сверхъестественной способности управлять состоянием экстатического транса; это состояние достигалось суровой практикой аскетизма, в частности – постами, бессонницей, воздержанием, добровольными жертвоприношениями, сопровождаемыми медитацией, танцами и ритмическими песнопениями, а также принятием внутрь или наружно психоактивных веществ – как в виде галюциногенных грибов и растений, так и дурманящих напитков. Само состояние транса имело целью извлечь дух из тела при полном сохранении сознания и возможности контролировать свои действия; таким образом, шаман мог «видеть» то, что сокрыто от других, а «видеть» - означало «знать». Шаман мог подняться на небо, спуститься в потусторонний мир, пробежать длинное расстояние за несколько секунд; шаман мог общаться с богами и мертвыми, с душами еще живущих людей, и со своим собственным alter ego в образе животного. Помимо этого, шаман имел способность превращаться в животных и в жизнетворные жидкости (например, кровь), а также в природные явления (лучи, огненные шары или кометы); шаман мог управлять силами природы (например, выпадением града), но самое главное - он мог «видеть» причину заболеваний и назначить курс магического излечения. Шаманы также были и остаются знатоками и толкователями снов, и кроме того, они умеют применять священные растения и дурманящие напитки, содержащие психоактивные вещества - как для общения с потусторонними силами, так и для целительства и ясновидения.

В данной работе мы ограничимся рассмотрением целительских функций шаманов у науа и майя, и предложим общую историческую точку зрения, начиная с доиспанских времен до настоящего времени.

Под заболеваниями духа мы понимаем преимущественно психосоматические заболевания, на которые обычно жалуются индейцы. Прежде чем приступить к их рассмотрению, необходимо констатировать, что значительное количество болезней, по утверждению большинства медиков, имеет психосоматический характер. Следовательно, чтобы узнать о медицинской системе в той или иной культуре, необходимо постичь контекст этой конкретной культуры, ее видение окружающего мира и самой жизни, а также знания о человеческом теле, которые и будут определять, что можно считать здоровьем и заболеванием, и в связи с этим, какие методы лечения будут применяться. В каждой культуре существуют специфические виды болезней, для излечения которых существуют конкретные терапевтические методы. Человек западной культуры никогда не заболеет черной меланхолией, от которой колотится сердце (flato)2, либо рассеянием (barajusto), либо вспучиванием живота, внутри которого движется некая живая материя (pochitoque), либо чесоткой от живого паука, который попал под кожу (mal de arana). Западный человек не сможет исцелиться при помощи магии, заклинаний и молитв, равно как и западные препараты-плацебо не подействуют на какого-нибудь тохолабаля или чоля. Этим мы ни в коей мере не хотим сказать, что не существует болезней, объективно вызванных биологическими или физическими факторами, и мы не отрицаем научную медицину, которая обладает комплексным объективным знанием о человеческом теле и его заболеваниях, но вместе с тем мы признаем, что объективно существует достаточно большой процент заболеваний психосоматического характера, и в этом смысле весьма показательно признание известной масатекской шаманки Марии Сабины, которая утверждала, что в первую очередь заболевает дух, и поэтому чтобы излечить тело, нужно начать с излечения духа.

 

Доколониальная эпоха


В преиспанской культуре у науа существовали самые разные виды шаманов, которые с одной стороны, могли насылать различные болезни, а с другой – исцелять их. Имеется ввиду, что один и тот же шаман мог быть «плохим» и «хорошим», то есть его сила могла быть одинаково направлена как на благополучие и здоровье другого индивида, так и на его разрушение.

Среди шаманов науа особо выделялись nahualli, или «знающие», которые обладали сверхъестественными силами, позволяющими им превращаться в различных животных. Nahualli пользовались уважением, и к ним шли за серьезным советом.

