В поисках перемен (1933–1939)

Строганов Александр Иванович ::: Новейшая история стран Латинской Америки

Усиление роли государства в экономике. Экономический кризис 1 1929–1933 гг. выявил уязвимость и все более очевидное несоответствие новым условиям сложившихся в странах региона социально-экономических структур, чрезмерную зависимость их экономики от внешнего рынка. Среди господствующих классов росло понимание необходимости перемен в экономической политике в сторону большей мобилизации внутренних возможностей при помощи активного вмешательства государства в экономику, чтобы таким образом ослабить негативные последствия кризиса и депрессии.

Вмешательство государства в экономику в латиноамериканских странах в 30-е годы выразилось прежде всего во введении протекционистских таможенных тарифов, призванных обеспечить доходы казны и правящих классов и означавших отход от концепции свободы международной торговли. Протекционистские мероприятия, затруднив доступ зарубежных товаров на внутренний рынок, создали более благоприятные условия для развития местной промышленности. Получили распространение и другие меры стимулирования государством экономического прогресса: предоставление кредитов, субсидий, финансовых и налоговых льгот. Развивался государственный сектор (государственные банки, государственные компании в базовых отраслях экономики).

Данные мероприятия совпали по времени с аналогичными мерами в развитых капиталистических государствах и осуществлялись не без их влияния. Аргентинское правительство Хусто даже заимствовало термин «новый курс», пытаясь сравнить свою политику с политикой «нового курса» Ф. Рузвельта в США. Но характер этих мер в Латинской Америке имел существенные отличия. Здесь речь шла о государственном вмешательстве в экономику с целью ускорить развитие местного капитализма, когда он в целом еще не достиг высокой степени зрелости и не имел достаточного простора для развития ввиду относительной слабости промышленной буржуазии и засилья агроэкспортной олигархии и иностранного капитала. Рост госкапиталистических тенденций мог стать средством противодействия этому засилью. Но реализация таких мер зависела от конкретной ситуации.

Активизация экономической роли государства в Латинской Америке была связана с усилившимся влиянием местной буржуазии и ростом буржуазно-националистических тенденций. Поэтому она была характерна главным образом для наиболее капиталистически развитых стран региона (Аргентина, Мексика, Бразилия, Чили, Уругвай), хотя затронула и некоторые другие государства (Колумбия, Боливия, Куба). Государственное регулирование экономики в Латинской Америке имело разные варианты и масштабы. В Аргентине, например, оно проводилось при правительстве А. Хусто (1932–1938) прежде всего ради поддержания доходов агроэкспортной олигархии. Поступления от протекционистских тарифов и возросших внутренних налогов использовались здесь для субсидирования крупных землевладельцев, для закупки государством по завышенным ценам их продукции с помощью «регулирующих хунт», координировавших сельскохозяйственное производство и сбыт. По договору 1933 г. с Великобританией правительство обеспечило стабильный рынок для аргентинской говядины, предоставив взамен ряд новых льгот и привилегий британским монополиям. Основная тяжесть государственных расходов перекладывалась на народные массы. Это был консервативный вариант государственного вмешательства в экономику. Но и в таком случае местный промышленный капитал получал стимулы вследствие протекционистских тарифов и сокращения притока иностранных товаров, восстановления доходов от экспорта, а также в результате жесткой социальной политики и наличия рынка многочисленной и дешевой рабочей силы.

В других странах (Бразилия, Мексика, Чили, Колумбия) новые тенденции более непосредственно выразили возросшую активность местных национально-буржуазных кругов. Государственно-капиталистические мероприятия в большей мере были направлены здесь на поощрение местного капитала и промышленного развития. Они привели к созданию значительного государственного сектора в базовых отраслях, задевая порой интересы землевладельческой элиты и иностранного капитала. Эта политика сочеталась с уступками трудящимся.

В некоторых случаях вмешательство государства в экономику отразило активность более широких национально-патриотических и демократических сил и сопровождалось серьезными мерами антиолигархического и антиимпериалистического характера, в том числе национализацией отдельных отраслей. Так было в Мексике при Карденасе (1934–1940), в Чили в годы Народного фронта (1938–1941), на Кубе во время революции 1933–1934 гг., в Боливии в 1936–1940 гг.

Изменения в экономической политике привели в последующем к развитию в латиноамериканских странах «импортзамещающей индустриализации», т.е. к росту местного производства промышленных товаров, которые прежде импортировались. Это содействовало промышленному развитию и укреплению позиций местной буржуазии. Однако, за исключением Мексики, указанные процессы остались под контролем господствующих классов и в итоге привели лишь к некоторому «подновлению» традиционных социально-экономических структур, но не к их радикальному преобразованию.

B 30-е годы приток иностранного капитала в Латинскую Америку сократился, главным образом вследствие экономического кризиса и отчасти в результате мер местных правительств. Общая сумма иностранных капиталовложений в регионе уменьшилась за 1929– 1938 гг. с 15 до 9 млрд. долл. Из них 7,5 млрд. долл. приходилось на США и Великобританию (по 3,7–3,8 млрд. на каждую из этих стран). Англо-американское соперничество в Латинской Америке временами приобретало острый характер, в особенности в период войны между Боливией и Парагваем в 1932–1935 гг. из-за обширной территории Гран-Чако. Нефтяные компании США поддерживали Боливию, стремясь получить концессии, а на стороне Парагвая выступали британские нефтяные корпорации. Война закончилась переходом 3/4 территории Гран-Чако под контроль Парагвая. В целом же соотношение сил между США и Великобританией в Латинской Америке в 30-е годы мало изменилось.

