Южный Кукуль в середине VIII века: пик могущества и начало заката. Война против Тамариндито

Стюфляев Максим ::: История царств майя

Вскоре после смерти Ицамкокаах-К’авииля последовали загадочные события, которые до сих пор привлекают внимание современных исследователей. Хорошо знакомая нам надпись на стеле 8 из Дос-Пиласа оканчивается сообщением о том, что в день 9.14.15.5.15, 9 Мен 13 К’айаб (10 января 727 года) был «одет на владычество» новый царь Южного Кукуля …н-Ти’-К’авииль. Из других текстов становится понятно, что это не кто иной, как уже упоминавшийся «хозяин К’ин-Бахлама». На своих монументах он и далее порой использовал этот эпитет успешного воина наряду с царским именем. Вероятно, «хозяин К’ин-Бахлама», принимавший активное участие в битвах и юбилейных обрядах Ицамкокаах-К’авииля, приходился последнему родственником, в противном случае он едва ли унаследовал бы трон с титулом «Священного Кукульского Владыки». Пролить свет на запутанные отношения внутри царского семейства довольно трудно, поскольку ни …н-Ти’-К’авииль, ни его преемник К’авииль-Чан-К’инич не оставили упоминаний о своих родителях. Тем не менее, на основании косвенных доказательств, в литературе прочно утвердилась точка зрения, согласно которой в 727 году К’авииль-Чан-К’инич был малолетним сыном Ицамкокаах-К’авииля, а умудренный богатым опытом «хозяин К’ин-Бахлама» выполнял при нем роль опекуна и стал во главе царства до достижения совершеннолетия законным наследником.[i]

Ваза К1599. Фото Д. Керра. На ней изображен восседающий в своем дворце на троне К’авииль-Чан-К’инич. Важно, что он назван здесь «Священным Кукульским Владыкой» еще под 735 годом, то есть за шесть лет до собственной официальной коронации. Это один из аргументов в пользу точки зрения, что его предшественник …н-Ти’-К’авииль выполнял функции регента при законном наследнике

Ваза К1599. Фото Д. Керра. На ней изображен восседающий в своем дворце на троне К’авииль-Чан-К’инич. Важно, что он назван здесь «Священным Кукульским Владыкой» еще под 735 годом, то есть за шесть лет до собственной официальной коронации. Это один из аргументов в пользу точки зрения, что его предшественник …н-Ти’-К’авииль выполнял функции регента при законном наследнике

На замечательной, хотя местами сильно разрушенной, панели 19 из Дос-Пиласа представлен обряд жертвенного кровопускания, совершаемый мальчиком, который в поясняющей изображение подписи назван «юным кукульским владыкой». По-видимому, это сам царевич К’авииль-Чан-К’инич. Придворный, стоящий на коленях слева, помогает ребенку проткнуть пенис. Еще левее находятся «Священный Кукульский Владыка» …н-Ти’-К’авииль, обозначенный также как «хозяин К’ин-Бахлама, хозяин пятерых пленников», и его супруга Иш-«G1»-К’авииль, которая носит титул владычицы из Йахк’инахка. Как мы помним по предыдущему изложению, Йахк’инахк располагался в верхнем течении реки Пасьон и во второй половине VII века являлся вассалом могущественного Кануля. Из надписи на панели 19 следует, что …н-Ти’-К’авииль заключил с этим стратегически важным царством брачный союз. Справа от царевича стоит слегка наклонившийся «человек из Кануля», названный также «хозяином юноши». Хотя обычно такие эпитеты использовались для обозначения обладания знатными пленниками, в данном случае речь, видимо, шла об опеке высокопоставленного канульского посланника над малолетним царевичем. Его присутствие на столь интимной семейной церемонии свидетельствует о том, что Южный Кукуль сохранял с Канулем тесные связи. Наконец, последний участник действа имеет указывающий на его высокое положение титул нахбналь к’инич, зачастую связанный с представителями кукульской династии в Тикале. Таким образом, на панели 19 из Дос-Пиласа сообщается немало ценной информации о дворе …н-Ти’-К’авииля. Сам монумент по праву можно считать выдающимся произведением искусства древних майя. В иероглифических надписях иногда встречаются упоминания об обрядах ритуальных кровопусканий, но в остальных случаях они не сопровождаются столь детальным и масштабным изображением церемонии. Можно предположить, что панель создали по повелению …н-Ти’-К’авииля, который стремился продемонстрировать свою заботу о юном воспитаннике.[ii]

Панель 19 из Дос-Пиласа, датируемая 729-740гг. …н-Ти'-К'авииль (показан вторым слева) наблюдает ритуал кровопускания у юноши (вероятно К’авииль-Чан-К‘инича). Стоящий на коленях слева от мальчика придворный помогает ему проткнуть пенис.

