КУЛЬТУРНЫЕ КОМПЛЕКСЫ (700-1500 ГГ.)

Том 4. VII-XVI века ::: История человечества. Америка

Данные археологических исследований в вышеперечисленных местонахождениях, а также соответствующие этнографические исследования показывают, что значительные достижения в развитии местных культур северозападного региона - результат глубоких знаний проживавших здесь людей о растительном и животном мире, который их окружал. Они овладели техническими навыками по преобразованию природных материалов в орудия труда, одежду, жилища, средства передвижения, наконец, в пищу. Прежде всего следует подчеркнуть их способность обеспечить себе нормальные условия жизни в данной среде, не имея навыков земледелия и при отсутствии металлических орудий труда. Ни один из народов, проживавших в этом регионе, не занимался выращиванием пищевых растений или разведением домашних животных, за исключением собак. Выживание людей целиком зависело от умения ловить рыбу, охотиться и собирать всевозможные дары природы, а также от умения сохранять все эти продукты. Лосось был наиважнейшим из всех природных видов пищевых ресурсов везде, кроме самых верховий основных речных систем.

Один антрополог насчитал 63 вида приспособлений только для ловли лосося, применявшихся в этнографический период. Археологические данные подтверждают эти наблюдения, учитывая, что наиболее распространенными находками в местонахождениях на побережье, относящимися к периоду, непосредственно перед первыми контактами с европейцами, составляют небольшие костяные крючки, которые были частью гарпуна, остроги, пики и других орудий, что говорит об очень развитых способах рыбной ловли. Эти древние орудия и огромное количество рыбьих костей, вместе с которыми их находят, свидетельствуют об умении людей ловить не только лосося, но и палтуса, треску, сельдь и многие другие породы рыб, используя огромное разнообразие гарпунов, ловушек, запруд и сетей.

Такие же инструменты для рыбной ловли найдены и на плато, но там они встречаются гораздо реже; в этих районах гораздо чаще можно встретить небольшие наконечники для стрел, полученные из сколов (отщепов). Радиоуглеродный анализ образцов доисторических костей из местонахождений в среднем и верхнем течении р. Фрейзер показывает, что белок морского происхождения, который должен быть белком лосося, составлял от 40 до 60% белкового рациона человека, жившего вдали от побережья, и что по мере продвижения к верховьям этот показатель уменьшался. Подобной статистики по другим речным системам не имеется, но, вероятно, там были бы те же показатели - чем дальше от побережья океана, тем меньше лососины было в рационе человека и больше продуктов наземного происхождения, Повадки морских животных также хорошо были известны древнему человеку, жившему на побережье, и важны для них, особенно для охотников народа нутка, мастеров охоты на китов. Все группы владели способами охоты на наземных млекопитающих.

Знание особенностей растительного мира также играло большую роль в жизни древнего человека; из растений получали лекарства, материалы для различных ручных поделок, для строительства жилищ и каноэ. В западных районах только одного штата Вашингтон в повседневной жизни использовали по крайней мере 135 различных растений, от вечнозеленого хвойного дерева тсуга, внутренняя часть коры которого повсеместно использовалась в пищу, до кизила флоридского, кора которого применялась как слабительное средство, и до западного красного кедра, из которого строили дома, делали каноэ и многие другие нужные в быту вещи. Такие же знания свойств растений были и у народов других северо-западных регионов.

Археологические свидетельства массовой переработки съедобных кореньев доисторическими людьми были найдены в верховьях долины Хат-Крик в Британской Колумбии. Там были раскопаны 11 больших (от 2,77 м до 5 м в диаметре) круглых землянок, выложенных изнутри большим количеством камней. На этой территории в рассматриваемый этнографический период произрастали 16 видов растений, имеющих съедобные корни. Были обнаружены 11 ям-«сковородок» для поджаривания кореньев, которые использовались в разное время в период с 800 г. до первых контактов с европейцами. Для качественного приготовления и хранения растительной пищи требовались знания о свойстве тех или иных видов камней долго сохранять тепло и о температуре, до которой их требовалось разогреть, чтобы только запечь или пропарить растения, а не испортить их. Особо ценились у древних людей на северо-западе Америки в качестве деликатеса бутоны дикой лилии (квамассия), которые даже вывозились для товарного обмена в регионы, где это растение не произрастало. Но очень важно было уметь отличить съедобные бутоны от таких же, но смертельно ядовитых, что можно было сделать только на распустившемся цветке.

В крайних северо-западных частях Калифорнии важным пищевым ресурсом были дубовые желуди. Здесь местные жители владели технологией выщелачивания и применения ее для выведения из желудей ядовитой таниновой кислоты, чтобы сделать их съедобными. У кламатов значительную часть пищевого рациона составляли семена желтой водяной лилии. Со временем они отработали технологию перемалывания их в муку на особых каменных жерновах с двумя ручками.