Усилились позиции Германии в экономике и внешней торговле Латинской Америки. В 1938 г. германские инвестиции здесь приблизились к 1 млрд. долл. В латиноамериканском импорте Германия вышла на второе (после США) место. Основными объектами германской экспансии в регионе стали Аргентина, Бразилия, Чили.

Стремясь упрочить влияние США в Латинской Америке в обстановке обострения межимпериалистических противоречий и особенно роста антиамериканских настроений в регионе, правительство Ф. Рузвельта в 1933 г. провозгласило новую политику, в отношении стран Латинской Америки – политику «доброго соседа», или добрососедского сотрудничества. Она означала переход к более гибким формам экспансии. Было заявлено об отказе США от интервенций и других форм прямого вмешательства в дела латиноамериканских государств, о признании Вашингтоном равенства и суверенных прав всех народов. Американские войска в 1934 ,г. были выведены из Гаити, где они находились долгие годы, отменена «Поправка Платта», ущемлявшая суверенитет Кубы. Со многими государствами были заключены новые торговые соглашения, более благоприятные для них. Политика «доброго соседа» явилась позитивным сдвигом во взаимоотношениях между США и странами Латинской Америки. Она привела к ослаблению антиамериканских настроений, росту авторитета и влияния США в регионе.

В декабре 1933 г. VII Международная конференция американских государств в Монтевидео приняла пакт, запрещающий агрессию и интервенцию, и высказалась за невмешательство американских государств в дела друг друга.

Усиление экономических функций государства в Латинской Америке в условиях начавшегося кризиса традиционных структур сочеталось с некоторыми изменениями и в политическом механизме власти. Разрастались функции государственного аппарата, репрессивных служб, умножались ряды и усиливалось влияние чиновничьей бюрократии. Возросла роль армии, предпринимательских организаций как факторов власти. Структура политической власти господствующих классов усложнялась за счет развития ее вне-конституционных рычагов. Это ставило перед прогрессивными силами новые, более широкие задачи в борьбе за демократические преобразования.

Революция 1933–1934 гг. на Кубе и ее последствия. Важнейшим событием середины 30-х годов в Латинской Америке стала революция на Кубе. Объективными ее задачами были свержение диктатуры Мачадо, восстановление демократических свобод, удовлетворение ближайших требований трудящихся и осуществление антиимпериалистических и антиолигархических преобразований. К революции привели кризис и растущая изоляция диктаторского режима, подъем антидиктаторских выступлений рабочего класса, крестьянства, студенчества, националистических групп буржуазии. В восточных районах острова начали действовать партизанские отряды, насчитывавшие сотни человек. Партизанское движение возглавил Антонио Гитерас (1906–1935).

Волна забастовок, начавшаяся в июле 1933 г. в Гаване и переросшая 4 августа во всеобщую политическую забастовку, положила начало революции. Бастующие требовали отставки Мачадо, восстановления демократических свобод, введения социального законодательства, отмены «Поправки Платта» и проведения других антиимпериалистических мер. Вскоре заколебалась армия. 12 августа 1933 г. Мачадо бежал в США. Власть поспешили захватить праволиберальные буржуазные круги, попытавшиеся предотвратить дальнейшее развитие народного движения. Новое правительство ввело военное положение и запретило демонстрации, пообещав в то же время восстановить конституционный режим.

Со второй половины августа в стране стала нарастать новая волна народного движения. Рабочие захватывали сахарные заводы, поселки, создавая свои органы управления – советы. В этом движении активно участвовали коммунисты и возглавляемая ими Национальная рабочая конфедерация Кубы (НРКК). В сентябре 1/3 сахарных заводов страны оказалась в руках трудящихся. Крестьяне захватывали землю. В революционное движение включились студенты. В ночь на 5 сентября 1933 г. восстали солдаты и сержанты столичного гарнизона, установившие связь с лидерами студенчества и демократической интеллигенции. Они арестовали офицеров, заняли ключевые пункты Гаваны. Было объявлено о создании Временного революционного правительства во главе с временным президентом Рамоном Грау Сан-Мартином – университетским профессором.

Временное революционное правительство не было однородным. Значительное влияние в нем имели либерально-реформистские круги (в том числе сам Грау Сан-Мартин), имелись и правые элементы. Но решающей фигурой в правительстве стал популярный лидер студенческого и партизанского движения 27-летний Антонио Гитерас, занявший ряд министерских постов, в том числе пост министра внутренних дел. Гитерас был революционным демократом, сторонником решительных антиимпериалистических и демократических преобразований. Он мечтал о ликвидации капиталистической эксплуатации и социалистическом будущем Кубы.

Революционное правительство восстановило демократические свободы, легализовало рабочие организации. По инициативе Гитераса были введены 44-часовая рабочая неделя, система коллективных договоров, повышена заработная плата рабочих и служащих, облегчено положение безработных. Началась чистка администрации от мачадистов и конфискация их земель в пользу неимущих. Разрабатывались планы аграрных преобразований. Куба отказалась признавать «Поправку Платта». Были ограничены привилегии иностранных монополий, введен правительственный контроль над рядом предприятий и филиалов американских компаний, некоторыми сахарными заводами.

Деятельность революционного правительства встревожила правые круги, вставшие на путь организации заговора при содействии посольства США. Заговор возглавил командующий армией Фульхенсио Батиста (1901–1973), недавний сержант, сыгравший видную роль в сентябрьском революционном восстании. Теперь он перешел на сторону правых сил, надеясь организацией контрреволюционного переворота обеспечить себе путь к власти. Гитерас и его сторонники, не сумев подчинить армию и не успев создать собственной массовой организации, оказались изолированными. Коммунисты и НРКК, влияние которых преобладало в рабочем движении, выдвигали лозунг «советской рабоче-крестьянской власти». Они характеризовали правительство в целом как буржуазно-реформистское и на этом основании отказывали Гитерасу в поддержке. В такой обстановке попытки Гитераса противостоять заговору успеха не имели. 14 января 1934 г. Батиста совершил переворот. Новое-правительство Мендиеты Батисты ввело диктаторский режим, обрушило репрессии на рабочее и демократическое движение, выступило за тесное сотрудничество с иностранным капиталом.