Панель 19 из Дос-Пиласа

В правление …н-Ти’-К’авииля заметно возросло значение города К’иничпа’виц. Как мы знаем, еще около 633 года там правил владыка, принадлежавший к династии Тамариндито, но спустя всего примерно десять лет К’иничпа’виц перешел под власть Бахлах-Чан-К’авииля, нашедшего в этой труднодоступной крепости убежище во время войны против Кануля. При новой династии центр города переместился в Главную площадь, вокруг которой теперь была сосредоточена ритуальная и политическая активность.[iii] …н-Ти’-К’авииль превратил К’иничпа’виц в подлинную вторую столицу царства, уделял ему такое же внимание, как и  Дос-Пиласу. Свои стелы он устанавливал в обоих городах, причем, видимо, сознательно делал их очень похожими и дублировал информацию из иероглифических текстов.[iv] Так, почти идентичны стела 2 из Агуатеки и стела 2 из Дос-Пиласа, о которых будет подробнее сказано ниже. На другом памятнике, стеле 3 из Агуатеки, кратко описан обряд разбрасывания комочков ароматной смолы, совершенный …н-Ти’-К’авиилем в честь окончания двадцатилетия 9.15.0.0.0, 4 Ахав 13 Йаш (22 августа 731 года). Уместно напомнить, что практика сосуществования двух столиц для Петешбатуна не была чем-то новым: цари Тамариндито устанавливали стелы в Арройо-де-Пьедре. Можно поэтому предположить, что правители Южного Кукуля попросту действовали в соответствии с местными обычаями.

Стела 3 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

Стела 3 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

Во внешней политике …н-Ти’-К’авииль, судя по всему, продолжал линию предшественника и основное внимание уделял своим позициям в регионе. С 735 года он явно предпочитал использовать альтернативный вариант «эмблемного иероглифа» Кукуля, редко употреблявшийся в самом Йашкукуле (Тикале). Мотивация перемены неясна (новый знак имел идентичное произношение), возможно, она отражает стремление Дос-Пиласа подчеркнуть свою самобытность и уменьшить накал противостояния с Тикалем после ослабления Канульской державы.[v]

Эмблемный иероглиф Мутуля, используемый …н-Ти'-К'авиилем с 735 года.

Новая форма «эмблемного иероглифа» Кукуля, используемая …н-Ти’-К’авиилем с 735 года

