ДОРОГАМИ ЮКАТАНА

Прыгов Д. Д., Давыдов М. П. ::: За птицей кецаль: Пять путешествий по Мексике

Чтобы из района Паленке кратчайшим путем попасть на полуостров Юкатан, надо проследовать по шоссе, пересека­ющему северо-восточную часть Лакандонского леса. Это дает возможность увидеть почти все виды деревьев, произ­растающих в сельве.

Сразу бросается в глаза сейба, выделяющаяся мощным стволом и большой высотой, до 40 метров, а также железное дерево с древесиной, используемой в машиностроении, махагони — красное дерево с самой подходящей для скульптурной резьбы древесиной. Но, как ни странно, майяские резчики по дереву, изготовляющие игрушки и предметы домашнего обихода, не используют эту древесину, ибо акаху, как местные жители называют махагони, еще у древних май я считалось деревом-божеством, из него вырезали только идолов. Использование акаху может якобы навлечь беду на мастера и его семью.

Тем не менее численность махогониевых деревьев про­должает сокращаться. Аналогичная картина и с морой, или бразильским желтым деревом. Из его древесины изготавли­вают декоративные шкатулки, а в последнее время и корпуса телевизоров. Чаще всего нам попадалась, пожалуй, седрела мексиканская из семейства мелиевых. Это дерево с душистой древесиной, идущей на изготовление корпусов пианино, дорогой мебели.

Впереди, метрах в пятидесяти, с шоссе поднялась боль­шая серая птица с широкими черными крыльями и черным хвостом. По нескольким красным и одному голубому пятнам на голой голове и шее узнаем королевского грифа. По этим пятнам его можно отличить от черного грифа урубу, у которого голые голова и шея серого цвета. Здесь проходит северная граница распространения королевского грифа — хищной, питающейся падалью птицы.

Машина пересекает границу штата Кампече, расположен­ного на юго-западе полуострова Юкатан. Кампече на одном из диалектов языка майя означает «змея и клещ». Так назывались земли, где теперь находится столица штата. Что же касается названия Юкатан, то, по одной из версий, его дали испанцы в 1517 году, перефразировав услышанное от индейцев выражение «уи-у-тан», что в переводе с языка майя означает «послушай, как они говорят». Так говорили индейцы, услышав непривычную речь испанских конкистадо­ров.

Полуостров Юкатан образует отдельный Юкатанский экономический район. Как и в Южном районе, здесь слабо развиты и сельское хозяйство и промышленность, а цен­тральная часть полуострова до сих пор остается территорией «наиболее отсталого развития». Основа хозяйственной де­ятельности в районе—производство хенекена, ориентиро­ванное на внешний рынок. Некоторое развитие получило рыболовство, а также сбор чикле. Правительство страны пытается покончить с монокультурностью сельского хозяй­ства (хенекен), механизировать его, улучшить семенной фонд, изменить условия жизни индейцев майя, составляющих основную часть полуторамиллионного населения полуостро­ва. Большие надежды возлагаются на туризм, развитию которого уделяется серьезное внимание. Строятся дороги, отели, реставрируются археологические памятники. Обнару­жение нефти на материковой отмели у юго-западного побе­режья Юкатана, в заливе Кампече, побудило правительство страны составить планы модернизации экономики штатов полуострова.

Штат Кампече, как и весь полуостров, имеет преимуще­ственно равнинный рельеф. Обширная материковая отмель шириной 150 километров у берегов штата получила название зонд Кампече. Именно на этом зонде в 70-х годах была найдена нефть, что значительно повысило индустриальный потенциал штата. До недавнего времени основой его эконо­мики оставалось сельское хозяйство—выращивание кофе, сахарного тростника, цитрусовых, а также хенекена. Основ­ные плантации этих культур находятся в прибрежной зоне. В центральных районах штата и на всем полуострове Юкатан индейцы майя выращивают потребительские продоволь­ственные культуры, а также ведут разработки ценных пород деревьев.