Однако революционная борьба на Кубе не прекратилась. В марте и октябре 1934 г. произошли всеобщие забастовки с участием 200 тыс. человек, подавленные властями. В районе «Реаленго-18» на востоке острова в 1934 г. несколько тысяч крестьянских семей с оружием в руках поднялись на защиту своей земли от посягательств иностранных компаний, создав собственное управление на занятой территории. Их борьба вызвала солидарность трудящихся и левых сил страны и продолжалась ряд лет.

Коммунисты и НРКК, уйдя в подполье, начали подготовку новой всеобщей забастовки с целью свержения диктатуры, надеясь использовать опыт августа 1933 г. Сторонники Грау Сан-Мартина в 1934 г. организовали Кубинскую революционную партию («аутентики» – «подлинные», «истинные» последователи революции 1933 г.) с широкой мелкобуржуазной базой и влиятельную среди интеллигенции и студенчества. «Аутентики» выдвинули лозунги верности антиимпериалистическим и демократическим целям революции 1933 г., но все более переходили на умеренно-реформистские позиции и предпочитали пассивную выжидательную тактику. Гитерас за короткое время успел создать довольно многочисленную тайную революционную организацию «Молодая Куба», которая начала подготовку вооруженной борьбы.

В марте 1935 г. на Кубе вспыхнула всеобщая забастовка против диктатуры, охватившая около 700 тыс. человек и парализовавшая страну. Власти бросили на ее подавление войска. После нескольких дней упорной борьбы сопротивление бастующих было сломлено. Вскоре, в мае 1935 г., был убит Гитерас, благодаря предательству одного из его помощников, после чего организация «Молодая Куба» распалась. Революционное движение пошло на спад.

Поражению мартовской всеобщей забастовки 1935 г. содействовало то, что она вспыхнула раньше, чем была завершена подготовка к ней, а также отсутствие согласованных действий рабочих организаций с «Молодой Кубой» Гитераса. Лишь после мартовских событий компартия осознала необходимость совместных действий, но было уже поздно.

Несмотря на поражение, революция 1933–1934 гг. имела важное значение в истории Кубы. Она смела диктатуру Мачадо, заставила США в 1934 г. отменить «Поправку Платта».

Уже в 1936 г. наметилось новое оживление демократических сил. Этому благоприятствовали разногласия внутри господствующих классов, среди которых устремления Батисты к личной власти встретили противодействие. Батиста счел более перспективным перекраситься в «демократа» и «либерала» и добиться сотрудничества с демократической оппозицией. Благодаря сближению Батисты с демократическими силами наиболее консервативные группировки были изолированы и отстранены от власти. В J937–L938 гг. на Кубе были восстановлены демократические свободы, легализованы политические партии, в том числе -коммунистическая, численность которой к началу 1939 г. достигла 23 тыс. человек. К этому времени компартия избавилась от ряда сектантских позиций и стала сотрудничать с другими левыми и демократическими силами. Возобновили активную деятельность профсоюзы. В январе 1939 г. был образован единый профсоюзный центр страны – Конфедерация трудящихся Кубы (КТК), возглавленный коммунистами и объединивший 300 тыс. человек, а к 1942 г. – полмиллиона. В ноябре 1939 г. состоялись выборы в Учредительное собрание, где коммунисты получили 6 мест (из 81). Учредительное собрание 1 июля 1940 приняло новую конституцию, которая утверждала демократические свободы, социальные права трудящихся, провозглашала необходимость коренной аграрной реформы.

 

Демократические и антиимпериалистические преобразования правительства Карденаса в Мексике (1934–1940). В Мексике экономический кризис способствовал обострению классовых и социальных противоречий и дальнейшему нарушению баланса сил, составлявших опору режима «революционного каудильизма». Обуржуазившаяся, коррумпированная группировка Кальеса все более тяготела вслед за крупной буржуазией к сотрудничеству с помещичьими кругами и иностранным капиталом. В 1930 г. были разорваны дипломатические отношения Мексики с СССР.

Рабочий класс, крестьянство, мелкая и средняя буржуазия, серьезно ущемленные кризисом, проявляли растущее недовольство политикой режима и все настойчивее требовали глубоких преобразований. Кальесу и его сторонникам все труднее было сохранять влияние в массах. В конце 1928 г., после истечения срока его президентских полномочий, Кальес сохранил положение «верховного вождя революции» и контроль над часто менявшимися правительствами. Чтобы предупредить распад блока сил, составлявших базу режима «революционного каудильизма», Кальес выступил инициатором их объединения в марте 1929 г. в разношерстную Национально-революционную партию (НРП). В нее вошли большинство буржуазных политических группировок, военные, мелкобуржуазные течения, крестьянские организации, часть рабочих.

Однако это не остановило процессов развала режима и радикализации масс. В октябре 1933 г. была создана Всеобщая конфедерация рабочих и крестьян во главе с профсоюзным деятелем Висенте Ломбарде Толедано, выступившим против профсоюзных боссов. Новый профцентр, объединивший большую часть профсоюзов Мексики, не был свободен от влияния реформизма и идей «продолжающейся революции», но он занял боевые позиции в защите прав и социальных требований трудящихся, в борьбе за демократические, аграрные и антиимпериалистические преобразования.