На своих монументах …н-Ти’-К’авииль оставил описание лишь одной военной победы, но она имела огромные последствия для дальнейшей истории региона. Ход кампании подробно и практически в одинаковых выражениях изложен на стеле 2 из Дос-Пиласа и стеле 2 из Агуатеки. На обоих монументах повествование начинается с того, что в день 9.15.4.6.4, 8 К’ан 17 Муваахн (3 декабря 735 года) был завоеван Сейбаль – один из древнейших и самых важных центров в долине реки Пасьон. Как мы знаем, еще Ицамкокаах-К’авииль «представил» в Сейбале изображение бога в рамках своего ритуального объезда нескольких городов в 721 году. Можно предположить, что в первой четверти VIII века тамошние цари являлись вассалами или союзниками Южного Кукуля, но впоследствии вышли из повиновения, и это послужило причиной карательной экспедиции. На следующий день после падения Сейбаля произошло событие, по-прежнему дающее ученым почву для дискуссий и различных интерпретаций. На стелах из Дос-Пиласа и Агуатеки записана фраза, которую дословно можно перевести «изрублены письмена (или росписи) на спине К’авииля, это повелел… …н-Ти’-К’авииль, Священный Кукульский Владыка». П. Мэтьюз довольно давно предложил объяснение, в соответствии с которым под «изрублением письмен» следует понимать уничтожение царских стел в Сейбале, возможно, содержавших какую-то невыгодную или неприятную для Южного Кукуля информацию.[vi] Данная теория объяснила бы, почему самые ранние сохранившиеся монументы с надписями из Сейбаля датируются второй половиной VIII века. Тем не менее, она встречает ряд возражений. Во-первых, употребленное во фразе слово ц’иб использовалось для обозначения расписных текстов, в частности на керамике, тогда как для «резьбы» на монументах существовало другое слово. Во-вторых, если согласиться с точкой зрения П. Метьюза, то неясно, о какой «спине К’авииля» идет речь. Поэтому более обоснованным выглядит мнение, что в данном случае сказано об уничтожении украшенной росписью фигурки или статуи бога К’авииля, видимо, покровительствовавшего царям Сейбаля.[vii] Наконец, третье возможное объяснение, которого придерживается Ю. Полюхович, заключается в том, что фраза Уц’ибааль-Паат-К’авииль («расписанная спина К’авииля») – это личное имя персонажа, возможно сейбальского полководца, убитого по приказу …н-Ти’-К’авииля. Так или иначе, спустя еще шесть дней, в 9.15.4.6.11, 2 Чувен 4 Паш (10 декабря 735 года) плененного священного владыку Сейбаля Йич’аахк-Бахлама доставили в Дос-Пилас и «представили пред глазами хозяина К’ин-Бахлама, Священного Кукульского Владыки», то есть …н-Ти’-К’авииля. «Представление» знатных пленников перед царем-победителем зачастую предшествовало их жертвоприношению, поэтому напрашивается вывод, что и Йич’аахк-Бахлама постигла эта печальная участь. Однако в данном конкретном случае побежденный противник, видимо, был помилован и возвращен на свой трон в обмен на лояльность, во всяком случае некий Йич’аахк-Бахлам царствовал в Сейбале в 740-х годах и проводил различные обряды вместе с К’авииль-Чан-К’иничем.[viii] Конечно, он мог быть просто тезкой жертвы …н-Ти’-К’авииля, но политическая история майя знала примеры завершения войны мирным соглашением, по которому побежденный сохранял свое царство и становился покорным вассалом победителя.

Стела 2 из Дос-Пиласа, установленная в 736 году. Чтобы подчеркнуть победу …н-Ти'-К'авииля над Сейбалем, его изобразили в полном боевом облачении с выступающей маской, выполненной в теотиуаканском стиле.

Стела 2 из Дос-Пилас

Таким образом, по поводу отдельных моментов кампании 735 года до сих пор нет полной ясности. Но не подлежит сомнению ее итог: …н-Ти’-К’авииль подтвердил господство Южного Кукуля над Сейбалем и подчинил его своей власти. Дабы увековечить этот важный триумф, он по случаю окончания ближайшего пятилетия 9.15.5.0.0, 10 Ахав 8 Ч’ен (26 июля 736 года) повелел воздвигнуть вышеупомянутые стелы в Дос-Пиласе и Агуатеке, на которых царь-победитель изображен в полном боевом облачении и стоит на захваченном в плен Йич’аахк-Бахламе. Одновременным установлением стел с похожими изображениями и текстами в двух городах …н-Ти’-К’авииль, возможно, хотел еще раз подчеркнуть равноправный статус Дос-Пиласа и К’иничпа’вица.[ix]

Стела 2 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

Стела 2 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

В начале 740-х годов …н-Ти’-К’авииль, вероятно, болел и чувствовал приближение смерти. Во всяком случае, он поспешил провести традиционный юбилейный обряд разбрасывания ароматной смолы в день 9.15.9.9.0, 5 Ахав 8 К’айаб (1 января 741 года), то есть за 180 дней до окончания календарного десятилетия. До самого юбилея …н-Ти’-К’авииль действительно не дожил: на стеле 1 из Агуатеки его преемник К’авииль-Чан-К’инич оставил сообщение, что «хозяин К’ин-Бахлама, Священный Кукульский Владыка» скончался в день 9.15.9.16.11, 13 Чувен 14 Шуль (1 июня 741 года). Местонахождение его гробницы неизвестно, но стела 1 из Агуатеки связана с большой пирамидой, обозначаемой сегодня как «Сооружение 6», поэтому, по аналогии со стелой 8 из Дос-Пиласа и погребением Ицамкокаах-К’авииля, можно надеяться найти царскую усыпальницу в ее пределах.[x] Уже через четыре дня после смерти …н-Ти’-К’авииля К’авииль-Чан-К’инич прошел через предшествовавший воцарению обряд, а в день 9.15.9.17.17, 13 Кабан 20 Йашк’ин (27 июня 741 года) был «одет на владычество», то есть стал новым правителем Южного Кукуля. Такая поспешность, очевидно, диктовалась желанием успеть провести все этапы инаугурации до окончания календарного десятилетия. Эту задачу удалось успешно выполнить, через три дня после коронации К’авииль-Чан-К’инич уже в новом статусе провел в К’иничпа’вице юбилейную церемонию и на стеле 1 из Агуатеки изображен разбрасывающим комочки смолы. Действо произошло с необычайным размахом: в надписи сказано, что К’авииль-Чан-К’инича сопровождали «люди из восьми провинций».[xi] Точный смысл фразы неясен, но понятно, что новый молодой царь использовал свой первый обряд для демонстрации собственного могущества. Видимо, церемонию посетила знать со всего Петешбатуна.[xii]