«Хороший» шаман был целителем и защитником; «плохой» - насылающим злые чары, порчу и болезни. В любом случае, каждый шаман, обладающий способностью превращения, назывался nahualli; превращаясь в животное, шаман делал его своим двойником (nahualli). Например, tlacatecolotl – человек-сова (который также обладал способностью превращаться в собаку), считался злокозненным колдуном, который мог наслать болезнь жертве путем сжиганием деревянной фигурки с ее изображением, проливанием на фигурку своей собственной крови, или даже мог поднести жертве отравленное питье. Такие злокозненные нагвали назвались tecotzquani (поедатели ножных икр), и teyolloquani (поедатели сердец), потому что они занимались черной магией. Их магия заключалась в одевании деревянной фигурки жертвы в похоронные одежды, и в последующем сжигании этой фигурки с целью вызвать смерть выбранной жертвы. Покровителем злых шаманов считался Науальпилли – один из образов Тескатлипоки. А среди «благодетельных» нагвалей существовали teciuhazqui, или заклинатели дождя и града (graniceros), которые могли вызвать дождь и град, и заклинаниями остановить их.

Шаман, который специализировался на целительстве, назывался ticitl – «тот, кто практикует медицину - ticiotl». Считается, что такие «курандеро» обладали особыми познаниями в травах, рвотных снадобьях, лекарственных напитках и практике надрезаний; они также умели насылать болезни и соблазнять женщин, чтобы затем сделать их жертвами своего колдовства. Эти шаманы практиковали множество побочных специальностей, в частности шаман-paini занимался ясновидением, имел особые познания в применении галлюциногенов и лечил преимущественно душевные заболевания. Такие курандеро проходили религиозные инициации, состоящие из акта смерти и последующего схождения в потусторонний мир, где они получали специальное обучение в области медицины – в искусстве диагностики, методах лечения, и получали знания о священных травах. Для диагностики применялось ясновидение, для которого применялись самые разнообразные средства: при помощи узелков, веревочек, семян кукурузы, воды, ритуального календаря, знамений, толкований сновидений и применение галлюциногенных и психоактивных растений, как то: грибов, пейота, ололиуки (ololiuhqui – вьюнок пурпурный), дурмана обыкновенного (toloache), разновидности дурмана (tlapatl), полыни (estafiate, istafiate), и прежде всего – табака (picietl)3. Толкователем галлюцинаций выступал сам «paini» - «выпивающий зелье» - то есть тот, кто сам употреблял галлюциногены а затем проводил диагностику, или же заставлял выпивать травяное зелье своего пациента. К «паини» обращались при особо долгих и тяжелых болезнях, которые, как предполагалось, были вызваны колдовством. В частности, в текстах упоминаются такие болезни, как испуг, тоска и «сердечная тошнота». Заболевший, после применения галлюциногена, сам начинал показывать на те части тела, где гнездилось заболевание.

Другой «ticitl» производил диагностику путем толкования сновидений. Такой шаман назывался temiquiximati - «знаток сновидений», и хотя в его распоряжении были книги с различными толкованиями снов, он проводил диагностику в основном благодаря своим сверхъестественным силам и своей способности управлять духом, отделенным от тела. Этих шаманов, по роду их занятия, называли «детьми ночи», в честь Тескатлипоки и Малинальшочитль, колдуньи и сестры самого Уицилопочтли. Она была злобной дикаркой, «хватательницей за икры, обманщицей людей, сводящей их с верного пути, усыпительницей людей, которая заставляла их поедать гадюк и филинов, превращая их в сороконожек и пауков… и творя колдовство… была она подлой негодницей, - пишет Тесосомок» (1975, р.28)