Радикализация широких масс населения проявилась и в рядах правящей партии, где усилилось левое крыло. Влияние «верховного вождя революции» на ход событий падало. За 6 лет (1928–1934) в Мексике сменилось 4 правительства. На съезде НРП в декабре 1933 г. Кальес вынужден был согласиться на выдвижение кандидатом в президенты от НРП представителя левого крыла партии генерала Ласаро Карденаса (1895–1970), участника революции, и на включение в его избирательную программу обещаний решить в пользу крестьян аграрный вопрос, принять меры против иностранных монополий, улучшить положение трудящихся. На президентских выборах 1 июля 1934 г. Карденас, энергично проведший кампанию, одержал внушительную победу и 1 декабря того же года вступил в должность президента на 6-летний срок (1934–1940).

Приход к власти Карденаса знаменовал вступление Мексики в период прогрессивных преобразований, поддержанных широкими народными массами. Правительство Карденаса заботилось об утверждении и расширении демократических свобод, прав трудящихся. Забастовочное движение в 1935–1937 гг. охватило сотни тысяч человек, чего раньше Мексика не знала. Правительство поддержало рабочих в их требованиях улучшения условий труда, высказалось за регулирование экономики государством в интересах эксплуатируемых классов. Это вызвало противодействие местного крупного капитала и иностранных компаний, недовольство правого крыла Национально-революционной партии во главе с Кальесом. Профсоюзы предприняли массовые демонстрации против Кальеса, за отпор правым и империалистическим силам. Опираясь на поддержку масс, Карденас удалил многих сторонников Кальеса из правительственной администрации и из армии, с постов губернаторов, а его самого в апреле 1936 г. выслал в США. Это укрепило положение Карденаса и его сторонников в правительстве и в правящей партии.

При содействии правительства трудящиеся добились существенного повышения заработной платы, установления в ряде отраслей 40-часовой рабочей недели, утверждения системы коллективных договоров. По настоянию рабочих правительство экспроприировало ряд местных и иностранных предприятий, хозяева которых не желали идти на уступки. Эти предприятия были превращены в кооперативы трудящихся, действовавшие под контролем и при финансовой помощи государства. В феврале 1936 г. на конгрессе рабочего единства в Мехико был создан единый национальный профцентр – Конфедерация трудящихся Мексики (КТМ), в который вошли основные профсоюзы страны, в том числе и левые. Лидером КТМ стал Ломбарде Толедано. КТМ высказалась в поддержку правительства Карденаса, за антиимпериалистические и аграрные преобразования, против сил реакции и фашизма и за установление в перспективе бесклассового общества. Ряды КТМ быстро выросли с 200 тыс. в момент ее создания до 1,5 млн. членов в 1940 г.

Правительство Карденаса экспроприировало у местных помещиков и иностранных компаний 18 млн. га земли – в 2,5 раза больше, чем за предыдущие 17 лет, передав их 1 млн. крестьянских семей. При этом ставилась цель расширить и укрепить эхидо (крестьянские общины), хотя осуществлялась и раздача земель мелкими участками индивидуальным крестьянским хозяйствам. Государство поощряло кооперативные эхидо, где земля и техника использовались сообща. Но наряду с ними существовали и «парцеллированные эхидо», где обрабатываемая земля была разделена на индивидуальные участки и лишь остальные угодья использовались совместно.

В итоге аграрных преобразований удельный вес крестьян-эхидатариев увеличился к 1940 г. с 15 до 43 % сельского самодеятельного населения, а занятой эхидо земли – с 6 до 21 % сельскохозяйственных угодий (в том числе более половины обрабатываемой земли). Всего в руках эхидо и кооперативов в 1940 г. было сосредоточено 29 млн. га, у остальных крестьян-собственников – около 20 млн. га. В то же время в руках крупных землевладельцев еще находилось около 80 млн. га сельскохозяйственных угодий (более 60 %). Большая часть помещичьих земель не обрабатывалась, 1,9 млн. крестьян остались безземельными. Внутри самих эхидо, несмотря на поощрение правительством кооперативно-общинных форм хозяйствования, по мере втягивания их в рыночные отношения усиливался процесс расслоения крестьянства. Тем не менее осуществленные аграрные мероприятия нанесли сильный удар помещичьему землевладению. Аграрную реформу предполагалось продолжить. В 1938 г. при содействии правительства была создана Национальная крестьянская конфедерация (НКК), объединившая к 1940 г. до 2 млн. сельских тружеников.

Карденас повел борьбу с засильем иностранного капитала, национализировав ряд иностранных фирм. В 1937 г. были экс-проприированы и переданы профсоюзам железные дороги. 18 марта 1938 г. правительство объявило о национализации нефтяной промышленности – основного рычага мексиканской экономики, контролировавшегося англо-американским капиталом. Нефтяная промышленность была передана государственной нефтяной компании «Пемекс». Это вызвало обострение отношений с Великобританией и США, объявившими экономический бойкот Мексике. С Великобританией были разорваны дипломатические отношения. Начались диверсии на нефтепромыслах. В мае 1938 г. вспыхнул реакционный мятеж генерала Седильо. Но правительство быстро подавило его и. используя патриотический подъем в стране, сумело наладить работу на национализированных предприятиях.

Многое сделало правительство Карденаса по развитию и демократизации системы народного образования, по сокращению неграмотности, особенно среди индейского населения. Значительно возросло число школ и технических училищ, был создан Рабочий университет.