Стела 1 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

Стела 1 из Агуатеки. Прорисовка Я. Грэхэма

К числу ранних монументов К’авииль-Чан-К’инича традиционно относят иероглифическую скамью 1 из Дос-Пиласа. Этот важный памятник был обнаружен во время раскопок «Сооружения L4-41», являющегося частью элитного комплекса, расположенного немного в стороне от Главной площади. Скамью нашли разбитой на куски, поэтому часть текста утрачена. В уцелевших фрагментах говорится о смерти трех особ, которые правили в Южном Кукуле либо принадлежали к кукульской династии и один за другим скончались в начале 740-х годов: …н-Ти’-К’авииля, его происходившей из Йахк’инахка супруги Иш-«G1»-К’авииль и отправленной властвовать в Са’аль южнокукульской царевны Иш-Вак-Халам-Чан. При этом центральная роль в повествовании явно отводилась Иш-«G1»-К’авииль, которая умерла в день 9.15.10.17.15, 7 Мен 13 Йашк’ин (20 июня 742 года). По всей видимости, «Сооружение L4-41» являлось дворцом этой царицы, там же она обрела вечный покой. Прямо под полом дворцовой комнаты археологи раскопали погребение знатной женщины. Сделанные ей поистине царские подношения, среди которых большое количество жадеита, обработанные раковины и полихромная керамика, в том числе ваза из царства Ик’а’, не оставляют сомнений в том, что перед нами гробница самой Иш-«G1»-К’авииль.[xiii]

Фрагмент иероглифической скамьи 1 из Дос-Пиласа. Фото А. Демареста

Фрагмент иероглифической скамьи 1 из Дос-Пиласа. Фото А. Демареста

Начало правления К’авииль-Чан-К’инича отмечено целой чередой войн. Возможно, посредством походов он попытался укрепить свой авторитет как военачальник или же враги Южного Кукуля рассматривали приход к власти молодого владыки как признак слабости и попытались воспользоваться ситуацией в собственных интересах. По всей видимости, свои первые победы будущий царь одержал еще до восшествия на трон, во всяком случае, на стеле 1 из Агуатеки он уже назван «хозяином владыки Ахкуля, хозяином двух пленников». Местонахождение царства или местности Ахкуль неизвестно, однако взятию пленника оттуда К’авииль-Чан-К’инич придавал особое значение.[xiv] Вскоре после коронации он развернул масштабную экспансию по направлению на северо-запад от Петешбатуна. В день 9.15.11.10.18, 9 Эц’наб 16 Кумк’у (29 января 743 года) был захвачен в плен владыка или царевич из царства Т’ан[xv] (Эль-Чорро). Городище Эль-Чорро располагается на пути из региона Пасьон в долину Усумасинты. Можно предположить, что цель похода К’авииль-Чан-К’инича заключалась в расширении сферы влияния Южного Кукуля. Столь амбициозные планы привели его к столкновению с сильным Па’чанским царством (Йашчилан), которое веками боролось за господство на Верхней Усумасинте и теперь ощутило угрозу своим интересам. Решающая битва имела место в 745 году, когда К’авииль-Чан-К’инич сначала в день 9.15.13.15.15, 7 Мен 18 Соц’ (25 апреля 745 года) захватил представителя па’чанского царского рода …б-Шоока, предположительно брата царицы Иш-К’абаль-Шоок, супруги покойного «Священного Па’чанского Владыки» Ицамкокаах-Бахлама III. Всего через четыре дня после этой победы в плен попал также Чулив-Хиш, владыка из Ик’а’ (Мотуль-де-Сан-Хосе). Присутствие последнего в перечне врагов К’авииль-Чан-К’инича вызывает особый интерес. Дело в том, что во времена Ицамкокаах-К’авииля Ик’а’, судя по всему, поддерживало с Южным Кукулем вполне дружественные отношения. В гробнице этого царя археологи нашли блюдо, изготовленное для «Священного Владыки Ик’а’» Тайель-Чан-К’инича и, видимо, преподнесенное Ицамкокаах-К’авиилю в качестве подарка. Теперь же политическая ситуация в регионе существенным образом изменилась, династия Ик’а’ заключила брачный союз с Па’чаном и оказала последнему поддержку в борьбе против К’авииль-Чан-К’инича. Как будет показано подробнее в одной из последующих глав, можно говорить о том, что в 740-х годах происходило масштабное противостояние двух коалиций, в котором на стороне Южного Кукуля выступала в частности Мачакила. Альянс Ик’а’ и Па’чана в этой войне потерпел поражение. Свой впечатляющий триумф К’авииль-Чан-К’инич увековечил на иероглифической лестнице 3 из Дос-Пиласа, каждая из трех ступеней которой украшена изображением связанного и униженного пленника.[xvi]