Штат заселен крайне слабо. Средняя плотность населе­ния всего два человека на квадратный километр (средняя плотность по стране — 30 человек на квадратный километр). Живут в основном на хуторах, разбросанных по лесу. Почти вся хозяйственная деятельность в штате сосредоточена на побережье. Еще недавно основным занятием населения была рыбная ловля. Здесь находились рыболовецкие кооперативы. С открытием на морской отмели у берегов штата больших запасов нефти в начале 80-х годов приморская зона стала быстро превращаться в важный промышленный район. Это негативно отразилось на уловах рыбы, но зато уже в 1982 году штат Кампече давал около 60% всей добычи нефти страны.

Столицу штата город Кампече называют воротами Юката­на археологического, Юкатана туристского. Действительно, по шоссе сплошным потоком движутся туристские машины и автобусы в основном с американскими номерами. Туристы прибывают и по воздуху на самолетах местной линии «Аэромайя».

У въезда в город Кампече, на приморском шоссе, перехо­дящем затем в городскую набережную, возвышается огром­ный монумент, изображающий индейца, как бы вырастающе­го из земли. В правой руке он держит горящий факел, высоко подняв его над головой.

Под ярким солнцем Юкатана мелководье залива Кампече кажется почти бесцветным. Его бледно-голубая поверхность и светлые тона зданий придают городу мягкую задумчивость. Лирическому настроению способствуют и вид размеренной жизни горожан, и романтические остатки крепостной стены XVII века, некогда предназначенной для защиты города от многочисленных пиратов.

Архитектуре Кампече присущи архаичные черты первых построек испанцев в Мексике. Город лежал на традиционных пиратских путях и неоднократно подвергался разграблению, поэтому в нем не селились богатые люди, имевшие возмож­ность строить роскошные дворцы. Вице-короли Новой Испа­нии рассматривали его как опорный пункт в борьбе с пиратами, поэтому Кампече застраивался мощными приземи­стыми домами, скорее напоминающими крепости. Над ними возвышается старинный собор. С архитектурным средневе­ковьем соседствует современное здание гостиницы как сим­вол развития города во второй половине XX века.

Если в центральной части города преобладает метисное население, то на окраинах живут индейцы майя. Они же составляют большинство среди продавцов на всех овощных рынках.

Любимый цвет у майя — белый. Даже в повседневной жизни мужчины носят белые рубашки и белые штаны, а женщины — белые платья, украшенные по подолу и на груди прекрасной вышивкой. Майя очень любят чистоту, это каса­ется и одежды и жилья. Наружные стены домов в сельской местности, как правило, белятся.

Чем дальше мы ехали на северо-запад, к столице штата Юкатан Мериде, тем реже нам попадались леса. Постепенно они уступили место древесно-кустарниковым зарослям, кото­рые вскоре сменились плантациями хенекена. Юкатан— родина хенекена, многолетнего растения из рода агав. Его ствол имеет высоту до 1,2 метра и диаметр около 25 санти­метров. Листья крупные, жесткие, серо-зеленые с черноваты­ми остриями по краям, длиной до 140 сантиметров, собраны в розетку. Убирать хенекен непросто. Для того чтобы не поколоться, рубщик надевает кожаный фартук, затем рукой в длинной, по локоть, кожаной перчатке отводит лист в сторону и отсекает его ножом мачете, который держит в другой руке. К каждому кусту рубщик возвращается четыре раза в год. Первоначально рубятся 12 самых крупных листьев, остальные оставляют подрасти и срезают в после­дующие три рубки. Из этих листьев еще в древние времена получали грубое текстильное волокно. Сейчас из него дела­ют канаты, тарную ткань, бумагу.

Климат и почвы Юкатана благоприятны для выращивания хенекена, занимающего особое место в хозяйстве полуостро­ва. Хотя с 30-х годов здесь существует большое коллектив­ное хозяйство по производству хенекена, латифундисты в значительной мере еще контролируют его выращивание, переработку и сбыт на мировом рынке. Однако мексиканский хенекен испытывает сильную конкуренцию со стороны афри­канских и азиатских грубоволокнистых культур. Проблема сбыта осложняется также нестабильностью цен на мировом рынке и нехваткой мощностей по переработке сырья.

Созданное в 70-х годах государственное предприятие «Кордемекс» призвано несколько изменить это положение. «Кордемекс» производит товары, пользующиеся спросом на международном рынке, в частности моющиеся обои. К сожалению, возможности предприятия и число рабочих мест на нем ограничены.