Во внешней политике Мексика отстаивала национальный суверенитет, постоянно выступала в защиту мира, против сил реакции и фашизма на международной арене. Она оказала большую помощь республиканской Испании, в том числе оружием и добровольцами. В 1939 г. Мексика приютила тысячи испанских эмигрантов и республиканское правительство Испании, вынужденное покинуть свою страну. В Мексике в 1937 г. нашел убежище Л.Д. Троцкий и провел здесь с семьей свои последние годы. Правда, сталинская агентура и тут сумела добраться до него: в августе 1940 г. он был убит в своем доме в Мехико.

Преобразования правительства Карденаса сплотили вокруг него широкие народные массы. В марте 1938 г. Карденас и его сторонники объявили о создании вместо прежней Национально-революционной партии новой массовой Партии мексиканской революции (ПМР), объединившей всех, кто поддержал перемены в стране. В ПМР вошли Конфедерация трудящихся Мексики, Национальная крестьянская конфедерация и другие общественные организации. В общей сложности ПМР к 1940 г. насчитывала до 4 млн. человек. Программа партии – «За демократию трудящихся» – высказывалась за дальнейшее развитие преобразований вплоть до «подготовки народа к утверждению рабочей демократии и к установлению социалистического строя». Фактически тем самым было оформлено создание Народного фронта с участием рабочего класса, крестьянства, средних слоев, мелкой и средней национальной буржуазии в специфической форме единой массовой правительственной партии.

Деятельность правительства Карденаса значительно продвинула Мексику по пути революционно-демократических преобразований. Сам Карденас и его окружение стремились с помощью этих преобразований подготовить страну для постепенного перехода в перспективе к социализму – обществу социальной справедливости. Однако необходимых для этого условий не сложилось. Подрыв позиций помещичьей верхушки и иностранных компаний, забота правительства о развитии национальной экономики объективно расчищали почву для местного национального капитала. Специфические формы объединения народных сил в рамках контролируемой правительством партии, патерналистские методы руководства массами и процессом преобразований в конкретной обстановке Мексики тех лет облегчали сплочение неоднородной массовой базы вокруг прогрессивного руководства республики, быструю организацию и приобщение к начавшемуся процессу широких слоев прежде пассивного, неискушенного в политике населения. Объединенные вокруг правительства и контролируемые им сверху народные массы стали мощной опорой и ударной силой преобразований. Но они не были способны к самостоятельным действиям. Реформистские и патерналистские настроения нередко даже усиливались благодаря прогрессивной направленности правительственной политики, которая определялась во многом личностью президента. После истечения 1 декабря 1940 г. срока полномочий Карденаса (конституция не позволяла избрание президента на второй срок) ему не нашлось адекватной замены и начатый им процесс преобразований был приостановлен, инициатива перешла к более умеренным, буржуазно-реформистским кругам.

Тем не менее деятельность правительства Карденаса обеспечила условия для ускорения капиталистического прогресса Мексики, ослабила ее зависимость от иностранного капитала, укрепила суверенитет республики, привела к улучшению положения народных масс, расширению прав трудящихся. Его реформы явились реализацией тех преобразований, за которые шла борьба во время Революции 1910–1917 гг. Тем самым были созданы более благоприятные возможности для последующего национального развития, что заметно отличало Мексику от других стран региона.

Борьба за народный фронт. Важным явлением в жизни латиноамериканских республик в середине и второй половине 30-х годов было движение народного фронта, возникшее в Европе, первоначально во Франции, и атем распространившееся на другие страны и регионы. Движение ставило целью объединение левых и демократических сил в борьбе с реакцией и фашизмом, за укрепление демократических свобод и расширение прав трудящихся. Наибольших успехов в Европе оно достигло во Франции и Испании, где левым и левоцентристским партиям удалось создать широкие коалиции под названием «Народный фронт» с общей программой и добиться победы на выборах. Правительства народного фронта находились у власти во Франции в 1936–1938 гг. и в Испании в 1936–1939 гг. Движение народного фронта в Латинской Америке имело свои особенности. Это прежде всего его антиимпериалистическая и антиолигархическая направленность. Несколько иначе, чем в Европе, стояли и задачи борьбы с фашизмом, поскольку в Латинской Америке, в силу значительной экономической зависимости от империалистических держав, отсутствия сложившегося местного зрелого монополистического капитализма, не могло быть фашизма европейского типа. Здесь речь шла об активизировавшихся в условиях структурного кризиса реакционных профашистских течениях среди имущих классов, вдохновленных примером европейского фашизма и .перенимавших многое из его идеологии и террористических методов, ' хотя собственно фашистскими по своей природе они не были. Отсутствовали массовые фашистские партии германского и итальянского типа, за исключением бразильских «интегралистов». Часто фашистские тенденции были представлены правонационалистическими группировками традиционалистских консервативных сил либо местной национальной буржуазии, профашистские настроения которой сочетались с национализмом с реформистскими и антиимпериалистическими чертами. С другой стороны, угрозу для стран региона представляло усилившееся проникновение фашистских держав «оси», стремившихся к мировому господству, особенно в Аргентине, Бразилии и Чили. Оно выражалось в экономической, внешнеторговой и дипломатической экспансии, в росте военных связей, в активизировавшейся деятельности нацистской агентуры, в попытках использовать в этих целях местные колонии немецких иммигрантов. Сочетание такой деятельности с ростом активности местных реакционных сил представляло реальную опасность.

