«Украшения», «подвески»… или нечто другое?

Александренков Эдуард Григорьевич
:::
Вест-Индия
:::

Словом «украшение» в этнографической да и археологической литературе может быть назван предмет, что, на взгляд автора, его упомянувшего, украшает или украшал какую-то часть тела человека - лицо (лоб, уши, нос, губы), шею, предплечья, запястья, щиколотки и др. Если этнограф в поле может узнать, как использовалось то или иное изделие, то археологу при определении назначения найденного предмета остается полагаться на его характеристики (материал, форма, детали конструкции и пр.) и, иногда, на этнографические параллели. Увлечение отдельными конструктивными деталями может привести к поспешному толкованию функции древнего предмета и, как следствие, слишком общей его классификации. К таковым относится именование разных предметов «подвесками». Для отнесения найденного предмета к группе «подвесок» служит обычно небольшие размеры предмета и отверстие в нем. Как было замечено археологом, любой объект, составляющий часть другого и имеющий какое-либо отверстие, наименее любопытными людьми во всем мире сразу идентифицируется, как бусина, ожерелье или подвеска (У. Ф. Киган, цит. в: Figueredo 2010, p. 37).

Находки с о. Вьекес

В конце 1970-х гг. на памятнике Ла-Уэка островка Вьекес у берегов Пуэрто-Рико археологи обнаружили культурный комплекс, частью которого был большой набор изделий из полудрагоценных камней (аметист, агат, жадеит, бирюза и др.), а также из перламутра. Этот комплекс был датирован первыми веками н.э., а предметы были классифицированы теми, кто их нашел, как «украшения тела» (adornos corporales) (Catálogo 1984, p. 50). Большая часть найденных предметов была определена как амулеты-бусины (amuletos-cuentas), напоминающие лягушек; их размеры варьировали от 8 до 35 мм. в длину. Другие изделия из этого комплекса изображают, в профиль, птицу, очевидно, держащую в лапах (они не изображены) человеческую голову или, на одном предмете – птенца (рисунок 1). Предмет - плоский, его толщина - несколько мм, размеры - около 5,5 см. на 3, 5 см; в одной части предмета – отверстие, в противоположной – небольшая прорезь. Эти изделия получили у авторов определение «биморфных амулетов» (Catálogo 1984, p. 40-41);. в относительно недавней публикации они названы «подвесками» (El Caribe 2008, Fig. 9b, p. 149, 251). Высказывалось и предположение, что эти изделия могли быть упорами копьеметалок (Figueredo 2010, p. 38, 41, fig. 9).

Изделия, изображающие, в профиль, птицу, очевидно, держащую в лапах (они не изображены) человеческую голову или, на одном предмете – птенца

рисунок 1

Внимательное рассмотрение этих предметов позволяет усомниться в том, что они были подвесками. Прежде всего, имеющиеся на них отверстия не располагаются на оси предмета или близко к ней, как, вероятно, должно было быть, если бы он подвешивался с их помощью. Далее, одна из сторон фигурки (задняя ?) не завершена художественно, что, вероятно, опять же, должно было быть сделано, будь эта фигурка одиночной подвеской или частью ожерелья. Логично предположить, что эта сторона предмета не была видна глядящему на него человеку и была помещена во что-то. В таком случае, прорезь в нижней части фигурки могла быть сделана не столько для того, чтобы обозначить хвост птицы (можно было обойтись гравировкой), сколько с какой-то другой целью, возможно, технологического характера – скажем, служила для пропускания через нее крепления из волокон, шнура и пр.

Поэтому следует согласиться с предположением Фигередо, что описанные предметы из Ла-Уэка, это, скорее, упоры копьеметалок.

Копьеметалка в Новом Свете

Отличительным признаком этого предмета служит удлиненное древко, на конце которого имеется упор для конца метаемого дротика. В Старом Свете, в частности, в Европе копьеметалки известны с верхнего палеолита. До недавнего времени здесь было найдено около 100 копьеметалок того времени (цит. по: Whittaker 2002). На некоторых ранних экземплярах концы копьеметалок очень выразительно сделаны в форме животных. Это оружие вместе с человеком широко распространилось по земному шару и в весьма разнообразных формах древок, рукоятей и упоров.

