Еще одна попытка вторжения

Кинжалов Ростислав Васильевич, Белов Авраам Моисеевич ::: Падение Теночтитлана

Жадность была характерной чертой всех испанских завоевателей. Что же касается губернатора Кубы Веласкеса, то природа наделила его этим качеством сверх всякой меры. Узнав, что в таинственной стране Юкатан имеется золото, он решил снарядить туда экспедицию за свой счет.

5 апреля 1518 года четыре корабля, имевшие на борту 240 человек, снялись с якоря и отправились по маршруту, разведанному де Кордовой. Среди членов экспедиции был и наш старый знакомый – солдат Берналь Диас. Были и несколько других уцелевших участников предыдущего злосчастного похода.

Гибель товарищей, смертельная опасность, подстерегавшая на каждом шагу, жестокие страдания от ран и жажды – всё это сразу улетучивалось из памяти, когда впереди маячили золотые россыпи и чудились сказочные богатства.

Возглавлял новую экспедицию родной племянник губернатора Кубы Хуан де Грихальва.

Без особых приключений примерно через месяц испанцы очутились у всем памятного «Залива злой битвы». И тут они решили отомстить за свое поражение.

На берег был высажен сильный отряд, вооруженный не только арбалетами и аркебузами, но и самым грозным оружием конкистадоров – фальконетами. Против них индейцы оказались бессильными.

Учитывая горький опыт битвы, разыгравшейся здесь немногим более года назад, испанцы, по примеру индейцев, облачились в панцыри из хлопка, предохранявшие от стрел и камней. И всё же раненых было немало. Сам Грихальва, руководивший сражением, был ранен тремя стрелами. Сильным ударом метко брошенного камня ему выбило два зуба.

Но поле боя осталось за испанцами. Не выдержав удара, индейцы бежали, а победители ворвались в их селение.

Немногим пришлось им здесь поживиться. Жители ушли в леса, захватив с собой всё, что только можно было взять. Тогда испанцы переменили тактику. Они решили прикинуться друзьями индейцев. Грихальва отпустил на волю троих пленных туземцев и даже одарил их дешевыми бусами и бубенцами. Через переводчиков индейцев, захваченных в плен де Кордовой, им дали понять, чтобы они привели сюда остальных жителей и что испанцы не собираются делать им зла.

Но тщетно прождал Грихальва в этом селении четверо суток. Никто так и не явился. А самих «парламентеров» и след простыл…

Не рискуя углубляться в чужую, враждебную страну, испанцы продолжили плавание вдоль берегов.

Следующая встреча с индейцами произошла недели через две у устья полноводной реки Табаско. Навстречу испанцам двигалась флотилия из пятидесяти пирог с сотнями воинов в полном боевом снаряжении. Наготове стояли у берегов еще десятки пирог.

Поняв, что дело может кончиться очень плохо, Грихальва начал мирные переговоры. Через переводчиков он сообщил вождю племени, что намерен не воевать, а торговать. Индейским представителям были продемонстрированы синие бусы, зеркальца, безделушки из зеленого стекла и прочие товары. В обмен испанцы потребовали золота и продовольствия.

 

 

Конкистадор Хуан де Грихальва.

 

Посовещавшись, индейцы приняли это предложение. Они доставили много рыбы, кур, фруктов, маисовых лепешек. На большой разложенный на земле платок представители индейцев положили несколько красивых золотых вещиц – фигурки уток, ящериц, ожерелья.

– Больше золота у нас нет, – заявили индейцы. – Но к закату лежит страна, где его великое множество.

Это известие окрылило завоевателей, наполнило их сердца восторгом. Но, прежде чем тронуться дальше, в золотоносную страну, они решили присоединить вновь открытые земли к испанской короне. Через переводчиков Грихальва рассказал индейцам о могучей империи Карла V и потребовал, чтобы они признали своим повелителем испанского короля. На это последовал резонный ответ, что повелитель у них уже есть свой и довольно странно, что испанцы, едва лишь познакомившись с ними, уже навязывают им какого‑то другого вождя, которого никто не знает и не видел. Если же пришельцы вздумают сделать это силой, то им придется иметь дело с двумя готовыми к бою отрядами общей численностью в шестнадцать тысяч человек.