Участниками движения народного фронта вместе с другими -левыми силами как в Европе, так и в Латинской Америке были и коммунисты. Это оказалось возможным благодаря повороту коммунистов от сектантских, догматически-революционных установок к большему учету реальной действительности. Поворот наметился в 1934–1935 гг. и был закреплен решениями VII конгресса Коминтерна, состоявшегося в Москве в июле – августе 1935 г. Конгресс признал ошибочным и несвоевременным курс на осуществление «социалистической революции» и установление «диктатуры пролетариата» как ближайшей цели, учитывая неготовность к этому большинства трудящихся и изменение обстановки в результате наступления реакции и фашизма в Европе и угрозы войны. Главной задачей коммунистов в капиталистических странах на ближайшее будущее конгресс признал объединение всех левых и демократических сил, партий и течений, как революционных, так и реформистских и буржуазно-демократических, в единый народный фронт вокруг общей демократической и антифашистской программы. Эти положения были восприняты и компартиями Латинской Америки.

Однако сотрудничество разнородных левых и демократических сил было делом нелегким из-за взаимного недоверия, разногласий, соперничества. Многие демократические партии продолжали видеть в коммунистах противников демократии, поскольку те не отказались от «диктатуры пролетариата» как своей конечной цели и подчинялись директивам московского руководства Коминтерна. В новом курсе коммунистов часто усматривали лишь тактический маневр, намерение компартий навязать свою гегемонию народному фронту и использовать его как орудие осуществления собственных партийных целей. Действительно, сектантские и догматические настроения среди коммунистов, в том числе в Латинской Америке, были преодолены лишь частично, и часто проявлялась подобная трактовка народного фронта как средства расширения позиций компартий и навязывания их целей всему движению. Тезис Коминтерна о необходимости утверждения решающей роли рабочего класса в народном фронте внушал подобные настроения и соответствующие опасения. Проявления недоверия к потенциальным союзникам были и у коммунистов, часть их усматривала в курсе на народный фронт оппортунистическую тенденцию.

Борьба за народный фронт приняла в некоторых странах Латинской Америки значительные масштабы. В каждом конкретном случае она имела свои особенности. В Мексике в период президентства Л. Карденаса можно говорить о создании народного фронта и правительства народного фронта в специфической форме. Здесь удалось осуществить наиболее глубокие прогрессивные преобразования. На Кубе к концу 30-х годов демократические силы добились некоторых успехов, хотя народный фронт как таковой создать не удалось.

В Бразилии эта борьба приняла форму Национально-освободительного альянса, оппозиционного режиму Варгаса с его буржуазно-националистической политикой. К 1934 г. в политике правительства определился поворот к отказу от сотрудничества с «тенентистами» и к компромиссу с консервативно-олигархическими силами. Одновременно Варгас объявил о восстановлении конституционных форм правления. На деле речь шла о сохранении диктатуры, но в завуалированном виде. Такими мерами Варгас стремился стабилизировать ситуацию в стране. В 1933–1935 гг. широкие масштабы приняло движение фашистской партии «интегралистов», призывавших к созданию «интегрального и сильного бразильского государства» по образцу Германии и Италии, с которыми они установили тесные связи. «Интегралисты» старались подчинить своему влиянию правительство Варгаса.

В такой обстановке и был создан в марте 1935 г. Национально-освободительный альянс, в который вошли коммунисты, левые «тенентисты», левые профсоюзы и общественные организации. Почетным председателем был избран Луис Карлос Престес, руководитель «Непобедимой колонны» 20-х годов, вступивший в 1934 г. в компартию. Руководимый коммунистами и левыми «тенентистами» Альянс приобрел характер массовой революционной организации, поставившей целью борьбу с правыми силами, свержение диктаторского режима и проведение радикальных антиолигархических и антиимпериалистических преобразований. Уже через два месяца действовало 1500 ячеек Альянса, в сферу влияния которых было вовлечено до 1,5 млн. человек.

Однако руководство Альянса, переоценив достигнутые успехи, взяло курс на подготовку вооруженного восстания. Это привело к отходу от Альянса многих его участников и дало повод властям к преследованиям. В июле 1935 г. правительство Варгаса запретило Альянс, перешедший на нелегальное положение.

Несмотря на неблагоприятную ситуацию. Альянс в ноябре 1935 г. начал вооруженное восстание в Рио-де-Жанейро, Ресифи и некоторых других местах с участием левых «тенентистов» и трудящихся. Восставшие овладели городом Натал на северо-востоке страны, где создали Народно-революционное правительство Бразилии. Однако правительственные войска сумели изолировать и подавить разрозненные очаги восстания. Начались репрессии против его участников. Был брошен в тюрьму и провел там более 9 лет Л.К. Престес.

Скатившись на левосектантские, заговорщические позиции, Национально-освободительный альянс не смог превратиться в движение народного фронта и был разгромлен.

В ноябре 1937 г. Варгас установил в Бразилии режим «нового государства». Это была националистическая диктатура, обрушившая депрессии на левые и демократические силы. Но одновременно в 1938 г. Варгас разгромил партию «интегралистов». Были запрещены все политические партии. По примеру фашистской Италии вводилась корпоративная система. Террор против оппозиции правительство сочетало с социальным маневрированием, с уступками трудящимся.

В экономической области режим «нового государства» стимулировал развитие национальной промышленности, государственного сектора, ограничивал привилегии иностранных компаний. Был национализирован ряд предприятий нефтяной промышленности, приняты меры по созданию тяжелой промышленности.

В режиме «нового государства» Варгаса проявилась двойственность буржуазного национализма в зависимой от иностранного капитала стране.

В Аргентине борьба за народный фронт явилась ответом на наступление на демократические права и условия жизни трудящихся, репрессии против рабочего движения, которыми характеризовался период президентства генерала Агустина Хусто (1932–1938). Эта политика стимулировала крайне правые группировки, в том числе. внутри правящей Национально-демократической партии, симпатизировавшие фашистским режимам в Европе и стремившиеся к установлению открытой террористической диктатуры. С 1933 г. активизировалась агентура фашистской Германии в Аргентине, опиравшаяся на многочисленные колонии немецких иммигрантов, среди которых она имела сильное влияние.