Среди древних майя было множество самых разных шаманов, и в первую очередь шаманами были сами правители, которых изображали на стелах с жреческими атрибутами и инсигниями высшего небесного божества, именем которого они управляли. В колониальных текстах киче и какчикелей их называли «nawal winak» - «люди-нагвали», и давали описание их сверхъестественных сил, в частности - их способности превращаться в ягуаров и других животных, подниматься на небеса, спускаться в потусторонний мир, обладание большой физической силой и чрезвычайно острым всепроникающим взором, который имел ясновидящую силу. В текстах не упоминаются методы, которыми пользовались правители, нет и упоминания о священных растениях, однако имеются ссылки о том, что правители могли исцелять и употребляли галлюциногены, как это водилось у науа. В текстах, однако, упоминаются суровые практики аскетизма, которым следовали правители, и ритуальная атрибутика, которая, в свою очередь, являлась отличительным знаком их власти. Атрибутика включала в себя кости орла, ягуара и пумы, голову и ноги оленя, черные и желтые камни – очевидно, используемые для прорицания, а также перья цапли, кецаля и голубой танагры, хвост сарыча, табак, каменные фигурки грибов и шипы для ритуала кровопускания; также упоминаются «травы для омовения», которые очевидно были лекарственными растениями.

В эпоху Конкисты, у юкатанских майя шаманами были жрецы, которые выполняли отдельные функции: «uaiaghon» - колдун, «ah pul yaah» - колдун-насылатель болезней, «h?men,» - колдун, который превращался в животное (название дожило до наших дней), и «чиларес», которые пророчествовали в состоянии транса, лежа на спине прямо на земле, и по всей видимости, вызывали состояние транса при помощи травы ололиуки. Шаманы были целителями и чародеями, которые лечили при помощи кровопускания и умели предсказывать судьбу, бросая жребий. В месяце Сип шаманы отмечали свой праздник: они доставали свои атрибуты – божков медицины (Ишчель и Ицамну), и камни, разбрасываемые при предсказании судьбы (ам), а также многие другие предметы.

 

Колониальная эпоха

В колониальную эпоху нагвализм и шаманизм пытались идентифицировать с колдовскими практиками, существующими в Европе, чтобы определить некое сходство между ними, и в частности – в процессе превращения колдуна в животное. Эта практика, как считалось, была занесена в Европу некоей демонической и порочной сектой из Египта, и таким образом, в представлениях конкистадоров, а позднее и самих индейцев, индейские верования стали ассоциироваться с черной магией и сделкой с дьяволом. Тем не менее, шаманские ритуалы продолжали совершаться, хотя и тайно, чему есть множество свидетельств, полученных в результате преследования шаманов. В частности, в 18 веке Хасинто де ла Серна, Руис де Аларкон, Мархиль де Хесус и Нуньес де ла Вега оставили точные описания шаманских практик Центрального Плоскогорья и Чиапаса. В той местности шаманы назывались «poxlom» (от слова «pox», медицина, что свидетельствует о том, что шаманы занимались, в основном, целительством). Нуньес пишет: «…нам представилось, что это был сам дьявол, который словно мяч или огненный шар, пролетел по воздуху в виде звезды или кометы со шлейфом». (Nunez, 1988, p. 756). Тексты подтверждают, что шаманы занимались медициной, и для исцеления практиковали исповедания грехов и «зловонные снадобья» - в частности, юкатанские ведьмы клали под подушку тлaпатль (дурман-траву), или давали своим пациентам ее понюхать, чтобы те потеряли рассудок. Были и чернокнижники, которые занимались любовным приворотом и умели переноситься, по словам Мархиля, в «фантомный рай», где принимали участие в различных пиршествах и совокуплялись с женщинами, - после того, как в полночь оборачивались три раза вокруг себя. Таким же образом они превращались в животных, кости которых хранили и поклонялись им по ночам, в то время как сами занимались продажей какао; из этого мы можем заключить, что шаманы употребляли галлюциногенные вещества.