Приведенные примеры - лишь небольшая часть широких познаний в ботанической сфере жителей Северо-Запада, которые, помимо использования в пищу самих растений, широко использовали кору деревьев и древесину для изготовления всевозможной тары для их хранения и обработки. Образцы такой тары найдены при раскопках в Озетте. Эти люди, кроме того, хорошо знали физические свойства использовавшихся ими природных ресурсов и извлекали из этого пользу.

Образ жизни обитателей поселений заключался в планировании ими сезонных перемещений в экологических зонах, простиравшихся от океанского побережья до альпийских лугов в строго определенное время для своевременного заготовления лосося и других продуктов. Продукты требовалось не только собрать, но и подготовить к хранению и сохранить. Только тогда можно было рассчитывать на их использование в зимний период для потребления, обмена и снабжения таких членов сообщества, как вожди, шаманы и ремесленники, которые лишь изредка участвовали в заготовке продуктов. Заготовка производилась разными способами: продукты сушили на открытом воздухе, как например в долине р. Фрейзер, где в конце лета преобладали теплые ветры с океана; коптили, если не удавалось их высушить, или же заливали продукты растительным маслом; после этого заготовленные продукты убирали в глубокие землянки, где температура хранения оставалась низкой. В районе поздних поселений индейцев кэрриер в Чинлаке на р. Стьюарт в верхнем течении р. Фрейзер было найдено свыше 2000 таких землянок на гребнях гор недалеко от поселений. Такие землянки для хранения продуктов встречаются в меньших количествах и в других местонахождениях на плато и на побережье, например в каньоне Китселас. Они назывались «зимними поселками» и играли особую роль в жизни местного населения. У одного из поселений на о. Пендер при раскопках обнаружено несколько слоев пустых раковин съедобных морских моллюсков в непосредственной близости от небольших круглых очагов, где, вероятно, древние индейцы сушили моллюсков на продажу или запасали на зиму. Кучи таких же пустых раковин были найдены во многих других местах.

«Зимние поселки», которые на плато обычно состояли из нескольких землянок, а на побережье - из одного или нескольких больших деревянных зданий, были не только местами хранения зимних запасов провианта - эти помещения выполняли еще и роль важнейших центров социально-политической жизни на этой территории. На побережье в зимние месяцы в больших зданиях собиралась вся община, они были местами совершения коллективных обрядов и способствовали расцвету местной культуры и ремесел. Излишками продуктов распоряжался местный вождь, который распределял их, использовал для поддержки своего рода, для традиционной раздачи в ходе праздника потлач, а также для обеспечения мастеров, привлекавшихся для различных временных работ. И снова Озетт предоставляет нам самый богатый археологический материал, позволяющий реконструировать образ жизни этих людей, хотя в большинстве исследованных зимних поселков на побережье найдено и много предметов искусства, не предназначенных для хозяйственных целей. Большинство из них в поселениях северо-западного побережья делались, к сожалению, из дерева и сохранились лишь в редчайших случаях. Меньшие по размерам полуподземные жилища на плато, очевидно, были менее пригодны для церемониальных действий и использования в качестве производственных мастерских, но самые крупные из них вполне могли служить местом сбора всей общины.

Рабство и военные столкновения также были важными элементами жизни прибрежных народов и являлись неотъемлемой частью их системы хозяйствования. Рабов захватывали, нападая на соседние поселения, и использовали для выполнения ручных работ, а также для сбора продуктов питания для владевших ими. Функционирование этой системы трудно восстановить по археологическим данным. Предметы, найденные на местах древних стоянок на севере северо-западного побережья и явно напоминающие боевые дубины, имеют возраст свыше 3 тыс. лет. Имеются также захоронения воинов более поздних времен. На некоторых останках человеческих скелетов имеются следы переломов костей левого предплечья, что могло быть следствием ранения, полученного при отражении удара в ходе рукопашного боя. Известно, что тлинкиты были непревзойденными воинами и безжалостно расправлялись с русскими в ранний исторический период. Укрепленные поселения и убежища от врагов, построенные на вершинах крутых скал, типичны для большей части северо-западного побережья и относятся, очевидно, к позднему доисторическому и раннему историческому периодам. На наскальных рисунках более позднего периода в Джамп-экросс-Крик (Jump-across Creek) в районе Кимскуит изображены воины, несущие отрезанные головы побежденных противников; возможно, рисунки были сделаны в честь удачного боевого похода одного из местных вождей. На плато также найдены явные свидетельства межплеменных столкновений, относящиеся к позднему доисторическому периоду, в частности останки людей, убитых стрелами. Но в континентальных районах рабство и войны были менее распространены, чем на побережье.