В Америке к приходу туда европейцев копьеметалка также получила широкое распространение – от эскимосов до обитателей области Рио-де-ла-Плата (южная граница была определена А. Метро). Она известна как вещественно, так и по изображениям: в наскальных рисунках, на керамических изделиях, в каменной скульптуре, в металлических фигурках, в индейских манускриптах. Древки копьеметалок были, как правило, деревянные; в Перу находили копьеметалки из золота и серебра. Известные археологически и этнографически копьеметалки в Южной Америке в своих размерах варьируют в длину от почти 40 см. до почти 90 (traux 1949).

Рукоять копьеметалки в некоторых регионах снабжалась петлей, кольцом или крюком для более удобного сжимания древка и более сильного посыла орудия. Рукояти могли отличаться не только между разными областями и народами, но и быть различными у одного народа. Некоторые типы копьеметалок из Северной Америки, известные по археологическим и этнографическим материалам, имели утяжелители, как правило, из камня. Они могли иметь отверстие и насаживались на древко копьеметалки или быть удлиненной формы и крепились вдоль него; иногда такие утяжелители оформлялись как фигурки животных. Долгое время считалось, что эти предметы служили стабилизаторами (banner stones на английском) вибрации древка копьеметалки при броске. Однако проведенные опыты не обнаружили какой-либо пользы от использования утяжелителей (Howard 1974).

Упоры для основания дротика в разных культурах (или регионах) могли оформляться по-разному. Они могли составлять одно целое с корпусом копьеметалки, являя собой выступ. Они могли быть отдельным предметом и крепиться к концу копьеметалки, могли вставляться в паз или прорезь на конце копьеметалки; в том и другом случае закрепление осуществлялось посредством смолы и перевязей. Приставные и вставные упоры делались из разных твердых материалов: камня, кости, дерева, раковины. В культурах, знавших металл, они могли быть металлическими, как, скажем, у мочика. На некоторых копьеметалках упоры, как и рукояти, могли нести какое-либо изображение.

Копьеметалка на Антильских островах

По письменным свидетельствам известно, что ко времени появления на Антильских островах европейцев обитатели Больших Антильских островов использовали копьеметалку как оружие. В некоторых районах Гаити и на Пуэрто-Рико источниками также отмечен боевой лук. Обитатели Малых Антильских островов пользовались исключительно луком. Копьеметалки упомянуты несколькими авторами, но только Б. Лас Касас дал небольшое их описание. По его словам, деревянная копьеметалка была хорошо сделана и легка (una tiradera de palo bien hecha y sotil), имела в длину 4 пяди (4 palmos, более 80 см). На конце копьеметалки, как написал хронист, имелась «рыбка с насечкой» (pececito con su muesca), куда упирался метаемый дротик. На рукояти копьеметалки имелась хлопковая петля, в нее вставлялась кисть руки, при этом пальцами удерживался дротик. Метали его, по словам Лас Касаса, с большой ловкостью (con mucha manía), «лучше, чем если бы он был пущен большим арбалетом» (Las Casas 1967, p. 344-345). По одному из документов времени завоевания островов известно, что древки копьеметалок могли быть инкрустированы золотом (pintas de oro) (Relación del oro 1868).

А. Метро, написавший для Handbook of South America Indians очерк об оружии аборигенов Южной Америки, счел возможным разделить известный ему материал о копьеметалках на три группы, при этом подавляющая часть этих орудий была отнесена к одной из них, имевшей распространение главным образом в Перу, Эквадоре и Колумбии. К этой же категории копьеметалок он отнес и антильские, известные в то время по описанию Лас Касаса. При этом Метро написал, что упор антильской копьеметалки был сделан из рыбьей кости (fish bone) (Metraux 1949: 245) и сослался на слова Лас Касаса ”pececito con su muesca”. Здесь, на мой взгляд, форма предмета (рыбка) заменена материалом (рыбья кость). У Лас Касаса в цитируемом месте и в самом деле есть слова о костях рыб (espinas o huesos de pescados), но там речь шла об остриях дротиков, а не о копьеметалках (Las Casas 1967, p. 344). В отличие от копьеметалки на Гаити, описанной Лас Касасом, андские изделия не имели петель на рукояти, там для фиксации ладони на копьеметалки использовались крюки. Но Метро это различие посчитал, видимо, несущественным. В целом очевидно, что классификация Метро копьеметалок несовершенна, она, как представляется, основана на форме их древок (округлые в Андском регионе и плоские в Амазонии) и не приняла во внимание разнообразия оформления рукоятей и способов соединения упоров с древком.

