Открытия, которых еще не было

Гуляев Валерий Иванович ::: Идолы прячутся в джунглях

Ольмекская археология насчитывает сейчас чуть больше ста лет от роду. В 1867 году Хосе Мельгар, вы­пустив в свет первое печатное сообщение о гигантской голове «эфиопа» из Трес-Сапотес, положил тем самым начало подлинному изучению забытой индейской культу­ры, затерявшейся в лесах Веракруса и Табаско. Однако широкие научные раскопки ольмекских древностей ста­ли реальностью только в конце 30-х годов, когда Мэтью Стирлинг и его коллеги заложили первы; метры шур­фов и траншей на зеленых склонах холмов Ла Венты и Трес-Сапотес. Таким образом, археологические исследо­вания на территории страны Тамоанчан ведутся еще ничтожно малый срок — всего каких-нибудь тридцать — тридцать пять лет. Стоит ли поэтому удивляться, что многие проблемы вековой ольмекской загадки не могут быть решены и по сей день? За прошедшие тридцать лет археологи Мексики и США с пунктуальной точно­стью нанесли на топографическую карту целую страну, укрытую от внешнего мира почти непроходимым барье­ром джунглей и болот. Были открыты и осмотрены де­сятки заброшенных ольмекских городов и селений, но, правда, лишь четыре из них подверглись основательным раскопкам: Трес-Сапотес, Ла Вента, Сьерро де Лас-Месас и Сан-Лоренсо. Несмотря на то, что многое в куль­туре ольмеков остается нам неизвестным, археологи до­бились немалых успехов в изучении основных этапов ее развития. Специфические стили искусства и архитекту­ры были «привязаны» к определенным географическим пунктам и хронологическим периодам. Ученые восста­новили многие черты повседневной жизни ольмеков и характер той эпохи в целом. Мы хорошо знаем теперь даже внешний облик древних жителей страны Тамоанчан, навсегда запечатленный безымянными художника­ми в лицах каменных статуй. Однако вскоре все убеди­лись, что добытые с таким трудом сведения о прошлом погибшей цивилизации отнюдь не уменьшают числа не­решенных проблем. Цивилизация ольмеков была наибо­лее трудной загадкой из тех, с которыми археологи сталкивались до сих пор. Откуда пришли ольмеки в Веракрус и Табаско? Были ли они исконными обитате­лями этих мест? Что привело к гибели их блестящую культуру, бесследно исчезнувшую с исторической арены за восемь веков до того, как «великий генуэзец» увидел туманные берега Нового Света? И «кто есть кто?» среди ольмеков и майя?

Таким образом, проблема происхождения и гибели загадочного индейского народа, населявшего в свое время обширные пространства Южной Мексики, и по­ныне остается главной проблемой для всех исследовате­лей, занимающихся доколумбовой историей Нового Света. Смелых гипотез здесь хоть отбавляй. Но всякое подлинно научное исследование основано на упорном и кропотливом труде. Работа ученого тоже невозможна без мечты, без полета фантазии, но главное в ней проч­ный фундамент реальных фактов и доказательств. И нужно сказать, что поиски таких реальных фактов ведутся сейчас, как никогда, настойчиво и целеустрем­ленно.

Во вновь открытом центре ольмекской культуры — Пьедра Парада — вот уже несколько лет работает большая экспедиция мексиканских археологов из На­ционального института антропологии и истории. Неуто­мимый Майкл Ко собирается в будущем году вновь по­пытать счастья среди руин ольмекских городов. На этот раз его внимание привлек крупнейший из известных ны­не памятников ольмеков — Лагуна де Лос-Серрос в Веракрусе. Там уже незадолго до этого прямо на по­верхности были найдены десятки изумительных камен­ных изваяний.

Маститый мексиканский ученый Медельин Сениль из университетского музея города Халапы, столицы штата Веракрус, продолжает свою необычайно важную работу по сбору информации о каждой ольмекской скульптуре, обнаруженной на этой территории. Именно в ходе таких изысканий он наткнулся на совершенно до того неизве­стный город ольмеков — Син Кабесас («Безголовые»). Это название родилось из-за обилия поврежденных и обезглавленных статуй, выглядывавших буквально на каждом шагу из-под ядовито-зеленой листвы джунглей. Планируется дальнейшее изучение Ла Венты, вызвав­шей среди ученых столько горячих споров и волнений. Большое внимание уделено и раскопкам небольших зем­ледельческих поселений страны Тамоанчан.

Одновременно не прекращаются и настойчивые поиски по переосмыслению уже добытых археологами фак­тов. Здесь находится поистине непочатый край для са­мой серьезной работы. Многие прежние выводы и пред­положения давно устарели. Другие, даже сравнительно недавно появившиеся на свет взгляды, носят более чем спорный характер. Есть наряду с этим и вполне очевид­ные вещи.

Какое широкое поле для плодотворных дискуссий! Какая удивительная возможность для творческого при­ложения сил ученых самых разных специальностей! Лингвисты могут путем тщательного анализа уцелев­ших ольмекских надписей решить наконец вопрос о со­отношении иероглифических систем письма, созданных ольмеками и майя.