Север полуострова, особенно северо-запад,— тро­пическая саванна, засушливая зона, характеризующаяся раз­витием карста. Текучие воды здесь почти исключительно подземные. Восьмимесячные периоды засух заставляли древних майя выбирать для заселения места близ карстовых воронок — сеноте, служивших постоянными источниками водоснабжения. Кроме того, в особые резервуары они соби­рали дождевую воду.

Недаром в древности майя называли эти земли Майяб, то есть «земля-решето». Так оно и есть, решето из известняко­вого камня. Воду оно задерживает лишь на участках, где под тонким слоем почвы лежит каменная плита. Колодцы были вырыты только в современную эпоху, но кардинально это не решило проблему. Даже в городах свыше 40% жителей страдает от нехватки питьевой воды.

Штат Юкатан экономически более развит по сравнению с двумя другими штатами полуострова—Кампече и Кинтана-Роо. Он производит 80% хенекена в стране, 25% меда, большая часть населения штата проживает в городах. Нес­мотря на это, Юкатан относится к числу наименее развитых штатов страны. За последние 20 лет его покинуло в поисках лучшей жизни около 200 тысяч человек. Миграция была направлена в центральные и северные районы страны или на стройки юга. Причины просты: нехватка жилья, питьевой воды, безработица, низкие заработки (в 70-х годах 70% активного населения имели зарплату до 500 песо в месяц, в то время как прожиточный минимум в стране был определен суммой более 1000 песо), невозможность получить начальное образование, плохо организованная система медицинской помощи (некоторые муниципии не имеют врачей).

Сельский пейзаж на севере полуострова Юкатан выделя­ется двумя особенностями: нескончаемыми плантациями хе­некена и... великолепными каменными городами древних майя.

По дороге из Кампече к столице штата Юкатан Мериде чуть ли не через каждые два-три километра появляются указатели, направляющие в эти города. Наиболее известный из них — Ушмаль, расположен километрах в 80 от Мериды. Город, процветавший в X и XI веках н. э., сегодня представ­ляет собой археологический музей — остатки пирамид, двор­цов, водотоков.

Все основные каменные строения сосредоточены вокруг больших площадей и, как правило, на возвышенных местах. Древние зодчие стремились как бы приблизить здания к небу. Высокохудожественные орнаменты на стенах строений придают им особую красоту.

Четкость линий, хорошие пропорции и тщательность от­делки присущи так называемому Дому правителя, считающе­муся жемчужиной майяской архитектуры. Самое большое здание — Пирамида колдуна — имеет высоту 40 метров.

От Ушмаля до столицы штата Юкатан час езды. Но что это? Неужели ветряные мельницы? В Мексике их практиче­ски нет. Ветряки — достопримечательность только пригород­ной зоны Мериды. Они с помощью соответствующих механиз­мов приводят в действие небольшие насосы, которые качают воду из подземных водоносных слоев.

Город встретил нас идеальной погодой, белизной зданий, зеленью садов, которые ночью превратились в «концертные залы» для цикад.

Мерида — не только административная, но и экономиче­ская столица Юкатана. Хозяйство города специализируется на переработке хенекена. Здесь построен крупнейший в мире промышленный комплекс по производству канатов, веревок и других изделий из хенекена. В городе работает также несколько предприятий пищевой промышленности, развиты кустарные промыслы. Тесные хозяйственные связи поддер­живаются с городом-портом Прогресо — океанскими ворота­ми Юкатана. Мерида, насчитывающая уже более 300 тысяч человек, продолжает быстро расти за счет притока юкатан­ских крестьян, гонимых из деревни нищетой.

Мерида — культурный центр Юкатана. Кроме университе­та здесь имеются национальные археологический и историче­ский институты, музеи, театр.

Центр Мериды—это каменная летопись города, основан­ного в середине XVI века испанскими конкистадорами, дво­юродными братьями де Монтехо, на месте майяского поселе­ния Тихо. Квадратная площадь с кафедральным собором Сан-Ильдефонсо, славящимся резьбой деревянных ворот, дом семьи Монтехо с изображенными на дверях двумя рыцарями, стоящими на отрубленных головах майяских вла­стителей, непокорившихся испанцам, напоминают о колони­альных временах. От поселения майя сохранился лишь его главный сеноте — карстовый колодец, который находится под одним из ресторанчиков на окраине города. В этом заведении всегда много туристов, за дополнительную плату им показывают сеноте, освещаемый прожектором.