Ступень II иероглифической лестницы 3 из Дос-Пиласа. Изображение знатного пленника из Па’чана. Прорисовка С. Хаустона

Ступень II иероглифической лестницы 3 из Дос-Пиласа. Изображение знатного пленника из Па’чана. Прорисовка С. Хаустона

Как и его предшественники, К’авииль-Чан-К’инич уделял огромное внимание отношениям с соседними подчиненными царствами. При нем господство Южного Кукуля в долине реки Пасьон стало особенно явным. Мачакила оказала К’авииль-Чан-К’иничу поддержку в борьбе против Ик’а’, а новый царь Йахк’инахка Тахаль-Чан-Ахк для проведения церемонии коронации в 757 году посетил Дос-Пилас. Продолжая мудрую политику Ицамкокаах-К’авииля, К’авииль-Чан-К’инич для обеспечения лояльности вассалов опирался не только на грубую силу и активно прибегал к практике проведения совместных церемоний. Так, он несколько раз посетил усмиренный недавно Сейбаль. Именно на годы его правления приходится создание в Сейбале иероглифической лестницы, девять панелей которой покрыты надписями, представляющими собой части единого связного текста. В этом повествовании подробно перечислены обряды, которые на протяжении нескольких лет проводились царем Сейбаля и его наследником при участии К’авииль-Чан-К’инича. Всю первую панель занимает дата Начальной серии, соответствующая дню 9.15.13.13.0, 4 Ахав 3 Во (1 марта 745 года). К сожалению, о характере случившегося тогда события остается лишь догадываться, поскольку большая часть второй панели разрушена. Сохранился только ее конец, где упомянут некий «человек из Сейбаля», которого «сопровождал» царь Сейбаля Йич’аахк-Бахлам, и все это происходило «пред глазами» К’авииль-Чан-К’инича. Скорее всего, таинственный «человек из Сейбаля» и местный правитель вместе провели церемонию, которую почтил личным присутствием владыка Южного Кукуля. Далее на третьей панели говорится, что в день 9.15.14.17.18, 7 Эц’наб 16 Шуль (2 июня 746 года), то есть за два дня до окончания календарного пятнадцатилетия, К’авииль-Чан-К’инич разбросал в Сейбале комочки ароматной смолы, а Йич’аахк-Бахлам между тем совершил некое действие «пред глазами» бога «G1»-К’авииля. Через два дня К’авииль-Чан-К’инич вернулся в Петешбатун, возможно в Тамариндито, где отметил окончание пятнадцатилетия. На пятой панели иероглифической лестницы начинается экскурс в древнюю историю царства Сейбаль. В день 9.15.16.7.17, 6 Кабан 10 К’анк’ин (3 ноября 747 года) Йич’аахк-Бахлам совершил обряд освящения огнем гробницы одного из своих предков, «Священного Владыки Сейбаля» К’ан-Мо’-Бахлама, предположительно царствовавшего в первой четверти V века. На следующий день состоялся не до конца ясный обряд с участием сейбальского царевича К’инич-Бахлама, возможно, связанный с инициацией или официальным провозглашением наследника. В этом действе опять-таки принял участие К’авииль-Чан-К’инич. Наконец, длинная надпись завершается описанием окончания двадцатилетия 9.16.0.0.0, 2 Ахав 13 Сек (9 мая 751 года), в честь которого, видимо, и была вырезана сама иероглифическая лестница. Какие выводы можно сделать из всей череды событий? Хотя в тексте об этом прямо не сказано, скорее всего Йич’аахк-Бахлам – это тот самый царь Сейбаля, которого в 735 году захватили в плен и доставили в Дос-Пилас. Чудом избежав тогда гибели, он теперь всячески демонстрировал лояльность по отношению к Южному Кукулю и согласился на роль покорного подчиненного правителя. К’авииль-Чан-К’инич, со своей стороны, уделял Сейбалю огромное внимание: между 745 и 747 годами он прибывал туда, по меньшей мере, трижды для участия в разных совместных обрядах, связанных в том числе с наследником престола.[xvii]