Искусствоведы имеют здесь хороший шанс сопоста­вить знаменитую каменную скульптуру страны Тамоанчан с другими художественными стилями доколумбовой Мексики и, выделив таким образом общее и особенное, определить степень влияния ольмеков на соседние на­роды и наоборот. Этнографы, опираясь на богатейшие источники о религии, быте и культуре современных мек­сиканских индейцев, в состоянии объяснить многие тем­ные моменты ольмекской истории, известные нам пока лишь по немым археологическим находкам. Не следует сбрасывать со счета и возможность определенного вли­яния на ольмеков со стороны какого-нибудь еще не из­вестного нам очага культуры, расположенного в преде­лах Мексики и Центральной Америки. Но больше всего для решения загадки ольмеков могут и должны сделать сами археологи. Не знаю, насколько это было убеди­тельно, но в заключительной главе я попытался пока­зать, что существующие ныне хронологические схемы развития ольмекской культуры (даже, когда они созда­ны таким талантливым ученым, как профессор Майкл Ко) еще никак не могут нас удовлетворить. Недавно полученные радиоуглеродные даты для Ла Венты и Сан-Лоренсо крайне ненадежны уже хотя бы в силу не­совершенства самого этого метода. «Не говоря уже о том, что допускаемая ошибка в 50—100 и больше лет слишком велика, — пишет советский археолог

А. Л. Монгайт, — некоторые анализы, вследствие разных причин, мешающих точному измерению, иногда из-за за­грязнения проб современным углеродом, дают даты, на­ходящиеся в очевидном противоречии с историей». Ар­хеологии должны помочь сами археологи с помощью своих надежных и проверенных временем методов — типологии и стратиграфии. Необходимо тщательно из­учить по тысячам фрагментов ольмекской керамики ее разнообразные узоры и формы, и тогда доселе безмолв­ные обломки древней посуды превратятся в полновес­ный исторический документ. Как воздух нужны и новые стратиграфические раскопки, с тем чтобы проверить и уточнить глубину залегания наиболее характерных ти­пов ольмекской керамики, орудий труда, статуэток и, что особенно важно, каменных изваяний.

Загадки, проблемы, нерешенные вопросы — они встречаются в стране ольмеков буквально на каждом шагу. Даже драматический закат этой блестящей куль­туры во многом остается для нас неизвестным. Послед­ние сведения об ольмеках — строителях Ла Венты и Сан-Лоренсо встречаются в виде надписей на стенах древнего города Серро де Лас-Месас в VI веке. Стали ли тамоанчанцы жертвами внутренних потрясений и социальных бурь или же их, как впоследствии это слу­чилось и с майя, смела с лица земли волна завоевателей-чужеземцев, мы пока точно не знаем. Во всяком случае, после VI века н. э. никаких надежных археоло­гических свидетельств о существовании ольмекских го­родов и селений уже не встречается.

Иной неискушенный читатель, видя такое обилие вопросительных знаков, может с полным правом спро­сить: а стоило ли вообще писать популярную книгу по проблеме, о которой нет даже видимости согласия сре­ди самих археологов-специалистов?

Дело в том, что в настоящее время «ольмекская про­блема» самая жгучая и сложная проблема американ­ской археологии. От того или иного ее решения во мно­гом зависит и общий взгляд на всю тысячелетнюю историю цивилизации доколумбовой Америки. И если чи­татель имеет сейчас возможность взвесить все «за» и «против» изложенных выше точек зрения и в зависимос­ти от их убедительности вполне осмысленно встать на ту или иную сторону в великом споре умов, то это со­всем не лишняя вещь при решении запутанных загадок древности. Немаловажно и то, что подобные знания по­зволяют даже неподготовленному человеку критически оценить широко бытующие, к сожалению, в популярной литературе скоропалительные и однозначные выводы по поводу цивилизаторской миссии ольмеков на Американ­ском континенте. Так, журналист А. М. Кондратов в своей книге «Погибшие цивилизации» утверждает, что «ольмекам обязана цивилизация Центральной Америки точным календарем, иероглифической письменностью, основными принципами архитектуры и монументальной скульптуры, зачатками астрономии и математики». Здесь каждое слово по меньшей мере спорно. И, на мой взгляд, будет гораздо лучше, если хотя бы по наиболее сложным проблемам древней истории популяризаторы науки воздержатся от слишком прямолинейных утверж­дений. Задача популярных книг не только говорить про­писные истины, но и заставить читателя думать над ар­гументами спорящих сторон.

В январе 1969 года профессор Майкл Ко прислал мне свою еще пахнувшую свежей типографской краской книгу «Первая цивилизация Америки». Стоит ли гово­рить, с каким нетерпением перелистывал я ее страницы, буквально впитывая в себя захватывающий рассказ очевидца и прямого участника многих событий, связан­ных с успехами ольмекской археологии. «Мы в огром­ном долгу у таких народов, как ольмеки, — пишет в конце своей книги Майкл Ко. — Многие современные страны, и прежде всего Мексика, выросли на богатом наследии доиспанской культуры, берущей свои истоки от ольмекской цивилизации подобно тому, как мы, се­вероамериканцы, являемся наследниками европейско-средиземноморской культуры, уходящей своими корня­ми к шумерам, египтянам, грекам и этрускам... И пер­вая цивилизация Америки, часть этого общего древнего наследия, подает нам — далеким потомкам — через бездну столетий свой голос в виде нетленных творений человеческого гения и культурных достижений той эпохи».

Полные сил и энергии, во всеоружии современной техники и знаний отряды археологов из разных стран яростно штурмуют сейчас неприступные бастионы ста­рой ольмекской загадки. Рано или поздно, но они вы­рвут у молчаливых джунглей их нераскрытую тайну, и ольмекская цивилизация во всем своем блеске предста­нет перед изумленным взором человека сегодняшне­го дня.