Упор для дротика был опознан в археологическом материале только в 1920-е гг. при рас-копках на о. Санта-Крус в северной части Малых Антильских островов (Figueredo 2010, p. 38, fig. 4)

рисунок 2

При наличии на Больших Антильских островах большого корпуса пещерных изображений, копьеметалок среди них не находили, в отличие, скажем, от Калифорнии и Колумбии, где они хорошо представлены. Среди археологических находок они тоже долго не обнаруживались. Упор для дротика был опознан в археологическом материале только в 1920-е гг. при раскопках на о. Санта-Крус в северной части Малых Антильских островов (Figueredo 2010, p. 38, fig. 4) (рисунок 2, St. Croix). Но тогда эта находка не привлекла внимания исследователей. Лишь полвека спустя, в 1973 г., при раскопках на о. Антигуа (также на севере Малых Антильских островов) в слоях, датируемых началом нашей эры, были найдены два артефакта, которые через несколько лет, на основании знакомства с публикациями по Калифорнии, были идентифицированы как упоры копьеметалок (atlatl spurs) (Nicholson 1980, p. 394-395) (рисунок 3).

При раскопках на о. Антигуа (также на севере Малых Антильских островов) в слоях, датируемых началом нашей эры, были найдены два артефакта, которые через несколько лет, на основании знакомства с публикациями по Калифорнии, были идентифицированы как упоры копьеметалок (atlatl spurs) (Nicholson 1980, p. 394-395)

рисунок 3

С того времени исследователи стали обнаруживать в старых археологических коллекциях и публикациях все больше предметов, которые могли служить упорами копьеметалок, притом разных форм. Именно в этом контексте находки из Ла-Уэки были признаны «вероятными крюками копьеметалки» (Figueredo 2010, p. 38, fig.9).

Крюки (или упоры) копьеметалок, найденные на Ла-Уэке, относятся к тому типу, что археологами был назван вертикальным. Сходного типа – упомянутый предмет с острова Санта-Крус (материал – камень), и предмет со стоянки Милл-Риф о. Антигуа (материал – раковина) (рисунок 2). Их небольшая толщина и их форма предполагают, что они вставлялись в прорезь древка и фиксировались какими-то волокнами (Nicholson 1980, fig. 7). С учетом конструктивных особенностей пластин из Ла-Уэки, соответствующая часть копьеметалки с дротиком должна была выглядеть приблизительно следующим образом (рисунок 4). По форме упора нельзя судить, были ли на рукоятях копьеметалок из Ла-Уэки петли.

С учетом конструктивных особенностей пластин из Ла-Уэки, соответствующая часть копьеметалки с дротиком должна была выглядеть приблизительно следующим образом

рисунок 4

Другой вид упоров, найденных на островах – округлой формы. Во флоридских материалах, давших толчок для поисков на Антилах, были выделены два их типа: в форме «головы змеи» и «желудя». Одни авторы отнесли находку со стоянки Индиан Крик о. Антигуа ко второму из этих типов (Nicholson 1980, p. 394-395), другие - к типу «голова змеи», оговариваясь при этом, что оба типа сходны (Figueredo 2010, p. 37).

Различия между плоскими и округлыми типами упоров копьеметалок очевидны. Первые из них помещались в прорези или трещину в конце древка и крепились, вторые – прикладывались к древку и затем крепились. Не очевидны причины подобных различий на островах. Технологически, кажется, второй способ более прост. Вероятно, он более древен в Америке, судя по его распространению (отмечен от Калифорнии до Перу, при разнообразии рукоятей). Но на островах оба типа упоров появляются, как можно судить по теперешнему состоянию археологических находок, приблизительно в одно время (зафиксированы, археологами, по крайней мере) с выходцами из материковой Южной Америки. Что касается изобразительных форм упоров, то они, как свидетельствуют археологические находки, могли быть достаточно разнообразны, включая изображения животных, птиц или каких-то антропоморфных существ. Среди предполагаемых упоров копьеметалок есть и такие, что в самом деле напоминают голову змеи или рыбы и в этом случае соответствуют описанию Лас Касаса (Figueredo 2010, fig. 10) (рисунок 5).

