Становление древнейших цивилизаций

Башилов Владимир Александрович ::: История доинкского населения Перу

Древности II-начала I тысячелетия до н.э. на побережье Перу изучены сейчас лучше, чем в горной части страны, и позволяют совершенно по-новому представить себе процесс становления древнейших цивилизаций в этом районе мира.

Коста. Со 2-й четверти II тысячелетия на побережье, прежде всего в централь­ной его части, появляется керамическая посуда. Это округлые горшки, миски, бу­тылки с невысоким и широким горлом, сосуды с вертикальными стенками. Изред­ка они украшены налепами и нарезкой. Позже встречаются сосуды со стремевидным горлом-ручкой, высокогорлые бутыли и прочие развитые формы. На памят­никах северного берега керамика появляется немного позднее.

В этот период на побережье складываются культовые центры с П-образной пла­нировкой. Их прототипом считается архитектурный комплекс Эль-Параисо. Неко­торые из этих центров и возникли на месте поселений докерамического периода (Лас-Альдас, Ла-Флорида и др.). П-образный комплекс обычно состоял из ступенча­той пирамиды с храмовыми постройками на вершине, куда вела центральная лестни­ца. Перед ней находилась прямоугольная площадь, ограниченная с двух сторон парал­лельными постройками меньшей высоты. На площади часто располагался углублен­ный в землю круглый дворик. Открытой стороной комплекс, как правило, обращен к верховьям долины. Такие храмовые комплексы были распространены по всему центральному и части северного побережья. В середине II тысячелетия до н.э. они не очень велики. Центральная площадь достигает лишь 4,5-5,0 га (Ла-Салина). Зато к рубежу II—I тысячелетий она возрастает до 25-30 га (Уаура, Сан-Хасинто). Часто, особенно в конце рассматриваемого периода, небольшие П-образные комплексы группируются вокруг крупных, образуя один большой храмовый центр.

Храмы на вершине пирамиды и постройки по сторонам площади зачастую бы­ли богато украшены. В ритуальном центре Уака-де-лос-Рейес в долине Моче обна­ружены остатки глиняных скульптур, стоявших в нишах, и рельефов, покрывавших пилястры между этими нишами. Изображались антропоморфные божества или только их головы. Сохранилась лишь нижняя часть фигур - ноги, опирающиеся на постаменты, украшенные мордами ягуаров, кромки одежд со свисающими змеями, скульптурные когтистые лапы и лица с клыкастой пастью.

Сходные глиняные головы в нишах найдены на одной из ступеней пирамиды в Мохеке (долина Касма). Глиняная скульптура пумы или ягуара обнаружена перед лестницей в культовом центре Пункури (долина Непенья).

На стенах площадки одной из ступеней пирамиды П-образного храмового цен­тра Гарагай (долина Римак) был обнаружен фриз из полихромных глиняных ба­рельефов. В него входили антропоморфные личины с оскаленной клыкастой па­стью, фантастические существа и сложные, не поддающиеся расшифровке фигуры. При раскопках храма найдены ритуальные захоронения завернутых в ткани не­больших антропоморфных идолов из глины. У некоторых из них нанесенные крас­кой черты лица с клыкастой пастью напоминают рельефные личины на фризе.

Ко 2-й половине и началу 1 тысячелетия до н.э. относится комплекс Серро-Сечин в долине Касма. Здесь на высокой сырцовой платформе стоял П-образный храм, к которому вела лестница. По бокам входа находились стенные роспи­си, изображавшие бегущую пуму, иконографически близкую скульптуре из Пун­кури. В последний период существования платформа была облицована вертикаль­ными каменными плитами с резными изображениями воинов и поверженных вра­гов. Между ними были вмонтированы меньшие монолиты с вырезанными на них головами-трофеями.

К тому же периоду в долине Касма относится и Сечин-Альто - П-образный риту­альный комплекс с круглыми углубленными двориками. Его пирамида, одна из крупнейших и доколумбовом Перу, поднимается на высоту 35 м. Общая длина ком­плекса - 2 км.

Помимо ярких храмовых центров известны и рядовые памятники. В устье до­лины Моче на берегу океана исследовано небольшое поселение Грамалоте, где рас­копано многокомнатное здание с каменными стенами, двором и невысокой терра­сой перед входом. В долине Виру к этому же времени относятся памятники культу­ры Гуаньяле с остатками небольших каменных домов. На одном из таких поселений раскопан "Храм лам" - прямоугольная постройка на платформе, У одной из стен найдено ритуальное захоронение трех молодых дам. Близ устья долины Касма известно сходное поселение - Тортуга.

Погребальные памятники изучены плохо. Отдельные погребения найдены в поселениях. Весьма вероятно, однако, что к концу рассматриваемой эпохи относятся могильники культуры Куписнике в долине Чикама. В могильных ямах обнаружены скорченные погребения со скромным инвентарем, включавшим один-два сосуда, украшения, раковины. Покойников часто посыпали красной или зеленой краской. Посуда украшалась изображениями фантастических существ и клыкастых личин, напоминающих скульптуру и рельефы Уака-де-лос-Рейес.