Итак, первые двадцать лет своего правления К’авииль-Чан-К’инич находился в зените славы. Используя «кнут» военной силы и «пряник» в виде знаков внимания к вассалам, он распространил власть Южного Кукуля на значительную территорию. Удача полководца оказалась, однако, изменчивой и за чередой побед вскоре пришла катастрофа. Роковым для К’авииль-Чан-К’инича стал конфликт с Тамариндито. Как мы знаем, в 731 году местный правитель признавал себя подчиненным владыкой Ицамкокаах-К’авииля. Все изменилось, когда в день 9.16.9.8.11, 7 Чувен 19 Сак (9 сентября 760 года) на трон Тамариндито взошел Чаналь-Бахлам. Новый владыка с первых дней царствования повел агрессивную политику и развязал войну против Южного Кукуля. К огромному сожалению, надпись на иероглифической лестнице 2 из Тамариндито, главном источнике наших знаний о бурных событиях того времени, чрезвычайно разрушена, поэтому многие подробности рассказа теперь утрачены либо реконструируются гипотетически. Причины войны неясны, хотя у Чаналь-Бахлама, несомненно, имелись мотивы для враждебного отношения к Южному Кукулю. Не следует забывать, что династия Тамариндито столетиями господствовала в Петешбатуне и, видимо, была оттеснена на второй план Бахлах-Чан-К’авиилем и его потомками после одного или нескольких военных поражений. Представляется вполне естественным, что теперь Чаналь-Бахлам жаждал отомстить за унижение своих предков. Кроме того, дополнительным раздражителем могли послужить войны К’авииль-Чан-К’инича и его союзников против Ик’а’. С этим царством Тамариндито поддерживало тесные и дружественные отношения. В «Погребении 6» из Тамариндито археологи обнаружили сосуд, принадлежавший «Священному Владыке Ик’а’» Тайель-Чан-К’иничу, царствовавшему в 720-730-х годах. По всей видимости, он попал в Тамариндито в качестве ценного дара от союзника.[xviii]

Ваза K2697. Фото Д. Керра. Еще одно изображение сцены во дворце К’авииль-Чан-К’инича. Примечательно, что эта ваза была найдена во время раскопок в Тикале

Ваза K2697. Фото Д. Керра. Еще одно изображение сцены во дворце К’авииль-Чан-К’инича. Примечательно, что эта ваза была найдена во время раскопок в Тикале

