Зона пустыни

Кинжалов Ростислав Васильевич, Белов Авраам Моисеевич ::: Падение Теночтитлана

Когда выдохся наступательный порыв ацтекских воинов, Кортес возобновил планомерное, методическое разрушение столицы. Это было единственным занятием десятков тысяч его союзников. Ежедневно, как на работу, шел отряд за отрядом, чтобы выполнить свою норму: сегодня разрушить один квартал, завтра – соседний, послезавтра – засыпать канал, на четвертый день – срыть и сровнять с землей величественный храм…

В бессильной ярости наблюдали жители столицы, как исчезают один за другим прекрасные архитектурные сооружения, ровные, как стрела, каналы – плоды трудов нескольких поколений, – как цветущий город превращается в зону пустыни.

 

 

Испанцы со всех сторон наступают на окруженный ими Теночтитлан. Рисунок из древнемексиканской рукописи.

 

Что они могли противопоставить всё растущей мощи испанцев и их союзников? Свои день ото дня слабеющие руки, которые уже с трудом натягивали лук?…

И всё же они дрались, дрались отчаянно и предпочитали верную гибель сдаче на милость победителя. Летописцы сохранили множество примеров удивительного героизма, когда истощенные голодом воины защищались из последних сил. И не только защищались, но и нападали. «Нас можно убить, но нельзя победить», – как бы говорили они завоевателям.

Много горьких, но справедливых слов пришлось выслушать союзникам Кортеса, слепым исполнителям его воли.

– Для кого вы так стараетесь? – кричали им жители Теночтитлана. – Если мы победим, то всё, что вы разрушили, вам же придется восстанавливать. Если же победит Кортес, то вы будете работать на белых, строить для ваших новоявленных друзей… Разрушайте, разрушайте на свою голову!

Но никакие заклинания, упреки и угрозы не могли остановить страшной разрушительной работы, проводимой с неумолимой настойчивостью. Прошли недели – и зона мертвой пустыни заметно расширилась. Вслед за пригородами и окраинами центральные районы столицы один за другим переходили к испанцам.

А сопротивление осажденных не прекращалось. Стойкость их была поразительной. Она удивила даже ко всему привыкших конкистадоров, чьим ремеслом было убивать и грабить. В захваченных зданиях испанцы всё чаще и чаще заставали умирающих от голода или доведенных до последней степени истощения. Но они с презрением отворачивались от испанцев. Эти несчастные даже издевались над победителями, чья алчность и жажда золота была всем известна.

– Где зарыто наше золото, вам уж никогда не узнать, – говорили они с усмешкой. – Ведь мертвые не разговаривают…

Всё чаще стали попадаться трупы умерших от голода и болезней. Они лежали во дворах, в комнатах – там, где их застала смерть.

Ацтеки придавали особое значение похоронным обрядам. Это было Кортесу хорошо известно, и тот факт, что они не смогли предать земле останки своих близких, говорил о предельном истощении физических и моральных сил.

Но вместо того, чтобы обрадоваться, Кортес не на шутку встревожился.

Он завоевывал мертвый город. Вместо жителей его заселяли шатающиеся тени, живые мощи, какие‑то жалкие подобия людей. Ни для какой работы они уже не годились. С другой стороны, тысячи незахороненных трупов создавали угрозу эпидемии для его войска.

И Кортес всё настойчивее добивается быстрейшего окончания этой бойни, теперь уж явно бессмысленной. Но тщетно… Ацтеки, те, кто еще держался, видимо, твердо решили умереть с оружием в руках. Воинам помогали их жены, разделявшие с ними все опасности битвы, подносившие камни и стрелы, перевязывавшие раненых. В сражениях участвовали сейчас также подростки и дети.

Недалеко от рыночной площади соединились отряды Кортеса и Альварадо, осаждавшие город с разных сторон. Это было крупным успехом испанцев, и Кортес еще раз предложил Куаутемоку прекратить безнадежное сопротивление. Предложение о мире сопровождалось подарками – хлебом, дичью, фруктами, которые послы Кортеса доставили повелителю ацтеков. В доказательство своих миролюбивых намерений Кортес приказал на несколько дней приостановить наступление.

Но в день, когда испанцы ждали сообщения о капитуляции, произошло внезапное нападение на них…

Другой раз, когда уже была назначена встреча Кортеса с Куаутемоком по обе стороны Большого канала, вместо Куаутемока пришел один из его военачальников, что больно задело самолюбивого Кортеса. Во время переговоров, ничего так и не давших, этот касик и все его спутники демонстративно жевали печенье и вишни, полученные ранеев подарок от Кортеса…

На вершине одного из самых больших храмов у базарной площади был водружен испанский флаг. Тем самым Кортес как бы объявлял, что Теночтитлан находится в руках испанцев. Но борьба продолжалась, хотя уже три четверти столицы лежало в развалинах.