Хозяйственная основа существования поселений и храмовых центров раннекерамического времени изучена недостаточно. Расположение памятников как на берегy океана, так и вдали от него связывается с одновременным существованием морского промысла и возделывания растений в глубине речных долин, где уже использовалось искусственное орошение.

Ш. и Т. Позорски, исследовавшие долины Моче и Касма, рассматривают Грамалоте вместе с Уакой-де-лос-Рейес и предшествующими ей сооружениями Эредеросико и Эредерос-Гранде как части единой хозяйственной системы. В долине Касма сходный комплекс образуют храмовый центр Мохеке и поселение Тортуга. Прибрежные поселения в такой системе являлись поставщиками морских продуктов - моллюсков, крабов, рыбы и т.п. - населению долины, чья диета дополнялась мясом камелидов и оленей, а также растительной пищей. На побережье оттуда поступали тыквы, перец, арахис, тропические фрукты и другие культурные растения, включая кукурузу.

Этот важнейший древне американский злак был известен прибрежному населению еще с III тысячелетия до н.э. Однако только с середины II и, особенно, к рубеже I тысячелетий он распространился по всему побережью. Вместе с уже извест­ии здесь культурными растениями кукуруза стала основой земледельческой экономики.

Наиболее значительные храмовые центры раннекерамического времени на побережье Перу концентрируются в долинах Моче, Касма, Супе и Римак. Находка в южных долинах сходных ритуальных построек меньших размеров и керамики, близкой к обнаруженной в соответствующих центрах, позволяют выделить четыре ним долин:

1) от Хекетепеке до Виру;

2) от Чао до Уармея;

3) от Форталесы до ? и

4) от Чанкая до Лурина.

Памятники внутри каждой группы обладают заметными чертами сходства.

Перечисленные группы, видимо, соответствовали объединениям населения вокруг ритуальных центров. Судя по территории, наличию монументальной архитектуры и искусства с выработанной иконографией мифологических образов, каждое такое объединение по своему социальному развитию стояло на уровне не ниже племен или вождества. Поскольку еще не выявлено ни многоступенчатой иерархии поселений, ни существования застройки городского типа в храмовых цент­рах, преждевременно было бы интерпретировать выделенные объединения как ранние государства, хотя они, несомненно, являлись провозвестниками появления настоящих государственных образований.

Сьерра. Со 2-й четверти II тысячелетия до н.э. керамическая посуда распростра­няется и на памятниках горного Перу. На севере страны древнейшие горшки и миски обнаружены как в культовых центрах (Пакопампа, верхние слои Ла-Гальгады); так и на других памятниках середины - 2-й половины II тысячелетия. В это время угасает упоминавшаяся выше "религиозная традиция Котоша". В раннекерамических сло­ях Уарикото и на поселении Уакалома близ Кахамарки еще существуют храмовые вооружения с ритуальным очагом, но в Ла-Пампе (фаза Иесопампа), Котоше (фаза Улйрахирка) и соседнего с ним поселения Шильякото так же, как на других памятни­ках этого времени, храмовые помещения с очагом уже не сооружались.

Заметные изменения произошли в планировке ритуального комплекса на вер­шине северной пирамиды Ла-Гальгады. В середине II тысячелетия до н.э. ядром комплекса становится платформа, на которую ведет лестница. Перед ней располо­жен дворик, фланкированный другими платформами. В целом комплекс приобрел П-образную форму, характерную для храмовых центров побережья. С другой сто­роны, на южной боковой платформе обнаружена небольшая постройка с ритуаль­ным очагом в центре. Таким образом, новый тип храма сосуществует с пережитка­ми "религиозной традиции Котоша".

Древнейшая керамика Котоша и Шильякото очень самобытна. Здесь встрече­ны ладьевидные и почковидные сосуды, треугольные в плане глубокие миски с при­поднятыми углами, бутыли и другие формы. Посуда украшена нарезным геометри­ческим орнаментом, часто штрихованным. Нарезка заполнена красной пастой. На сосудах встречаются антропоморфные личины и скульптурные изображения животных. Считается, что эта керамика напоминает керамику тропических районов восточных склонов Анд. Развитие культуры в районе Уануко продолжалось и в I тысячелетии до н.э.