На территории, где проживали науа, в колониальную эпоху монахи находили спрятанные в домах сосуды из тыквы (tecomates), или корзины, где хранились вещи, передаваемые по наследству шаманом-paini (el itlapial), внутри которых находились копаль, вышитые платки, фигурки божков, деревянные жабы, инструменты для самостоятельного жертвоприношения и галлюциногенные растения. Для шаманов той эпохи, как и для шаманов доколумбовых времен, было необходимо добиться состояния экстатического транса, так как только в этом состоянии они могли узнать причину заболевания духа. Лечение, проводимое шаманом-paini сначала предполагало определение подходящей даты, затем украшение выбранного для ритуала помещения (santoscalli) ветками растений, орошение его ароматами, и наконец, возжигание свечей. Затем шаман-paini закрывался в полной тишине и одиночестве, и выпивал галлюциногенное питье, которое заранее было приготовлено человеком, прошедшим очистительный ритуал. Затем шаман входил в транс, и в состоянии транса давал ответы. В случае порчи, он мог назвать даже имя колдуна, наславшего порчу. Галлюцинация подразумевала явление самого божества, заключенного в растении, и это божество подавало правильный ответ; точнее говоря, это божество входило в тело шамана, проявляясь в его человеческом облике, и вещало через рот человеческим языком. Существо, которое являлось при галлюцинировании, могло принимать различный облик, согласно характеру принимаемого галлюциногена: ипомея (вьюнковое растение) обычно вызывала видение черного человечка, пейот вызывал видение старика; другие растения вызывали видения ангелов. Короче говоря, каждое растение имело свой образ.

 

Настоящее время

В современных индейских общинах науа и майя можно встретить уцелевшие формы шаманизма, основанного на все тех же базовых идеях о возможностях трансформирования шамана в различные существа, и его способности к ясновидению и целительству. Современный шаманизм среди науа и майя настолько сложен и имеет такие широкие границы, что в данной работе мы ограничимся пересказом некоторых преиспанских традиций, имеющих отношение к излечению заболеваний духа, потому что эти древние традиции все еще продолжают существовать – с учетом логики их изменений в ходе исторического процесса - наряду с новыми верованиями и традициями. В штатах Мехико, Морелос, Пуэбла и Веракрус в основном сохраняется шаманская традиция науа. Эти шаманы придерживаются конкретной специализации – например, среди них есть «гранисерос» (заклинатели дождя), а другие шаманы по-прежнему специализируются на исцелении заболеваний духа. Что касается общин майя, то там шаманы занимают главное место, так как они занимаются не только целительством, но играют важную социально-политическую роль, будучи советниками и наставниками общины. Как и в прежние времена, шаман узнает о своем предназначении во сне или в состоянии болезни, и находясь в этом состоянии, начинает постигать свою новую должность целителя (курандеро) и ясновидящего; другими словами, инициация проводится в именно том состоянии, когда дух отделен от тела. Предназначение некоторых шаманов было предопределено еще до их рождения. Другие становятся шаманами в результате тяжелого душевного потрясения, например, после смерти ребенка. Многие учатся исцелять, общаясь с душами мертвых или других шаманов в своих сновидениях, где существуют иные пространственные измерения.

Как майя, так и науа продолжают верить, что существует целый ряд болезней, вызванных сверхъестественными силами и существами. Продолжает бытовать мысль о том, что патология вызывается определенным поведением индивида, который, преступая социальные и моральные нормы, навлекает на себя гнев богов. Наказание может проявиться в том, что духи предков покидают животного-двойника этого индивида, и животное-двойник начинает бродить в полном одиночестве и забвении по горам и долам, отдаваясь во власть любого встречного злого духа, который может пожрать или разрушить его. Иногда боги потустороннего мира могут сами явиться индивиду в заколдованном виде – это может быть змея, муравей, радуга, «сомбрерон» (огромная мужская фигура ужасающего вида в сомбреро), красавица-распутница Xtabay, и попугай-кусака (perico-agarrador), которые бродят по ночам и причиняют людям зло, насылая на них болезни. Заболевание также может быть вызвано знаком ритуального календаря, изменениями в равновесии тела, например, смещением типте (прим. переводчика: tipte - некий мифический орган, который, по верованиям юкатанских майя, находится непосредственно за пупком, имеет округлую форму, и непрерывно пульсирует, управляя всеми функциями тела), а также сильными эмоциями, такими как испуг, злость, печаль или стыд (раздражение). Когда дух находится отдельно от тела, как например, во сне или в состоянии оргазма, он особо уязвим для внезапных заболеваний, и легко отдается во власть ночных и темных сил. Так, в частности, мертвец может явиться во сне и стать причиной заболевания в виде испуга.