Среди предполагаемых упоров копьеметалок есть и такие, что в самом деле напоминают голову змеи или рыбы и в этом случае соответствуют описанию Лас Касаса (Figueredo 2010, fig. 10)

рисунок 5

Обсуждаемые предметы из Ла-Уэки сделаны с разной степенью тщательности. Тем не менее, очевидная повторяемость сюжета (птица и голова человека) свидетельствует о том, что некий эпизод мировоззренческой традиции, воплощенный в крюке копьеметалки, был важен для людей, делавших эти копьеметалки.

Копьеметалки и грифы

Археологи, что раскапывали Ла-Уэку, увидели сходство изображенной в камне птицы с андским кондором (Vultur gryphus): основанием для этого послужило наличие гребешка на голове птицы. Некоторые, однако, посчитали, что это другой вид того же семейства, а именно Jote Real (Sarcoramphus papa); эта птица водится в низменных тропических землях Центральной и Южной Америки (El Caribe 2008, p. 147). Ни та, ни другая птица не обитала на островах, и появление там предметов с ее изображением требует объяснения. Можно, конечно, допустить, что копьеметалки (или только упоры для них) были получены путем обмена. Логичнее, однако, думать, что данные орудия были принесены на Вьекес их пользователями, так как они найдены в слоях, оставленных ранними (и, вероятно, первыми) земледельцами в тех местах, пришедшими, как принято считать, из Южной Америки - археологи утверждают, что керамика из Ла-Уэки сходна с керамикой памятника Гуапо на побережье Венесуэлы.

Теперь о мотиве изображения. В мифах разных аборигенных народов Южной Америки грифы нередко предстают во взаимодействии с человеком. Так, в одном из них они поедают куски женщины, превращая их во множество женщин и детей (Леви-Строс 2000, c. 111). В других мифах грифы намеревались зажарить предполагаемо мертвого героя; в некоторых ситуациях гриф пожирал героя. Герои мифов притворялись мертвыми, чтобы обмануть грифов и завладеть огнем, хранителем которого были эти птицы (Леви-Строс 2000, с. 137, 138, 139). Ю.Е. Березкин в книге об ареальном распределении фольклорных мотивов в Новом Свете и их соотношении с ранними миграциями выделил мотив «стервятники и огонь», найдя его у народов Северной и Южной Америки (приблизительно одинаковое число), а также в Старом Свете (Березкин 2007, с. 217; для представления о текстах см. сайт www.ruthenia.ru/folklore/berezkin). В мировоззрении коренных обитателей Южной Америки грифы могли иметь не только функцию хранителей огня. Согласно представлениям десана северо-западной Амазонии, стервятники или «старые орлы» охраняли людей от болезней, а при лечении шаманом больного уносили болезнь и бросали ее в Млечный Путь (Reichel-Dolmatoff 1971, p. 106 - 107, 178 - 179).

Высказывалось предположение, что птицы, держащие человеческие головы, изображенные на предметах из Ла-Уэки, представляли культуру, где практиковалась охота за головами (Figueredo 2010, p. 38, 41). Конечно, это наиболее на виду лежащее, и потому простое, объяснение, но ему есть отдаленная этнографическая параллель. Амазонские мундуруку совершали набеги для добывания голов-трофеев противника и затем в одном из ритуалов бросали их на землю и пинали ногами, «подражая стервятникам, подбрасывающим клювом куски падали» (Березкин 1980, с. 83-84). Есть и более древняя параллель, притом, как сюжету на копьеметалке из Ла-Уэки, так и некоторым амазонским мифам. В археологической культуре мочика (I тыс. н.э.) северного побережья Перу использование копьеметалок засвидетельствовано как предметно, так и в изображениях. На крюке рукоятки одной из них изображена птица с ясным признаком кондора (гребень на голове). Стервятник представлен рядом с явно неподвижным телом (судя по некоторым деталям, женским) и, возможно, терзает его (рисунок 6). Копьеметалка - видимо, ритуальная, так как она тщательно изготовлена и отделана золотом. Сцена, представленная на этой копьеметалке, имеет явное сходство с эпизодами амазонских мифов, упомянутыми выше (стервятник и герой, притворившийся мертвым; стервятник и проглоченные им части тела женщины). При большом различии изобразительных средств мочикского и Антильских изделий сходство между ними состоит в том, что там и там гриф активно взаимодействует с человеком (или его частью), и это взаимодействие изображено именно на копьеметалке. Некоторое конструктивное различие в том, что, в одном случае (Вьекес) птица изображена на упоре для дротика, а в другом (мочика) – на крюке рукояти копьеметалки.