Такая обстановка вызвала подъем рабочего и демократического движения. Уже в июле 1933 г. похороны опального бывшего президента Иригойена, многолетнего лидера радикалов, превратились в грандиозную антиправительственную демонстрацию. В 1934–1936 гг. нарастает стачечная борьба. В феврале–мае 1935 г. в ходе народных выступлений в Санта-Фе, Ла-Плате и Тукумане совместно действовали коммунисты, социалисты и радикалы. 1 мая 1935 г. в Буэнос-Айресе состоялась многолюдная демонстрация под лозунгами единства трудящихся и демократических сил.

В октябре 1935 г. вспыхнула забастовка 60 тыс. строителей Буэнос-Айреса, руководимая коммунистами и поддержанная 7–8 января 1936 г. двухдневной всеобщей забастовкой трудящихся столицы. Произошли столкновения бастующих с войсками и полицией, имелись жертвы. Трудящиеся требовали прекращения «политики голода и нищеты», принятия мер против иностранных монополий. Они выступали за сплочение народных сил против реакции. После 96 дней борьбы требования строителей о повышении зарплаты и улучшении условий труда были удовлетворены. В конце марта – начале апреля 1936 г. состоялся съезд созданной в 1930 г. Всеобщей конфедерации труда (ВКТ), в которую входили основные профсоюзы страны (около 300 тыс. человек). В руководстве ВКТ преобладали социалисты, придерживавшиеся реформистских позиций и выступавшие за участие трудящихся в борьбе в защиту демократии, а также синдикалисты – сторонники умеренного экономизма. Ряд крупных отраслевых профсоюзов, входивших в ВКТ, к этому времени возглавили коммунисты, влияние которых среди рабочих заметно увеличилось благодаря их активному участию в забастовках и отказу от ряда прежних сектантских позиций. Съезд ВКТ принял отвечавшую насущным задачам рабочего класса программу действий и высказался за единство трудящихся независимо от идеологических разногласий.

Успехи рабочего движения содействовали активизации демократической оппозиции, одержавшей в марте 1936 г. победу на выборах в Палату депутатов Национального конгресса. 25 апреля радикалы, социалисты и несколько мелких партий образовали единый парламентский блок под многозначительным названием «Народный фронт», завоевавший большинство в Палате депутатов. Он потребовал от правительства соблюдения демократических свобод и принятия мер по обузданию сил крайней реакции. 1 мая 1936 г. радикалы. социалисты, коммунисты и ВКТ организовали единую 100-тысячную . демонстрацию в столице под лозунгом народного фронта. Однако руководители радикалов и социалистов не решились принять предложение о создании народного фронта и вынести борьбу за стены парламента. В сентябре 1936 г. из-за межпартийного соперничества и колебаний его участников парламентский блок «Народного фронта» распался. В ноябре 1937 г. на президентских выборах радикалы и социалисты выступили раздельно друг от друга, что обеспечило

относительное большинство кандидату правящей Национально-демократической партии.

Хотя создать народный фронт не удалось, активизация рабочего и демократического движения заставила господствующие классы приостановить наступление на условия жизни и права трудящихся. Ставший президентом в феврале 1938 г. представитель либерального крыла Национально-демократической партии Рикардо Ортис пошел на уступки демократическим силам и принял меры по укреплению конституционных свобод.

В Чили движение народного фронта добилось наибольших (за исключением Мексики) успехов. Второе правительство Артуро Алессандри (1932–1938) отличалось от первого более консервативным характером. Проводя некоторые протекционистские и реформистские мероприятия, оно стремилось укрепить позиции крупного капитала и земельной олигархии, опиралось на сотрудничество с иностранным капиталом. Предпринимались репрессии против рабочего движения. В 1934 г. было жестоко подавлено восстание сельских тружеников на юге Чили. В стране действовали террористические профашистские группы. Влияние профашистских элементов проявилось во внешней политике правительства, в развитии связей Чили с Германией.

В сложившихся условиях в рабочем и демократическом движении Нили возобладала тенденция к единству. В 1935 г. парламентскими фракциями социалистов, радикалов, демократов был создан «Левый блок». Поначалу компартия отнеслась к нему с предубеждением, но затем пошла на сближение с его участниками. Расправа правительства Алессандри с забастовкой железнодорожников в феврале 1936 г., введение осадного положения и преследование демократических сил послужили непосредственным толчком к созданию Народного фронта. Народный фронт был образован в марте 1936 г. В него вошли партии радикалов, социалистов, коммунистов демократов, профсоюзные организации. Программа Народного фронта предусматривала защиту и расширение демократических свобод и прав трудящихся, меры по развитию национальной экономики и ограничению позиций иностранного капитала, усиление роли государства в экономике, аграрные преобразования в пользу крестьянства, поднятие уровня жизни, образования и культуры народных масс, защиту национального суверенитета и борьбу за мир, против фашизма на международной арене.

В декабре 1936 г. произошло объединение основных профсоюзов страны в Конфедерацию трудящихся Чили (КТЧ), в которой преобладали социалисты и коммунисты, что сыграло важную роль в укреплении единства рабочего класса и Народного фронта.

На президентских выборах 25 октября 1938 г. Народному фронту удалось одержать победу. Его кандидат – радикал Педро Агирре Серда – получил 50,2 % голосов (против 49,8 % за кандидата правых сил) и был избран .«президентом. 24 декабря 1938 г. он сформировал правительство Народного фронта в составе радикалов, социалистов и демократов. Коммунисты предпочли отказаться от вхождения в правительство, поддерживая его извне, с тем чтобы не дать повода упрекнуть их в стремлении к власти. Впервые в истории Чили левые и демократические силы сумели объединиться и мирно, с помощью выборов, прийти к власти.