Заболевания духа проявляются в бредовых видениях, потере речи, меланхолии, раздражительности, патологическом эротизме, в депрессии и сумасшествии; эти заболевания, в свою очередь, влияют на состояние тела, которое начинает страдать от лихорадки, вспучивания, болей, крапивницы, одышки и т.д., что напрямую может привести к смерти человека. Самое распространенное заболевание духа – это «потеря души». Можно свернуть душу с правильного пути, сильно напугав или поразив ее, например, в результате несчастного случая или злого наговора. Считается, что когда душа выходит из тела, ее сразу захватывают духи-хранители земли, рек и лесов, существа потустороннего мира, или некие воздушные субстанции злобного нрава, которые имеют собственную волю – «злые ветры». Например, в Тепостлане (прим. переводчика: г.Тепостлан, Tepoztlan, находится в штате Морелос, неподалеку от г.Куэрнавака, и по традиции считается городом колдунов и всяческой магии) продолжают верить, что «ветры» обитают в оврагах и муравейниках – то есть, в тех самых местах, которые считаются потенциально опасными, т.к. «ветры» предпочитают нападать именно там. В этих оврагах также живет радуга, которая ассоциируется со злобным змеем. Даже плод в утробе матери может потерять душу, если мать его сильно напугана; а легче всего украсть душу у грудничков, так как у них на голове еще не закрылся «родничок». Потерянные души обычно остаются во власти «ветра» именно в том месте, где их застал испуг, или уходят в потусторонний мир (в Тлалокан). Когда душа теряется, то тело заболевает; симптомы этой болезни – потеря апетита, слабость, депрессия, долгий и тревожный сон.

Другой вид душевных заболеваний насылается человеческими существами - и самыми худшими из них. Самым распространенным видом этих заболеваний считается «злая порча», которую наслал колдун, и эта болезнь принимает разнообразные формы. Обычно колдуны насылают болезнь магическими заклинаниями или готовят отравляющее снадобье, которое при помощи «плохих ветров», угнездившихся в естественных отверстиях в теле жертвы, заливают его непосредственно в тело несчастного. «Злая порча» проявляется в полном психическом расстройстве и сумасшествии. Колдун может напустить волосы в глотку или желудок своей жертвы, и она умрет от асфиксии или острых болей; колдун может поселить в брюшной полости животных – крысу, броненосца, поросенка, щенка, жабу, гадюку или насекомых. Жертвы порчи испытывают жуткие боли и вскоре умирают. Колдуны могут заочно стерилизовать свою жертву, заморозив ее гениталии, (что затем излечивается паром лекарственных растений, направленным непосредственно на эти органы). В конце концов, колдуны могут «сократить час», а именно – намеренно вызвать смерть после продолжительной агонии. Сообщники колдуна – боги земли – пленяют животное, которое является двойником умирающего, и морят его голодом. Жертва слабеет, страдает рвотой и болями, вздутием живота и наконец – умирает.