Стервятник представлен рядом с явно неподвижным телом (судя по некоторым деталям, женским) и, возможно, терзает его

рисунок 6

Можно, видимо, утверждать, что в I тыс. н.э. (по данным археологии), как и во второй половине II тыс. (о чем говорят этнографические и фольклорные данные) на территории Южной Америки, во всяком случае, в ее некоторых областях, были распространены мифологические сюжеты, в которых героями были человек и гриф. Их взаимодействие могло быть различным. Изображение одного из таких сюжетов и попало на Антильские острова вместе с их носителями.

Дальнейшую судьбу этого сюжета на островах пока невозможно проследить. Находки в Ла-Уэке до недавнего времени были уникальны для Антильских островов, так как подобные им предметы не были найдены в надежном археологическом контексте на других островных памятниках. Мне известно одно похожее изделие из серпентина, предположительно из южной части Малых Антильских островов (El Caribe 2008, p. 251, fig. 16). Относительно недавно появилось упоминание о находках упоров копьеметалок, сделанных в виде птиц, с острова Пуэрто-Рико, относящихся к доиспанскому времени, но без описания и иллюстраций (Ortíz Montañez, Roe 2011).

Мировоззрение аборигенов Больших Антильских островов времени конкисты известно главным образом по сообщению монаха Рамона Панэ, собравшего в самом конце XV в., по распоряжению Хр. Колумба, сведения о религии в одной из областей о. Гаити (Сообщение 2012). В его сообщении, содержащем сведения о мифах, божествах и некоторых ритуалах местных жителей, не фигурируют грифы. Можно, конечно, предположить, что эта тема исчезла из мифа по причине отсутствия материковых грифов на островах, но на островах имелись грифы других видов. Нет в тексте Панэ и темы получения огня или охоты за головами, а описанный им способ лечения осуществлялся без обращения врачевателя за помощью к стервятникам.

В сохраненном Панэ мифе есть другие темы, очевидно беспокоившие местных обитателей, в том числе продолжение жизни, и эта тема была связана с птицей, но с другой, дятлом. Достаточно подробно представлен у Панэ сюжет происхождения моря, актуальный для обитателей островов, в котором фигурируют рыбы. Именно изображение рыбы видел Лас Касас на копьеметалке современных ему островитян. Но Лас Касас, скорее всего, описал лишь одну конкретную копьеметалку, а Панэ (это точно) собрал свои сведения в определенной области острова Гаити, и, вероятно, это была лишь часть более широкого корпуса мифов обитателей Гаити и, тем более, других островов. Что касается мифологии обитателей Больших Антильских островов в целом, Ю.Е. Березкин высказал мнение о большей ее близости к североамериканским, нежели гвианским мифологиям (Березкин 2007, с. 157).