Туристов много и во всей Мериде—«туристской столице» Юкатана. Ежедневно аэропорт Мериды принимает самолеты из США, Западной Европы, Латинской Америки, не говоря о самой Мексике, привозя сотни людей, желающих увидеть древнемайяские города. Наибольший интерес вызывает Чичен-Ица, находящаяся приблизительно в 120 километрах к востоку от Мериды.

Чичен-Ица—свидетельство художественной и духовной зрелости великой цивилизации. Возникнув в VIII веке, город в XI—XII веках был столицей майя-тольтекского государства. Постройки древнего города живописно разбросаны на зеле­ных лужайках, бывших некогда площадями.

Пирамида Кукулькана (так майя называли Кецалькоатля) увенчана строгим храмом, к которому ведут широкие лестни­цы, проложенные по центру каждой из четырех сторон пирамиды. Наверху пирамиды был обнаружен тайник с троном в форме ягуара.

Внимание привлекает круглая башня, получившая назва­ние «улитка». Действительно, строение напоминает большую улитку. Окна здания, имеющие точные астрономические ориентиры, служили, как считают специалисты, для астроно­мических наблюдений. Когда-то сквозь них жрецы фиксиро­вали прохождение Солнца, Венеры, Луны. «Ритм времени зачаровывал их,—сказал американский археолог Э. Том­псон,—бесконечное течение дней между вечностью и буду­щим, между вечностью и прошлым вызывало у них восхище­ние».

Чичен-Ица означает на языке майя «берег колодца Ица». Здесь и сейчас есть карстовый колодец, считавшийся священным. Дорога к нему начинается в двухстах метрах к северу от пирамиды Кукулькана. Глубина естественного колодца примерно 60 метров, но вода находится на 20— 25 метров ниже его края. В эту большую воронку бросали людей, принося их в жертву богам дождя, туда же кидали и драгоценности. Это делалось, чтобы умилостивить силы природы. Чаще всего в жертву приносились представители социальных низов: рабы, военнопленные, простые общинни­ки. Их жизнями оплачивалось также строительство древних пирамид, дворцов, дорог.

Прошли столетия, но проблема социального неравенства так и не исчезла с юкатанской земли. Как и столетия назад, внизу социальной пирамиды по-прежнему находится кресть­янин-майя.

Как же сегодняшние майя относятся к своей истории и древней культуре? Можно совершенно определенно сказать, что они чтут все, что связано с жизнью древних майя. Более того, с начала XX века майя создали на территории нынеш­него штата Кинтана-Роо новые священные места, где в дебрях тропического леса в трех специально построенных поселках тайно сохраняются уцелевшие реликвии древней культуры, предметы культа. Поселки круглосуточно охраня­ются вооруженными индейцами, не позволяющими посторон­ним лицам проникнуть в эту зону.

Можно привести еще один любопытный пример своеоб­разного понимания патриотизма и «сверхактивного» отноше­ния мексиканцев к своей истории. В 1982 году многие страны мира облетело следующее сообщение. Гражданин Мексики Хосе Луис Кастаньеда, адвокат, увлеченный культурой древ­них индейцев Мексики, задумал основать «национальное движение» за возврат его стране разбросанных по всему миру памятников индейской письменности. Решив подать личный пример соотечественникам, он отправился в Париж, где из Национальной библиотеки тайно вынес бесценный оригинал религиозного ацтекского календаря XV века и с ним возвратился на родину. Французские власти потребовали вернуть индейскую реликвию. Тогда, как писала испанская газета «Пайс», на защиту Кастаньеды поднялась мексикан­ская пресса, возведя его в ранг национального героя. Мексиканское правительство отказалось выдать ордер на арест Кастаньеды и не торопилось передать Франции ацтек­ский календарь. Дело дошло до того, что Париж заявил Мексике официальный протест.

Этот случай можно было бы оставить без внимания, если бы он не был частью того общего процесса борьбы, которую ведут народы развивающихся стран за возвращение их национальных богатств, разграбленных в свое время колони­заторами.