Есть и другие виды порчи, насылаемой сверхъестественными силами, но уже ненамеренно – такая болезнь может быть вызвана «сильным взглядом» или излишним «жаром». Это особые виды энергии, которая накапливается с годами и превращается в мудрость; древние науа считали эту энергию частью «тоналли». Например, если женщина беременна, то она выделяет излишний «жар», который может навредить окружающим, и в первую очередь - детям. Болезни, вольно или невольно вызываемые окружающими людьми, обычно протекают очень тяжело. Именно поэтому тохолобали говорят, что «нет на свете хуже вреда, чем от людей» (Campos, 1983, p. 90). С душевными заболеваниями люди идут именно к шаману, потому что обычный курандеро не обладает достаточными знаниями в диагностике и лечении такого рода заболеваний. Шаман сразу начинает диагностику через ясновидение – тем же способом и такими же семенами, как и его предки в доколумбову эпоху. В наше время, ясновидение при помощи галюциногенных субстанций уже не так широко распространено, как в доколониальную эпоху (тем не менее, оно до сих пор сохраняется среди науа в Сьерра де ла Пуэбла, и в районе Тетела де Волькан, штат Морелос). И все-таки - расположение зерен маиса и их окраска по-прежнему рассказывают шаману о причине болезни: о том, кто ее наслал, и какое колдовство имело место. Другие шаманы проникают в суть болезни, катая яйцо по телу больного, раскидывая зерна перца и наблюдая за движениями своей икроножной мышцы во время сеанса консультирования. Однако самым главным методом диагностики по-прежнему остается проверка пульса, которая заключается в наблюдении за движением вен на запястье и предплечье больного. Их пульсация говорит шаману о характере болезни и о причине заболевания. Процесс диагностики заканчивается серией вопросов к пациенту, которые призваны привлечь внимание пациента к грехам, которые он когда-то совершил, и его собственным сновидениям, которые помогут открыть истинную причину болезни. Например, в Тепостлане, если кто-то заболевает «ветрами», то ему обычно снятся муравьи. Иногда шаманы проводят диагностику, занимаясь толкованиями своих собственных снов, как это имеет место в Сан-Мигеле, штат Пуэбла.

Толкование снов является обычной практикой среди шаманов, даже не столько с целью физиологической и психологической терапии, сколько для того, чтобы найти пропавших людей и потерянные вещи, а заодно посмотреть будущее. На церемонии исцеления иногда все присутствующие начинают толковать свои сны, и это толкование, несмотря на наличие некоторых общих символических образов, понятных всем присутствующим, носит очень личный характер. При всем при том, «толковать сновидения – это надо уметь», - так говорят шаманы Тепостлана, потому что «некоторые сны приходят из мозга, а другие – от соблазна». Это означает, что некоторые сны являются «настоящими», а другие – лживыми, то есть, одни содержат лживые образы, а другие честно отражают похождения души в то время, когда она была отделена от тела. Скорее всего, это понятие уходит корнями еще в доиспанскую эпоху, так как еще древние науа различали «сон напрасный» и «сон истинный». Колдуны, насылающие болезни, также обладают умением их лечить, и в первую очередь – те самые болезни, которые они же сами и наслали, в частности, сумасшествие. Поэтому такие колдуны, равно как и колдуны «хорошие», одинаково пользуются поддержкой одних и тех же святых, а именно – Св.Петра, которого почитают как среди науа, так и среди майя. Колдуны – знатоки обрядов, магических заклинаний и «контр-зелий». Когда шамана постигнет неудача, он идет просить совета у колдуна, который обладает бoльшим набором ресурсов. Когда болезнь продиагностирована, начинается церемония исцеления, которую шаман предварительно увидел во сне, когда его душа была отделена от тела. В процессе сновидения, духи других шаманов подсказывают возможные методы лечения и диагностирования, и учат применять эти методы на душах больных. Поэтому цоциль Мануэль Ариас утверждает: «Всё, чему учат через рот – теряется, потому что учение постигается только через душу». (Guiteras, 1965, p. 135).