Так или иначе, Чаналь-Бахлам бросил вызов могущественному противнику. На иероглифической лестнице 2 из Тамариндито некогда начиная с даты 9.16.9.14.3, 2 Ак’баль 11 К’айаб (30 декабря 760 года) была зафиксирована череда событий в пределах двадцати дней. Теперь большая часть текста утрачена, но известно, что в день 9.16.9.15.3, 9 Ак’баль 11 Кумк’у (19 января 761 года) К’авииль-Чан-К’иничу пришлось бежать, вероятнее всего из своей столицы.[xix] Через семь дней после этого события последовал ответный удар и город Тамариндито был опустошен, а его войско разбито. Тем не менее, Чаналь-Бахлам, вероятно, сравнительно легко оправился от этого поражения. Во всяком случае, он отметил окончание десятилетия 9.16.10.0.0, 1 Ахав 3 Сип (17 марта 761 года), а в день 9.16.11.7.13, 7 Бен 11 Йаш (12 августа 762 года), видимо, освятил гробницу своего предка Ах-Ик’-Волока. Насколько можно судить, в конечном итоге Тамариндито вышло победителем из противостояния с Южным Кукулем. В ознаменование этого триумфа была создана иероглифическая лестница 1 из Тамариндито, которая с точки зрения замысла и выполнения очень похожа на иероглифическую лестницу 3 из Дос-Пиласа. На ее ступенях изображены захваченные пленники и описаны военные кампании. Особый интерес представляет вторая ступень, на которой, как показали С. Гронемейер и Д. Беляев, изображен сам К’авииль-Чан-К’инич. Связанная с ним дата сохранилась лишь частично, но, скорее всего, соответствует дню 9.16.13.9.7, 7 Маник’ 15 Сак (4 сентября 764 года). Это означает, что между 761 и 764 годами царя Южного Кукуля захватили в плен и доставили в Тамариндито. Дальнейшая судьба К’авииль-Чан-К’инича неизвестна, в надписях он более не упоминается. Можно предположить, что в Дос-Пилас он уже не вернулся и закончил жизнь узником или был принесен в жертву. С. Гронемейер полагает, что после пленения К’авииль-Чан-К’инича к власти в Дос-Пиласе пришел другой владыка, который вскоре разделил судьбу предшественника и также стал добычей воинов Тамариндито. Во всяком случае, на третьей ступени иероглифической лестницы 1 из Тамариндито сказано о произошедшем в городе Дос-Пилас пленении еще одного кукульского владыки с плохо сохранившимся именем. Дата события также повреждена, С. Гронемейер предлагает реконструкцию 9.16.13.7.8, 7 Ламат 16 Ч’ен (27 июля 764 года). Если этот исследователь прав в своей интерпретации текстов, то К’авииль-Чан-К’инич не был последним царем Дос-Пиласа, но его возможный преемник пришел к власти в чрезвычайно сложных условиях разгара войны, правил недолго, потерпел поражение и также закончил свой жизненный путь в плену в Тамариндито.[xx]

Ступень II иероглифической лестницы 1 из Тамариндито. Прорисовка С. Гронемейера

Ступень II иероглифической лестницы 1 из Тамариндито. Прорисовка С. Гронемейера

Итак, по причине плохой сохранности иероглифических надписей еще остается много неясного в перипетиях войны Тамариндито против Южного Кукуля. Но можно констатировать, что это был масштабный, ожесточенный и разрушительный по своим последствиям для обеих сторон конфликт. Дос-Пилас так и не смог оправиться от тяжелейшего поражения и потери двух своих царей. Археологические раскопки показывают, что город был взят штурмом и разграблен. Видимо, это результат действий войска из Тамариндито. Финальный этап истории Дос-Пиласа прошел под знаком отчаянных попыток его оставшихся немногочисленных жителей защититься от внешнего врага: Западную площадь окружили двойным кольцом стен, для строительства которых разрушали храмы, дворцы и стадион. Одна из стен прошла через дворец, а иероглифическая лестница 3, посвященная славным походам К’авииль-Чан-К’инича на Усумасинту, была разломана и ее блоки вмурованы в стены. Несмотря на столь упорное сопротивление, в конечном итоге этот последний оплот также был разорен и к началу IX века Дос-Пилас, еще недавно наводивший ужас на соседей, окончательно обезлюдел.[xxi]

Реконструкция главной площади Дос-Пиласа после упадка. Оставшиеся жители использовали каменную кладку дворцов и пирамид для сооружения двойной оборонительной стены вокруг своего поселения.

Реконструкция Главной площади Дос-Пиласа во времена упадка города. Оставшиеся жители использовали каменную кладку дворцов и пирамид для сооружения двойной оборонительной стены вокруг своего поселения

Но и дальнейшая судьба победителей сложилась немногим лучше. Чаналь-Бахлам сполна отомстил Южному Кукулю и, казалось, его царство теперь должно было вернуться в положение регионального гегемона, принадлежавшее Тамариндито в раннюю классику. Однако ничего подобного не произошло. Удивительно, но иероглифические лестницы 1 и 2, на которых столь подробно изложена серия побед Тамариндито над Южным Кукулем, являются последними сохранившимися монументами из этого городища. Даже дата смерти Чаналь-Бахлама неизвестна, как неясно и то, оставил ли он наследника.[xxii] Восстанавливаемая по письменным источникам история династии Тамариндито подходит к концу почти одновременно с разорением Дос-Пиласа. Правда, некий владыка из Тамариндито вырезал текст на стеле 7 из Агуатеки, установленной в 790 году, но, скорее всего, в данном случае речь шла лишь о человеке царского рода, а не о правящей особе. Складывается впечатление, что Тамариндито и Дос-Пилас истощили силы друг друга в кровопролитной войне, поэтому быстро пришли в упадок. Как следствие, в Петешбатуне не осталось доминирующей силы, способной удержать ситуацию под контролем. На протяжении последующих десятилетий регион будет все глубже погружаться в пучину хаоса и губительных междоусобиц.