Такой ответ немного отрезвил испанцев. Погрузив продовольствие и захватив золотые безделушки, они поспешили уехать.

Много прибрежных селений и бухт, лиманов и горных вершин занесли испанцы на карту, пока достигли реки, на берегу которой стояли толпы индейцев с длинными копьями, украшенными белыми флажками – символом мира и дружбы. Риас де ла Бандерас («Рекой флажков») назвали ее испанцы, недоумевая, чем заслужили столь радушный прием и почему в отношениях к ним местных жителей произошел вдруг такой перелом. Не знали они тогда – это выяснилось значительно позже, – что достигли границ большой и сильной страны – Мексики, территория которой превосходила Испанию. И по приказу Монтесумы – властелина этой страны – была устроена им столь дружеская встреча.

Монтесума, находившийся за сотни километров от этих мест, в своей столице Теночтитлане, незримо следил за каждым шагом бледнолицых «людей с Востока», как их называли. Гонцы передавали ему листки, на которых в виде целой серии рисунков был запечатлен весь путь испанских завоевателей, их внешний облик, их корабли и вооружение. Из этих сообщений знал Монтесума и об особом пристрастии чужеземцев к золоту. Но он лишь смутно догадывался об их конечных целях. С помощью золота, на которое так падки были испанцы, он и решил выведать их дальнейшие намерения. Местным властям было поэтому поручено приветливо встретить пришельцев, обменивать их товары на золото и выяснить, что эти «люди с Востока» намерены делать дальше.

Всего этого испанцы не знали. Они видели лишь знаки внимания и дружелюбия – и не переставали удивляться.

Подозревая, что их ждет засада, испанцы отрядили вначале две лодки с двадцатью до зубов вооруженными солдатами. Как только они причалили к берегу, к ним подошла группа индейцев с подарками – обильной вкусной снедью. В честь гостей были разостланы цыновки. Испанцев любезно пригласили приступить к пиршеству.

Тогда Грихальва распорядился произвести всеобщую высадку. Встретили его с большим почетом, окуривали благовонной смолой. Но объясняться приходилось знаками, – индейцы переводчики не знали местного языка.

Шесть дней пробыли испанцы на гостеприимном берегу «Реки флажков», обменивая свои стекляшки на золото. Его набралось довольно много – на 15 000 песо[vi] – сумма весьма значительная по тем временам.

Объявив, что эта страна отныне принадлежит королю Карлу V, испанцы продолжили свой путь на север. Еще несколько раз встречали они индейцев и неизменно требовали золота. Иногда это удавалось, иногда же испанцы попадали впросак. Так, в одном из селений они приобрели сто блестящих топоров, приняв их за золотые. А топоры эти оказались медными…

Поняв, что наличных сил недостаточно для основания здесь испанских колоний, Грихальва решил потребовать подкрепления. Один из кораблей, на который погрузили добытое золото, под командой капитана Альварадо был отправлен в обратный путь, к острову Куба.

Веласкес очень радостно встретил Альварадо. Когда же он увидел груды золотых вещей, которые испанцы обменяли на стекляшки, он был поистине счастлив. И тогда‑то у него окончательно созрел план завоевания новой страны.

Некоторое время спустя, так и не дождавшись подкрепления, на Кубу вернулись и остальные участники экспедиции во главе с Грихальвой.

Причин для возвращения было много. Среди испанцев начались раздоры. Некоторые хотели обосноваться в тех местах, где индейцы встретили их радушно; другие предлагали двигаться дальше на север; третьи настаивали на быстрейшем возвращении. К тому же далеко не все индейцы были настроены дружелюбно – несколько раз происходили между ними и завоевателями кровавые стычки. Углубляться в неизвестную страну с уставшими от многомесячного похода и открыто роптавшими людьми Грихальва не решался. И он приказал повернуть назад.



[vi] [vi] Песо – испанская денежная единица.