Церемонии исцеления разнообразны и сложны, однако в них всегда присутствует воскурение копаля, чей дым питает богов; молитвы, где просят прощения и просят вернуть здоровье или потерянную душу; заклинания над больным телом с целью его исцеления и возвращения ему души; жгут свечи, кладут цветы и продукты питания. Часто убивают курицу или черного цыпленка, которого подносят богам взамен потерянной души. Ритуалы могут проходить как внутри помещения, так и в том месте, где душа потерялась – во время своеобразного паломничества к алтарям священных гор, долин и пещер. Помимо молитв и заклинаний, применяются другие методы – разминание больного тела, его обметание, обдувание, обмывание и кровопускание; болезнь также «высасывают» из организма, как это делалось в доколумбову эпоху, и больному подносят целительное питье или накладывают целительную смесь. Иногда исцеление приходит только тогда, когда душа будет полностью от дела – а именно, во время сновидения или в состоянии экстатического транса; чтобы добиться последнего, больному дают галлюциногены, как это до сих пор практикуется в Тетела де Волькан. Все эти верования и медицинские практики, несмотря на включение в них христианских молитв и новейших элементов, в сущности являются продолжением дожившей до нашего времени, в той или иной форме, доиспанской традиции, и находятся в полном согласии с концепцией индейского мировоззрения – взглядов индейцев на окружающий мир и живущего в нем человека.

 


1 См. De la Garza, 1990.
2 Пояснения к названиям традиционных индейских заболеваний даны в тексте
3 Как утверждают науа, табак был и до сих пор является одним из самых важных лекарственных растений: он излечивает почти все болезни, усыпляет змей и муравьев, и даже «обращает в бегство саму смерть».


Библиография:

 

Aguirre Beltran, Gonzalo. “Medicina y Magia. El Proceso de Aculturacion en la Estructura Colonial”. Instituto Nacional Indigenista, SEP (Serie Antropologia Social), Mexico, 1973.

Campos, Teresa. “El Sistema Medico de los Tojolabales”. En: “Los Legitimos Hombres”. Vol. III. Mario Humberto Ruz (Ed.) IIF / Centro de Estudios Mayas – UNAM, Mexico, 1983.

De la Garza, Mercedes. “Sueno y Alucinacion en el Mundo Nahuatl y Maya”. IIF / Centro de Estudios Mayas – UNAM, Mexico, 1990.

De la Serna, Jacinto. “Manual de Ministros de Indios para el Conocimiento de sus Idolatrias y Extirpacion de Ellas”. En: “Tratado de las Idolatrias, Supersticiones, Dioses, Ritos, Hechicerias y Otras Costumbres Gentilicas de las Razas Aborigenes de Mexico”. Francisco del Paso y Troncoso (ed.), Ediciones Fuente Cultural, Mexico, 1953.

De Sahagun, Fray Bernardino. “Historia General de las Cosas de la Nueva Espana”. 4 Vols. Porrua, Mexico, 1969.

Duoiech-Cavaleri, Daniele y Mario Humberto Ruz. “La Deidad Fingida”. Antonio Marfil y la Religiosidda Quiche del 1704”. En: “Estudios de Cultura Maya”. Vol. XVII. IIF / Centro de Estudios Mayas – UNAM, Mexico, 1988, pp. 213-267.

Guiteras-Holmes, Calixto. “Los Peligros del Alma. Vision del Mundo de un Tzotzil”. FCE, Mexico, 1965.

Nunez de la Vega, Francisco. “Constituciones Diocesanas del Obispado de Chiapa (1702)”. IIF / Centro de Estudios Mayas – UNAM, (Serie de Fuentes para el Estudio de la Cultura Maya, 6), 1988.

Sanchez de Aguilar, Pedro. “Informe contra Idolorum Cultores del Obispado de Yucatan”. En: “Tratado de las Idolatrias, Supersticiones, Dioses, Ritos, Hechicerias y Otras Costumbres Gentilicas de las Razas Aborigenes de Mexico”. Francisco del Paso y Troncoso (ed.), Ediciones Fuente Cultural, Mexico, 1968.

Tezozomoc, Fernando Alvarado. “Cronica Mexicayotl”. IIH 7 UNAM, Mexico, 1975.

Villa Rojas, Alfonso. “La Imagen del Cuerpo Humano segun los Mayas de Yucatan”. En: “Estudios Etnologicos. Los Mayas”. IIA / UNAM (Serie Antropologica, 38), Mexico, 1985.


Автор - Мерседес де ла Гарса, 15 октября 1998 г.
Источник - El chaman y los males del espiritu
Перевод с исп.яз. - Таракихи