Важным достижением народов северо-западного региона было умение превращать камень, кость и дерево в орудия, дома и каноэ. Это умение было основано на технических навыках, а также на знании свойств материалов животного и растительного происхождения, а также минералов. У прибрежных народов были умельцы, непревзойденные мастера обработки дерева как для бытовых нужд, например жилых построек и каноэ, так и для ритуальных действий - масок, тотемных столбов и праздничной посуды. В этнографический период это искусство было наиболее развито у тлинкитов, хайда и цимшианов, проживавших на северном участке побережья Британской Колумбии и на южной части побережья Аляски. Каменные тесаки и лезвия, найденные в местонахождениях на северной части побережья, не встречаются больше нигде на северо-западе. Народность хайда была знаменита своими большими каноэ, мастерски выдолбленными из целого ствола дерева, которые пользовались широким спросом, а также необычайно красивыми резными тотемными столбами, возвышавшимися над всеми их поселениями, дома в которых также строились из дерева. В лесах на о-вах Королевы Шарлотты, в частности, в бассейне р. Якоун (Yakoun), археологами было найдено много следов массового производства каноэ в виде огромных стволов кедра, обтесанных снаружи в форме каноэ, но почему-то так и недостроенных, а также множество стоящих кедров с вырезанными в них отверстиями для проверки качества древесины.

Когда-то ученые полагали, что высокоразвитая технология изготовления деревянных скульптур у местных народностей напрямую связана с появлением у них металлических инструментов, завезенных европейскими купцами. Теперь известно, что это не так: как показали найденные археологами многочисленные фигурки из камня и кости и сохранившиеся в воде деревянные фигурки, а также инструменты для их изготовления, искусство изготовления скульптур восходит к далеким доисторическим временам и является собственным достижением коренного населения этих мест. Изделия древних резчиков отличаются по стилю и уровню мастерства в зависимости от региона, но основной набор инструментов - клинья, каменные зубила и тесаки, деревянные колотушки - все это присутствует в культурном доисторическом слое местонахождений на побережье и плато. Способы обработки дерева были разработаны по крайней мере 3500 лет назад и, возможно, уходят корнями в еще более древние традиции местных умельцев, освоивших технологию раскалывания местной гальки.

Найденные предметы искусства местных мастеров эпохи, предшествовавшей появлению европейцев, являются наилучшей информацией о системе верований тех людей. В этнографическом плане стремление изменить судьбу, вызывая духов, будь то с помощью шамана, или через других людей, общавшихся с духами, было весьма распространенным явлением на всем северо-западном побережье, хотя и со своими местными отличиями. Заказчики произведений искусства преследовали две основные цели: повысить собственный престиж в глазах соплеменников и обрести заступничество сверхъестественных сил. Первое было типичным для жителей прибрежных районов, второе было важным и для народов побережья, и для народов плато. В прибрежных общинах излишки провианта находились в руках местного вождя, который пользовался ими для развития местных художественных традиций и для расчетов со специалистами-рисовальщиками и резчиками за картины и скульптуры, обладание которыми, с одной стороны, повышало его престиж, а с другой - служило напоминанием каждому об особом статусе и древней истории его рода. Кроме того, для публичного подтверждения своего богатства и особого статуса вождь периодически организовывал праздники потлач, сопровождавшиеся исполнением ритуальных танцев в масках и раздачей членам общины щедрых подарков. Письменности не существовало, но ее место занимали художественные произведения, служившие для передачи семейной истории из поколения в поколение как символы рода и выставлявшиеся на всеобщее обозрение в качестве напоминания о его славных делах и древней истории.

Самым ярким свидетельством богатства художественной традиции народов, населявших прибрежные районы, являются археологические находки, сделанные в Озетге, которые относятся к несколько более позднему периоду, чем тот, который является предметом нашего рассмотрения - к 1500-1850 гг. Об этом же свидетельствуют изделия из рога оленя в виде масок и шаманских символов из местонахождения в районе Пендер-Кэнел, датируемые гораздо более ранним периодом - между 2000 и 1500 гг. до н.э. В обоих местонахождениях найдены фигурки морского буревестника, совы и волка, а также нескольких других животных, духи которых играли важную роль в жизни местных аборигенов. На плато самые распространенные формы художественного творчества - наскальные рисунки, изображающие духов - хранителей рода, а также небольшие резные фигурки из камня и оленьего рога, скорее всего использовавшиеся шаманами. Кроме того, в отдаленных местах плато найдены стены и пирамиды из камней, возможно, возведенные молодыми людьми в стремлении заручиться поддержкой духов.