[i] Houston S. Hieroglyphs and History at Dos Pilas… P. 104; Martin S., Grube N. Chronicle… P. 60.

[ii] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 60-61.

[iii] Houston S., Inomata T. The Classic Maya… P. 247-248.

[iv] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 61-62; Беляев Д. Д. Династическая история Дос-Пиласа и Агуатеки. URL: http://www.mezoamerica.ru/indians/maya/dos_pilas.html

[v] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 61.

[vi] Matthews P. Ch’akah U Tz’ibal: The Axing of History at Seibal // Texas Notes on Precolumbian Art, Writing, and Culture, 65. Austin, 1994. URL: https://repositories.lib.utexas.edu/bitstream/handle/2152/15941/TN+No.+65.pdf?sequence=2

[vii] Just B. The Visual Discourse… P. 185-186.

[viii] Just B. The Visual Discourse… P. 186-187.

[ix] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 61.

[x] Martin S., Grube N. Chronicle… P. 62.

[xi] Tokovinine A. Place and Identity in Classic Maya Narratives. – Washington D.C.: Dumbarton Oaks, 2013. – P. 66-67.

[xii] Graham I. Archaeological Explorations in El Peten, Guatemala // Middle American Research Institute, Publ. 33. – New Orleans: Tulane University, 1967. – P. 6-7.

[xiii] Barrientos T. The Royal Palace of Cancuen… P. 753.

[xiv] С. Хаустон на основании сходства названий отождествляет Ахкуль с современным селением Сан-Хуан-Акуль, расположенным в 12 км на север от Дос-Пиласа. Смотрите: Houston S. Hieroglyphs and History at Dos Pilas… P. 116-117.

[xv] Чтение «эмблемного иероглифа» Эль-Чорро как Т’ан предложено Б. Мак-Леод. Смотрите подробнее: Gronemeyer S., MacLeod B. What Could Happen in 2012: A Re-Analysis of the 13-Bak'tun Prophecy on Tortuguero Monument 6 // Wayeb Notes 34, 2010. – P. 50-51, Note 52. URL: http://www.wayeb.org/notes/wayeb_notes0034.pdf

[xvi] Houston S. Hieroglyphs and History at Dos Pilas… P. 117, 119; Tokovinine A., Zender M. Lords of Windy Water: The Royal Court of Motul de San Jose in Classic Maya Inscriptions // Motul de San José: Politics, History, and Economy in a Classic Maya Polity / Ed. by A. Foias and K. Emery. – Florida: University Press of Florida, 2012. – P. 50, 53.

[xvii] Подробный анализ надписи на иероглифической лестнице из Сейбаля смотрите в: Just B. The Visual Discourse… P. 188-196, 435-437.

[xviii] Gronemeyer S. Monuments and Inscriptions of Tamarindito… P. 22.

[xix] Хотелось бы обратить внимание, что на иероглифической лестнице 2 из Тамариндито К’авииль-Чан-К’инич носит титулы «хозяин владыки Ахкуля, хозяин трех пленников». Как мы помним, на стеле 1 из Агуатеки он в начале правления назван «хозяином двух пленников». Это показательное свидетельство того, что царские титулы счета пленников не были застывшими, к ним могли добавлять новые успехи владыки.

[xx] Подробную реконструкцию хода войны Тамариндито против Южного Кукуля смотрите в: Gronemeyer S. Monuments and Inscriptions of Tamarindito… P. 22-26.

[xxi] Demarest A., O’Mansky M., Wolley C. et al. Classic Maya Defensive Systems and Warfare in the Petexbatun Region: Archaeological Evidence and Interpretations // Ancient Mesoamerica. – 1997. – Vol. 8, Issue 02. – P. 232-236; Беляев Д. Д. Династическая история Дос-Пиласа и Агуатеки. URL: http://www.mezoamerica.ru/indians/maya/dos_pilas.html

[xxii] Gronemeyer S. Monuments and Inscriptions of Tamarindito… P. 26.