Не позднее IX в. до н.э. в верховьях р. Мараньон складывается культура Чавин, названная по памятнику, известному еще путешественникам XIX в. и многократно, но неполно исследованному археологами. Чавин-де-Уантар представляет собой посе­ление, центром которого был храмовый комплекс Кастильо. Это монументальная ка­менная постройка, обращенная фасадом на восток, к р. Мосне, притоку р. Мараньон. По меньшей мере два раза она кардинально перестраивалась и расширялась. Так называемый Древний храм имел П-образную планировку. Перед его фасадом находил­ся круглый, углубленный в землю дворик, стены которого были облицованы плита­ми с вырезанными на них антропоморфными чудовищами и свирепыми ягуарами. Длинная лестница спускалась к нему с вершины постройки. Толща Древнего храма пронизана подземными галереями, вентиляционными и дренажными каналами. В центре, на пересечении галерей, сохранилось изваяние антропоморфного божества, получившее в литературе название "Лансон". Позднее южное крыло Древнего храма было перестроено и заметно увеличено. Перед ним были возведены две вытя­нутые платформы с квадратным полуподземным двориком между ними. Новый храм, таким образом, тоже приобрел П-образную планировку. С Новым храмом был связан черно-белый портал - две каменные колонны с вырезанными на них чудовища­ми, поддерживавшие притолоку с рельефами фантастических кондоров.

В кладку фасада Кастильо были некогда вмонтированы каменные головы фан­тастических существ с пастью ягуара. Из Чавин-де-Уантара и его окрестностей про­исходит большое количество скульптур и рельефов, стилистически близких к изва­яниям, найденным in situ.

В 1-й половине 1 тысячелетии до н.э. вокруг храма не было значительной жи­лой застройки и площадь всего комплекса не превышала L5 га. Памятник имел ха­рактер чисто культового центра. В 3-й четверти этого тысячелетия его площадь увеличивается, к IV-VI вв. достигнув 40 га. В северной части поселения отмечена ря­довая застройка и концентрация каменных орудий, связанных с домашними произ­водствами. В южной части выявлены следы обработки раковин Spondilus - пре­стижного материала, происходящего из тропических вод у побережья Эквадора. Здесь же обнаружены остатки массивных каменных стен с гораздо более тщатель­ной кладкой, чем в северной части поселения. Это позволило Р. Берджеру сделать вывод о функциональном различии его частей. Вероятно, в 3-й четверти I тысяче­летия до н.э. Чавин-де-Уантар из ритуального центра превратился в одно из круп­нейших для этого времени поселений протогородского типа.

Вокруг Чавин-де-Уантара, по склонам долины, разбросаны мелкие поселения этой культуры, которые несомненно находились в прямой зависимости от него. На некоторых из них найдены каменные рельефы, прямо связанные с искусством Чавина.

Возникновение ритуального центра в Чавин-де-Уантаре связано с еще недоста­точно ясными процессами, происходившими во 2-й половине II - начале I тысячеле­тия до н.э. В их основе лежали взаимоотношения обитателей горных долин и насе­ления побережья. О влиянии последнего говорит появление в Ла-Гальгаде и Чавине П-образных храмов и постепенное исчезновение сооружений "религиозной тра­диции Котоша". Только в Уарикото храмы с центральным очагом доживают до 3-й четверти I тысячелетия до н.э.

С другой стороны, в начале этого тысячелетия изменения происходят и на по­бережье. Политическое объединение (вождество?) с центром в долине Касма гибнет. Такие центры, как Сечин-Альто, Лас-Альдас и др., занимают носители какой-то иной культуры, происходящие, по всей вероятности, из горных районов. Замет­но изменяется планировка поселений. Одновременно появляются новые памятники с такой же системой застройки - Пампа-Росарио, Сан-Диего, Чанкильо.

С момента появления культуры Чавин археологически фиксируются ее тесные связи с культурой Котош района Уануко. Эти связи носили, скорее всего, характер мирного обмена. Однако в середине I тысячелетия до н.э. па поселении Котош на­блюдается внезапное появление большого количества чавиноидной керамики. В со­четании с резким изменением застройки, сменой погребального обряда и инвентаря это может свидетельствовать о вторжении носителей культуры Чавин в район Уа­нуко. В материале следующего этапа развития культуры этих мест (IV-Ш вв. до н.э.) очень заметно влияние позднего Чавина. Далее к югу оно прослеживается вплоть до района оз. Хунин.

Тогда же материалы, близкие к керамике позднего Чавина, распространяются к северу вплоть до Пакопампы, где их появление сопровождается заметными изме­нениями в застройке храмового комплекса. В районе Кахамарки к этому же вре­мени относится культовый центр Кунтур-Уаси. В нем были найдены каменные из­ваяния стилистически близкие к скульптуре Чавин-де-Уантара. Несомненное сход­ство есть и в керамическом материале. Таким образом в 3-й четверти I тысячелетия до н.э. культура Чавин занимает значительную территорию на севере перуанской сьерры. Не исключено, что это было одно из древнейших государственных образо­ваний в горном Перу.

Процесс становления древнейших цивилизаций пока исследован лишь на архео­логических материалах северного Перу. В центральной и южной частях страны па­мятники этой эпохи известны, но еще недостаточно изучены для сколько-нибудь достоверной реконструкции проходивших здесь исторических процессов.