Правительство Народного фронта (1938–1941) расширило демократические свободы, права трудящихся, приняло меры против крайне правых организаций. Была повышена заработная плата, снижены Цены на продукты питания, расширена система социального обеспечения. Правительство поощряло развитие национальной экономики. Особо важное значение имело создание в 1939 г. Корпорации развития производства (КОРФО), которая ввела в строй ряд новых промышленных предприятий, увеличила производство электроэнергии, топлива, содействовала зарождению тяжелой промышленности. Деятельность КОРФО привела к созданию государственного сектора экономики. Была оказана помощь мелким и средним сельским собственникам, часть пустующих земель передана безземельным крестьянам. Значительные успехи были достигнуты в сфере народного образования, медицинского обслуживания. Позитивные перемены в духе программы Народного фронта произошли во внешней политике.

По мере осуществления намеченной программы усилились разногласия внутри Народного фронта. Преобладавшие в правительстве и в руководстве Радикальной партии умеренные буржуазно-демократические круги стремились не допустить дальнейшего углубления преобразований. Они опасались социальных перемен, усиления позиций рабочих организаций, обострения отношений с иностранным капиталом и помещичьей верхушкой. В результате не была Затронута собственность иностранных компаний, фактически не была проведена аграрная реформа. Рабочие организации, левые силы настаивали на развитии и углублении начатого процесса. Положение осложнили и международные события: заключение в августе 1939 г. советско-германского пакта о ненападении (и затем в сентябре договора СССР с Германией о дружбе) и начало в сентябре того же года второй мировой войны. Дезориентированная этими событиями, следуя новой, резко изменившейся линии Коминтерна, компартия Чили практически перестала говорить о демократически-антифашистской направленности народного фронта, сосредоточив весь огонь на борьбе с американским и британским империализмом, требуя более радикальных преобразований внутри страны. Радикалы и социалисты, напротив, выступили за сотрудничество Чили с США в защите демократии в Западном полушарии от возросшей фашистской угрозы, акцентируя внимание на антифашистском, демократическом содержании Народного фронта. За это коммунисты обвиняли своих союзников по фронту, особенно тогдашних лидеров социалистов – ближайших конкурентов компартии в рабочем движении, – в оппортунизме и в сговоре с американским империализмом. Социалистические лидеры, со своей стороны, усилили атаки на компартию. В итоге в январе 1941 г. Народный фронт развалился, хотя правительство П. Агирре Серды осталось у власти.

Сам факт создания и победы Народного фронта в Чили, опыт его пребывания у власти имели большое значение. Деятельность правительства Народного фронта преградила путь реакции в Чили, упрочила и расширила демократические достижения, привела к улучшению положения народных масс, стимулировала прогресс национальной экономики. За эти годы сильно выросло влияние чилийской компартии, получившей на парламентских выборах в марте 1941 г. 11,8% голосов (в 1937 г.–4,1 %). В сумме коммунисты, социалисты и радикалы на этих выборах получили более половины всех голосов (социалисты–16,7 %, радикалы–21,7 %).

В Колумбии сложилось широкое сотрудничество демократических сил в поддержку прогрессивных реформ леволиберального правительства Альфонсо Лопеса (1934–1938), которые были направлены на укрепление демократии и развитие национальной экономики. Были повышены налоги на доходы иностранных компаний, издано социальное законодательство, вводившее 8-часовой рабочий день, оплачиваемые отпуска, пенсионное обеспечение, право трудящихся на создание профсоюзов и коллективные договоры. В 1936 г. создана Конфедерация трудящихся Колумбии, объединившая почти все профсоюзы страны. В ней установилось сотрудничество либералов и коммунистов. Было введено бесплатное обучение в начальной школе, церковь отделена от государства. В 1936 г. принят аграрный закон, по которому необрабатываемые земли через 10 лет должны были перейти к государству. Крестьяне, занявшие пустующие земли и обрабатывающие их не менее 10 лет, получили бы в 1946 г. право собственности на них. Закон имел целью побудить землевладельцев в оставшиеся 10 лет вовлечь в сельскохозяйственное производство как можно больше земель. В 1935 г. было объявлено об установлении дипломатических отношений Колумбии с СССР.

В Венесуэле смерть в декабре 1935 г. диктатора Гомеса, правившего страной долгих 26 лет, открыла путь к переменам. В 1936 г. была принята конституция, провозглашавшая демократические права и запрещавшая переизбрание президента, издан трудовой кодекс, предусматривавший 8-часовой рабочий день и право трудящихся на забастовку, получили возможность действовать легально профсоюзы.

В Боливии военные националисты, стоявшие у власти в 1936– 1940 гг., осуществили национализацию нефтяной и ряда предприятий других отраслей добывающей промышленности.

Успехи рабочего и демократического движения в Латинской Америке в предвоенные годы, рост профсоюзов, развитие сотрудничества в их рядах различных течений позволили в сентябре 1938 г. созвать Межамериканский рабочий учредительный конгресс в Мехико, на котором была создана Конфедерация трудящихся Латинской Америки (КТЛА), объединившая большинство профсоюзных организаций региона на основе общей программы социальных и демократических требований трудящихся. Председателем Исполнительного совета КТЛА был избран лидер Конфедерации трудящихся Мексики Ломбарде Толедано. Декларация принципов КТЛА признавала классовую борьбу и высказывалась за ликвидацию капиталистической эксплуатации.