В Озетте найдены ткацкие приспособления для изготовления одеял из собачьей и козьей шерсти - челноки и детали веретена для витья пряжи. В Озетте и в Кватне найдены снасти для ловли рыбы и охоты на морского зверя, деревянные короба из гнутых на пару прутьев, плетеные корзины и другие предметы, свидетельствующие о высоком мастерстве местных умельцев. Вымачивание дерева и прутьев, практикуемое мастерами в этих двух поздних поселениях, а также в более ранних, имеющих возраст 2500-3000 лет, таких как Хоко и Муским (Musqueam) свидетельствует о том, что плетение корзин, обработка паром прутьев и палок для выгибания из них рыболовных снастей и другие виды обработки дерева существовали с очень давних времен.

Важнейшие научные и культурные достижения народов, населявших северо-западное побережье Тихого океана, уходят корнями в гораздо более ранний период, чем 700-1500 гг. Археологические данные подтверждают как сам этот факт, так и то, что за последние 4000 лет и даже более в этой древней культуре мало что изменилось, а знания в сферах мореходства, выживания и изготовления орудий труда и быта существовали у народов северной и центральной части северо-западного побережья Америки не менее 10 000 лет. Самые древние жители этих мест попросту не смогли бы выжить без этих знаний и навыков. Прямые свидетельства использования лосося в пищу первыми людьми, жившими вдоль здешних рек, относятся к доисторическим временам и имеют возраст приблизительно 7500 лет, а данные раскопок у поселения Наму на побережье говорят о том, что лосось был основным продуктом питания местных жителей уже 4000 лет тому назад. Косвенные данные позволяют сделать вывод, что тогда же сложилась система сезонных перемещений групп местных народов в строго определенное время года с целью максимально эффективной заготовки лосося. Заготовка продуктов на зиму и зимние поселки также уже были широко распространены в то время, хотя прямые доказательства этого еще предстоит найти. Данные, полученные в ходе раскопок в Пендер-Кэнел, свидетельствуют, что праздник потлач, самый распространенный в культурах северо-западного побережья, а также местная традиция изготовления миниатюрных резных фигурок возникли около 3500 лет тому назад.

Эти достижения, а также весь запас научных знаний и технических навыков, благодаря которым они стали возможными, и составляют основное содержание культуры народов северо-западного побережья. Вся эта система оказалась настолько успешной, что местные народы смогли с минимальными изменениями сохранить свою культуру вплоть до прихода сюда европейских веяний. Перемены как следствие изменения состояния среды обитания и всевозможных природных катаклизмов, вынуждавших людей уходить из каких-то районов, несомненно происходили. Кроме того, создавались новые орудия охоты и труда, например лук и стрелы, которые появились здесь около 500 г., а также новые обычаи, в частности курение трубки. Но все они очень мало влияли на образ жизни местного населения в целом. И даже в наши дни многие элементы культурного и научного наследия здешних аборигенов, уходящие корнями в доисторическую эпоху, сохраняют актуальность для коренных народов северо-западного региона Северной Америки.

БИБЛИОГРАФИЯ

CARLSON, R.L. (ed) 1983. Indian Art Tradition of the North-WestCoast. Archeology Press, SimonFraserUniversity, Burnaby.

FLADMARK, K.R. 1986. British Columbia Prehistory. National Museum of Man, Ottawa.

GREENGO, RE. (ed.) 1983.Prehistoric Places on the Southern NorthwestCoast. ThomasBurkeMemorialWashingtonStateMuseum, Seattle.

GUNTHER, E. 1945. Ethnobotany of Western Washington. Seattle.

KINKADE M.D.; SUTTLES,W. 1987. New Caledonia and Columbia (Linguistics). In: Historical Atlas of Canada, Vol. I. Toronto.

KIRK, R; DAUGHERTY, RD. 1978. Exploring Washington Archeology. Seattle. KROEBER, A.L 1939. Cultural and Natural Areas of Native North America. Berkeley.

LAGUNA, F.DE. 1972. Under Mount Saint Elias: The History and Culture of Yakutat Tlingit. Smithsonian Contributions to Anthropology, Vol. 7, WashingtonDC.

LOVELL, N.C.; CHISHOLM, B.S.; NELSON, D.E.; SCHWARZ, H.P. 1986. Prehistoric Salmon Consumption in Interior British Columbia. In: Canadian Journal of Archeology, Vol. 10, pp. 99-106.


Источник - История человечества. В 8 томах. Том 4. VII-XVI века. Под редакцией М. А. Аль-Бахита, Л. Базена и С. М. Сиссоко