Заключение

Люди, оставившие изделия на Ла-Уэке - представители ранней волны заселения островов земледельцами, пришедшие с южноамериканского материка. Они принесли с собой свои мифы и их материальные воплощения. Можно предположить присутствие какой-то связи в мышлении изготовителей и пользователей названных копьеметалок между этим орудием, несущим смерть, и грифом, питающимся мертвечиной. Наличие на одном памятнике нескольких предметов с изображением на одну и ту же тему заставляет думать о важности данного мотива для тех, кто делал эти предметы. Вероятно, что некоторые упоры копьеметалок с Вьекес, сделанные из полудрагоценных камней и требовавшие больших затрат труда на свое изготовление, не были рядовыми изделиями. Трудно сказать, с какой целью мотив стервятника и человеческой головы воплощался на копьеметалках. Это часть более общего вопроса о значимости тех предметов древности, что сейчас часто называют «украшениями», для создававших их и пользовавшихся ими людей в прошлом. Для некоторых из таких предметов можно обнаружить социальную функцию – скажем, перьевые накидки и металлические полумесяцы у аборигенов Антильских островов конца XV в. Но, зная их функцию (обозначение статуса носящего их человека), мы не знаем, чем представлялись эти изделия для тех, кто их делал и ими пользовался, что они символизировали. Многоступенчатая символика не только неких особых предметов, но и рядовых (на наш взгляд), наподобие кухонного горшка, убедительно представлена в книге Г. Райхеля-Долматова «Амазонский космос» (Reichel-Dolmatoff 1971). Изображения на упорах копьеметалок из Ла-Уэка могли воплощать персонажей и сюжеты сложных мировоззренческих идей.

Литература

Березкин Ю.Е. Люди-стервятники в ритуале южно-американских индейцев //Краткие сообщения докладов сессии Института этнографии АН СССР, посвященной столетию создания первого академического этнографо-антропологического центра. Л., «Наука», 1980, с. 83-84.

Березкин Ю.Е. Мифы заселяют Америку. Ареальное распределение фольклорных мотивов и ранние миграции в Новый Свет. М., 2007.

Леви-Строс Кл. Мифологики. Том 1. Сырое и приготовленное. М. - СПб., 2000.

Сообщение брата Рамона, о древностях индейцев, которые он, со старанием, как человек, который знал их язык, собрал по велению Адмирала //Источники по этнической истории аборигенного населения Америки. М., 2012, c. 58-97.

El Caribe precolombino. Fray Ramón Pané y el universo taíno. [Barcelona], 2008.

Catálogo. Arqueología de Vieques. Segunda edición. Universidad de Puerto Rico, 1984.

Figueredo A. E. Nota ilustrada sobre los ganchos de tiradera en la arqueología de Cuba //Cuba Arqueológica. Revista digital, Año III, num. 1, 2010, p. 36-43 /http://waa.basketmakeratlatl.com/wp-content/uploads/2013/02/Ganchos-de-T...

Howard, C.D. The atl-atl function and performance //American Antiquity, 1974, vol. 39, vol. 1, p. 102-104.

Las Casas, B. de. Apologética historia sumaria cuanto a las cualidades, dispusición, descripción, cielo y suelo destas tierras, y condiciones naturales, policías, repúblicas, manera de vivir e costumbres de las gentes destas Indias Occidentales y meridionales cuyo imperio soberano pertenece a los reyes de Castilla t.1, México, 1967.

Métraux, A. Weapons //Handbook of South American Indians, vol 5. Bureau of American Ethnology. Bulletin 43. Smithsonian Institution, Washington D.C. 1949, p. 229-263.

Nicholson, D. V. The atl-atl spur: a newly identified artifact from the Lesser Antilles //Proceedings of the Eighth International Congress for the Study of the Pre-Columbian cultures of the Lesser Antilles. Arizona State University. Anthropological Research Papers N 22, 1980, p. 394-405.

Ortíz Montañez, H., P. G. Roe. Darts fly like birds: Atlatl hooks and other shell artifacts from the Punta Mameyes site, Dorado, Puerto Rico //http://www.aiac-congres-2011.org/abstracts.html#ortiz

Reichel-Dolmatoff G. Amazonian cosmos. The sexual and religious symbolism of the Tukano Indians. Chicago: University of Chicago Press, 1971.

Relación del oro e joyas e otras cosas que el señor Almirante ha rescibido despues que el receptor Sebastian de Olaño partió desta isla para Castilla, desde 10 de marzo de 95 años //Colección de Documentos Inéditos relativos al descubrimiento, conquista y colonización de las posesiones españolas de América y Oceanía, sacados en su mayor parte del Real Archivo de Indias, t.X, Madrid, 1868, p. 5-9.

Whittaker J. Annotated Atlatl Bibliography. 12/2002 http://web.grinnell.edu

Whittaker J. A Peruvian atlatl - http://www.thudscave.com/npaa/others/jw-peru.htm